Случайности

День всех влюблённых проходит отлично. Коля предложил Сигме прогулять школу в этот день, но уходить с физики было бы самоубийством, поэтому они всё же приходят, но после окончания первого урока сразу же сваливают. В школе есть множество декораций, всё пестрит оттенками розового, в коридорах есть коробочки для валентинок, но Коля их игнорирует, отдавая свою, сделанную с огромнейшим трудом в три часа ночи, Сигме прямо в руки. И ведь старался он не потому что сложно вырезать из бумаги сердечко и написать о том, как сильно он любит своего теперь уже парня. Просто Коля долго не мог найти что-то красивое, но остановился всё же на 3д открытке. Сигма же дарит ему брелок-фотоплёнку и они оба улыбаются. До того как они уходят, Коля предлагает самую нелепую шутку, а Сигма даже не отклоняет его предложение, у самого аж глаза загораются от того, насколько забавным кажется это. Четыре слова: Коля умеет подделывать почерки. Написать Дазаю с Фёдором валентинки от лиц друг друга смешно, потому что Коля с Сигмой никогда сами не считали их парой, это просто юмор ради юмора. Коля пишет, опираясь на фотографии с домашними заданиями и конспектами, которые ему Фёдор с Дазаем присылают обычно, а Сигма дополняет бумажки милыми рисуночками с шахматными фигурами со смешными лицами. Они оставляют валентинки в одном из ящиков, а затем подходят к самим Дазаю и Фёдору, чтобы попрощаться. Те саркастично поздравляют с праздником, говоря о том, что Сигма с Колей сегодня особенно «приторные», что аж тошнит, но за последние месяцы все к этим шуткам привыкли, так они не воспринимаются как что-то грубое. Хотя Коля уверен, что скажи подобное любой другой, он бы не думая ударил этого человека, потому что нечего! На самом деле Дазай с Фёдором искренне рады тому, что Коля с Сигмой наконец-то начали встречаться. Дазай даже в шутку предлагал устроить вечеринку в эту честь прямо день в день, но Сигма отказался, а Коля, хоть и не был против, но в тот день мнение Сигмы и сам Сигма для него были на первом месте, как впрочем и сейчас. В общем, они открыто поздравляли Колю с Сигмой в чате, а София так вообще записала в телеграмме несколько кружочков, делясь и своей радостью. Когда Сигма с Колей уходят, они видят, как из окна третьего этажа им машут их друзья, они машут в ответ, после чего тихо пробегают мимо охраны около калитки. После того как побег проходит успешно, Коля хохочет, потому что ему это всё напомнило какие-то низкобюджетные фильмы про шпионов, Сигме тоже весело, поэтому пока они едут в автобусе, пара бабушек недовольно бросают на них косые взгляды, пока они вдвоём смеются. Сигма что-то читает в телефоне, Коля только кладёт голову ему на плечо и закрывает глаза. До дома ещё не близко, утренние пробки, да ещё и авария недалеко, причём на одной из узких улиц! Поэтому в автобусе им ещё сидеть не меньше получаса. Сигма не против, одной рукой он накрывает руку Коли и слабо улыбается. Так и не скажешь, что им обоим страшно. Страшно, потому что всё в новинку, но ещё страшнее это возможная реакция людей вокруг. Сигма и без того за жизнь не раз попадал в неоднозначные ситуации, откуда чудом выбирался без разбитого лица, Коля же, хоть и готов биться на кулаках, но всё же тоже не горит желанием испытывать все прелести синяков под глазами и разбитых губ. И всё же он не поднимает головы, хоть и часто оглядывается по сторонам, а не смотрят ли на них кто, Сигма тоже щурится и рассматривает людей вокруг. В один момент Коля кладёт рюкзак поверх их рук, чтобы уж наверняка, и только после этого ощущает относительное спокойствие. Раньше он как-то не задумывался обо всём этом, наверное потому что тогда всё было лишь «чувством», сплошными мыслями, заключёнными в его голове, а сейчас всё по-настоящему. Но это самое «настоящее» происходит в реальности, где за него могут и убить. Коле не хочется об этом думать и он морщится как только эта мысль навязчиво приходит к нему. Сигма едва ощутимо гладит его руку большим пальцем, что-то приговаривая, но слишком тихо, чтобы хоть кто-то мог услышать. Они почти вылетают из автобуса, стоит доехать до нужной остановки. Людей толпа, а пятнадцать минут назад им пришлось встать с мест, потому что в автобус зашла ворчливая бабка, чуть ли не костылём ударившая их обоих по голове за то, что они не увидели её за секунду. На улице спокойнее, ветер холодный, но