Запечатано с Любовью

В ее форме селки Инко присела и попыталась уклониться от палок мужчин, которые сгоняли их с корабля на берег.Вокруг нее столпились десятки тюленей, которые были нормальными животными.Они не были селки, как она. С серого небо хлестал мелкий дождь.Инко вздрогнула плотно прижатая, телами тюленей вокруг нее, она соскользнула по металлической раме на мокрый песок. Она надеялась, что у нее будет шанс сбежать, как только мужчины отвлекутся. Надеюсь, они не заметят, что среди стольких тюленей пропала одна. Но ее и других тюленей запихнули в деревянный загон с непрозрачными стенками. Это не имело смысла. С тех пор, как Инко попалась в сети людей, она боялась, что это могут быть рыбаки, охотящиеся на нее из-за мяса или шкуры. Но рыбаки не стали бы охотиться только на тюленей. И они не стали бы загонять животных вместе на пляже вот так. Пока тюлени вокруг нее лаяли и сталкивались друг с другом, Инко пробралась к стене и проверила ее прочность. К сожалению, деревянные бревна были довольно крепкими. Если один из этих мужчин прикоснется к ней, она выскользнет из своей шкуры и снова превратится в человеческую форму. Хотя это было бы лучше, чем стать обедом или шубой, она предпочла бы избежать этого, если это возможно. Селки стали… уязвимыми для человека, завладевшего их шкурой. Она все еще цеплялась за надежду сбежать обратно в море. Человеческие голоса доносились из-за забора. Инко прижала ухо ближе, чтобы слушать. Через глазок она заметила двух мужчин в темно-зеленых непромокаемых куртках, идущих от корабля. Двое ее похитителей. Сквозь рев волн и проливной дождь она могла разобрать только обрывки разговора. -Почему такой могущественный человек, как Хисаси Мидория… одержим поиском тюленей? -Если они не… белый тюлень… убивает их. Инко отпрянула. Она разобрала лишь часть слов мужчины, но ей не понравилось слова «убивает их». Кем был Хисаси Мидория? Она думала, что первый мужчина спросил: Почему? поэтому она прижалась спиной к забору в надежде услышать ответ. Слова прозвучали яснее, когда мужчины приблизились к ней. -Он говорит, что чем меньше тюленей в океане, тем легче найти того, кого он ищет. Первый мужчина фыркнул. — Слишком много тюленей, чтобы это сработало. Другой мрачно сказал.- Такой человек, как Хисаси Мидория, может опустошить океан. Это не помогло успокоить расшатанные нервы Инко. Выстрел пронзил воздух. Оба мужчины в шоке закричали, в ужасе глядя на человека, идущего к ним. У него были белоснежные вьющиеся волосы, ярко-красные глаза и красота падшего ангела. Сила его присутствия, казалось, заставляла волны бушевать еще громче. В правой руке он держал пистолет, а в левой тянул мертвого тюленя. Инко вздрогнула, когда мужчина бросил мертвого тюленя вперед. Его голос подходил ему, темный, как самые глубокие части океана, и потрескивающий от ярости, как молния. -Это похоже на чистый белый тюлень для вас? Мех светло-серый! Паршивое существо имеет пятна ! Мужчины, съежились от его гнева. — Простите, что зря позвали вас сюда, мистер Мидория. Второй человек быстро добавил-Это был не единственный необычный тюлень в сегодняшней партии. У одного была зеленая шкура. Инко уставилась на свои зеленые ласты. Селки часто имели странную окраску по сравнению с обычными тюленями. У нее было плохое предчувствие. Она слышала истории о мужчинах, которые воровали шкуры селки, чтобы заставить их выйти замуж. Что, если он схватил ее в качестве замены тому, кого искал? Человек, который мог быть только Хисаси Мидорией, нахмурился. Жестокий взгляд ожесточил его глаза. -Если я узнаю, что твое восприятие зеленого так же ошибочно, как и твое восприятие белого, ты пожалеешь об этом. Она должна выйти отсюда, прямо