Second Chances

      *** Кемпинг на Квиддичном Поле, 17-е Августа. Поздний вечер. ***       Нагруженное сувенирами, находящееся в более приподнятом настроении, семейство Уизли прибыло в лагерь спустя час. Молли тут же начала готовить ужин, она заставляла Джинни помогать ей и отгоняла Гарри. А он просто хотел помочь. Готовка была единственной работой в доме Дурслей, которую тот выполнял с удовольствием. Он очень гордился тем, что был в состоянии приготовить простые блюда без чёрной горелой корочки. Но Молли оставалась глуха к его просьбам.       — Развлекайся! — объявила она.       Развлекаться — интересно как? Перси куда-то смылся, наверняка снова побежал вслед за министром; Рон застрял где-то на полпути с Симусом и Дином, Гермиона предположила, что они поздравляют друг друга с победой ирландцев и пьют сливочное пиво втайне от Молли; а Билл и Чарли пытались найти… в общем, они пытались что-то найти. В лагере остались лишь Гермиона, Фред и Джордж. Гермиона удалилась в свою палатку, которую она делила с Молли и Джинни, с книгой в руке, и Гарри знал, в таком случае лучше её не беспокоить только потому, что ему скучно. Гермиона никогда не была большой поклонницей Квиддича и определённо заслужила минуту покоя.       Когда Гарри обернулся, то заметил играющего с одной из фальшивых палочек Фреда. Те были частью пари, которое он выиграл сегодня днём. Людо Бэгмен * предложил ему пять галлеонов за палочку, почти столько же должен был заплатить ученик за свою первую настоящую палочку. Гарри легко бы мог себе представить близнецов, безбедно проживающих на продажах приколов. Но убедить Молли в их планах будет непросто. И им нужно побольше денег на открытие магазина, сэкономить на этом предприятии семья Уизли бы не смогла. Роксана упомянула о деньгах его родителей. Возможно, ему стоит поговорить с ней об этом.       Фред всё ещё был зол на своих младших брата и сестру.       Возможно, мне стоит попытаться усмирить этот ураган? — подумал Гарри. Играть в миротворца, всё же лучше, чем страдать от скуки.       — Фред, — начал он и подождал, пока близнец поднимет на него глаза, а после продолжил. Гарри всегда больше нравился Фред, в то время как Гермиона отдавала предпочтение чуть более серьёзному Джорджу.       Если кто-то вообще мог увидеть что-то серьёзное в одном из близнецов, —мысленно хихикнул Гарри. С тех пор как они дали ему Карту Мародёров, ту самую карту, которую его отец создал с Сириусом и Римусом не одно десятилетие назад, близнецы были на хорошем счету у Гарри.       — Ты же знаешь, что Рон и Джинни… они не хотели тебя обидеть или что-то в этом роде. Они просто хотели защитить тебя. Думаю, сегодня они усвоили урок о вмешательстве в чужие любовные дела.       — Ты правда так думаешь? — выражение лица Фреда было смиреной маской, — А…а я вот не уверен. Да, ты прав насчёт того, что Джинни и Рон хотели мне помочь. Но неправильно идти на поводу у предрассудков. И они действительно предполагали, что я буду таким же. Они вообще меня знают? Я недолюбливаю слизеринцев. Мы с Джорджем разыгрываем их чаще, чем всех остальных представителей факультетов вместе взятых. Только Филч…       Он слегка улыбнулся, припоминая всё розыгрыши, которые они организовывали непопулярному смотрителю, и Гарри разделил эту улыбку, поскольку в прошлом слишком часто подвергался нападкам Филча.       — Но я не разыгрываю их, потому что они — слизеринцы. Я разыгрываю их, потому что они — придурки, а на Слизерине больше всего придурков. — Фред вздохнул, прислонился спину к дереву и чуть потёрся ей о кору, — Но знаешь… Дафна…она не такая. Она одна из тех немногих слизеринцев с чувством юмора. И это не юмор Драко, который тот использует, как орудие, для того, чтобы задеть побольней. В прошлом году мы провели неделю отработок вместе после того, как она прокляла Монтегю. Он определённо заслужил те три дня, которые ему пришлось провести в Больничном Крыле. Дафна никогда не говорила о причине проклятия, но я прежде никогда не видел, чтобы кто-то так счастливо улыбался, оставленный после занятий, иногда она заливалась смехом, пока полировала кубки.       Монтегю, Гарри помнил его: парень-громила, игравший на позиции охотника в Слизеринской команде, столь же бездарный, как Драко Малфой, но ещё более склонный к нечестной игре. В этом Фред был прав: Монтегю заслужил полученную госпитализацию.       — Но больше всего меня беспокоит то, что Джинни и, особенно, Рон и в следующий раз будут вести себя так же. Ты знаешь их достаточно давно, Гарри. Ты действительно полагаешь, что Рон будет вести себя иначе в будущем? Что он сможет осознать свои ошибки и действовать более зрело в следующий раз? Не пойми меня неправильно: я люблю своего младшего брата, и для меня нет более важной девушки, чем Джинни, даже Анджелина не подходит — ну, почти, она вторая — но я иногда очень чётко и болезненно вижу их недостатки.       