Принцесса мира Зеркал: Наследие Эллиады (старая версия)

Лючия, Богиня дала тебе то, что никогда бы не дала кому-то другому. Она дала тебе своё Наследие. Быть возрождённой Богиней. Амадей Уайт

Все приготовления были окончены, как ни странно, невероятно быстро, поэтому мы тут же отправились на совет. Точнее, профессор Эльза и господин Джоршуа присутствуют там уже давно и обсуждают что-то, меня не касающееся (или же держащееся от меня в тайне), однако это меня никак не беспокоило. Я начала привыкать к тому, что за моей спиной всё равно будут говорить что-то, хорошее или плохое. И, скорее всего, Орден Богини не будет мне вредить. Я быстро собрала парней, которых, к слову, найти было крайне сложно, так как они разбрелись по замку и заблудились, и отправилась с ними в место заседания Ордена. - Давно я не виделся с ними, - сказал мне вдруг Алекс, игнорируя шумящего Уилла. – С того раза, как ты чуть не разнесла всё. - Кстати, а они быстро отремонтировали зал, - подметила я. – После моих разрушений к Рунному Новому Году он был как новенький! - Чего это вы там секретничаете?! – обиженно воскликнул Вондер. – Нас не посвятите? - Отчего нет, - пожала плечами я. – Мы говорили о… - Лючия, как можно его в такое посвящать? Уилл-то точно язык за зубами не сдержит, - усмехнулся Алекс. Сперва я не поняла его реплики, а потом додумалась, что он просто хочет раззадорить горделивого принца. - Что значит «язык за зубами не сдержит»?! – возмутился сразу Вондер. - Это такое устойчивое выражение, - сострил водный маг, а воздушный и земной тут же захихикали. - Да я понял! – смутился белокурый юноша, краснея. - Ваше вондерландское Высочество обладает такими познаниями… - Лючия, если ты его не остановишь, я прикажу своим его казнить! – вспылил Уилл. - Мы о новом зале говорили, - сказала я тихо, стараясь не выдать свой смех. – Мы с Алексом заметили, что зал быстро отремонтировали после того, как я его чуть не разрушила в конце лета. - А, понятно, - неожиданное спокойствие принца повергло меня в шок. На этой ноте мы подошли в дверям. Массивные «врата» зала заседаний были закрыты, поэтому мы явно привлечём много внимания, открыв их. - М-может, мы не пойдём? – отступил назад, как ни странно, не Рей, а Джек. - Всё в порядке! – улыбнулась я, хватая его за руку. Парень поморщился. – Там есть родственник главы твоего отделения! Тоже барон Храбрый. - Правда? – удивился воздушный маг, уже без такого страха рассматривая двери. - А ещё там есть родственник Рея, - вспомнила я нашего джентльмена, МакБрудера Янатана. – Министр культуры. - Он младший кузен моего отца, - тихо сказал младший из МакБрудеров. – Мы когда-то с ним тесно общались, но потом он уехал, теперь путешествует по Эллиадским городам и работает архитектором. - Тут все имеют связи, я так погляжу, - сделал выводы Уилл. – Чего мы ждём?! И все посмотрели на меня. Я, как ответственная за эту группу оболтусов, открыла двери мощным толчком, чем обратила на себя внимание. - О, кто пришёл, - я сразу узнала обладателя реплики, хоть и виделись мы с ним около года назад. – Принцессочка. - Попрошу со мной так не обращаться, барон, - ответила я не менее язвительно, чем он. Господин Роберт многозначно кивнул, замечая изменения во мне. Сопроводив друзей и усадив их на предназначенные им места, я сама, подобрав подол удобного платья, присела рядом. Ностальгически вспоминая конец прошлого лета, я отмечала знакомые лица за столом. Как обычно, во главе стола (хоть он и был круглый, одному, самому высокому месту отдавалось наибольшее внимание) сидел эллиадский король Амадей, по совместительству мой отец. Рядом, по правую руку, располагался улыбающийся чему-то Люк де Флай. Улыбался он, скорее всего, моему непривычному виду, безумно похожему на вид моего отца в хорошем расположении духа. По левую руку сидел Доминик Шайн, он часто менял своё местоположение, но на этот раз его необходимо было поместить поближе. Священник безумно напоминал мне своего младшего, пятого сына, Джузеппо Шайна: ни волосами, ни телом, а формой лица и глазами, источавшими доброту. Рядом с патриархом Домиником находились эльфы: сперва светлый, МакБрудер Янатан, а потом уже темный, МакРидом