сейчас. Она доковыляла до самой слабой на вид части забора и бросилась на нее. Ни одна доска не сдвинулась с места. Ее голова вздрогнула от звука скрежета по дереву. С другой стороны загона открылись ворота. Это была ее возможность сбежать, но она была так далеко! Она попыталась пробиться сквозь толпу перепуганных, несчастных тюленей. Затем Хисаси Мидория вошел внутрь, закрыв за собой ворота. Внезапно Инко обрадовалась тому, что осталось от него как можно дальше. Хисаши шагнул сквозь толпу мокрых пушистых тел, касаясь каждой тюленей головы, проходя мимо. Как она и подозревала, он, должно быть, ищет селки. Шкура селки попадала в руки человека, который к ней прикасался. Несмотря на ее попытки спрятаться за большим черным тюленем, его малиновые глаза остановились на ней. Инко попытался бежать. Хисаси вытащил пистолет и указал. Она замерла. -Умный.-Глаза Хисаси сузились. — Ты не обычный тюлень, не так ли? Двигаясь с хищной скоростью, он прыгнул вперед и коснулся макушки ее пушистой головы. Зеленая шкура Инко соскользнула. Ее конечности искривились и слились, став безволосыми и человеческими. Длинные зеленые волосы падали ей на лицо. Она присела на мокром песке на четвереньки, голая и дрожащая. В ее человеческой форме дождь казался еще холоднее. Триумфальная улыбка мужчины, стоящего над ней, пробрала ее до костей. Хисаси снял пальто и накинул на нее. Это было более вежливо, чем ожидала Инко. Она плотно закуталась в черный стеганый плащ. Ужасающий мужчина держал ее за шкуру. Она чувствовала, как его ледяные пальцы касались меха, ведь даже отделенная, ее шкура оставалась частью ее. Это было жуткое чувство. Мужчина стоял прямо и не обращал внимания на бушующий вокруг него шторм. Если бы она только могла дотянуться до своей шкуры,но она боялась пистолета. Впиваясь пальцами в ее мех, Хисаси сказал — Скажи правду. Вы видели чисто белого тюленя? Селки мог контролировать человек, который держал их шкуры, и, судя по акценту на его команде, он знал это. Слова Инко невольно вырвались из ее горла. — Нет, никогда в жизни. Даже среди селки такая окраска была бы редкостью. Хисаси нахмурился. -Вы знаете селки-мужчину с прямыми белыми волосами? Он на несколько лет моложе меня. Его глаза и лицо похожи на мои. Так что этот человек искал не просто селки, а конкретную селки. Если он хотел найти мужчину, похожего на него самого, это звучало как родственник, а не сбежавший супруг. Но судя по его запаху, он был человеком, а не одним из ее вида. Умершие родители Инко рассказывали ей истории о детях людей и селки. Они всегда рождались либо маленькими селки с маленькими шкурками на спине, либо полностью человеческими младенцами — вероятность того и другого составляла пятьдесят на пятьдесят. Если бы этот человек был сыном селки, это объяснило бы и то, как у него мог быть брат-селки, несмотря на то, что он сам был человеком, и то, как он так много знал о ее народе, несмотря на то, что селки давно превратились в человеческий миф. Искренне говоря, Инко сказала -Я никогда не встречал никого, соответствующего твоему описанию. — Я заставляю вас сообщить мне любую имеющуюся у вас информацию о местонахождении ваших собратьев-селки, — сказал Хисаси. И снова слова Инко вырвались у нее из горла. -Все мое стадо мертво. Совсем недавно шторм забросил меня в этот район. Я не знаю других селки. Пожалуйста. — Ты потерял всю свою семью? На этот раз вопрос не был командой. Он почти содержал ноту мягкости. Инко кивнул, отчаянно пытаясь добиться сочувствия от этого человека, который убивал тюленей. -Нам стало труднее выживать в современном мире. Океаны были загрязнены, а рыба подверглась чрезмерной охоте. В какой-то момент селки сформировали симбиотические