1. Слово редактора
4 марта 2022 г., 08:32
«Эксклюзивное расследование Джея Джона Джеймсона! Ответ на вопрос, которые долгие годы волновал многих добропорядочных нью-йоркцев! Восемь лет назад злостный возмутитель общественного спокойствия и порядка, преступник, скрывающий лицо под маской, известный под прозвищем Человек-паук, пропал с наших улиц на долгие шесть лет. Эти годы были отмечены удивительным миром и гармонией в жизни города. Разумеется, какие-то нарушения и преступления были, но они оперативно решались силами правоохранительных органов. Нью-Йорк жил и процветал! Но этот вредитель, этот неистребимый паразит снова вернулся, чтобы разрушать наши планы и мечты. Так куда же он пропадал? Кто вместо нас, миролюбивых жителей славного Нью-Йорка терпел его все эти годы? Главный редактор новостного сайта TheDailyBugle.net представит результаты своего многолетнего расследования…» Джей Джона Джеймсон, главный редактор TheDailyBugle.net
Зеркало было забрызгано пеной для бритья и — совсем немного, — зубной пастой. Питер тщательно протёр его полотенцем, чтобы лучше видеть своё отражение, но добился только того, что всё размазал. Мысленно плюнув на порядок, он снова взялся за расчёску. Непослушные, чистые вихры торчали во все стороны и Паркер сдался через пару минут, раздосадованно выдохнув. Ну и чёрт с ними, с волосами! Главное, редкая щетина сбрита, даже без порезов, изо рта пахнет мятой — что ещё надо? Он вполне себе презентабелен. В конце концов, они же не офисного менеджера нанимают. От Питера нужны были всего лишь эксклюзивные видео Человека-паука, а не умение красиво выглядеть в белой рубашке. Которой у него, к слову, всё равно не было. Его возьмут на работу. Не могут не взять. Она ему очень-очень нужна. В последний раз безнадёжно проведя пластиковыми зубчиками расчёски по шевелюре и отбросив её в кучу грязного белья, торчавшего из корзины, Питер хмыкнул, внезапно подумав о том, что жизнь всё-таки очень ироничная штука. Только открыв в себе паучьи способности и вкусив немного яркой и масштабной жизни Мстителей благодаря мистеру Старку, Питер мечтал о таких же грандиозных свершениях, какие выпали на долю любого из «настоящих» героев. Капитан воевал во Второй мировой! Тони Старк спас Нью-Йорк от ядерного взрыва! Тор — так вообще бог. Чёрная Вдова — супершпионка. Какие же яркие у них были судьбы. Это вам не жизнь с тётей в Куинсе и будни Мидтаунской школы. Тоска смертная. И он получил свою долю масштабных приключений, после которых стал «настоящим» героем. Многие ли старшеклассники сражались с самим Таносом? Да ещё и дважды? И этого с него было достаточно. Он тогда в полной мере осознал, в самых ярких красках увидел, что настоящие герои, такие как мистер Старк, чаще всего заканчивают свою жизнь очень печально. Героично, да. Может быть, где-то даже и красиво. Но очень больно. Больно тем, кому потом приходится жить без них. Питер такого не хотел. Не хотел оставлять Мэй, которая и так с трудом пережила смерть дяди Бена. Не хотел оставлять Неда. И ещё, он совсем не хотел оставлять ЭмДжей. Да, тогда они были всего лишь друзьями, но ещё до той знаменательной экскурсии в Музей современного искусства, до которого он так и не доехал, сорвавшись помогать мистеру Старку, Питер начал осознавать, что, кажется, снова влюблён. И ему очень хотелось узнать Мишель получше. Ведь героизм не обязательно должен быть большим. Маленький, ежедневный тоже очень нужен. Даже чаще и больше, чем сумасшедшие подвиги Мстителей. Так говорил мистер Старк. А Питер тогда не желал его понимать. Понял позже. После возвращения в списки живых, Паркер ударился в другую крайность — стал панически избегать любой ответственности. Любого намёка на необходимость свершения какого-либо подвига. Он же школьник, в самом деле! Какие-такие Элементали из других вселенных? Есть же герои покруче его, верно? Опытнее. Бесстрашнее. Почему бы им снова не взяться за дело? Тогда судьба снова криво усмехнулась, глядя как он совершил ещё одну ошибку. Отдал изобретение мистера Старка, Э.Д.И.