I will change your life

Невозможное возможно — непонятное приять, неприятие не сложно отрицанию придать… — неприятие конкретно, неприятие- скала, неприятие эффектно плоской логикой ума — отрицание судимо… отрицание — судья… грань суда неуловима- необъятная скамья… Чимин что-то увлеченно рассказывает размахивая руками, Тэхён его не слушает он летает воспоминаниях, когда он смотрит на лес, на речку возле которой он постоянно плакал, он готов разрыдаться. От воспоминаний внутри всё сжимается, как бы он ненавидел родителей воспоминания его не покинут. Из мыслей выводит его низкий голос с правой стороны: -Смотря на тебя мне кажется что ты готов разрыдаться упав на землю. -спокойным тоном проговорил Чонгук, смотря куда то в даль. Чонгук двадцати двух летний парень, учащиеся на 3 курсе биологическом. Парень никогда не видел своих родителей, ведь когда он был совсем маленький его бросила мать, спросите сложно ли ему? Он привык. Он прав, Тэхён правда готов упасть на землю и завыть. В момент, внутри что-то ломается, слеза скатывается по щеке, стекая по подбородку падая на белоснежную футболку. Ему так хочется воплотить слова Чонгука, но не может, он не хочет показывать себя со слабой стороны, хотя уже показал. Дыхание Тэхёна сорвалось, он дышит в бешеном темпе, из глаз льются ручьи слёз, падая то на землю то на футболку. Но ему станет легче, он знает. -Ты в порядке? Тебе плохо? — и снова голос с правой стороны, голос спокойный но слегка дрожит. Чонгук берёт Тэхёна за плечи, тем самым не давая тому упасть. Коленки Тэхёна дрожат, дыхание сбилось он не может его восстановить, в свою власть его берет истерика. Закрывая руками глаза, чтобы Чонгук их не видел, он медленно опускается на землю. Все уже давно скрылись из виду, Чонгук уже не держит, Тэхёна за плечи, но уже мочит. Он понимает что слова «Не плачь» или «успокойся», не помогут, ему нужно выплакатся, это поможет. -Мне было больно, когда я остался один, когда меня все бросили как тряпку для мытья пола-Чонгук спокоен, его голос больше не дрожит, руки положил в карманы, смотрит куда-то в даль, будто хочет что-то рассмотреть. -Я никогда не видел своих родителей, и не знаю никого из своих родных, я привык. быть один — на одном дыхании произнёс Гук, переводя взгляд на чуть успокоившего Тэхёна. -Как я понимаю, у тебя не лучше-Чонгук смотрит куда угодно, но только не на Тэхёна. -Я. х-хочу домо-й — проговорил Тэхён заикающи, медленно поднимаясь с земли направляясь в противоположную сторону от леса. Чонгук молча последовал за Тэхёном. Он знает что может произойти с человеком, в таком состоянии, ведь сам был таким, но он привык, но всё также сложно. От этого не избавиться. Они ишли в чишине, но Тэхён её прервал: -Мои родители погибли в автокатастрофе, когда мне было 14, через 2 года умерла моя бабушка, брат никогда не хотел со мной общаться, как бы я не пытался. — на одном дыхании проговорил Тэхён. -У меня есть один единственный друг, — это Чимин, он никогда меня не оставляет, он всегда поддерживает меня, я облагодарен ему — без емоционально проговорил Тэ. -У нас, у двоих нет родителей, и нам двоим тяжело хм. мы отлично подходим друг другу. — совершенно серьёзно сказал Чонгук. Тэхён усмехнулся. -Да-тихо проговорил Тэхён. *** Они дошли до дома Тэхёна за 40 минут, они больше не розговаривали, ишли в тишине, слушая как ветер калышит листья на деревьях. Летний ветер раздувает волосы, людей на улице совсем нет, удивительно. На дворе лето, а людей на улице нет. Всегда наоборот, люди с улицы летом не уходят, а сейчас их нет, только видно людей в магазинах или на остоновках. *** -Я. спасибо — расстеряно произнёс омега, переводя взгляд с альфы на асфальт. -За что? — альфа искрывил бровь, вытаскивая руки из карманов, мотнув головой, дабы убрать волосы с глаз. -Заа. то что проводил и выслушал — омеге никогда не было так не ловко. Альфа ложит ладонь на плечо омеги, заглядывает в глаза и произносит: -За это, не благадорят, Тэхён Омега смущён, очень смущён. -Иди домой-медленно уберая ладонь с плеча, произнёс альфа. -Да, пока-чуть улыбнувшись произнёс омега, делая шаг к подъезду. -Спокойной ночи — проговорил альфа, и когда омега скрылся за дверью подъезда, развернулся и ушёл домой. «Людям никогда не понять чужой боли, если эта боль не коснётся их.»