отношения с рыбаками, но слишком много испорченных людей воспользовались силой, которой они могли обладать, держа в руках шкуру селки. В конце концов, ее сородичи решили уйти в тайну. — Один из твоих родителей был селки? С ними что-то случилось? -Моя мама. Взгляд Хисаши впился в нее. -Она мертва. Вы, чем-то на нее похожи. Инко начал чувствовать надежду. -Если вы вернете мне мою шкуру и освободите меня, клянусь, я покину это место и никогда не вернусь. Хисаши говорил так, словно не слышал ее. — Думаю, я смогу спасти тебя. Было бы неплохо иметь кого-то, к кому можно вернуться домой. Снова иметь семью. Надежды Инко рухнули обратно на землю. Что именно это означало? Пытаясь говорить спокойно, она сказала. -Меня не нужно спасать. Я буду в порядке, когда вернусь в океан. — Конечно, ты так думаешь. Хисаши вздохнул. -Все вы, селки одинаковые. Зависимость к морю. Не обращаете внимания на опасность. Ты убежишь на съедение акуле, не обращая внимания к тем, кто тебя любит. Если только, кто-нибудь не заставит тебя остаться. Хисаши погладил шкуру Инко, и она почувствовала, как призрак его пальцев ползает по ее позвоночнику. — Пойдем со мной — сказал он, и она встала, не в силах сопротивляться. Не сводя с нее глаз, он крикнул своим людям -Убейте всех тюленей. *** Изуку Мидория едва сдерживал волнение по поводу своего первого дня в начальной школе. Он тщательно разложил свою одежду на утро понедельника: джинсы, футболку супермена и свои любимые красные кроссовки. Отец подарил ему ярко-красный рюкзак, который стоял у двери. Совершенно новая школа, полная потенциальных друзей. Для пятилетнего ребенка нет ничего более захватывающего. Изуку ворочался под одеялом Человека-паука, не в силах заснуть. Он услышал голоса, доносившиеся снизу. Его мать говорила громко и сердито. Страно. Родители Изуку никогда не ссорились. Хисаси души не чаял в своей жене, еженедельно находил предлог покупать ей дорогие украшения и часто брал ее с собой в романтические путешествия. Инко была предметом зависти каждой домохозяйки по соседству, она жила в своем красивом особняке со своим потрясающе красивым и обожающим мужем. Они оба вели себя как влюбленные голубки, что это часто смущало их сына. Изуку никогда не мог сопротивляться своему любопытству. Он спустился по лестнице. Его родителей не было в главной гостиной. В особняке было несколько гостиных, наименее часто используемая находилась в подвале. Изуку соскользнул со второго лестничного пролета. Инко кричала так громко, что он услышал ее издалека. -Вы разрушаете экосистему океана! Изуку заглянул в приоткрытую дверь. Инко расхаживала по ковру с красным лицом. Выглядя расслабленным, Хисаши сидел в кресле и пил вино из бокала. -Конечно, вы не можете так расстраиваться из-за гибели акул. Это противные существа, которые охотятся на тюленей. — Ты убиваешь столько же тюленей, сколько и акул, — прорычала Инко. -Я не понимаю, почему вы утверждаете, что заботитесь о защите тюленей, когда продолжаете собирать их, чтобы убить. Почему ты это делаешь? Неправильно убивать животных, если вы не собираетесь их есть. Хисаши поставил стакан. -Очевидно, что нам придется согласиться, чтобы не согласиться с этим. Почему бы, нам не пойти спать? Он погладил прядь волос жены. — Не пытайся меня отвлечь. Инко нахмурился. -Это важно. Найти моего брата для меня еще важнее, поэтому я не могу пойти на компромисс. Хисаши встал и подошел к металлической двери банковского хранилища в глубине подвала. Когда он ввел комбинацию, Инко уставился на него. Ее лоб нахмурился. — Это было раньше? Странно, далекие нотки вошли в ее голос. Она выглядела ошеломленной. — Не беспокойся об этом. Хисаси толкнул дверь. Изуку мельком увидел