Гарри ободряюще улыбнулся Фреду, но на этот раз его улыбка была немного напряжённой. В каком-то смысле, он думал так же. Не единожды Рон вёл себя неподобающе в прошлом и действовал из-за своего упрямства и предубеждений. Это было легко — узнать о его самой худшей стороне, и тяжело — вернуться к хорошим отношениям. Не единожды Гермионы была вынуждена извиняться перед Роном, несмотря на то, что именно он первым обижал её.       — Можешь не отвечать мне, Гарри, у тебя всё на лице написано.       Некоторое время они сидели в абсолютной тишине и глядели на огонь. В тот момент, когда Гарри подумал о том, чтобы немного побродить вокруг — обзор будет лишь на палатки, но можно будет размять ноги, — Фред снова поднял на него глаза:       — Я хочу попросить тебя об одолжении, Гарри. Ты всё ещё планируешь вернуться туда — к той семье? — Гарри ненадолго призадумался. Он не был уверен, что представительницы дома Пинегрю, особенно Дафна, захотят, чтобы он вернулся в поместье после событий сегодняшнего дня. Но приглашение Роксаны всё ещё не было принято, и он знал, что Гермиона с удовольствием провела бы долгую беседу в обществе леди Пинегрю. — Полагаю, что так. Хедвиг всё ещё там, мой кот и сундук — тоже. По крайней мере, на день я должен съездить туда, и я планирую провести ещё некоторое время в поместье. А почему ты спрашиваешь?       — Не мог бы ты поговорить с ней вместо меня? Поговорить с Дафной и объяснить ей…       — Что ты не стесняешься общения со змеями? — продолжил за него Гарри с лукавой усмешкой.       — Да, что-то в этом роде. Возможно, ты мог бы немного переформулировать. Я не хочу дарить надежду, если всё ещё ей нравлюсь, просто хочу чтобы она поняла, что не хочу причинять ей боль. И я бы так же не хотел, чтобы Анджелина узнала об этом разговоре. От такого количество моих шансов с ней точно не увеличится.       — Я не думаю, что у неё сохранились эти чувства. Ей только стыдно об этом говорить. Она наверняка почувствует себя, как Гермиона, если ты напомнишь ей о её влюблённости в Локхарта на втором курсе.       На мгновение оба мальчика представили себе Гермиону и то обожание, которое она разделяла с половиной девчонок Хогвартса два года назад. Она была глубоко ранена трусливым предательством «своего героя», произошедшим при их спуске в Тайную Комнату.       — Хорошо, я ей передам, — взмахом ладони Гарри остановил радостный клич Фреда, — Я поговорю с ней при одном условии. — Фред нахмурился, — Я думал, что ты — мой друг, — проворчал он.       — Так и есть, именно поэтому я и ставлю тебе это условие: если я поговорю с Дафной, ты перестанешь любоваться Анжелиной издалека и пригласишь её на бал. И я хочу, чтобы она провела самый чудесный вечер с Фредом-невероятным-джентльменом — в качестве бонуса: сладости, цветы, комплименты и поцелуй, как приятное завершение вечера. Так что, мы договорились?       Далеко не одна игра и плюс-минус каждая тренировка понесли тяжёлые потери от переглядок Анджелины и Фреда в прошлом году. И тот факт, что ДАЖЕ ГАРРИ заметил это, красноречиво говорил об их «просто дружбе». И он сыт этим по горло. Если для следующего шага им нужен небольшой толчок, Гарри с радостью воспользуется возможностью.       — Пригласить Анджелину? Цветы? Это можно. — Фред раскраснелся в попытках подбодрить самого себя, — Джентльмен, да, это — я! — он моргнул, глядя на Гарри, когда до него дошло, — Бал? О каком бале речь?       На секунду Гарри огляделся, он предпочтёт говорить без случайных слушателей:       — Это, вроде как, секрет. В этом году в Хогвартсе проведут бал. И я сейчас не о каком-то бале-маскараде или о Хэллоуинской вечеринке, я говорю про настоящий бал. Роксана рассказала. Она даже дала мне купон в «Волшебную одежду Гладранса».**       — Понял-принял.— Фред с прищуром уставился на Гарри в неком напряжении, — Так значит она теперь «Роксана»?       Лёгкий румянец окрасил лицо Гарри:       — Она попросила меня называть её так… То есть она в каком-то смысле является моей матерью…крёстной матерью…приёмной матерью. Вполне естественно, что я ей так называю.       — Мать, да, — усмехнулся Фред, — Мать-красавица, тебе не кажется? Даже большая красавица, чем дочь.       — О, — к румянцу добавились оттенки, — Я даже не замечал этого. И Дафна будет моей сестрой. Я не воспринимаю её в таком ключе.       — Дааа-даа, сестраааа — у Фреда чуть не треснуло от улыбки лицо, — Как скажешь.       К счастью, темнота скрыла большую часть его смущения, когда Гарри покидал своё место рядом с Фредом. Он тогда пробормотал под нос: «мерзавец».

