Скрытый вундеркинд 

Во время обеда на следующий день Сакумо и Джирайя сидели в гостиной и обсуждали загадку Какаши. — Я не знаю, что случилось, — сказал Хатаке, потирая рукой усталое лицо. — Клянусь , Какаши раньше не был таким. Мужчина глубоко вздохнул. «Я имею в виду, я знаю , что никогда не проводил с ним много времени, но я уверен, что что-то не так». — Он ничего не сказал об этом? — спросил седовласый Сеннин. Сакумо отрицательно покачал головой. Прошлой ночью Какаши вел себя слишком… печально? То, как он смотрел на Джирайю, было таким, будто он никогда не ожидал, что этот человек появится перед ним, и было полно слов, которые он не позволял себе произносить. Честно говоря, Какаши не мог поверить, что вся деревня Коноха когда-то гудела вокруг него, судя по тому, как он смотрел на вещи. Дети так себя не вели, вундеркинды они или нет. Джирайя взглянул на отца, задумчиво глядя на ситуацию. — Ну, наверное, ничего, — медленно сказал он, — ребенок просто подрастает. Ты знаешь, половое созревание и все такое. - Какаши пять , - невозмутимо ответил седовласый мужчина. Джирайя пожал плечами. — Значит, раннее половое созревание, — поправил он, не теряя ни секунды. «Ваш ребенок гений, как и его клетки». Сакумо застонал себе в руки. «Почему я вообще прошу тебя о помощи?» "Как я должен знать?" Пока Белый Клык пытался подавить очередной стон, Какаши вошел в комнату, выглядя так, будто в мире все было в порядке. — Я ухожу, — сказал мальчик с небрежным блеском в глазах. «Обучение», — добавил он, как будто это слово определенно давало ему разрешение. Что было бы, признает Сакумо. После той необычной тренировки отца и сына, которая, казалось, произошла давным -давно, Сакумо пришел к выводу, что, когда Какаши снова сможет тренироваться, это будет означать, что спад, постигший его, наконец-то закончился. Так что вид Какаши, отправляющегося на тренировку, был для него ободряющим. И прежде всего это также означало, что, несмотря на странности, которые он время от времени замечал в своем мальчике, у него была нормальная привычка, которая никогда не изменится. Сакумо кивнул. «Конечно. К обеду будешь дома», — сказал он. Джирая нахмурился, внезапно прерывая его. «Подожди… Я думал, ты не хочешь быть ниндзя?» — выпалил он, и в его голосе звучало замешательство. «Хм», — был уклончивый ответ. — Так для чего ты тренируешься? — подозрительно спросил сеннин. Белый Клык застыл на этом вопросе. Это был хороший вопрос, черт возьми. Он так привык к тому, что Какаши ходит тренироваться, что даже не подумал об этом. Краем глаза он наблюдал за своим сыном. Парень просто стоял там, сгорбившись и глядя на них так, будто это был самый глупый вопрос. "Как вы думаете?" — Вот почему я спрашиваю тебя, малыш. Мальчик нахально ухмыльнулся. «Вы какой-то ниндзя . Разве вы не должны знать все, что вам не говорят? » «Ого, ты перепутал «Ниндзя» с «Богом». Мне сказали, что это обычная ошибка. Особенно рядом со мной». Джирая ухмыльнулся, когда Какаши закатил глаза от его выходки. -- Посмотрим теперь; мое личное мнение, что упражнение вам нужно, -- ответил он с озорным блеском в глазах. — А-а, жирные шутки, — сухо прокомментировал Какаши. «Папа, он учит меня плохим манерам». А затем, после тихого смешка, "Заставь его остановиться!" Джирайя в знак поражения поднял руки, а Сакумо посмотрел на своего друга серыми глазами. «Что? Не похоже, чтобы он не слышал этого раньше!» он защищался. Сеннин повернулся, чтобы пригвоздить Какаши собственным взглядом, только чтобы увидеть, как мальчик уходит, все время смеясь. Он повернулся к Сакумо, как только Какаши оказался вне пределов слышимости. «Это было странно», — заявил он. «Клянусь, в прошлый раз, когда я был у него, он весь такой: «Если ты не собираешься говорить что-то продуктивное, уходи», и он даже не отвечал на мои шутки. Что случилось?» Сакумо покачал головой, тревожно глядя на него. «Это то, что я хочу знать. И вы помогли мне в этом», — рявкнул он с хмурым лицом. «Эй, он твой ребенок, а не мой», — запротестовал пожилой мужчина. Два давних друга давно замолчали: «Он так и не ответил на мой вопрос, не так ли?» — понял Джирайя. Какаши втянул его в свои поддразнивания, и отношение к мальчику было настолько чуждым, что Джирайя сосредоточился на этом, а не на исходной проблеме. Сакумо глубоко вздохнул, прежде чем покачать головой. «Забудь об этом. Пойдем, ты ведь хотел посетить это новое заведение данго , верно?» Джирайя поджал губу, прежде чем повторить вздох своего друга. Он стряхнул проблему, отложив ее для последующего анализа. «Я не знаю, — ответил он, изображая ухмылку, — … я должен платить?» — Джирайя, — проворчал Сакумо, а другой мужчина только сильнее ухмыльнулся. «О, хорошо, хорошо. Позвольте мне взять мой бумажник». Сакумо выскользнул из комнаты, качая головой в ответ на выходки Джирайи. Но опять же, это было так похоже на его друга. Отец прошел в свою комнату, готовый порыться в своих вещах, чтобы найти спрятанный бумажник. Он замер, как только вошел в него. Серые глаза метались по комнате, пытаясь определить источник беспокойства. Но ничего не казалось неуместным? Грязная кровать, одежда на полу, ловушки не сработали, оружие на месте; ничего не случилось. Но что-то в воздухе казалось другим и кричало его инстинктам. Все было на своих местах, кроме- кроме … ! Серые глаза Сакумо широко распахнулись. Нет, не может быть! Он промчался через комнату, роняя тщательно расставленные ловушки, и распахнул потайное хранилище, спрятанное за стеной. Его руки в перчатках рылись в его содержимом, остановившись, когда заметили, что он маленький. Со скоростью, с которой мог соперничать только джоунин, он выбежал из своей комнаты, затормозив перед своим давним другом. Его глаза были широко раскрыты и безумны. "Он ушел!" — воскликнул он, прежде чем снова броситься в свою комнату для второго обыска. Он слышал, как Джирайя карабкается за ним, но не обращал на этого человека внимания. Это прошло!