Кайл. Первый, министр культуры, как всегда, в самом выгодном виде: ухоженный, прекрасный и просто обаятельный джентльмен. Вспомнив, как он поцеловал мою руку при знакомстве, я представила на его месте Рея и чуть не засмеялась. МакРидом Кайл, министр по международным вопросам, до сих пор оставался для меня загадкой. Его кошачьи глаза с оценкой смотрели на меня. После него сидела Эльза. Рядом с Люком же находился барон Храбрый, министр по межрасовым вопросам. Никогда бы не поверила, что у этого человека такая социальная должность! По его спорам с МакБрудером Янатаном я могу точно сказать, что господин Роберт не даёт спуску никакой расе. Через одного человека от него сидел Джоршуа де Лейк. Этим самым «одним человеком» являлся Адам де Райз. На тот момент я не поняла, что за неприятное чувство я испытывала к нему. Он был так же обворожителен, как и сын, однако весь источал холод, как и при первой встрече. Я будто снова прошла по кругу: мне он был изначально неприятен, к этому я пришла и сейчас. - Думаю, стоит начать, Ваше Высочество, - поторопил отца патриарх Доминик. - Ну, раз все собрались, то стоит приступить к обсуждению, - объявил тот, вставая с насиженного места. – Думаю, не стоит ещё раз уточнять повод, по которому мы все здесь собрались, - члены Ордена переглянулись и, уточнив в лицах друг друга решительные намерения, обратились к королю. – На этом совете должно быть вынесено решение касательно посвящения моей дочери и её благословения. Сперва, как мы договаривались, нужно обсудить сроки… - Думаю, это должно быть днём, - перебил отца барон Храбрый, но грозный взгляд отца его тут же остановил. – Молчу-молчу… - Я Вас не для этого выбрал в министры, чтобы Вы мне ещё тут рот не по команде разевали, - рявкнул папа. К своим приближённым он относился ровно так же, как и ко всем: оценивал только по мере участия и дисциплине. – Так вот, патриарх Доминик предложил провести обряд завтра. Лючия подтвердила срок, осталось определиться с часом. Патриарх Доминик, Вам слово. - Итак, - выпрямившись, Шайн встал из-за стола и возвысился над ним, - после изучения некоторых рунных текстов я и мои помощники сделали вывод, что проводиться такое мероприятие должно на закате. Данное время послужит прекрасным, ведь именно в это время происходит переход, Луна сменяет Солнце, и взор Богини становится совсем другим, нежели в дневное время суток. На закате Богиня намеренно приглядывается к миру, чтобы в темноте ей было проще разглядеть, что происходит, ведь темнота имеет свойство всё тщательно скрывать. - Спасибо, патриарх Доминик, - кивнул отец и обратился к остальным. – По этому вопросу есть разногласия? - А почему не днём, когда Богиня всё прекрасно видит?! – запротестовал тот же барон Храбрый. – У нас ведь и времени больше, и силы останутся. - Дело в том, барон Храбрый, что именно на закате Её взгляд самый острый, и заметить просящего ей гораздо проще, - спокойно пояснил Шайн с улыбкой. - А ещё… Обязательно присутствовать во время обряда? - Скорее запрещено, чем обязательно, Ваша Милость. - Взяли кузнеца обсуждать серьёзные вещи, вздор! – фыркнул недовольный МакБрудер, старший из них, и младший посмотрел на него с настороженностью. – Верно, Рей? - Н-наверное, - пожал плечами растерявшийся парень. - Не надо настраивать своего родственника против меня! – возмутился барон. - Если вы оба не прекратите, я попрошу всех троих покинуть зал! – стукнул по столу кулаком отец, и спорщики сжались под его грозным взглядом. – Итак, с временем решили. Скорее всего, обряд будет проводится около часа. Проводится он будет в центральной церкви, как и полагается. Нужно удостовериться, что во время его проведения в радиусе километра от церкви никто не будет находиться. - Я могу этим заняться, - вызвался вдруг герцог де Райз. Меня пробило дрожью. – Мы с лордом МакРидомом можем принять это на себя, Ваше Высочество. Доверять ему я почему-то не хотела. После поступка его сына, сам господин Адам казался мне достаточно подозрительным. Наверное, это всё от моего предвзятого отношения, но всё же… - Значит, берёшь ответственность? – уточнил отец. - А, может, лучше взять барона Роберта Храброго и МакБрудера