It ends with us

Уинтер и Наташа сидят в такси, направляясь на вечеринку, Уинтер достает из сумочки крошечное зеркальце и достаёт свой блеск для губ, когда Нат поворачивается, чтобы посмотреть на нее, Наташа была вся в красном, коротком красном платье и красной помаде. — Мы намеренно опаздываем, чтобы тебе не пришлось разбираться с отчётами, верно? — спрашивает Наташа, приподняв бровь. Уинтер поджимает губы и усмехается, убирая зеркальце и блеск обратно в сумочку. — Я действительно не хочу беспокоиться об этом, я просто хочу отпраздновать годовщину бизнеса моего отца, также не хочу чтобы репортеры прилипали ко мне, как пиявки, и задавали мне вопросы, Сэм лучше справиться с этим, — Нат наклоняет голову в сторону в качестве кивка. — Достаточно справедливо. Такси останавливается у здания, так как папарацци окружены со всех сторон здания, как только они замечают подъезжающее такси, они начинают бежать к такси, уже яркие вспышки атакуют их глаза. Уинтер поворачивает голову, чтобы посмотреть на Нат, та просто пожимает плечами. Два охранника проталкиваются сквозь толпу, открывая двери с каждой стороны, один со стороны Уинтер, а другой со стороны Наташи, чтобы помочь им войти в здание. Уинтер держится за свою шубу, которая накинута ей на плечи, когда она выходит из такси, направляясь к зданию с охранником, на которого она смотрит сверху вниз, избегая всего, что мелькает у нее на лице. Папарацци уже засыпали ее личными вопросами о Баки. — Мисс Уилсон, между вами и мистером Барнсом что-то происходит? — Почему вы были скованы наручниками вместе? — У вас что, роман? Она продолжает игнорировать их, когда они входят в здание, швейцар открывает им дверь, Нат вздыхает с облегчением. — В центре внимания, я бы не хотела быть тобой прямо сейчас, — смеется Нат. Уинтер просто поворачивает голову и, прищурившись, смотрит на Нат, прекрасно зная, что она была причиной всего этого. — Неужели?! — саркастически спрашивает она более преувеличенным тоном. Они пробираются в зал, прогуливаясь, на заднем плане играет тихая классическая музыка. Зал был красиво украшен золотистым цветом лица с оттенком фиолетовых неоновых огней вокруг, маленькими белыми круглыми столиками, где все стояли вокруг, пили, разговаривали и закусывали. Они замечают Сэма, Стива и Баки, стоящих вокруг одного стола и разговаривающих между собой с шампанским в руках. Нат в замешательстве приподнимает бровь. — С каких это пор? — Она спрашивает, они оба не знали, что Сэм и Баки снова разговаривают, Уинтер качает головой. — Понятия не имею... Баки поднимает голову, бросая двойной взгляд на Уинтер, когда замечает ее, его глаза скользят по ее телу, прежде чем снова встретиться с ней взглядом, как будто он восхищался каждой ее частью, но в то же время был ошеломлен ее красотой. Стив замечает пристальный взгляд Баки и поворачивает голову в сторону, видя стоящих там Уинтер и Наташу. — Вот они! — кричит Стив, поднимая свой бокал. Мужчина подходит к Уинтер и Нат, чтобы предложить взять их верхнюю одежду и повесить в гардероб, они снимают свои шубы, передавая их мужчине, прежде чем направиться к столу, они оба берут по пути бокал шампанского у официанта. Сэм раскидывает руки, улыбаясь Уинтер. — Ты выглядишь потрясающе, Уинт! — Уинтер улыбается, входя в объятия, позволяя Сэму обнять ее, прежде чем она отстраняется: — Спасибо, Сэмми, — Она заявляет, прежде чем сделать несколько глотков своего напитка, стоя напротив Баки, когда их взгляды встречаются, у него в глазах появляется тот же огонек, который появляется, когда он восхищается ею, как будто она была единственной женщиной в помещении, для него она выглядела как богиня. Его улыбка не исчезла, ни разу. — Уинтер? — Стива зовёт ее, когда Уинтер возвращается в реальность, приглушенные голоса вокруг нее начали проясняться. — Да? — Стив хихикает. — Я говорю, что вы, девушки, выглядите великолепно сегодня, — Уинтер смотрит на Нат, затем снова улыбается, глядя на Стива. — Спасибо, Стиви, — Стив поворачивает голову, склонив голову набок, и просто смотрит на Баки. Баки делает последний глоток, прежде чем поставить пустой стакан на стол перед собой, посасывая его зубами. Он бросает двойной взгляд на Стива, как только