***

      В двадцать третий раз Гарри повернулся на своей койке, а ночь только наступала. Предупреждение Роксаны не позволяло заснуть. Весь день и вечер он не мог расслабиться, ожидал нападения. Но ничего не произошло. Должен ли он был сообщить Артуру о предупреждении? Или, может рассказать об этом Рону? Он не был в этом уверен, особенно он не мог поручиться за их реакцию и за то, сможет ли он скрыть источник информации.       В итоге, он предупредил Билла…

** Начало флэшбэка **

      — Билл, у тебя есть минутка? — улыбка исчезла с лица Билла, и он резко сузил глаза, когда отметил серьёзное выражение лица Гарри. Безмолвно кивнув, он приостановил распаковку и последовал за мальчиком. Гарри, менявший позу каждые несколько секунд, сосредоточенный больше на окружающем, чем на собеседнике, отлично справился с задачей «встревожить разрушителя проклятий».       — Я… Я получил предупреждение, — Гарри снова поменял позу.       — Предупреждение какого рода?       — Какое-то неопределённое предупреждение о том, что «нечто» может произойти сегодня ночью.       — Нападение на тебя? — спросил Билл, вот теперь он и правда начал беспокоиться.       — Н-нет, смысл немного иной. Более…проблемы, в общем. Но она …в предупреждении сказано, что я должен оберегать Гермиону.       Билл очень внимательно изучал лицо Гарри. Хотя он не знал мальчика так хорошо, как его родители или Рон, они провели достаточно времени вместе, и он мог с уверенностью сказать, Гарри не стал бы сочинять истории о чём-то подобном. И он казался действительно взволнованным и обеспокоенным.       — Хорошо. Я наколдую сигнальные чары вокруг лагеря, чтобы быть в курсе в случае чего. Со всеми этими «веселящимися» вокруг я не могу поставить что-то более серьёзное.       Гарри благодарно кивнул и позволил лёгкой улыбке появиться на его лице. С замешательством он наблюдал, как Билл снял с шеи серебряную цепочку с амулетом, висевшим у него на шее. Он вложил его в руку Гарри:       — Для Гермионы, пусть наденет сегодня вечером.

