Next to me

— …увидеться лично?       При этих словах Тарталья задержал дыхание. Он узнал этот голос, узнал бы из десятка, да даже из ста. Парень надломил брови, то ли от боли, то ли от этого мерзкого голоса. Он никак не хотел встречи с ним, пусть она уже состоялась, правда, через третье лицо. Чжун Ли понял, что ученик не особо-то и жаждет общения с ним, прикрыл его, но в другой раз это не пройдет. Если бы он захотел, не помешал бы никто.  — Что ты хочешь от меня, Дотторе? Встречи? — Чайлд старался говорить ровно, однако голос немного подрагивал. Боль не ослабевала, казалось, лишь нарастала.  — А ты все так же догадлив, — с явной усмешкой в голосе произнес тот. — Как насчет завтра вечером?       Тарталья и рад был бы вернуться хоть на минуту назад и сбросить этот звонок, но черт дернул принять его не глядя. Он задрал голову, вперив взгляд в потолок, словно ожидал прочесть там все то, что нужно сказать. Для чего Дотторе звать его? Он забыл сказать что-то? Тарталья считал, что услышал о себе все, что нужно, даже лишнего.  — У меня тренировки, сам понимаешь, — наигранно просто произнес он. — Второй этап уже через пару дней.  — Ты можешь уделить мне один день, я уверен, — слышно было раздражение в его голосе. — Я могу договориться с твоим тренером, если ты сам боишься отпроситься на часик-другой. Не уж то тебе не хочется посидеть как в старые добрые, м?       От этих слов Чайлд невольно вздрогнул. Ему казалось, что все просто издеваются над ним. Считают тряпичной куклой, которую можно просто взять, швырнуть в стену, а потом поднять и отряхнуть как ни в чем не бывало. Не очень-то и приятно.  — Нет, — ровно ответил он, все же в нем прибавилось немного уверенности. Он больше не его подчиненный, может позволить себе не потакать каждому его слову и просьбе. — Для меня важны тренировки, сейчас в особенности.  — Они тебе не помогут, — было слышно как собеседник недовольно вздохнул. — Считай свое четвертое место чистой удачей. Ты, конечно, молодец, произвел такой ажиотаж своим возвращением. Оттого у тебя такие оценки, дорогой, второй этап ты не потянешь, признай это, — его слова звучали… вполне логично. Тарталья прикусил губу, ожидая, что же тот скажет следующим. — Но у меня, как всегда, есть для тебя интересное предложение.       Действительно. Когда такового предложения не было у этого чудного во всех смыслах мужчины? Чайлд глубоко вздохнул и прикрыл глаза, он все еще стоял на пороге, в пальто и обуви. Есть ли смысл выслушивать этот бред сумасшедшего? Однозначно, что нет.  — Поделишься? — видно, осмелев, поинтересовался рыжий. У него и в мыслях не было согласиться, хотелось лишь утолить интерес, однако не все так просто.  — Не думаю, что это телефонный разговор, мы можем продолжить его завтра, за ужином, — улыбка так и сквозила в голосе. Неприятные мурашки пробежали по спине парня, словно мужчина стоял прямо за ним, говоря это в трубку.       Тарталья глубоко вздохнул, чуть морщась, ведь боль так и не унималась. Он покачал головой, легкая, даже болезненная усмешка растянула его губы. Было бы полной дуростью соглашаться на это, но кто не рискует тот не пьет шампанского, ну. Или, в его случае, не проходит в третий этап.  — Ладно, я согласен, — выдохнул тот, — Где и во сколько?       Чайлд понимал, что это неправильно. В каком-то смысле это даже подло по отношению к Чжун Ли, но Чайлд решил, что объяснит ему все немного позже, как узнает сам. Все же если Тарталье не понравится сказанное, он может встать и уйти. Если сможет собраться и переступить через себя. По телефону он говорил с ним уже почти спокойно, на равных, но он помнил, как дрожали его руки при личной встрече. Рядом не будет Чжун Ли, следовательно, пропадет и то призрачное чувство защищенности.  — В восемь, адрес скину позже, — Дотторе явно был доволен собою. — Набирайся сил, Аякс, — после этого звонок прервался. Тарталья взглянул на экран и бросил телефон на тумбу, морщась от вновь накатившей боли.