Янатана? – предположила я. – Барон Храбрый обладает особым даром отпугивать людей… - Спасибо, принцесса! – с сарказмом ответил обиженный господин Роберт. – Какая честь-то! - Но так ведь оно и есть, - усмехнулся министр культуры. - Вас тоже назначили, лорд, - процедил недовольный министр по межрасовым вопросам. – Поздравляю. - Я не против посмотреть на Ваши старания, барон, ведь в кои-то веки это должно было произойти! – недвусмысленно намекнул на лень коллеги тот. - Раз так сказала Лючия, значит, она права! – сказал снова отец, разбавляя шум. – От её решения здесь зависит всё. Меня, честно говоря, пугала такая решимость папы. Неужели и вправду всё так тесно связано со мной? - Раз так решила принцесса, не имею право оспорить, - учтиво улыбнулся мне герцог де Райз. – Правда ведь, лорд МакРидом? Тот отделался лёгким кивком. Я уже и позабыла, как звучит его голос. Чем больше на меня смотрел этот человек, тем больше я убеждалась, что я его боюсь. Какой-то инстинкт подсказывал мне, что поведение сына – его рук дело, и никого иного. От игр в гляделки меня остановил Алекс, кажется, быстро осознавший, что со мной происходило. Дальше мы обсудили порядок проведения, роли присутствующих и тому подобные формальности. Я не уловила сути дела, но не беспокоилась на этот счёт: Алекс предварительно заставил меня прочитать всю необходимую литературу. Сперва я, конечно, протестовала, но потом как-то приучилась. Теперь я безразмерно благодарна ему, что всё-таки смогу расслабиться и морально подготовиться к церемонии. После обсуждения мы с нашей маленькой командой расположились у меня в комнате, чтобы переговорить на счёт посвящения. Сперва парни растерялись и начали с любопытством оглядывать моё личное пространство, а в особенности стены, увешанные нашими с папой трофеями с охоты. Алексу уже удалось всё это увидеть, но он всё же не подавал голоса. - Я, конечно, знал, что женственной Лючию назвать нельзя, - начал первым Уилл, - но не настолько же! - Мы тут не мои увлечения собирались обсуждать, - обиделась я, всё-таки надеясь, что хоть у кого-то реакция окажется нормальной. - Бедняжки… - пискнул Рей, но ему прощается, он ведь покровительствует зверушкам и проявляет к ним больше чувства, нежели находившиеся сейчас в комнате. - Вот это да-а-а! – единственный нормальный человек – Джек. – Башка волка! - Не «башка», а голова, - поправил его Вондер, пытавшийся привить другу светские манеры. Но тот вместо благодарности раздражённо направил на него маленькую воздушную бомбочку, шокировавшую принца. Бедный Уилл аж заикал. - Лючия, так что ты хотела? – перешёл сразу к делу Райдер, «изрядно налюбовавшийся» моими трофеями. – Если ты хочешь удостовериться о нашей готовности, то я… - Да на счёт тебя я не сомневаюсь! – отмахнулась я. – Ты у нас всегда готов, как цербер к обеду! - Тогда зачем ты меня звала?! – пробурчал недовольный маг Воды. - Подожди, - шокированный Алекс снова раздражённо фыркнул и уселся поглубже в кресло. – Ребят, все остальные готовы? Все помнят, где стоят? - Да! – хором ответили парни, усевшись передо мной полукругом на кровати. - Вот и молодцы, - я улыбнулась. – Вообще, я хотела спросить… - Что? – наклонил голову Джек. – Ты, случаем, не по поводу герцога де Райза? - А ты откуда знал?! – удивлённо уставилась на него я. Остальные тоже оказались заметно ошарашены. – Я п-просто хотела сказать, что не очень уверена на счёт проведения обряда… - А что может пойти не так? Ведь твой отец сам всё устраивал! – заметил Уилл, явно не видевший во всём этом проблемы. - Папа же не всё знает, - ответила я, несколько смущаясь собственной неуверенности. – Как нужно проводить, в каких условиях. Патриарх Доминик не может ему объяснить все секреты, ведь папы не должно быть там… - Да не волнуйся! – обнял меня за плечи Джек, беззаботно ухмылявшийся. – Король не может ошибиться! К тому же, разве ты не рада? Ты скоро получишь такие возможности!.. - Да не очень, - я опустила взгляд на колени. – Это же ответственность. - Зато свобода, - подметил маг Воздуха, вокруг которого от его волнения расходились ветряные потоки. Он провёл рукой перед глазами: - Как ветер… - Твоя сила может сравниться с силой