** Конец флэшбэка. **

      Джинни неотрывно следила за ним, когда он застёгивал амулет на шее Гермионы. Возможно, ему следовало подождать, пока они останутся одни, но, по крайней мере, его подруга поняла причину его действий.       Гарри перевернулся в тридцать второй раз, когда что-то маленькое ударилось о палатку, а встревоженная защита мгновенно разбудила Билла. Когда старший из братьев Уизли встал со своей койки и за считанные секунды сбросил чары, иллюзию того, будто бы на нём была пижама, Гарри понял, насколько серьёзно тот отнёсся к предупреждению. Из-за того, что в последние годы его слова довольно часто не воспринимали всерьёз другие взрослые, он испытал сильный прилив благодарности к брату Рона.       Билл вышел из палатки, а Гарри уселся. Он начал торопливо обуваться и едва успел закончить, как Билл вернулся. С суровым лицом, игнорируя вопросы Гарри, он начал будить Чарли:       — Чарли, разбуди остальных. Наденьте сапоги, плащи, возьмите с собой палочки — больше ничего. Поторопись! Я пойду — разбужу девочек.       Велевший своему брату-укротителю драконов следовать инструкциям, Билл снова поспешно вышел из палатки, предоставляя тем самом Гарри возможность зевать в одиночку. Из-за недостатка сна Гарри, по крайней мере, не чувствовал сонливости, как Уизли. Ворчавший и охающий, но тем не менее выполняющий приказы Чарли, Артур был самым быстрым, он покинул палатку за секунду до того, как Чарли перевернул койку Рона и свалил ругающегося парня на землю.       Поскольку некоторые заклинания тишины всё ещё были применены к палатке, шок от увиденного и услышанного, происходящего снаружи, был обеспечен всем. Повсюду бегали волшебники и ведьмы всех возрастов, в основном, в пижамах, и далеко не все с волшебной палочкой в руке. Многие обсуждали происходящее в небольших группах. Вдалеке горело несколько палаток и, казалось, поднялся настоящий гвалт. Постепенно собралась вся семья Уизли, плюс Гарри и Гермиона.       — Фред, Джордж, Гарри, Рон, Гермиона. Вы пойдёте с мамой к месту встречи у портала. Чарли, папа и я разузнаём пока, что происходит.       — Мы хотим, — начал Джордж.       — Пойти с вам, — закончил Фред.       — Мы достаточно взрослые, — констатировал Джордж.       — Мы сможем помочь, — предложил Фред.       Заметивший жёсткий серьёзный взгляд старшего из братьев Уизли, Гарри воздержался от комментариев и тихо подошёл к Гермионе.       — Вы сделаете всё так, как я сказал. Вы присмотрите за мамой и ребятнёй и убережёте их от опасности.       Всё ещё недовольные тем, что им не разрешили пойти с Биллом, но гордые от того, что им доверили безопасность семьи, близнецы кивнули и начали докучать Рону и Джини, чтобы те поспешили. Прежде чем уйти, Билл бросил краткий взгляд в сторону Гарри и, после состоявшегося между ними немого разговора о безопасности, поспешил прочь вслед за Артуром и Чарли.