Т., Мистерио. Он сделал это с облегчением, почти радостно. Отдал оружие в руки врага. Ценой ошибки было разоблачение. Квентин Бек успел оболгать Питера перед смертью, а Джона Джеймсон со своим занюханым третьесортным новостным сайтом «Дейли Бьюгл» раскрыл его личность всему миру. О последовавших за этим событиях и вовсе не хотелось вспоминать. Он хотел вернуть обычную жизнь себе и близким. Но совершил новую ошибку и выбрал для этого слишком мощный инструмент — магию. Эта коварная и капризная вещь и вовсе не стерпела его вмешательства и результатом стала самая настоящая катастрофа. Мэй погибла и больше никто на свете не помнил, что такой человек как Питер Паркер когда-либо вообще существовал. Он остался совсем один. И виноват во всём этом был только он. Если бы он только не был таким глупым, таким самонадеянным… Но прошлое не вернуть и совершённые ошибки не исправить. Он всегда приносил всем, кто его окружал, одни неприятности. Все дорогие ему люди умирали — и мама с папой, и дядя Бен с Мэй, и мистер Старк. Он даже ЭмДжей не смог спасти, когда та падала, панически стараясь ухватиться за кончики его пальцев. И только благодаря Питеру-три она осталась жива. Если бы не он, Паркеру пришлось бы навещать ещё одну могилу. Что он за герой такой, если даже своих близких уберечь не может? Вот именно поэтому в тот самый день, когда в пальцах шуршала бумажка с заготовленной и отрепетированной речью, а забывшие его Нед и ЭмДжей весело болтали о своём будущем, он остро осознал, что ему в этом будущем нет места. Иначе он снова всё испортит. Нет, пусть ЭмДжей спокойно проживёт свою жизнь, подаренную Питером-три. Без страхов, рисков и угрозы для жизни. Без него. У него больше не было на неё прав. Свою ЭмДжей он упустил, ещё тогда, когда она упала со статуи Свободы. Питер в последний раз глянул на своё отражение, одёрнул рукава куртки и поправил воротник, а затем запер хлипкую дверь квартиры и устремился вниз по лестнице. Часы показывали без двадцати пять. Успеть на встречу он теперь мог только с помощью паучьих способностей.***
Когда заклинание доктора Стрэнджа сработало, оно сработало качественно. Питер Паркер перестал существовать для всех. Даже не так, Питер Паркер не только не существовал в настоящем времени, он также никогда не рождался. Не ходил в детский сад, не поступал в школу, даже не подавал заявлений в университеты. Его просто не было, ни в человеческих умах, ни на бумагах. И это было проблемой. После первоначальных растерянности и шока Питер начал думать — а как же ему жить дальше? Пусть все в мире и считают, что его нет и никогда не было, но нужно же где-то спать и что-то есть. И профессию получить было бы неплохо. Его амбиции насчёт МТИ угасли давно, но Мэй не простила бы его, если бы он хотя бы не постарался получить хоть какое-нибудь университетское образование. И в этот момент — снова эта ирония жизни! — ему пришёл на помощь Танос. Вернее то, что многие воскресшие после щелчка люди были примерно в том же положении, что и Питер — без дома, без документов, а некоторые и без близких людей. Он пришёл в центр поддержки вернувшимся, который был организован с помощью Мэй, намного позже, чем остальные. Прошли многие месяцы после Скачка, но никто не расспрашивал его с дотошностью. Прежде он помогал этим людям, собирая средства на благотворительность в сверкающем костюме Железного паука, а теперь и сам нуждался в помощи. Центр способствовал восстановлению документов, помог найти жильё, даже трудоустроил. Единственное, с чем помочь было нельзя, так это с возвращением в школу. Никто из одноклассников и учителей не знал ученика Питера Паркера и принять обратно они его не смогли бы. Поэтому Питер соврал, что учился по системе GED. Вообще, ему теперь приходилось много врать. В конце концов, это больше не вызывало угрызений совести. Почти. Всё же ложь в его случае была более правдоподобной, чем настоящая история. Он врал, что ему есть восемнадцать, чтобы ему позволили работать, снимать квартиру и жить самостоятельно, а не в приюте. Врал, что все его родные погибли в беспорядках, охвативших Нью-Йорк как эпидемия после щелчка Таноса. Врал, что всё в порядке, что он счастлив, что ему не нужна помощь. После заклинания Стрэнджа жизнь Питера Паркера состояла из лжи. Сдав необходимые тесты Питер решил, что хуже не будет, и всё же рискнул подать документы в МТИ. Собеседования, экзамены, эссе — он делал всё, что от него требовалось. Разумеется, будь времена обычными, всего этого было бы недостаточно. Но его обманом присвоенная печать пострадавшего от Скачка сироты и тут сыграла ему на руку. МТИ принял его по специальной программе со стипендией — кто бы