Богини, - добавил Рей. – Может, ты таким образом станешь к ней ближе и… - он замялся. - И? – заинтригованно спросила я. – Что? - Я не могу это сказать, - протараторил вдруг МакБрудер, прячась от моего взора. - Наверное, ты имеешь ввиду загадку Зеркала, - ответил за него Алекс. Эльф поднял на него глаза и растерянно похлопал ими. Кажется, Райдер догадался. - Никому до сих пор не удавалось разгадать, что же скрывало от нас Зеркало, - продолжил юный герцог, замечая, как все к нему прислушались. – Это было самой большой тайной в религии и в мировосприятии. Зеркало – это нечто, похожее на портал между временем и пространством, но никто до сих пор не разгадал его сущности. - А по-моему, знаний о его предназначении вполне достаточно, - откинулся на подушки Уилл. – Зачем нам ещё и этим заниматься? Проблем по горло! - Может, Уилл, если мы раскроем сущность Зеркала, то сможем сделать нашу жизнь проще, - предположил Алекс. – Например, мы сможем чаще связываться с миром-прародителем, дадим магию в руки каждого, и тогда все будут равны. - Это больше похоже на утопию, - скептично вскинул бровь Джек. – Например, мои родители не смогут понять, как пользоваться магией. И множество их друзей тоже. На то, чтобы включиться в процесс обучения, мне понадобилось очень много времени! - Но зато у всех будет шанс, - с лёгкой надеждой произнёс Рей. – Хотя бы надежда… Я заметила, что Джек сразу погрустнел. Ему-то знакомо, каково быть разделенным с дорогим человеком статусом. Хоть сам парень и обладал большими возможностями, он пока не мог претендовать на место рядом с Марией, только какой-нибудь необыкновенный поступок мог приблизить его к этой мечте. - Это глупо, - хмыкнул вдруг Вондер. – Никто не позволит так поступить. Маги-аристократы не согласятся делить своё место под солнцем с какими-то простолюдинами. - Их никто и не просит, - подала голос я. – Всё равно, реликвий не создашь на каждого. А повелительная магия – не такое уж достояние. Если мы просто сделаем всех восприимчивым к этой магии, то это уже будет их дело, как с ней обращаться! - Ку-ку, Лючия? – помахал у моего лица ладонью Уилл. – Ты же принцесса! Сделаешь всех равными – считай, что потеряла трон. Навряд ли кто-то тебя поддержит после этого. Дашь им свободу – сами начнут вершить власть, а настоящую свергнут. Такая идея сперва мне понравилась. Никаких больше обязанностей, проблемы станут чем-то далёким… Но я понимала, что никто к такому готов не будет. Это всё, как и сказал Джек, лишь утопия. - Ну, в мире-прародителе так живут, - заметив моё уныние, вставил слово Рей. – У них это называется «парламентская монархия». Когда король имеет только символичную власть. - Наверное, для нас это слишком далеко, - предположил Джек. – Большинство просто не поймёт, как так жить. В стране ведь должен быть один король! - Политики нашлись, - усмехнулся вдруг Алекс. – Нашли о чём разговаривать! - А что, это твоя слабая сторона, умник? – подколол его Уилл. - Вместо того, чтобы сейчас осуждать меня, мог бы и сам подучить правознание. Ты же даже не знаешь, что король живёт не только балами и весельем! Все засмеялись, а принц, гордость которого явно ущемили, отвернулся, в голове, вероятно, продумывая изощрённый план мести. От этих разговоров о сказочной жизни мне стало значительно легче. Полночи перед церемонией мы провели за разговорами: шутили, болтали ни о чём, слушали тёрки Уилла с Алексом. И никто из нас не подумал, что эти «сказки» о новой, другой жизни могли оказаться правдой… На следующий день я проснулась невероятно взволнованной. Стоило мне подняться, как прибежала целая свора служанок, мгновенно принявшаяся меня переодевать. Я с непривычки растерялась и чуть не порвала платье, приготовленное мне для встречи с Орденом Богини. Я уж и позабыла, каково быть постоянно окружённой прислугой. За сегодняшний день мне предстояло вспомнить все порядки из моей прежней жизни. До появления Академии я была точно антикварной куклой: все норовили посмотреть на меня, поговорить со мной, словно я какую-нибудь странную вещь скажу. Принцесса, похожая больше на комнатную зверушку, - уж точно не то, кем бы я хотела стать. За завтраком я сидела с ровной