Скрытый вундеркинд 

Друзья теперь фф будет выходить редко!, но чётко!. Так что не уходите! Будьте со мной!, муа<3 — Спасибо, что пришнл, — сказал Сакумо, когда Джирайя вошел в двери комплекса Хатаке. «Нет проблем, — ответил он, — как дела?» Сияющее солнце над головой только начинало свой путь вниз, но оно все еще давало достаточно света, чтобы очертить каждую напряженную складку на лице седовласого мужчины. Мудрец мог легко прочитать последние несколько месяцев своего друга в каждой строке. Сжав руки в кулаки, Сакумо горько рассмеялся. "Могло быть лучше." Он поморщился: «Могло быть намного лучше. Это одна из тех вещей, которые ты хотел бы сдуть через несколько дней, но в конечном итоге проходят месяцы и месяцы, прежде чем ты это узнаешь, и до сих пор ничего не изменилось». — Ах, прости, что так поздно, — искренне извинился Джирайя. Он не хотел, чтобы его друг думал, что он тоже бросил его. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как он узнал, что случилось с его другом. Его сэнсэй отправил ему срочное сообщение с просьбой вернуться ради его друга, но у него были обязанности, которым нужно уделить внимание в первую очередь, чтобы вся его сеть не развалилась, и он не мог вернуться в Коноху до сих пор, как бы он ни торопился. . — Нет, я просто рад, что ты здесь, — сказал Сакумо с мягкой благодарной улыбкой. Мудрец вернул улыбку. "Как дела?" — спросил Джирайя еще раз, прежде чем тишина, которая медленно наползала между ними двумя, смогла продлиться дольше. Это был неловкий вопрос, учитывая, что у мужчины явно не все в порядке, но опять же, Джирайе не понравилось, как Сакумо отклонил вопрос в первый раз. — Ладно, — сказал Сакумо, лгая сквозь зубы. Мудрец безразлично уставился на своего друга, который внезапно вздохнул. «Хорошо, я разочарован в деревне», — признался мужчина. Джирайя издал горловой звук, призывая мужчину продолжать. Сакумо опустил лицо на ладони, закрыв затравленные глаза. «Мне пришлось выбирать между миссией или моими товарищами по команде. Это было мгновенное решение, но мысли просто хлынули в мой разум в тот момент, когда я увидел их лица, уставившиеся на меня. Я полностью забыл о миссии, потому что в тот момент, когда я увидел их - увидел, что они умрут - я просто продолжал думать, что у них могли быть дети, как и у меня Как шиноби, мы подписались на смерть в тот момент, когда ступили в Академию, но как родители мы хотим лучшего будущее, которое мы можем дать нашим детям. Я не знаю, как бы я справился с этим, вернувшись, чтобы сказать их детям, что их отцы погибли во время миссии, когда я мог бы легко их спасти». Седовласый мужчина подавил всхлип. «Я знаю, что не хотел бы, чтобы это случилось с Какаши — я хочу, чтобы он прожил счастливую жизнь без сожалений». Джирайя торжественно кивнул. — Суть в том, чтобы быть шиноби и быть человеком, в том, что иногда ты не можешь быть и тем, и другим. Это просто не работает. Пожилой мужчина беспомощно пожал плечами: «Как бы вы этого ни хотели». Сакумо внезапно рассмеялся, хотя бы просто для того, чтобы издать какой-то звук, а не для того, чтобы задуматься. «Иногда мне кажется, что я довольно счастлив, что Какаши в конце концов решил не быть ниндзя». "Да?" «Ему не нужно будет принимать такие решения, когда это потеря, независимо от того, какой выбор я сделаю». — объяснил Сакумо, едва услышав комментарий Джирайи. Мудрец внимательно изучал своего друга. — Сейчас ты выглядишь скорее грустным, чем взволнованным. "Я?" — спросил Джоунин. Сакумо горько усмехнулся, глядя куда-то вдаль. «Да, иногда мне хочется, чтобы Какаши этого не делал, чтобы он мог защитить себя от этих презирающих жителей деревни, если они когда-нибудь попытаются что-то сделать». Мужчина посмотрел на эти руки в перчатках, выглядя потерянным. «Почему Какаши пострадал из-за того, что я сделал? Почему они должны вовлекать и его? Это была моя ошибка, так что кричи на меня, ненавидь меня, презирай меня . Не начинай ненавидеть и моего сына». Глубокая тишина наполнила комнату, пока двое мужчин сидели друг рядом с другом, в такой ситуации не было слов. Джирайя внезапно вздохнул, проведя рукой по своим длинным седым волосам. — Не знаю, — слабо признался он. Он перевел взгляд на дверь примерно в том месте, где располагалась комната Какаши. — Как Какаши? — вместо этого спросил Мудрец. Настала очередь Сакумо пожать плечами и сказать: «Я не знаю». Сакумо покачал головой. «Похоже, он справляется с этим нормально, но иногда с Какаши не скажешь». — Он… не ненавидит тебя за то, что ты сделал, не так ли? — осторожно спросил Джирайя. — Даже из-за давления сверстников? Сакумо расхохотался прежде, чем смог сдержаться. «Нет. На самом