Девушка с синим цветком

Я проспал почти до полудня... Сказалась вчерашняя усталость. Подойдя к окну, я заметил что идёт дождь. Я быстро пошёл в комнату на верхнем этаже. Я не мог перестать думать о том, в каком настроении моя модель сегодня. К сожалению она все так же не дружелюбна. Яблоки, ананасы и всевозможные фрукты она кидает в меня, в я могу лишь уворачиваться. Вдруг она мне объявляет что художник обязан следить за тем, какие тона он использует и приказывает принести тарелку кексов. Каждый раз, когда я захожу на кухню, слуги смотрят на меня с сочувствием. Я тут что бы рисовать портрет, а не устраивать чайные церемонии! . . ... Я снова уснул...  Встав с кровати я вышел из комнаты, и как уже было однажды, снова упал на пол, перед картиной. Молча встав, я посмотрел на картину. В это раз девушка сидела за столом, где на поднос были несколько разноцветных кексов. — Ох, какое приземление. — девушка изобразила восхищение, а потом издала тихий смешок. — А с виду и не скажешь, что ты акробат. Она пару секунд промолчала. — Уже за полдень. Я устала ждать. Время попить чаю! От одних кексов мне захочется пить. Сейчас бы чаю. Последнее слово она с намёком протянула. М-да, девушки. Уже привычным шагом я пошёл на кухню. Где среди бардака нашёл чашку. Собственно что ещё нужно доя чаепития? Я вернулся к картине. — Знаешь, важно пить разный чай. Который будет отличаться запахом и цветом. Уже нетерпиться ощутить эти ароматы и вкусы. Пожай мне чай в нужное время. Неужели сегодня мне придётся побыть слугой? Хех, ладно, все что угодно лишь бы не умереть. На столе было четыре кекса, зелёный, синий, красный и жёлтый. Мне понадобилось подождать пару секунд прежде чем она съела первый кекс. Затем через секунд двадцать она съела второй и изменилась в лице. Я нарисовал чашку чая с зелёным чаем. — Нарисованно вовремя. Но цвет слегка не тот. Тот же цвет что и на еде. Скука. Она требовательна к цветам. Чаш4а исчезла. По этому я нарисовал новую с фиолетовым чаем. Девушка прокашлалась. — Как раз вовремя. О, это уже другого цвета. Мило, это прочистить мне горло. Через пару минут чаепитие закончилось. — Это было прекрасно! Её шаль стала фиолетовой. Новости не из-за того что она облилась чаем. — Проснись завтра пораньше. Тебе ещё гуднл нарисовать меня! Спокойно ночи. Накрыв картину тканью я пошёл в спальню. Я сел на кровать. Чувствую будто моё сознание сливается с чем-то. Мне страшно засыпать... Но если не усну, то не смогу завтра встать пораньше. . . ... Второй день закончилась без особого прогресса. Её темперамент всё ещё остаётся проблемой, но плохое освещение мешает мне больше. Служанки говорят, что она настаивает на том, чтобы шторы были задёрнуты, так как солнце слишком яркое. Из-за этого в комнате так темно, что я лишь смутно могу обрисовать очертания девушки. Если бы мы могли перейти в другую комнату... Но вряд ли она позволит. Толпы художников мирового уровня пытались выполнить эту работу до меня... И заказчик никогда не был доволен результатом, разыскивая всё новых художников. Каждый художник искал его одобрения, так как он был самым богатым человеком в городе. "Не соглашайся рисовать её! Ничего в жизни не стоит этого." Таким образом слухи распространялись некоторое время, до тех пор, пока всё не стихло. Тогда-то пожилой мужчина и обратился к моим услугам, хоть я являюсь пейзажистом. Сегодня у неё гадкое настроение. Из-за того, что её птица выбралась из клетки...