осанкой, от которой я давно отвыкла, и старалась соблюдать все правила этикета за столом. Меня очень волновало то, как я собираюсь показаться перед Орденом, ведь эти люди должны разглядеть во мне что-то достойное. Друзья меня сперва не узнавали, но стоило мне по неосторожности взять вилку в правую руку, как они начинали улыбаться и переглядываться меж собой. - Начало к закату… Очень символичное время, не так ли? – начал вдруг Люк де Флай, разрушив затянувшееся молчание. Все обернулись на него, господин Джоршуа аж выронил столовые приборы. - Ты как всегда, Люк, в своём поэтичном духе! – смело улыбнулся отец. Только со своим лучшим другом он мог обращаться на «ты», скорее не действительно от дружбы, а наоборот, от уважения к человеку, ставшему ему одним из близких. - Переход в новую жизнь, от дня в ночи… Звучит мистично, - то ли мечтательно, то ли из вежливости внял этой мысли МакБрудер Янатан. Рей невольно пронаблюдал за ним. Он, наверное, даже не узнавал в нём родственника. - Поэтично, поэтично… Это же просто время суток! – бесцеремонно отозвался барон Храбрый и засунул в рот очередной гигантский кусок баранины, отчего чуть не подавился. – Нашли, о чём размышлять!.. - Просто Вам это не знакомо, в связи с Вашим уровнем интеллекта, барон, - язвительно улыбнулся министр культуры. - У нас это время считается наилучшим для проведения большинства обрядов, - имея ввиду религию, заметил патриарх Доминик. – Как Вы считаете, принцесса? Я даже растерялась. Конечно, мне казалось, что с закатом связана какая-то мистика и волшебство, но мои мысли совершенно не относились к общему представлению. - Я тоже так думаю, - спокойно ответила я в перерыве между поеданием ароматного супа с вондерландскими специями. Может, мнение женщины не настолько важно? Меня ведь просто из вежливости спросили… Я, как и полагалось, поддерживала разговор только малозначительными репликами согласия. Не думаю, что кто-то станет придираться к подобного рода ответам. После обеда, во время которого было так же скучно, как и за завтраком, я решила прогуляться по саду и расслабиться. Вокруг всё цвело в преддверии лета. Ароматы самых разных цветов окутали меня, и мне хотелось вдохнуть каждый. Тень деревьев укрыла меня от посторонних глаз, и я небрежно шла вприпрыжку, внутренне зная, что никто меня не видел. Волнение вскипало во мне всё больше и больше, ведь неминуемо приближалось время моего посвящения. Вопрос «Увидит ли Она меня?» или «А что, если что-то пойдёт не так?» больше не волновали меня. Я стала бояться, что поступит после того, что всё пройдёт. Ведь результат, надеюсь, будет удачным. И что? Я заполучу силу, и что я стану с ней делать? Наверное, буду творить жизнь. Ведь реликвия Времени и Пространства по определению не может контролировать смерть и уничтожение: это всё-таки привилегия реликвии Пустоты. Смогу ли я сдержать эту силу? Мама не смогла… Но у неё и не было помощников, моих верных рыцарей. Я так полагалась на них, что считала себя такой маленькой на их фоне. Почему-то складывалось ощущение, что без своих друзей я ничего не могу. Но я же имею силы на это! Я могу! Стоит мне сжать руку в кулак… Вот так, чтобы аж пальцы заболели! Сквозь кровь, пот и слёзы! К нужному часу всё было готово. Охрана рассредоточилась по всему городу, и по пути к центральной церкви не промелькнуло ни души. Доверенные лица уже были здесь. На этот счёт я не беспокоилась. Небо, наконец-то, окрасили огненные краски. Словно огонь в камине, они сжигали своим теплом свет голубого неба. Искры в глазах сбивали меня с пути, но зато я разглядела то, что хотел от меня Орден – тот самый необыкновенный закат, начало новой жизни. Однако что-то внутри меня подсказывало, что моё первое понимание заката было вернее: сжирающий всё на своём пути огонь и вовлекающий мир во тьму. Как и полагается, шли мы в процессии. Впереди: патриарх Доминик и его помощники, лица которых скрыты ритуальными белыми халатами с рисунком в виде позолоченных рун. За ним шла я, одетая в белое тонкое платье и босая. Богиня должна увидеть меня как можно чётче, не скрываемую масками одежды, обуви и красок. Позади – владельцы Первостепенных Элементов. Алекс с