деле, он четко сказал мне: «Меня не волнует, что думают другие. Пока ты в порядке, я счастлив», — процитировал седовласый отец. Его лицо приняло более счастливое выражение, более счастливое, чем когда-либо за весь день. — Хороший парень, — тепло сказал Джирайя. — Да, — согласился Сакумо. Последовала еще одна молчаливая пауза, прежде чем Сакумо посмотрел на Джирайю. — Если честно, мне кажется, Какаши знал, что должно произойти, и пытался предупредить меня, — признался он с нервным смехом, чувствуя себя немного нелепо из-за того, что признал это. Мудрец Жабы выглядел удивленным. — Что ты имеешь в виду? Как? Пожав плечами, джоунин откинулся на спинку стула, бросив взгляд на их государственный сад Хатаке, пытаясь вспомнить, что там произошло. — Перед тем, как я приступил к своей миссии, Какаши задал мне сбивающий с толку вопрос, — медленно сказал Сакумо, пытаясь подобрать нужные слова, — «Если бы у тебя был выбор делать то, что от тебя требовалось и что было бы правильно, что бы ты выбираешь? - мягко процитировал он. «Даже если меня потом все ненавидели». Воцарилась тишина, пока мужчины переваривали слова, прежде чем Джирайя поднял взгляд, нахмурив брови. "Что он имел в виду под этим?" Сакумо покачал головой. "Я не знаю." Он взглянул на Джирайю, голова все еще тряслась в замешательстве. «Какаши спросил меня об этом прямо перед тем, как я ушел. И его глаза… Клянусь, я видел в них страх раньше… до того, как его лицо внезапно окаменело. ." — Этого не может быть, — возразил Джирайя нелогичности этой идеи. Сакумо тихо усмехнулся. — Да, я знаю. Я сейчас слишком много думаю о пустяках, — сказал он, разочаровавшись в себе. — Я знаю, что это не может быть правдой, но приятно подумать, — признался Сакумо, — знать, что мои действия были совершены не из чистого импульса. Даже если бы у меня было время сесть и подумать над ответом, мой вывод все равно будет тот же – поступай правильно». Джирайя наклонил голову, прежде чем наклонить ее в сторону. «Ну, ты знаешь, некоторые люди будут утверждать, что завершение миссии — это правильно», — возразил Мудрец просто ради спора. Ониксовые глаза наблюдали за реакцией Белого Клыка. Сакумо лишь понимающе кивнул. "Так что я слышал," сказал он. Мужчина слегка улыбнулся: «Но я думаю, что спасение товарища, жизни ближнего намного важнее, чем одна миссия. Миссию всегда можно переделать. Мертвых нельзя оживить». Джирайя торжественно кивнул. «Ты сделал то, что сделал бы любой здравомыслящий человек. Я бы сделал то же самое». Улыбка на губах Сакумо растянулась немного более естественно после слов его друга. — Эй, спасибо, что позволил мне так на тебя напороться, — мягко сказал он. Джирайя пожал плечами: «Нет проблем, Сакумо. Я удивлен, что ты позвонил мне — или, скорее, попросил сенсея позвонить мне. Разве ты обычно не любишь справляться с такими вещами самостоятельно?» Седовласый мужчина склонил голову вперед, словно смущенный. — Я собирался, я не хотел беспокоить тебя своими проблемами, — тихим бормотанием признался Джоунин, — но тут вмешался Какаши и сказал, что я веду себя глупо. Он практически приказал мне попросить Хокаге перезвоню тебе в Коноху. Сказал мне, что я не справлюсь со всем сам, и если я не позвоню тебе, то это сделает он, — с любовью вспоминал Сакумо. «Умный ребенок», — прокомментировал Мудрец. «Я всегда здесь, чтобы выслушать тебя». Джирайя был рад, что поспешил назад, когда он увидел, как лицо его друга расслабилось и приняло выражение, которое, по мнению Мудреца, было гораздо больше подходящим для Сакумо, чем напряженное состояние, в котором он пребывал весь день. «Спасибо, Джирайя. Это много значит», — ответил Сакумо. «Хотел бы я сделать больше для Какаши». Голова Мудреца слегка наклонилась, белые волосы рассыпались по его плечам. — Какаши в порядке, да? — подтвердил старший. Сакумо нерешительно кивнул. «Да, но быть рядом со мной, получать презрение за то, чего он не делал, вредно для такого мальчика, как он». На лице мужчины расцвела слабая улыбка: «И он просто не оставит меня в покое. Он как будто думает, что со мной что-то случится, как только он уйдет». Он издал смешок. "Разве я не должен быть защитным отцом?" Джирайя слабо ухмыльнулся вместе со своим другом. — Это тебе Какаши, — шутливо сказал он. Но он видел, о чем говорил Сакумо; на маленького мальчика не должны были падать отвратительные оскорбления и взгляды, особенно если он не сделал ничего плохого. «Посмотрю, как долго я смогу оставаться. Если я растяну его, я, вероятно, смогу остаться здесь максимум на месяц». - сказал Джирайя. В конце концов, Сакумо был не единственным, кто заботился о ребенке. Сакумо никогда не был так благодарен за своего друга.