***

      Возможно Гарри немного надеялся, что путь их пройдёт мирно и дисциплинированно, вот только его ожидал неприятный сюрприз. Десятки других волшебников и ведьм вокруг них спешили в том же направлении. Непрерывная болтовня летала в воздухе, а зловещий свет позволял найти дорогу. Они перестали пользоваться заклинанием «Люмос» из-за множества костров поблизости и нескольких горящих палаток.       Когда они заметили парящие над верхушками деревьев тени, осознание причины «пожара» пришло очень быстро. Кроме мётел и тёмных плащей мало что было видно, но последствия их действий нельзя было игнорировать. Время от времени эти тени забрасывали беглецов мелкими предметами, которые вызывали пожар или создавали клубы дыма. Всё это действо казалось каким-то сюрреалистичным и напоминало Гарри некоторые фильмы о Второй мировой войне, которые он видел много лет назад.       Гарри, прикоснулся к шее Гермионы, чтобы убедиться, что амулет всё ещё на ней, после чего они покинули палатки. Снова не заметивший направленного на них взгляда Джинни, Гарри покачал головой с лёгкой усмешкой на сумку подруги, переполненную книгами, которую та перекинула через плечо. Точно, Гермиона будет придерживаться своих принципов даже в самый тёмный час. — Гарри усмехнулся.       Поттер держался рядом с Гермионой, Молли и близнецы заняли фланговые позиции, в то время как Рон старался помочь своей малышке-сестрёнке. Не то чтобы она вправду нуждалась в его помощи. Джинни лучше ориентировалась в ночном лесу и была менее неуклюжей, чем некоторые. Если говорить о семейных дуэлях Гарри каждый раз бы ставил на Джинни против её старшего брата, если бы у него была такая возможность. Но мы говорим о Уизли, у них в ДНК заложен ген-код «защитить Джинни». Не раз Гарри ощущал на себе чей-то взгляд, но при такой толпе народа было сложно отследить направление.       Тень скользнула по верхушкам деревьев, вторая последовала за ней. Гарри больше чувствовал, чем видел, как они меняли направление и возвращались. Схвативший Гермиону под локоть, Гарри поспешил дальше, теперь он направлял глаза к небу, а не смотрел под ноги. Что-то маленькое начало падать вниз, не больше снитча. Гарри толкнул Гермиону, вынудил ту упасть на землю. Буквально в нескольких шагах от них что-то взорвалось и подожгло ближайшее дерево. За ним была пара дымовых шашек, одна из них чуть не попала в мальчика. Дым заполнил его лёгкие за считанные секунды, он перекрывал кислородные пути, вызывая тем самым натужный кашель.       — Гарри?       Чёрт, он отпустил её руку. Гермионы нигде не было видно. И не удивительно, сейчас радиус его видимости — три шага.       — Гермиона?       Кашляя и отплёвываясь, он начал озираться по сторонам, и услышал, как близнецы зовут свою мать, голоса, на удивление, развались вдалеке. Кто-то в панике бросился сквозь темноту, врезался в мальчика и отправил его в полёт. Через секунду неизвестная тень исчезла, поглощённая тьмой.       Погружённый в свои страхи («он ходит по кругу»), Гарри споткнулся обо что-то. К его облегчению, этим оказалась сумка Гермионы.       — Гермиона? — он был на правильном пути, ему стоило не сбиваться с курса, — Гермиона?       Красная вспышка пронзила тьму, раздался глухой крик… её голос. С бешено колотящимся сердцем Гарри проследовал за ним. Всё больше и больше заклинаний вспыхивали в ночи между двумя дуэлянтами. Далеко не все тени были видны Гарри. Противник был не один? Он полагал, что их как минимум двое. Его догадка подтвердилась через несколько секунд. Маленькая фигура — Гермиона — только что покинула свою позицию — её враг распластался на земле под воздействием «Ватноножного Сглаза». Как только Гарри открыл рот, чтобы позвать её, она с криком упала, её движения были нарушены «Сглазом Склеенных Ног», за ним быстро последовал «Экспеллиармус», от которого она не смогла увернуться.       Её второй оппонент спрятался вне поля зрения Гарри за рядом деревьев. Чтобы отвлечь его, он быстро послал два «Ступефая» приблизительно в его сторону. Как и ожидалось, он попал только по деревьям, но, по крайней мере, нападавший остановился и обернулся. Темный плащ, серебристая маска — костюм Пожирателя Смерти. — мысленно простонал Гарри.       Он постарался не поддаться скребущему сердце страху, когда увидел, как первый нападавший поднялся с земли. Очевидно, за это время он смог побороть сглаз Гермионы. А потом где-то слева появился третий человек. Ему оставалось лишь надеяться, что это — не ещё один противник, а просто очередной беглец.       