после душного автобуса самое то. Сигма заботливо поправляет шарф на Коле, приговаривая, что тот иначе заболеет и снова пропустит всё важное в школе, Коля со смехом отвечает, что самое важное сейчас рядом с ним. Сигма ощущает как рдеют щёки, поэтому отворачивается, бросив только тихое «Дурак». Коля хохочет, хватаясь за живот, а затем берёт Сигму за руку, перед этим убедившись, что на улице никого нет. Из машин вряд ли кто выйдет, только чтобы дать двум школьникам по голове, поэтому этот жест Коля себе позволяет. Они доходят до дома, сразу проходят на кухню, потому что Коля твёрдо намерен приготовить пиццу в виде сердечка. Они даже заранее купили все продукты, Сигма достаёт из шкафа два фартука, скорее в шутку, но всё же они оба их надевают и улыбаются друг другу. Коля ворчит, что не хочет есть пиццу с волосами, пускай эти волосы он и обожает, поэтому собирает самолично Сигме хвост, тот и не против, улыбается только широко и в шутку бормочет о неаккуратности. Готовить они так и не научились, но им весело. Конечно, Сигма предлагает делать всё согласно видео на ютубе, вот только как-то так выходит, что видео идёт всего десять минут, а они проводят полтора часа, и это не считая времени отведённого на духовку. Что сказать, просто каждую минуту Коля шутит и уже через секунду они валяются на полу от смеха. Сигма просит остановиться и дать ему спокойно дорезать овощи, но Коля только хватает помидорку и что-то говорит, изображая итальянский акцент. Скажи это любой другой человек в любое время, Сигма не посчитал бы это смешным, но перед ним Коля Гоголь, улыбающийся и едва сдерживающий хохот, потому сам Сигма в очередной раз расходится в смехе, вытирая выступившую от этого слезу. Спустя два часа всё готово, запах приятный, оба проголодались. Коля намеренно фотографирует их произведение искусства и отправляет в общий чат, прекрасно зная, что у Дазая с Фёдором обед ещё нескоро. Те высылают в ответ фото купленного в столовой пирожка, а следом селфи с их недовольными лицами, Фёдор приписывает, что имеет полное право показать это классному руководителю, за откровенное издевательство. Коля усмехается и говорит, что не Фёдору ему угрожать, после чего откладывает телефон и присоединяется к Сигме за столом. Не так он представлял себе день Святого Валентина, но это вероятно лучший из всех прежних. Коля улыбается, обжигает один раз язык о слишком горячий сыр, из-за чего приходится открывать морозильник и брать оттуда кусок льда, надеясь, что эта боль пройдёт благодаря этому. Сигма качает головой, приговаривая, что пицца бы никуда от него не убежала бы. Коля отмахивается рукой. После еды они просто проводят время в гостиной. Коля лежит на коленях Сигмы, который перебирает его волосы, но сталкиваясь взглядами оба смущённо их отводят. Странная эта любовь, вроде бы им обоим комфортно рядом друг с другом, но есть всё же эта неловкость, появляющаяся везде. Коля рассказывает о том, как однажды они с Фёдором около двух часов лазили по арыкам, когда им было по восемь, потому что они запускали игрушечный кораблик, но в какой-то момент тот выскользнул из рук, уплывая всё дальше и дальше. Коля тогда сильно расстроился, поэтому Федя предложил поискать вместе. Сигма слушает внимательно, а в конце спрашивает, нашли ли кораблик, получая грустное «Нет». — Хочешь, я тебе кораблик куплю, прямо сейчас, — предлагает Сигма, Коля усмехается, не воспринимая его предложение всерьёз до тех пор, пока не поднимает глаза. — Брось, это было сколько? Лет восемь назад? — смеётся Коля, прикрывая лицо одной рукой. — Тем более, когда мы вернулись ни с чем домой, грустные, в мокрой грязной одежде, то Федя первым делом взял и сделал мне кораблик из бумаги. Не такой конечно, как потерянный, но мне тогда и этого было достаточно. — Иногда я не могу поверить в то, что Федя из твоих детских рассказов и Федя, которого знаю я, один человек, — смеётся Сигма. Коля тоже хихикает, прекрасно понимая его. — Мне всегда казалось, что он таким угрюмым родился. С энциклопедией в руке и открытым недовольством. — Да, а как только домой из роддома вернулись, он тут же сыграл Бетховена, — добавляет Коля. Некоторое время они глупо улыбаются, посмеиваясь. — А на самом деле, Федя и правда в детстве хмурый ходил, только я входил в его список одобренных. Я очень рад, что появились вы с Дазаем в этом году. — И я рад.