Уиллом вели себя достойно и шли, гордо вскинув нос. Однако я чувствовала, что оба были взволнованы и обеспокоены. Рей с Джеком же время от времени горбились, смущенные взглядами со стороны. Далее – ещё ряд священников и стража, облачённая в белоснежные доспехи, исписанные теми же рисунками, что и на халатах священнослужителей. Широкая спина патриарха Доминика маячила передо мной, и я всё больше терялась. Дыхание замирало от волнения и восторга: я почти стала владелицей самой могущественной силы в Зазеркалье! Я поверить не могла, что удостоилась такой чести, поэтому была безумно горда собой. Хотя бы за то, что я приняла этот дар. Врата в центральную церковь были заперты. Наши шаги вскоре стихли, и в воздухе воцарилась тишина, изредка разбавляемая звуками ветра. Массивные двери открылись. Их скрип напугал меня, и я даже вздрогнула, что привлекло внимание моих рыцарей. Алекс частично избавил меня от испуга, чтобы всё прошло, как надо. Огромный зал церкви был залит красками. От массивных витражей отражались блики, падавшие на светлый пол. Со стороны они казались тёплыми и живыми, такими, что к ним можно было прикоснуться. Но когда голая ступня ощутила холод плитки, я поняла, что ошибалась. Процессия безмолвно зашла внутрь. Шаги эхом отражались от стен, уходя куда-то в поднебесный потолок. Всё вокруг давило на меня, и от накатывавшего волнами восхищения я становилась такой крохой внутри себя. Заметит ли Богиня такое маленькое, ничтожное существо, как я? Мы остановились прямо у ступенек на сцену. Патриарх Доминик остановился и пропустил меня вперёд. От приближающегося момента посвящения я замерла, уставившись на возвышавшуюся статую Богини и стоящее за ней Зеркало, мерцающее искрами заката и источавшее магию. Собравшись с силами, я взглянула на моих рыцарей в последний раз. Они безмолвно пожелали мне удачи и передали заряд уверенности. Я благодарно улыбнулась и снова обернулась, чтобы сделать первый шаг. Мощь Эллиады заставила меня быстро согнуться. Со стороны я, наверное, была похожа на зажатую в углу мышь. Обстановка вскружила мне голову: я словно сжималась со всех сторон взорами и стенами, потолок всё уходил наверх. Колени будто сами согнулись, и я упала на ступени. Что-то подсказывало мне, что я делаю правильно. Это была не память, просто какой-то внутренний инстинкт вёл меня сюда. Все правила, прочитанные мной, быстро забылись, и я поддалась внутреннему чувству. Я сложила руки в замочек у сердца и опустила взгляд в пол. Закрыв глаза, я ожидала, что что-то поглотит меня. Будто нечто большое, сверхмассивное стоит надо мной и смотрит на меня, внутренне решая, что делать со мной. Вдруг меня коснулась рука. Я вздрогнула, но удержалась, чтобы посмотреть наверх. Мне было знакомо это прикосновение, это была Она. Сердце бешено заколотилось в груди, просясь наружу. Первые секунды это было волшебное наслаждение. Будто в меня вливали бурлящую жидкость, покалывающую от теплоты. Мгновение за мгновением температура внутри росла, и я вспотела. Тело перестало выносить нагрузки. Я чувствовала себя хрустальной бутылью, в которой плещется вода, но она уже стала выходить за пределы стекла и выливаться за края. Но упрямый владелец бутыли пытался заставить воду остаться внутри и расширял поверхность сосуда, отчего меня разрывало на части. «Сила почти внутри», - сказал мне чей-то голос. Я снова не смогла его описать. Это была Она! Эллиада поверила в меня и попросила стерпеть! С трудом я подавила восторг и принялась добровольно впитывать в себя то тепло, посылаемое ей. Это и была та самая загадочная сила, сила Богини… Внезапно всё закончилось. Где-то в сердце что-то взорвалось и окончательно разорвало меня на части. От уничтожающей организм энергии я закричала, испугав тем самым окружающих. Но я знала, что помощи ждать не у кого. Но всё болит! Разрушается, разрывается! Рвётся наружу, но я не могу выпустить! Я должна сдержать, иначе произойдёт что-то страшное! Тут моё сознание покинуло тело. Стало легко, как в прыжке. В глазах появился свет. Какое-то время я лежала неподвижно. В голове – ни единой мысли, тела я не чувствовала вовсе. Будто я… умерла. Но я жива, наверное. При одной мысли