Конечно, надеяться на помощь ему не приходилось, но два Пожирателя Смерти были явным перебором для двоих студентов четвёртого курса.       — Протего!       Гарри слишком долго и отвлечённо ломал голову над сложившейся ситуацией. «Ступефай» его врага попал бы в него, если бы не защитное заклинание Гермионы. Не способный выделить секунду на благодарственный кивок, Гарри снова сосредоточился на своём враге. Он увернулся от сглаза, второго, отправил в ответ «Экспеллиармус», но снова промахнулся. Он должен был выиграть этот поединок, и выиграть как можно скорее, пока второ.....       — Редукто!       В самый последний момент Гарри избежал заклинания, разнёсшего в щепки дерево за его спиной. Рыхлая земля смягчила его падение, и он рукой прикрыл лицо от града трухи.       Гермиона максимально быстро послала свои заклинания в сторону первого нападавшего, подкравшегося к Гарри, и применила опасное заклинание «Редукто», в то время как мальчик сосредоточился на втором нападавшем. Это было совсем не похоже на дуэльные занятия в Хогвартсе. Было лишь вопросом времени, когда Гермиона начнёт уступать своему врагу. Как они могли победить двух взрослых Пожирателей Смерти? Двух Пожирателей Смерти, от взгляда на которых становилось ясно: они знают, что делают.       Как бабуин, Гарри отскакивал от следующих заклинаний, но так и не сумел дать достойный отпор. Быстро земля вокруг него покрылась обломанными ветками. Его собственные заклинания «Протего» не смогли заблокировать более одного заклинания врага, в то время как этого проклятого тёмного плаща больше всего забавляли попытки Гарри ударить его в ответ.       На секунду отвлёкшийся на подругу, Гарри споткнулся. Едва не потеряв палочку, он рухнул на землю, содрав кожу на руке. Выругавшись, он начал вставать, глядя прямо в маску своего врага. Он «видел» спрятанную за ней мерзкую ухмылку. Словно загипнотизированный, Гарри следил за кончиком палочки, в попытках предвидеть следующее заклинание и будущую траекторию его направления.       — Редук…       — Редукто!       Второе заклинание, вспыхнувшее слева, озарило тьму и попало прямо в руку, выбив палочку у врага Гарри. С криком боли тот отступил назад, схватившись за обрубок там, где секунду назад была рука. Испуганный Гарри обернулся и увидел третьего «нападавшего», тоже в тёмном плаще, но с лицом, не скрытым за маской. Ей (маской) служила тёмная дымка. Что-то блеснуло на его запястье, когда он поспешно развернулся и бросил мощное «Протего» прямо перед Гермионой, попытавшейся спрятаться за деревом, тяжело дышащей от истощения.       — Риэнервейт!       Отметившая новый поток энергии в своём теле, Гермиона почувствовала, как кто-то поднял её с земли. Оттеснивший первого нападавшего тремя мощными «Редукто» и поваливший наземь маленькое деревце, спаситель Гермионы побежал, волоча девушку за собой. Незнакомец не обращал внимания на Гарри, возможно, он догадывался, что мальчик последует за ним. Вопли ослабленного врага остались позади, и через какое-то время Гарри уверил себя в том, что нападавшие за ними не последовали.       Кто-то только что потерял руку, в которой лежала палочка. Даже меди-ведьмы не смогли бы помочь с полным восстановлением после подобного ранения. И его чуть не поразило то же самое заклинание. Оно должно было убить его. Гарри почувствовал, как его колени подкосились от шока, но у него не было времени на эмоции. Глядя на маленького и стройного незнакомца перед собой и Гермиону рядом с ним, Гарри понял, что место сбора должно быть поблизости.       Он лишь надеялся, что Уизли добрались до него; надеялся, что они не пытались искать его и Гермиону.       Только когда в поле зрения показалось место встречи с сотнями беглецов, незнакомец позволил им остановиться и ослабил железную хватку на запястье Гермионы. Задыхаясь, Гарри поспешил к ней и схватил её за плечи.       — Ты впорядке? Не ранена? — его реплики звучали сбивчиво.       Усталость не позволила ей ответить словами. Гермиона обняла его:       — Я в порядке.       Позволив ей отдышаться, Гарри с опаской огляделся в поисках нападавших. Но теней меж деревьев не было. Только через несколько мгновений он понял, они снова одни. Незнакомец ушёл, не сказав ни слова.