***

      Вечер настал слишком быстро, парень не успел толком отдохнуть. Однако во время перекуров можно будет спокойно отлежаться на трибунах. Он открыл дверь, ведущую на сам каток, там, на льду он увидел Чжун Ли, что спокойно нарезал круги в ожидании. Тарталья специально громко хлопнул дверью, дабы вывести тренера из транса.       Спустился вниз, сел на первый ряд, стал переобуваться. К борту подъехал мужчина, тут же укладывая на него локти.  — Как чувствуешь себя? — ровным голосом спросил тот, когда ученик поднял на него взгляд и немного улыбнулся.  — Нормально, а что такое? — чуть недоверчиво спросил он и поднялся на ноги, став выше на пару сантиметров из-за лезвий коньков.  — Мне показалось, что у тебя болело что-то утром, — он заглянул парню прямо в глаза, мол, готов выслушать любую правду. Его взгляд был открыт и серьезен, для него важно как физическое, так и моральное состояние парня. — Ты можешь сказать мне, в этом нет ничего страшного.       Чайлд вздохнул и лишь прошел мимо мужчины, наконец, зайдя на лед. Он сам просил о разговоре, а теперь избегает его, гениально. Не хотелось начинать эти разговоры сейчас, лучше сперва проветриться и как следует откатать. Было странное желание повторить свою произвольную, но он напрочь забыл всю последовательность прыжков. Рыжий подъехал к тренеру и посмотрел на него, стоя почти впритык. Ему потребовалось несколько секунд, прежде чем собраться с мыслями.  — Я хочу услышать о своих ошибках, их было немало за две программы, — начал тот, не переводя дыхания. В нем видимо и правда проснулся азарт, — хочу разобрать их и в последующих этапах не допустить, все выслушаю и приму к сведению. Можем мы начать с этого? Пожалуйста.       Чжун Ли выгнул бровь, глядя на парня. Он был похож на мальчишку, которого заставили вызубрить отрывок наизусть. Чайлд говорил это так механически, что любой бы засомневался, говорит это он или кто-то за его спиной. Он положил руку на его плечо, чуть сжал, будто бы стараясь пробудить ото сна.  — Аякс? Все точно хорошо? Мне кажется, ты немного переутомился, эти дни были тяжелые, я понимаю…  — Все хорошо, давай начнем, — он часто закивал и чуть отклонился назад, избегая прикосновений.  — Конечно, давай, — Чжун Ли убрал руку за спину.       Они выехали в центр, Чжун Ли так же держал руки за спиной, чувствуя себя немного не в своей тарелке. Он кратко прошелся по каким-то мелким ошибкам короткой программы, но не спешил приступать к их исправлению. Объяснял лишь на теории, а уже после дал парню полную свободу, отъезжая к самому краю. Повторять и закреплять программу стоило каждый день. Да, она может приесться, но это не отменяет факто того, что должна быть выучена фигуристом от первой секунды до последней.       Ему никак не нравилось то, каким Аякс пришел на тренировку. Немного странно видеть его… Настолько сосредоточенным на работе. Мысль, что ему неловко из-за ночной выходки Чжун Ли, закралась ему же в голову. Они не подростки, чтобы переваривать все в голове до такой степени, что потушить, поэтому стоит поговорить и разобраться во всем. Они взрослые люди, как никак. Ну, один из них точно.       Парень безупречно откатал первую часть, дыхания уже стало не хватать, но он собирался закончить ее. Прыжок в пол оборота был наилегчайший, про него Чайлд едва не забыл. Два зубцовых прыжка, в которых меняются лишь опорные ноги, дались ему так же, разве что в каждом Чайлд приземлился на левую. Почти удача. Он боялся зайти на тулуп вновь, хотя на тройном настоял он сам. Выдохнул и разогнался.       