о смерти моя душа воззвала ко мне и заставила раскрыть глаза. Я ощутила, что падаю. Медленно, словно погрузившись в воду. Я не дышала и даже не нуждалась в этом, у меня ушла минута на то, чтобы привыкнуть к ощущению, что для меня всё отсутствует, я могу только отрывисто мыслить. Я остановилась. Только при соприкосновении с невидимой границей, которую условно можно было назвать полом, я что-то ощутила почти физически. Скорее это было нечто иное, нежели физическое ощущение, скорее осознание того, что я должна что-то почувствовать. Прочувствовав под собой твёрдую поверхность, я приподнялась. И тут же провалилась вниз. Мой дух повис среди условного пола и поверхностью под ним. Так как видно его не было, моя временная граница пропала. Только сейчас я заметила то, вокруг чего сосредоточился свет. Магическое Зеркало, как Черная дыра, впитывала в себя окружающее пространство, но пространство было бесконечным, поэтому оно могло «питаться» окружающим бесконечно. Я понимала, что это то самое Зеркало, которого я боялась когда-то. Оно мне снилось совсем давно, когда я ещё не обладала всеми Первостепенными Элементами. Может, Богиня специально поставила его передо мной? Магическое Зеркало было рубежом между тем, что я понимаю и что я пока не осознала. То мистическое, скрывающееся за его поверхностью, было мне доступно, и Богиня как бы говорит мне, что я могу преодолеть эту границу теперь, когда я прошла все необходимые испытания. Признаюсь, мне было страшно. Я боялась неизвестности. Эта всепожирающая материя имела за собой что-то, пока не доступное пониманию человека. Я понятия не имею, что ждёт меня на другой стороне. Будет ли это разгадкой Великой тайны Магического Зеркала? Подойдя к нему, я ощутила, как меня потихоньку затягивает внутрь. Вихрь, создающийся из пространства вокруг меня, затягивал и время, поэтому, наверное, здесь его и не было. Я осторожно прислонила руку к поверхности Магического Зеркала. По руке прошлось ощущение, будто меня заглатывает жидкость, похожая на холодную смолу. Оно было едва различимо, ведь я только предполагала, что я это чувствую или должна чувствовать. Сознание самопроизвольно подсказывало мне, как и что понимать. Всё тело заглатывалось Магическим Зеркалом. Меня тянуло вперёд вне зависимости от моего желания, и всё внутри замирало, когда попадало туда. В голове метались отрывки мыслей и подобий ощущений, но я всё равно не понимала, что должна делать. В итоге, моя голова тоже скрылась Там. Первое появившееся чувство – страх. Второе – смятение. Третье – умиротворение. Я будто попала внутрь себя. Перешла границу и заглянула к себе в сознание. Я будто находилась у себя дома, это был мой настоящий дом. Где никто не мог увидеть меня, никто не мог понять, что это, где оно находится, когда оно находится. Всё это могу знать только я одна. Оглядевшись, я поняла, что всё так же не знаю, где конец, а где начало. Повсюду темнота, можно даже сказать, Пустота. Она просто находилась, концов не было видно, и это одновременно пугало и захватывало дух. Я никогда не могла представить себе ощущения, что нахожусь в Нигде. Вдруг вдалеке появилась еле-еле различимая точка. Она светилась и манила к себе, она показалась мне выходом. Однако потом я поняла: выхода здесь нет. - Приветствую тебя, - сказал мне голос, различить который я по-прежнему не могла. Надо мной склонился силуэт. Знакомый силуэт: тонкая талия, длинные руки с широкими ладонями и длинными пальцами, слегка согнутые ноги, похожие на тонкие стволы деревьев, длинные белые волосы, волнами разошедшиеся по темноте, и лицо. Идеальное лицо идеальных черт, источающее доброту и величие. Я не могла ничего ответить. Просто внимала её словам. - Ты в своём сознании. Не пугайся, это самое безопасное место, которое ты можешь представить. Здесь твоя сущность не зависит от бренного тела: здесь присутствуют только твоя душа и магическая аура. Это – твой Мир. Сказать, что я была шокирована этими речами, это ничего не сказать. Смысл её слов доходил до меня урывками, и я знала, что до конца понять их я не смогу. - Ты здесь Богиня. Этот Мир принадлежит тебе, он часть тебя, он и есть ты. Ты обладаешь силой дать этому Миру