***

Вернувшись к своему шкафчику посреди учебного дня за забытым учебником истории, Дазай не удивляется количеству открыток внутри. Его никогда подобное не удивляло, ведь он сам разговаривал почти флиртом с каждой девушкой, это манера общения, но большинство почему-то никогда не понимало. Он рассматривает все до единой, непонятно зачем, будто надеясь там что-то увидеть. Увидеть от кого-то особенного, вот только сам Дазай не понимает, кто именно этот особенный в его голове. Но как только он видит последнюю, подписанную инициалами Ф.Д. то сердце пропускает удар. Шутка что ли? Чуть не выронив учебник, он вновь и вновь читает текст. Глупости, думает Дазай, закрывая шкафчик и оставляя все валентинки внутри. Нужно поговорить с Фёдором, скорее всего кто-то перепутал шкафчики или разыгрывает его, или ещё что-то, в общем, нельзя ведь вестись на любую чушь. Или это не чушь? Фёдора в кабинете нет, Дазай думает, что это и к лучшему. Подойди он к нему с вопросом «Эй, а не ты ли случаем оставил у меня в шкафчике открытку?», то сгорел бы от стыда раньше, чем договорил бы. Да и если это действительно прикол, то Фёдор бы одарил его холодным взглядом и вопросом, мол, что за херня. Дазай решает промолчать, будет он ещё вестись на что-то подобное. Однако когда в кабинет со звонком заходит Фёдор, то вид у него какой-то странный. Будто только что мертвеца увидел, а теперь смотрит на всё пустым взглядом, не понимая реальности. Дазай не понимает, почему Фёдор долго думает прежде чем сесть рядом с ним. И все сорок пять минут он будто хочет что-то сказать, но осекается и молчит. Дазай не хочет думать о том, что его поведение только подтверждает правдивость валентинки. Ну не может же быть, что сам Фёдор Достоевский, которого он знает уже не первый месяц, с кем близко общается и может назвать почти все его привычки, вот так банально признаваться в симпатии. Ещё и Дазаю. Помотав головой, словно от этого что-то может проясниться, Дазай смотрит в сторону Фёдора, не поворачивая головы, будто пытаясь так залезть ему в голову и найти все ответы. Но ответов нет, как и навыков телепатии, поэтому он всё же сдаётся и решает оставить всё как есть. Будет что будет, если спросят, то он не видел той открытки, потерялась или ещё что-то. Дазай хоть и понимает, насколько это глупый и детский поступок, но оправдывает себя, что он и есть ребёнок и имеет право на хотя бы одну глупость. Тем более он ведь и не знает, что отвечать, в случае если всё это правда. С одной стороны некрасиво, но с другой… Дазай не хочет терять дружбу из-за чувств, на которые не может ответить. Так ведь уже было, уходили из его жизни люди, которых он просто не мог рассматривать как партнёра. Ну и что поделать, если сердце ледяное, сказала однажды мать, когда Дазай опрометчиво решил поделиться с ней очередным уходом близкой подруги. — Всё в порядке? — спрашивает кто-то из одноклассников, Дазай даже не понимает кто именно, лишь кивая в ответ и бормоча, что всё хорошо. Тот сразу отстаёт с расспросами и возвращается к уроку, слушая скучную речь учительницы. Дазай не замечает, как сорок пять минут заканчиваются, как все вокруг начинают собирать рюкзаки, уходя в другой кабинет, до тех пор, пока его в плечо слабо толкает Фёдор, всё с тем же пустым взглядом. Будто очнувшись от транса, Дазай в спешке собирает вещи и закидывает рюкзак на плечо, спрашивая, что следующим, а Фёдор только пожимает плечами и они плетутся за толпой одноклассников, среди которых ведь точно кто-то знает кабинет. Они не говорят друг с другом, как обычно, не играют в шахматы на одной из обеденных перемен в двадцать минут длиной. Дазай растворяется в толпе школьников, стоит только прозвенеть звонку с урока, он болтает со всеми подряд, поздравляет какие-то парочки, те улыбаются и принимаются рассказывать о каких-то своих совершенно ненужных никому вещах, о том как сошлись, где они гуляют и так далее. Дазаю безразлично, но он с участливым видом слушает и кивает, пытаясь не думать о своём в это время. Фёдора он ловит взглядом несколько раз, но тот сразу же исчезает из виду, сидя всё время в кабинете, читая книгу или смотря в телефон. Он ведь тоже замечает поведение Дазая и это на короткий миг подтверждает в его голове теорию о том, что та валентинка в шкафчике Фёдора действительно от его друга. Но ведь это глупость? До конца дня они не говорят друг с другом об этом, потому что это очевидно неправда, так ведь?

