Love is...

Гладь лазурная, синее небо, Солнце плещется в во́лнах морских. Ходит слух, что живёт в море этом И скрывается о́т глаз людских Чудо-рыба – русал баснописный, Что людей утопил миллион... Он чудовищно страшный и быстрый, И тебя без труда убьёт он. Он залив себе выбрал волшебный – Там и лотосы есть, и камыш. И родник есть с водою целебной, Только в ней ты, дружочек, сгоришь. До воды той тебе не добраться, Ведь русал свой залив стережёт. И если сбежать вдруг удастся Смерть от яда его тебя ждёт. Да, русал ядовит, это правда. Зубы острые, как у акул. Вот утащит тебя в недра ада, И всё, нету тебя. Утонул. «Почему же он выбрал то место?» – Спросишь ты. Я отвечу тебе. Это место девичьего съезда. Придёт девушка – быть ей в беде. Его голос – манящий и нежный, А глаза – два сапфира в снегу. Его волосы – пламя надежды. Коль скажу, что красив – не солгу. Ты не суйся туда, мой хороший, Сказки сказками, но не шучу. Лучше случай один ты послушай Да подумай, чему научу.

***

Гладь морская, и плещутся волны. Под водою кораллы видны. Вдалеке гром и тысячи молний. Небеса нынче страшно гнусны... Гладь морская. Вдруг волны взметнулись, И ужасный послышался всплеск. Небеса в тот момент содрогнулись, Точно гнев всевозможных божеств. Тело парня под воду уходит. Он глаза призакрыл, словно рад. И в пучине покой он находит. Хотя, нет, подожди... – Что за гад?! Кудри цвета закатного неба Развевает поток водяной. И из тьмы, из подводного склепа Выплыл парень красы неземной. «Это ангел, должно быть, за мною В глубину океана нырнул», – И утопленник с головою В дебри водорослей ускользнул. – Ах ты тварь! Не позволю! Не смеешь Ты в моей утопиться среде! И ведь, гад такой, не робеешь Предо мной. Может, это к беде... И, хвостом тёмно-красным взмахнувши, Устремился русал в глубину. Взял утопленника, и на сушу Вынес, разорвав тишину. Берег тёплым песочком их встретил, На их мокрые кожи прилип. Их прохладой морской о́бдал ветер. И русал услыхал тихий всхлип... Этот парень... Он так тихо плакал... Отчего же цвела в нём печаль? Пеликан где-то в зарослях крякал, Там нашёл свой ночной он причал... – Почему? Ну зачем меня спас ты? Чем тебе моя смерть не нужна? Ведь мотивы мои так... прекрасны... Эх, хотел я успеть дотемна... – Ты больной? Иль мозгов вместо – рыба?! – Почему говоришь мне ты так? – Ты... – тихо произнёс он из-за хрипа. – Ты ж совсем молодой! Ты дурак?! Но утопленник не ответил – Рассмеялся в безумстве своём. И русал это явно заметил, По лицу ему вдарив хвостом. Человек рассмеялся сильнее, Устремивши глаза в небеса. Горизонт стал немного алее, Улетала за море гроза. – Прошу, утопи меня, Чуя... – Как узнал моё имя, чудак? – О тебе молва ходит, лютуя, Тебя знает любой сом-судак. Ветер вскинул прилипшие кудри. Солнца диск потерялся в волнах. Засверкала вода в перламутре. Лицо Чуи всё было в слезах... – Не хочу, не хочу быть русалом! – Он руками песок избивал. Он размахивал плавником алым, И рыдал, и рыдал, и рыдал. – Я Дазай... Моё имя – Осаму. Рад знакомству, мой милый русал. Ты украсил мою панораму... Очень долго тебя я искал. Скажи, Чуя, прекрасный мой Чуя. Сможешь смерть ли ты мне принести? Я хочу обрести жизнь иную... Не хочу больше жить взаперти... – Поцелуй мой тебе будет ядом. Ты согласен? Коль нет – уходи. – Я согласен, ведь будешь ты рядом. Сможем вместе покой обрести. И достал человек из кармана Острый нож. Он был ядом облит. – Я надеюсь, не будет обмана? Иль судьба моя так мне сулит? – Мы с тобой умрём вместе, мой милый... – Меня милым не смей называть! – Отчего ты такой вот пугливый? – И вопросов не смей задавать! И, обнявшись, русал с человеком В поцелуе беспечном слились. Яд разлился по их телам эхом, Сквозь миры души их прорвались. Они были изгоями мира. Смысла не было в жизни у них. И жестокая мира картина В море канет, и станет мир тих. Не играют в заливе русалы, И не топятся там моряки. Их тела на приморье песчаном Облепили в любви мотыльки.

***

С тех времён незапамятных в море, В том заливе, на том берегу, Те, кто плачут, найдя своё горе, Своё счастье навек обретут.