жизнь. Главное, что должно двигать тобой, - это любовь. Ты уже любишь этот Мир. Ты не можешь желать не любить его, ты всё равно будешь любить. Вон там. - Её палец указал на маленькую светящуюся точку, - это Жизнь. Она живёт внутри тебя, наравне с твоей. С неё начнётся всё. Ты будешь оберегать Жизнь, иначе твой Мир погибнет. Тут Эллиада испарилась. Её голос снова испарился из моей памяти. Испарившись, она прошептала последнее: - Защищай Жизнь и Мир. Я поняла её слова, как только увидела угрозу. К маленькой Жизни двигался огромный ураган. Он с грохотом двигался навстречу точке и готов был её поглотить всеми своими страшными, уничтожающими цветами. Я рванулась к точке. Я безумно хотела спасти Жизнь. Маленький, беззащитный огонёк… Меня охватил ужасающий страх за то, что он исчезнет. В доли секунды я добралась до него и схватила в руки, укутывая собой. Жизнью оказался небольшой светящийся шар, состоящий только из света. Я закрыла этот свет, обхватив со всех сторон, и прижала его к груди. Страшный ураган заставил меня упасть, и я поняла, даже попыталась почувствовать, как оказалась на условной границе, на земле. Ветер проносился мимо меня, но я не чувствовала его, только видела творящийся перед взором хаос. Маленькая Жизнь трепетала в моих руках, и я будто слышала, как бьётся несуществующее сердце. Где-то в реальности Лючия, уже не ощущая себя, продолжала кричать ещё несколько минут. Её друзья, стоявшие к ней ближе всего, содрогались от каждого её крика, но помочь не могли, просто не имели права. Они смотрели на неё, просто терпя и сдерживаясь от помощи. Вокруг всё также молчало. Священнослужители сохраняли спокойствие, а вот стража начинала нервничать. Они переглядывались между собой и вздрагивали. Постепенно и маги Первостепенных Элементов перестали сдерживаться. У Рея, дёргавшегося от нервов, на лице выступили слёзы, он мысленно умолял это прекратить, но снова раздавались крики, и он тихонько втягивал носом воздух, чтобы прекратить показывать свою слабость. Джек, вопреки всем запретам, начал устраивать воздушные вихри, внутренне впадая в ярость. Уилл до сих пор сохранял железное спокойствие, но некоторые клочки его одежды начали загораться. Маг не мог больше сдерживаться и прикрыл щеки руками, на лице исказилась гримаса боли и паники. Только Алекс дольше всех был спокоен. Внутри него всё кричало и рвалось, но он держался, до последнего держался. Он испытывал больше боли, чем остальные. Райдер пытался воздержаться от того, чтобы забрать часть страданий Лючии, но его так и тянуло помочь. От очередного крика в нём проснулся детский страх. По старой привычке на глаза выступили слёзы. Это был последний крик. Лючия замолчала и упала. Никто не видел, дышала она или нет. - Что с ней? – разрушил мёртвую тишину Алекс, оборачиваясь к патриарху Доминику. – Что с ней?! - Всё в порядке. Так и должно быть, - ответил невозмутимый Шайн. - Лючия… - произнёс Райдер на выдохе. Он больше не мог держаться. Юноша рванул к упавшей девушке. Осторожно, будто боясь поранить, он взял её на руки и повернул к себе лицо. Его руки судорожно дрожали, пальцы перебирали её тёмные густые волосы. Видеть бледное, измученное лицо казалось Алексу невыносимой пыткой, и он прижал тело к себе. - Ты всё испортишь, мальчишка! Отпусти немедленно! – возмутился патриарх Доминик, уже добравшийся до него. Он было хотел схватить парня за волосы, но Райдер извернулся и, прижимая к себе девушку, отполз. - Не трогайте её, Вы… Демон! – говорил юноша, вспоминая о том, что он не один. Видя её, он терял все остатки разума. Остальные владельцы Первостепенных Элементов тут же ринулись к нему, наперебой что-то спрашивая и вглядываясь в лицо девушки, но не находя в них признаков жизни. Все были перепуганы и не понимали, что сами делали. Они вместе будто чувствовали, что внутри них что-то бушевало и готово было вырваться наружу. Алекс отпустил её, давая всем склониться над ней и вглядеться. Но опасения были ложными. Лючия глубоко вздохнула. Настолько глубоко, что даже было видно, как она высоко поднимает грудь и опускает её. И так несколько раз. Она взяла руку Алекса, но глаз не открыла. Всё замерло. - Я приняла Наследие.