***

Коля не может не заметить отстранённость Дазая с Фёдором друг от друга, его это напрягает ещё с первого урока, когда эти двое садятся не за одну парту, а наоборот, чуть ли не в разные концы расходятся. Впрочем, с Колей садится Дазай, и литература отличный предмет, чтобы обсудить всё. — Поругались что ли? — спрашивает Коля напрямую, Дазай забавно морщит нос, качая головой. — А что тогда? Небось обыграл кто-то из вас другого, из-за чего разозлились. — Нет, господи, — усмехаясь, отвечает Дазай. — У тебя какое-то стереотипное мышление о нас. — Что вижу, то говорю, — пожимает плечами Коля, не обращая внимания на замечание учительницы по поводу болтовни. — Так что случилось-то? — Это глупо, правда, — говорит Дазай, но Коля продолжает сверлить его взглядом, выпытывая так ответ на свой вопрос. — Кажется я ему нравлюсь. Уже через пару секунд Колю выгоняют из класса за слишком громкий смех. Он и не против, только успевает прошептать извинения Дазаю, после чего скрывается за дверью, всё продолжая хохотать. Он ведь и не надеялся, что их с Сигмой розыгрыш удастся. Неужели эти двое из-за этого ходят с такими кислыми лицами? Коля на секунду задумывается о том, что ему ведь должно быть стыдно за содеянное, и он готов извиниться перед друзьями, но ведь это их традиция с Фёдором. Обычно они так и поступают, пишут кому-то от лиц друг друга валентинки и ждут реакции, да ведь многие так делают! Коля всё никак не может понять, почему эти двое действительно поверили. Написав о произошедшем Сигме, тот порывается сразу всё рассказать и объяснить, но Коля практически слёзно умоляет его этого не делать, потому что ему слишком хочется понаблюдать за этими двумя. Нет ну а что? Фёдору с Дазаем над ним издеваться можно, а ему разочек? Дождавшись конца урока, Коля заходит в кабинет за вещами, ловя на себе уничижительный взгляд учительницы, но игнорирует его, как и угрозы написать докладную. Ну будет ещё одна, пополнение к остальным десяти или больше, Коля давно перестал считать. Его под руку хватает Фёдор, уводя чуть подальше от толпы одноклассников. Взгляд серьёзный, Коля думает, что если сейчас всё объяснит, то его тут же закопают на заднем дворе школы и даже цветов на могилке не оставят, поэтому лишь ждёт, что ему скажет Фёдор. — Что он тебе сказал? — спрашивает тот. Коля смотрит и не понимает первое время и только потом до него доходит, что это про слова Дазая, после которых он разошёлся в приступе смеха и был изгнан. Ну, если выражаться драматичней. — Анекдот, — бессовестно врёт Коля. Он думает, что Фёдор сейчас всё поймёт, как и всегда, угрюмо потребует правды и вот тогда Коля всё расскажет, смирившись со своей последующей гибелью, но ведь заслужил, думает он. Но Фёдор только кивает и уходит. И всё? Коля думает, что за время их с Сигмой отсутствия, кто-то удалил этим двоим мозги и способность рационально мыслить. Он впервые не знает, что должен делать. Наверное стоит поговорить с Сигмой, тот наверняка поворчит, но решение мирное точно найдёт! А потом Коля, проходя по коридору, через окно замечает, как на улице стоят эти двое и о чём-то долго говорят. И не холодно? Середина февраля и хоть погода действительно весенняя, но без курток легко простудиться. Коля недолго смотрит на них, так и не поняв ход разговора, но решает, что точно должен вмешаться и всё объяснить. Он бежит к двери на улицу, когда кто-то грубо хватает его за рукав и толкает к стене, об которую Коля ударяется спиной, тихо ойкнув.