***

      *** Нора, 19-е Августа. Полдень. ***       Часы, прошедшие с момента их грубого пробуждения, были сбивающими с толку и утомительными. Слёзы Молли, бесплодные попытки Рона казаться мужественным, брошенные им же с чувством облегчения, гнев близнецов — «вы представляете, что Билл сделал бы с нами"? — и неловкое чувство, когда Джинни обняла его на месте сбора. Постепенно просачивались новости о событиях в лагере.       Судя по всему, группа бывших Пожирателей Смерти — даже несмотря на очевидные преувеличения, Гарри предположил, что их было больше двадцати — попытались создать массу проблем и выставить в дурном свете Министерство. И, к своему сожалению, Гарри был вынужден признать, они отлично справились с поставленной задачей. Десятки авроров и чиновников не смогли навести порядок среди тысячей запаниковавших зрителей. Десятки были ранены, собственность в тысячи галлеонов уничтожена.       Под защитой своих сообщников горстка Пожирателей Смерти до смерти запугала семью смотрителя. Маглы взлетели на воздух, они не понимали, что произошло, не знали — выживут ли. Артур, Чарли и Билл пытались организовать некоторое сопротивление и помочь беднягам, но вмешались некоторые чиновники, задержавшие помощников из-за «возможной угрозы». Между помощниками даже состоялась потасовка — у Чарли красовался «фонарь» под глазом, а Билл отделался парочкой гематом, что, безусловно, доставило бесконечную радость Пожирателям Смерти.       В итоге четвёрка разъярённых гарпий справилась с тупиковой ситуацией. Престарелая Гризельда Марчбэнкс — председатель экзаменационной комиссии — всё ещё способная вспомнить тот день, когда Дамблдор сдавал свои ТРИТОНы, — обрушилась на ошеломлённых чиновников Министерства с язвительными комментариями. Она позволила своей дорогой подруге, Августе Лонгботтом, и сопровождающим её Минерве «мои-глаза-полны-боевого-огня» МакГонагалл и неожиданно разъярённой Помоне Спраут прорвать линию обороны и открыть огонь по удивлённым Пожирателям Смерти. Уизли, устыдившиеся собственной беспомощности, быстро присоединились, бросившись следом. Численный перевес позволил им сделать то, что не смогли сделать авроры: прогнать Пожирателей Смерти.       Возможно, в итоге правыми бы оказались чиновники Министерства, возможно, это закончилось бы плохо для семьи магглов, если бы не троица ирландских охотников, доказавшая своим «прилётом на помощь», что их работа в команде — не разовая дневная акция. В нужное время они действовали слаженно и спасли магглов, от падения с огромной высоты, когда похитители разбежались.       Прошло много времени, прежде чем все Уизли снова собрались вместе, и даже больше, прежде чем они смогли вернуться в свои палатки. Поскольку никто не мог уснуть, они начали собираться к утреннему отъезду. В лагере всё ещё царил хаос, и им потребовалось много времени на получение разрешения использовать портключ. Все, кроме максимально настороженных Чарли и Билла, буквально валились замертво, когда наконец добрались до Норы.

***

      — Билл?       Сжимавшая в кулаке полученный накануне амулет, Гермиона подошла к старшему среди братьев Уизли. Неужели только двенадцать часов назад Гарри надел его на шею?       Она чувствовала это каждый раз: то, как амулет поглощал сглаз, поглощал, по крайней мере частично, «Ступефаи». Гермиона была более чем благодарна за великолепный подарок. Гарри последовал за ней, даже сейчас он не желал оставлять её без защиты. Они решили никому не рассказывать о нападении. Атака была отражена, и, конечно, больше не к чему было волновать Уизли. Молли и так была достаточно встревожена, и Гарри понятия не имел, как бы она отреагировала, узнав, что кто-то пытался их убить. Поэтому они придумали историю о том, как потеряли ориентир, их взлохмаченный вид объяснялся брожением по лесу.       — Спасибо за амулет, — улыбнувшись, Гермиона вложила амулет ему в руку.       Билл вернул улыбку и начал говорить, но тотчас напрягся. Нахмурившись, прищурив глаза, он уставился на амулет. Мог ли он почувствовать…? —Гарри внутренне застонал.       Естественно, Билл каким-то образом почувствовал, что что-то случилось с амулетом и его владельцем; что не только ветки навредили Гермионе.       Он молчаливо буравил её взглядом, но, встретившись глазами с Гарри, заметил просьбу — молчать о догадках — и понял, что они не хотят пугать его родителей. Билл просто кивнул и вместо того, чтобы принять амулет обратно, шагнул вперёд и снова повесил его на шею Гермионы.       — Тебе лучше поносить его ещё какое-то время. Можешь вернуть позже.       Прежде чем войти в дом, Билл остановился рядом с Гарри и жестоким тоном прошептал:       — Никогда больше не скрывай от меня ничего подобного, понял?       Гарри хватило лишь на то, чтобы кивнуть Биллу и принять благодарные объятия Гермионы.