мог подумать? — имени Тони Старка, учреждённой его семьёй. Даже после смерти мистер Старк продолжал помогать ему. Паркер был почти счастлив. Шесть лет учёбы пролетели незаметно. Он чувствовал себя обязанным своему почившему покровителю, и платил ему единственным способом, которым мог — поддерживал порядок в городе. Пусть теперь это был Бостон, а не Нью-Йорк. Пусть на нём теперь был не красно-синий костюм паука, а собственноручно сшитый чёрный, чем-то отдалённо напоминавший тот, в котором он сражался против Элементалей в Чехии. Тот, который обладавший своеобразным чувством юмора Нед назвал Чёрной мартышкой. И вот теперь, получив вожделенный диплом, он снова жил в дешёвой съёмной квартирке в Куинсе, в свободное время наводил порядок на улицах, а днём работал в лаборатории Старк Индастриз. И всё бы ничего, жизнь покатилась по проторенной колее, если бы не одно «но»: он был один. Все эти долгие почти девять лет, прошедшие со смерти Мэй, он был совсем один. Каждый день, каждую минуту он помнил, что ему нельзя, ни с кем нельзя сближаться. От него одни беды. Но одиночество стало привычным. С ним Питер давно смирился и свыкся. Знакомых в его жизни было много, но близких — ни одного. Вернее они были. Были, но совершенно его не помнили, проживая свои счастливые, лишённые его тлетворного присутствия жизни, за которыми он наблюдал со стороны. Труднее, чем с одиночеством, было смириться с отсутствием минимальных жизненных удобств. Зарплаты младшего лаборанта едва хватало на квартплату и еду, сводить концы с концами в таком дорогом городе, как Нью-Йорк, было очень сложно. Он перебрал множество вариантов в поисках дополнительной работы, которая бы не мешала основным — в лаборатории и на улицах. Ничего не подходило и Питер почти отчаялся, пока ему на помощь снова не пришёл случай.***
Он не мог сказать точно, для чего это делал. Просто так, без определённой цели. Хобби, можно сказать. В его жизни было не очень много развлечений. Питер стал делать фото и видео Человека-паука и выкладывать их на свой профиль в инстаграмме. Это его совершенно не выдавало — таких каналов было десятки, если не сотня. Очень многие находили забавным вести видеоохоты за Паучком. В твиттере были профили вроде @spideyhere, где все отмечали, в какой именно точке Нью-Йорка он находился в то или иное время. Самому Питеру это внимание изрядно досаждало: любой враг мог воспользоваться этой информацией! Однако же технический прогресс был суров и неумолим. Единственное, что Паркер мог предпринять — прятаться получше. Сам себя Питер снимал, чтобы совершенствоваться. Анализ боя, тренировка нового приёма, да и просто — красивый закат на память с макушки Вулворт-билдинг. Но его канал выделялся на фоне остальных качеством контента. Именно поэтому в один из дней к очередному видео, в котором Человек-паук эффектно входил в кадр и в режиме слоу мо делал поворот вокруг оси корпуса на триста шестьдесят градусов, появился восторженный комментарий. Питер гордился этим видео, оно получилось раза с седьмого-восьмого. @alohadude3: «Вау, чувак! Это просто охрененно. Это действительно Паучок? Или акробат в костюме?» Профиль Паркера был открыт, но никто особо не интересовался постами, просто ставя лайки или эмодзи. Поэтому Питер почувствовал себя польщённым и не замедлил с ответом. @spideyguy: «Действительно Человек-паук :)» Так и завязалась та переписка с неким alohadude3, профиль которого оказался приватным. Впрочем, Питер не очень-то и набивался в друзья. Неделю спустя после первого сообщения, восторженно прокомментировав каждый пост, alohadude3 наконец написал в личку. «Слушай, кажется ты самый лучший фотограф Паучка. Лучше твоих кадров я не видел нигде. Тебе не нужна работа? ;)» Конечно же, Питеру была нужна работа. Он пожертвовал ради красно-синего костюма практически всем, что было в его жизни. Пусть же костюм хоть раз поработает на него. Именно поэтому ясным, сентябрьским утром, когда солнце сверкало с бледно-голубого неба так ярко, словно начисто отмытое, Паркер торопился на важную встречу по крышам высоток. Он был сосредоточен и взволнован. Теперь это было его обычное состояние: подавленность, сосредоточенность и настороженность. Ничего не предвещало особых перемен в устоявшемся порядке его добровольно-отшельнической жизни. Паучье чутьё никогда не реагировало на ехидные усмешки судьбы.