Тарталья в очередной раз оступился при приземлении с тулупа, именно в этот момент тренер двинулся в его сторону. Он придерживался достаточного расстояния, стараясь дать парню как можно больше пространства. Брюнет встал на его пути, когда тот развернулся, собираясь повторить это же прыжок.  — Поговорим? — сам спросил парень, чем удивил мужчину. Тренер кивнул и медленно направился к выходу со льда. — У меня почти вышло, ты видел? — парень сравнялся с ним и вновь вел себя как обычно. Видимо, он достаточно проветрился и был готов поговорить. Видеть его таким, безусловно, привычнее, однако Чжун Ли хотелось узнать его со всех сторон. Он не переставал удивляться этому юноше.       Чжун Ли лишь кивнул, будучи еще в своих мыслях. Он знал что настроение парня меняется буквально по щелчку пальцев, но такого он даже не ожидал. Он не садился на зрительское место, этим призывая сесть парня. Тот сел и вытянул ноги, почти что укладываясь на кресле.  — Аякс, мы можем обсудим все что тебя волнует, однако первым скажу я, — серьезно начал он и сложи руки на груди, — прошу у тебя прощения за тот ночной инцидент, не должен был вести себя так. Надеюсь, ты простишь меня.       Он глядел на парня, что сложил руки на грудной клетке. Почему-то его лицо медленно растягиволась в улыбке, а сам, похоже, был очень доволен собой. Он забавно крякнул и чуть привстал, ровно усаживаясь.  — С чего ты вообще взял, что я обижен?  — Ты просто вел себя странно, я подумал, что тебе неприятно находиться рядом со мной из-за того момента.  — Нет, все совсем не так, — он мотнул головой, с усмешкой глядя на мужчину. — Мне даже понравилось, — неясно — он был красный от тренировки или от своих слов, но все равно не прекращал улыбаться. — Я просто немного задумался, еще так и не поспал нормально. Все хорошо, мне не за что обижаться на тебя.       Чжун Ли сложил руки за спиной, сжал губы в линию и покивал головой. Чайлд старался не сорваться на смех, наблюдая за ним. Это отчасти было забавно, наблюдать за взрослым мужчиной, что сейчас был больше похож на школьника, которого отчитывают. Чайлд поднялся с места и подошел чуть ближе.  — Я скажу тебе, если мне что-то не нравится, так же, как и ты можешь сказать об этом мне, — он положил руку на предплечье мужчины, заглянул ему в глаза. — Все хорошо, ты не неприятен мне.       Чжун Ли поднял на него глаза и чуть улыбнулся. Не то чтобы его сомнения совсем развеялись, но стало ощутимо легче. Он взглянул на руку парня, но никак более не отреагировал на это. Их разговор, быть может, и был громким, однако во всем стадионе не было никого, кто мог бы услышать их.  — Я рад, что мы все прояснили, — произнес мужчина, после чего, наконец, смог расслабить плечи, что держал в напряжении весь вечер. — Теперь же есть что-то, что ты хочешь спросить или рассказать? — Чжун Ли был тактичен, понимал, что парень может до сих пор быть не готов к тому разговору, который они откладывают почти что с первого дня знакомства.       Травма Чайлда была и есть сейчас, Чжун Ли не требовалось и уточнять. Он видел лицо парня на прошлых тренировках, он болезненно морщился, но продолжал катать и прыгать, пока боль не становилась вовсе невыносимой. Им следовало поговорить давно и сперва бы заняться лечением… Но что они сделают, если почти целый год Тарталья уделил именно этому?       Парень, безусловно, заметил странности. Даже некую закономерность подметил. Едва ему стоит подумать или вспомнить, и боль начинает постепенно накатывать волнами, а после лишь становясь сильной настолько, что обезболивающие становятся лишь вредителями для организма. Он закидывает их столько, но это никак не помогает.       Стоит же парню попасть в круговорот событий, напрочь забыть обо всем, как это было перед короткой… И он не чувствует ничего, никакой боли, лишь бешено бьющееся сердце. Даже при падении на больное бедро при произвольной он почувствовал именно удар, а не что-то, что шло будто бы изнутри и прогрессивно нарастало.  — Да, — парень сделал пару шагов к выходу на лед, сводя их разговор именно туда, — можешь рассказать мне немного больше о своей карьере? Ты говорил, но это было в общих чертах, а мне интересно услышать подробности.       Чжун Ли усмехнулся и прошел мимо парня, прямо на лед, оставив его позади. Он поехал вдоль борта, обернулся через плечо на парня, легко улыбаясь. Тот невольно засмотрелся, а когда тренер достаточно отдалился, он опомнился и постарался как можно скорее догнать его.  — Мне стоит начать с самого начала? — спросил мужчина, когда рыжий догнал его. Он сложил руки за спиной, легко отталкиваясь от ледяной поверхности.  — Да, пожалуйста, — кивнул головой парень. Ему и правда было интересно, хотелось узнать о Чжун Ли как можно больше, перед тем, как дать свой окончательный ответ. Он почти готов, ему осталось лишь взвесить все в последний раз.  — Я начал заниматься лет с пяти, если не раньше. У меня был замечательный тренер, которая была со мной с детства и по самое юношество. Думаю, именно она воспитала меня и уверила в том, что победа вовсе не главное. Я не умел проигрывать, Аякс, прямо как ты, — он улыбнулся парню, а тот отвел взгляд, понимая, что это полная правда. — Когда я занимал вторые места или третьи, она говорила, что я для нее первый в любом случае, что она гордится мной. Я злился на себя, на нее, а потом понял. Ей не были важны мои победы, места… Были важны лишь я и мое состояние.       Чайлд задумался и уронил взгляд себе под ноги. Чжун Ли замолчал на какое-то время, видимо, давая парню время. Был слышен лишь скрежет лезвий о лед. Тарталья едва заметно нахмурился и выдохнул. Он понимал, что тренер хочет сказать, но промолчал, ожидая продолжения.  — Я ни разу не занял первого места, всегда был вторым или третьим. Последний мой Гран-При был при твоем дебюте во взрослой лиге, в твоем возрасте. Я сразу заметил тебя и твоего друга. Может, потому я и ушел после второго этапа, дал тебе дорогу, — он хотел было задеть этим ученика, но по-доброму, взглянул на него и увидел, что взгляд его опущен, а сам он казался расстроенным. — Тем не менее, — продолжил тот и прокашлялся, — я ни разу не пожалел, что прекратил карьеру так рано, двадцать три года, из которых на фигурное катание было потрачено девятнадцать… Мне было тяжело первое время, потом я нашел себе другое призвание.  — И какое же? — все же вклинился в разговор Тарталья.  — Учить. Ты не первый мой ученик, Аякс, — он улыбнулся, с теплотой, вспоминая о двух предыдущих. Иногда бывало так, что они встречались или просто звонили друг другу, делились чем-то, причем с охотой. Словно были дальними родственниками.  — Мне такого не дано.  — Я не говорил ничего про то, что тебе стоит перестать, ты можешь спокойно катать хоть до тридцати, — тут же ответил Чжун Ли. — Я лишь хочу сказать тебе, что первым местом или последним ничего не заканчивается. Ты всегда можешь попробовать еще раз и еще. Фигурное катание не должно становиться для тебя бременем, что тянет вниз. Подумай над этим и попробуй понять, зачем и для чего ты этим занимаешься.  — Знаешь, — парень поднял голову, словно осознал что-то, что прежде находилось где-то за пределами его сознания, — я просто спросил тебя о твоем прошлом, а ты снова свел это к уроку, — произнес тот и вздохнул, тут же убирая с лица эту маску.       Чжун Ли лишь тихо посмеялся и покивал головой.  — А ты думал, что я упущу такую возможность? — он завершил круг и встал у выхода со льда. — А теперь давай еще раз, у тебя почти получилось в тот раз. Постарайся докрутить, хорошо?       