замечает, что тот пристально смотрит на него. Баки смотрит на него что-то типа "какого черта тебе нужно", Стив кивает головой в сторону Уинтер. Комплимент, вот и все, что ему нужно было сказать. Баки прочищает горло, зная, что если бы он добавил Наташу в комплимент, это было бы не так странно. — Вы, девочки, выглядите сногсшибательно, — наконец признает Баки. Нат благодарит его, когда она подходит к Баки, ставит свой стакан, поворачивает его так, чтобы он был к ней лицом, и сжимает его щеки, сжимая их. — Баки Барнс делает мне комплимент? Ты ооочень милый, — Баки игриво закатывает глаза, прежде чем схватить ее за руки и мягко отвести их от своего лица. — Я знаю, что не делаю комплименты всем, над чем я действительно работал последние пять лет, я учусь, — ухмыляется Нат, прежде чем снова схватить свой напиток и посмотреть на Уинтер. — О, у тебя определенно не было проблем с комплиментами Уинтер в те дни, она была единственной, кому ты делал комплименты. Сэм поджимает губы, прежде чем посмотреть на лицо Уинтер, он хотел прочитать ее, посмотреть, как она относится к ситуации, но у Уинтер всегда было хорошее бесстрастное лицо. Вы никогда не могли прочитать ее, она всегда умела сдерживать свои эмоции и вести себя небрежно, и это именно то, что она делала. Уинтер прочищает горло, меняя тему разговора. — Отчеты пропали? Ты со всем разобрался? — Сэм кивает. — Тебе не нужно ни о чем беспокоиться, сестренка, просто наслаждайся вечеринкой, — Уинтер допивает свой напиток, прежде чем поставить пустой стакан на стол. — О, я так и сделаю, я собираюсь выпить еще, — заявляет она, прежде чем уйти. Наташа следует за ней, снова оставляя мальчиков за столом, Баки поднимает глаза, наблюдая, как она уходит, он не мог не смотреть на то, как ее бедра покачиваются из стороны в сторону, когда она идет, ее фигура была идеальной, она была идеальной. Сэм смотрит на Баки. . — Чувак, тебе лучше не смотреть на задницу моей сестры! — Сэм огрызается. Баки переводит взгляд на Сэма и усмехается. — Что? Я? Ни в коем случае, я смотрел на… Наташа на самом деле, — Стив приподнимает бровь, поворачивая голову, чтобы посмотреть на Наташу, прежде чем снова на Баки. — Наташа, правда? — Баки кивает. — Ты же знаешь, что я неравнодушен к красному, красному платью, красной помаде, красному… волосы...— Он замолкает, наклонив голову в замешательстве от того, что сказал, прежде чем продолжить свое предложение. —Она выглядит потрясающе, — затем Баки заставляет себя посмотреть на Наташу, обводя взглядом ее тело, пытаясь доказать свою точку зрения, но он только обманывал себя. Стив и Сэм оба хихикают, хлопая Баки по плечу. — Ты - нечто другое, мой друг, — заявляет Стив. — Баки Барнс, такой Баки Барнс, —сразу же отвечает Сэм. Баки закатывает глаза, убирая их руки со своего плеча. — Я иду к бару, это шампанское не для меня, — произносит Баки, прежде чем уйти. Через час после начала вечеринки все просто пили и хорошо проводили время, Наташа отодвигает стакан от губ, поднимая брови на Уинтер. — Знаешь, что я заметила? — Она спрашивает, Уинтер напевает ей. — У вас с Баком вроде как одинаковые наряды, посмотри на кремовую цветовую гамму, — говорит она, размахивая рукой в воздухе вокруг наряда Уинтер. Она закатывает глаза. — Просто совпадение, — пожимает плечами Уинтер. Наташа издевательски хихикает. — Дорогая, совпадений не бывает, вы двое - родственные души. Вы всегда были и всегда будете, — Уинтер допивает свой напиток, прежде чем поставить пустой стакан на стол. — Родственные души не уходят и не женятся на ком-то другом, мы не родственные души и никогда ими не были, — огрызается Уинтер. Наташа прищуривает глаза, оглядывая комнату, чтобы посмотреть на Баки. — Если этому суждено быть, вы окажетесь рядом, если этому не суждено быть, тогда, возможно, я ошибаюсь, и любовь есть где-то внутри у кого-то другого, — пожимает плечами Нат, выпивая, она быстро отрывает стакан от губ, глядя на вход в зал, когда ее лицо опускается. — О нет, — Уинтер смотрит на Нат. — Что? — Она оборачивается, чтобы посмотреть, на что уставился Нат. Это были Кларк и Дот, идущие рука об руку. Уинтер опускает лицо, прищурившись, закрывает глаза и качает головой. — Это не то, что нам