One night

       — Доброе утро?       Айван не отрываясь от телефона, кивнул и нахмурился, погружаясь в происходящее на экране.       — Почему не спишь? — Данн налил воды в кружку и потянулся за коробкой с кофе, закинутой кем-то в недра полок. Тянуться пришлось через Пака, чуть ли не заваливаясь на него.       — Ты не мог бы не светить стояком перед моим лицом? — Вопросом на вопрос отбил младший, раздраженно отложив телефон.       — Кофе же я должен как-то достать. Это раз. — Он оперся о стоящую позади столешницу, картинно пожимая плечами. — А второе... — сделав шаг вперёд и снова нависнув над одногруппником, Чон протянул руку, чтобы схватить его за подбородок. — В зале ты был совсем не против.       Айван зажмурился. Почему он не мог ему сопротивляться? В этом человеке удивительным образом совмещались грубость и забота. Иногда он действительно был нежным, а иногда... Паку нравились оба варианта. Нравился весь Сынбо.       Открыв глаза, он тут же наткнулся на безумный, тёмный взгляд. Проведя пальцами по щеке, Данн опустил ладонь на шею, ненавязчиво притягивая к своему паху.       — Ты же сам хочешь. — Потеревшись о его лицо, Чон тяжело задышал, ставя одно колено прямо между ног вокалиста, вплотную к члену.       Юсон даже отрицать не стал. Хотел. Страшно. Это пугало его самого.       — Давай. — Приспуская штаны спереди произнёс лидер, срывающимся шепотом. — Возьми. Ну же.       Как только влажная головка коснулась губ, Юсон отвёл голову в сторону, убирая взгляд. Внутри всё дрожало и переворачивалось — он прекрасно знал, как добиться своего. Заставить Сынбо делать то, что ему нравилось.       Получив ощутимую пощёчину, Пак всхлипнул, хватаясь за ногу перед ним. Потеревшись об неё, он снова взглянул на темноволосого парня. И пропал. От того, как Сынбо рассматривал его , срывало все предохранители.       С силой обхватив челюсть пальцами, лидер ударил ещё раз, с другой стороны.       Юсон зашипел, и улыбнулся. Медленной, невинной улыбкой, чем окончателно добил состояние Данна. Сдавив пальцами щеки, Чон грубо ткнул стволом ему в губы, надавливая.       Не прерывая зрительного контакта, вокалист сначала робко обватил губами головку и поддерживая сам член руками, несколько раз двинул головой.       — Вот так. — Похлопав по щеке и расслабляясь проговорил Данн. Тепло, исходившее от парня, казалось согревало саму душу. И как бонусом, шёл кайф с наслаждением.       Пак брал не глубоко, немного помогая себе ладонью. Старший, как зачарованный наблюдал за ним, и после какого-то щелчка в голове, нервным движением поднял парню футболку, погладив сосок.       Юсон вздрогул и заскулил. Он сходил с ума от ощущений. Чон бессовестно ломал его, и с каждым разом всё сильнее, на ещё более мелкие кусочки.       — Открой рот. — Пак безропотно послушался. Сознание взрывалось, мелькало цветными всполохами перед глазами.       Данн спустил ему на язык, с задушенным, хриплым стоном. Айван следом, позорно, в штаны, от ощущения собственного использования.       — Я приду сегодня. — Гладя уткувшегося ему в живот младшего, прошептал Сынбо.       — Но .. — Предпринял попытку возмущения Пак, но был перебит отчеканенным мягким голосом:       — И ты будешь очень тихим.