Аякс кивнул и переключился на работу, но из головы не выходили слова мужчины. Который сейчас казались ему наиболее верными. Целью всегда на любом соревновании было лишь первое место. Он достигал этой цели лишь пару раз, более этого не получалось. Его тренером с четырнадцати лет был Дотторе, именно тогда за ним и укрепилось это идиотское «если ты не первый, то ты никто». Никем никому быть не хотелось, думалось тогда юному Аяксу, потому он старался изо всех сил.       Он с тяжелым вздохом отправился на середину, решив не повторять все с самого начала, будучи уверенным, что тренер против не будет. Он взял скорость и, резко взмахнув ногой, прыгнул. Он зажмурил глаза и раскрыл ровно на втором обороте. Приземление не далось ему, он приземлился на ребра конька, едва успел выставить перед собой руку, предотвращая встречу лица со льдом.  — Руки, Аякс, — раздалось из-за борта. — Сцепи, если не можешь контролировать их в прыжке.       Он согнулся пополам, уперся ладонями о колени, восстанавливая дыхание. Сердце гулко стучало в груди, на секунду он и правда испугался, что упадет. Сделав выдох, он вновь сорвался с места, быстро набирая скорость. Чжун Ли сложил руки на груди, внимательно наблюдая за ним. Парень элегантно взмахнул руками и в этот же момент прыгнул, прислонил руки к груди, сцепляя пальцы в замок. Приземлился он на опорную правую ногу, согнутую в колене, а после взмахнул свободной, проезжая дальше. Остановившись, он часто и тяжело дышал, взглянул на тренера, растерянно улыбаясь.  — Получилось, — лишь произнес он и запрокинул голову вверх.

***

      Вечер следующего дня настал слишком быстро, Тарталья стоял перед зеркалом в ванной, глядя на себя. Утром он как положено пришел на тренировку, откатал короткую, правда, тулуп удался лишь с третьего раза. Ближе в полудню он пригласил Чжун Ли на обед, тот без долгих раздумий согласился. Тарталья бы и просидел так, в приятной компании. Там же и сказал ему, что на вечернюю тренировку навряд ли успеет. Тренер лишь понимающе кивнул.       Выглядел он весьма помято, открыл кран, набрал холодной воды в ладони и умыл лицо. Это не особо-то помогло, но он стал чувствовать хоть какой-то прилив бодрости. На кухонной тумбе стояла чашка кофе, рядом лежал телефон и наручные часы. Он нацепил часы на левую руку, краем глаза, замечая пришедшее уведомление. Чжун Ли. Парень улыбнулся и поскорее расправился с ремешком, взял телефон в руки и нажал на уведомление, не успев заметить нового, что пришло только что. Дотторе.       В сообщении был лишь адрес, более ничего. Он ничего не ответил, тут же покинул диалог и прочел сообщение от Чжун Ли. «Если освободишься раньше, можешь прийти на каток. Я буду там». Тарталья приподнял кончик губ и напечатал ему быстрый ответ. Что ж, вот и стимул как можно скорее покончить с этим и отправиться на ставший родным лед. Он вздохнул, взял все необходимое и вышел из квартиры.       Всю дорогу он нервно настукивал какую-то мелодию по рулю, поездка была в полном молчании. Почему-то ресторан, в котором Дотторе назначил встречу, был в самом центре. Не уж то его деловое предложение требует огласки именно в таком месте? Изнутри Тарталью разъедал интерес, идеи Дотторе всегда были идеальны, хотя исполнение как всегда ужасное. Не было смысла гадать, что же он смог выдумать на этот раз, это может быть абсолютно всё, что угодно.       Сейчас фигурист мог просто взять и развернуться. Отправиться на каток, вновь повторить программу, переброситься парой слов с Чжун Ли. Станет более уверен в том, что делает все для победы. Так делают все, это непростой путь, но самый надежный. Аякс сжал губы в линию, он уже было передумал, потянулся за телефоном, чтобы написать, что его не будет, а после задумался. Ему нужна победа, она нужна ему больше, чем что бы то ни было. Парень прерывисто выдохнул и с силой ударил по рулю.       