было нужно сегодня вечером, — Она открывает глаза, чтобы посмотреть на Баки, он тоже это заметил, они оба обменялись кратким зрительным контактом, прежде чем снова посмотреть на них. Дот отстраняется от Кларка и подходит к Баки. — Ты даже не пригласил свою жену? Как грубо с твоей стороны, Джеймс, — заявляет она, склонив голову набок. — Ты думаешь, я не обижусь тебя? — Сэм и Стив стоят там в тишине. Баки ставит свой стакан. — Мы разводимся, я не обязан тебе ничего объяснять, — Дот смотрит вниз на руку Баки, хватает ее и поднимает вверх. — Ты все еще носишь свое обручальное кольцо, — Баки убирает руку. — До тех пор, пока развод не будет завершен, я не хочу, чтобы журналисты заметили это и начали делать предположения о причинах и дерьме, я ношу это ради своей репутации, — Кларк подходит сзади Дот, пристально глядя на Баки, он поднимает глаза, встречаясь с ним взглядом, делая шаг вперед. — Что, черт возьми, ты делаешь...— Стив тянет его назад за руку, наклоняясь к его уху. — Не здесь. Баки делает глубокий вдох, прежде чем отступить назад. Дот поворачивается, кладя руки на грудь Кларка. — Иди займись чем-нибудь другим, оставь нас с мужем в покое, — шепчет она ему. Кларк хихикает. — Ты убедила меня привести тебя сюда, потому что хотела поддержать Баки, но потом заговорила о планах развода, что ты вообще собираешься это сделать? — Дот пожимает плечами. — Поддержать Баки, да, никаких планов развода не будет, пока она здесь, — Кларк выглядит смущенным, прежде чем поворачивает лицо, замечая Уинтер. — Давай не будем делать этого сегодня вечером, хорошо?— Она похлопывает его по груди, прежде чем вернуться к Баки. — Принеси мне выпить, милый, и давай не будем устраивать сцен, снаружи папарацци просто с жадностью ждут драмы. Баки сжимает челюсть, сжимая кулаки, сдерживая свой гнев, он поворачивается к бару, делая, как утверждает Дот, Сэм и Стив решают оставить их в покое, уходя. Проходит полчаса, Уинтер все это время просто наблюдает за Баки, он казался напряженным, чрезвычайно напряженным. Она чувствовала, что что-то не так. Баки пытается уйти, но Дот кладет руку ему на грудь. — Куда ты идешь? — Баки смотрит на Дот сверху вниз. — В ванную, мне нужно отлить, если ты не против?—саркастически спрашивает Баки. Дот хихикает, опуская руку вниз. — Хорошо... наслаждайся, — Баки уходит, избегая зрительного контакта со всеми остальными, когда заходит в один из многочисленных туалетов для всех полов. Он заходит в роскошную уборную, позволяя главной двери захлопнуться за ним, подходит к массивному зеркалу, кладет руки на столешницу, опускает голову и делает несколько глубоких вдохов. Затем он проходит через ванную в другой конец и замечает зеркало поменьше в углу, он просто смотрит на себя, на свое отражение, когда его ноздри раздуваются. Он был совершенно не в себе, тьма наполнила его глаза. Баки больше не был самим собой и не мог сдержать весь гнев и удушье, которые держал внутри, в течение одного щелчка, в одну секунду он сильно ударил по зеркалу, заставив его разлететься на куски. В тот же момент, когда он слышит, как позади него открывается дверь, он оборачивается и видит стоящую там Уинтер, которая хмурит брови. — Ты могла бы сказать, что я это заслужил, верно? — Баки кричит, Уинтер просто смотрит, как кровь стекает с его кулака. Она медленно начинает приближаться к нему. — Я не понимаю...— мягко заявляет она. — Я совершил ужасную ошибку, оставив тебя, женился на своей бывшей, которая оказалась полной психопаткой, которая одержима мной, настолько одержима, что не хочет со мной разводиться, просто скажи, что я этого заслуживаю — Глаза Баки наполнились слезами и отчаянием. С него было достаточно, как будто он вырыл себе глубокую яму и упал в нее, и нет пути назад. Он застрял в этой дыре без выхода, и только он сам сделал это с собой. Уинтер продолжает идти к нему, теперь они стояли лицом к лицу, она смотрит вниз на его руку, мягко берет ее, прежде чем подвести к раковине. Она медленно вытаскивает маленькие осколки, застрявшие в его коже, прежде чем запустить его окровавленную руку под раковину, в то же время она поворачивает голову, глядя на него. — Почему ты женился на ней, если ты ее не любишь? — спрашивает