кровать и приставной столик. Кровать внутри хранилища? Изуку всегда предполагал, что в нем хранятся драгоценности и другие ценности. Прежде чем он успел обдумать эту странность, Хисаси взял металлическую коробку и закрыл за собой дверь. Металлический ящик имел несколько замков. В конце концов, Хисаши открыл его и там были две тюленьи шкуры одна зеленая, а другая поменьше, белая, с маленькими зелеными пятнами, похожими на веснушки. С того момента, как он увидел шкуры, уши Изуку наполнились шумом. Это звучало как океан. Он никогда не хотел ничего так сильно за всю свою жизнь, как схватить эту шкуру и обернуть ею себя. Интенсивность его желания испугала его. Когда руки его отца коснулись меньшей белой шкуры, Изуку ощутил ощущение, похожее на чью-то руку на своем плече. Это заставило его подпрыгнуть. Хисаси подобрал зеленую шкуру. — Забудь о мертвых животных, Инко. Пусть это вас больше не беспокоит. Инко машинально повторил-Я больше не буду об этом беспокоиться. Здесь происходило что-то странное. Далекая часть разума Изуку кричала, чтобы он подумал об этом. Но его полностью поглотила потребность схватить бело-зеленую шкуру. Его контроль оборвался. Он побежал вперед, раскинув маленькие ручки. — Изуку? Голова Хисаси повернулась. -Что ты здесь делаешь? — Мой -захныкал Изуку. Эта шкура принадлежала ему. Он знал это, как свое собственное имя. -Эта штука опасна. Никогда не подходи к нему. Хисаси крепко закрыл металлический ящик и запер его. Изуку закричал. Душераздирающий звук удивил его самого. Ему казалось, что часть его тела оторвали. Слезы наполнили его глаза. Он хотел шкуру. Ему нужна была шкура! — Тебе пора в постель. Хисаси поднял своего пятилетнего сына и понес его мимо ошеломленной Инко вверх по лестнице, пока он плакал и кричал. Когда отец укладывал его в постель, Изуку боролся и кричал. Как только его отпустили, он вскочил и выбежал за дверь. Несколько раз возвращая его в постель, Хисаси в конце концов запер сына в спальне. Изуку стучал в дверь, крича и плача. Ревущий шум океана полностью поглотил его разум. На следующее утро Изуку проснулся, прислонившись к двери своей спальни. Его глаза были опухшими и тяжелыми. На этот раз дверь не была заперта. Он побежал вниз по лестнице. За обеденным столом Хисаси поставил омлет. — О, тебе не нужно было готовить, — сказала Инко, но голос ее звучал счастливо. В отличие от прошлой ночи, в ее взгляде не было ничего, кроме любви и удовлетворения. -Это не все. Смотри, что я тебе принес. Хисаси поставил на стол шкатулку с драгоценностями. Инко открыл его и увидел бриллиантовое ожерелье, инкрустированное жемчугом. -Это прекрасно! По какому поводу? — Мне никогда не нужен повод, чтобы баловать мою очаровательную жену- Хисаси поцеловал ее в лоб. Изуку ворвался в дверь с криком-Где это? Где шкура? Невинность в его взгляде, Хисаси поднял глаза. -Что случилось? Ты говоришь так, будто тебе приснился кошмар. Изуку остановился. Он колебался. Странная сцена прошлой ночи действительно была похожа на сон. Но он не мог полностью забыть тоску под своей грудью. -Это мое. Вы не можете скрыть это от меня. — Я не понимаю, о чем ты говоришь, Изуку, — сказал его отец. Инко выглядел удивленным. -Кто-то слишком взволнован для своего первого дня в школе. Изуку больше не заботился о школе. Он побежал к двери, ведущей к лестнице в подвал, но она была заперта. Его мать подошла и обняла его за плечо. -Пора, пора собираться в школу. Ты выглядишь усталым! Ты должно быть, не смог заснуть от волнения. Изуку действительно слишком устал, чтобы сопротивляться. — Это несправедливо, - пробормотал он. — Я вернусь за этим позже. Это мое. Но дверь в подвал больше никогда не оставалась незапертой.

***