У дверей его встречала улыбчивая девушка, которая тут же сверила его имя по планшету. Ресторан был слишком огромен и светел. Все внутри сияло позолотой, что становилось тошно. Он пошел следом за девушкой, замечая на себе заинтересованные взгляды посетителей. Его узнали? Быть не может.  — Чайлд, дорогой друг, — Дотторе поднялся с места, раскрывая руки для объятий. Говорил он нарочито громко, привлекая еще больше внимания. — Поздравляю тебя с прохождением во второй этап! Отметим же.  — Прекрати этот цирк, — прошипел парень и отбросил его руки от себя, усаживаясь на стул. Он бросил телефон на стол, сложил руки на груди. Глубоко вздохнул и прикрыл глаза, чувствуя десятки пар глаза, что устремлены на него. Он поднял голову на бывшего тренера. — Перестань и сядь.       Чайлд понял, что не смог бы говорить с ним так с год назад, он бы просто молчал и был его послушной куклой. Делал бы, что говорят, говорил бы то, что прикажут. Он понял, что больше не должен потакать каждой детской прихоти, должен знать, что такого животного отношения к себе никак не заслуживает. Дотторе с легкой улыбкой на одну сторону сел, уложил руки на столе.  — Я уж думал, что ты откажешься, — начал тот, прекрасно понимая, что все внимание сосредоточено на них. — Но ты не разочаровал меня, пришел. Ну что, поболтаем?  — Нет, просто скажи мне то, что хотел, и я уйду, — парень нервно дергал ногой под столом, благо, этого не видно.  — Как грубо… Даже не поделишься со мной своими успехами, как со старым другом? — он надломил бровь и помотал головой.  — Ты сам все видел, мне нечего рассказывать тебе. Ближе к делу.       Дотторе театрально кратко вздохнул и склонил голову на бок. Глядел он на парня со вселенской скукой в глазах, понимая, что его улыбки здесь больше ни к чему.  — Как скажешь, — он кивнул и прекратил всю эту сцену. — Мое предложение следующее. Ты возвращаешься ко мне. Я подумал и посмотрел на тебя на короткой. Ты не настолько плох, как я предполагал, с этим можно поработать. Если ты вернешься к нашему плану тренировок прямо с завтрашнего дня, вероятно, сможешь попасть в финал. Но не обещаю, ты еще плох, слишком долго отсиживался.       Чайлд выслушал того, а после не сдержал нервного смешка. Он выразительно поднял брови, уперся взглядом куда-то в стол.  — Ты же понимаешь, что это не звучит как предложение.  — Прекрасно это понимаю.       Невозмутимо ответил он и вскинул бровь. Чайлд покивал головой, мол, да, понял. Взял телефон со стола и резко подскочил с места. Не сказал ничего более, спокойно, без лишних криков и слов, что бесполезны. Вышел из ресторана и тут же нашел машину, что оставил почти рядом со входом. Положил руки на руль, глядя в пустоту перед собой.       Он не вещь. Не чья-то собственность. Почему же с ним ведут себя так? Он выдохнул и вздохнул, отсчитал несколько секунд. Он зол, чертовски зол. Он прикусил губу, сильнее сжал зубы. Когда почувствовал, что стало хоть немного лучше, разблокировал телефон.  — Я не разбудил тебя? — тихо спросил тот, все еще стараясь привести дыхание в норму.  — Нет, я только вернулся. Как прошла встреча? Хорошо отдохнул? — Чжун Ли не знал о старом друге, на встречу с которым Чайлд и поехал, возможно, это и к лучшему.  — Да, хорошо. Можно мне приехать к тебе? — уже будучи на грани, спросил тот и, не моргая, смотрел на двери ресторана. Он надеялся, что оттуда никто не выйдет в ближайшие пару минут.  — Приезжай, жду тебя, — кратко ответил мужчина, решив не выяснять, что с голосом парня сейчас.  — Спасибо. Скоро буду.