она. Баки со вздохом качает головой, глядя на свою руку, пока она ее вытирает. — Потому что я Джеймс Баки Барнс, я дурак, который бросил любовь всей своей жизни и женился на ком-то другом, чтобы заполнить пустоту, теперь карма здесь кусает меня за задницу, — Уинтер кивает. — Я согласна, ты дурак, и карма действительно кусает тебя за задницу. Ты это заслужил, — Баки поворачивает голову, глядя на нее сверху вниз. — Я знаю, — Уинтер поднимает глаза, встречаясь с ним взглядом, прежде чем покачать головой, отпуская его руку, чтобы взять несколько бумажных полотенец. — Я пытаюсь развестись с ней уже год, мы женаты два года, первый год притворялись, но в конце концов ее истинное лицо начало проявляться, и отношения стали настолько ядовитыми, что мне нужна была причина уйти, — Уинтер кивает, когда Баки поворачивается к ней лицом. — Вот почему ты приехал сюда, — заканчивает она его фразу, оборачивая его руку бумажным полотенцем. — Я обещаю тебе, я понятия не имел, с кем я был партнером, я понятия не имел, что столкнусь с тобой и Сэмом, я не намеренно пытался войти в твою жизнь, чтобы снова причинить тебе боль, это не было моим намерением ...— Уинтер кивает, отпуская его руку. — Мне нужно идти, — Заявляет Уинтер, прежде чем попытаться уйти, но Баки хватает ее за руку, останавливая, она поворачивает голову, чтобы посмотреть вниз на его руку. — Уинтер, выслушай меня, — она встряхивает рукой, высвобождаясь из его хватки, прежде чем повернуться к нему лицом. — Спустя пять лет ты хочешь, чтобы я тебя выслушала? То, что ты застрял в ядовитом, несчастливом браке, не заставляет меня жалеть тебя, — огрызается она. — Уинтер...— Она качает головой, поднимая руки в знак защиты. — Я устала, Баки… Я устала…так так устала… Я устала от того, что ты единственный, о ком я думаю перед сном, и ты первый, о ком я думаю, как только просыпаюсь… Я устала от всех этих неудачных свиданий на одну ночь… закрываю глаза и притворяюсь, что это ты на мне, это ты доставляешь мне удовольствие, прикасаешься ко мне и целуешь меня...— У Баки просто вытягивается лицо, он не ожидал, что она скажет это все вслух. — Я устала видеть твое лицо каждый день на работе и снова, и снова вспоминать о разбитом сердце...— Баки открывает рот, чтобы заговорить, но его снова прерывают. — Я устала от того, что не могу найти любовь ни в ком другом, потому что я люблю только тебя, черт возьми! — Наконец она замолкает и тяжело дышит, пытаясь отдышаться. Баки подходит ближе к ней, проводя обеими руками по ее щеке, когда он держит ее лицо, она закрывает глаза, пытаясь избежать зрительного контакта, но он поднимает ее лицо к своему, заставляя ее глаза автоматически открыться. Он ничего не говорит, больше ничего не нужно было говорить, их зрительный контакт сказал все за них. Он тоже ее любит. — Баки...— Она шепчет. — Шшш... — Он успокаивает ее, прикладывая большой палец к ее губам, затем нежно ласкает ее губы, глядя на них сверху вниз, страстно желая поцеловать ее. Она чувствовала жар, исходящий от его тела, она почти чувствовала, в каком отчаянии он был. Он наклоняет свое лицо ближе к ее лицу, когда их носы соприкасаются, шепча ей в губы. — Я хочу тебя, Уинтер, я хочу прикоснуться к тебе, поцеловать тебя, попробовать тебя на вкус и трахнуть тебя, — Они оба не могли сказать, был ли это алкоголь в их организме, было ли это искренним, хотя их голова была пьяна, их сердце чувствовало себя трезвым. Уинтер вздыхает, поднимая голову и проводя ею по его щеке, прежде чем завести ее за шею, впиваясь ногтями в его кожу. — Спроси меня, — шепчет она в ответ. — Могу я сделать хотя бы одну из этих вещей? — спрашивает он с затрудненным дыханием. Уинтер поджимает губы, прежде чем ответить. — Как насчет всего? — Баки не мог удержаться от улыбки, проводя одной рукой по ее шее, он притягивает ее в горячем страстном поцелуе. Оба их рта открылись друг для друга, когда их языки скользнули друг другу в рот. Баки стонет в поцелуе, когда он слегка наклоняется и приподнимает ее ноги, так что он держит ее, и подходит к столешнице, кладет ее на нее, стоя между ее ног, когда они целуются, она уже чувствует, как ему было тяжело для нее. Уинтер прерывает поцелуй, когда они оба тяжело дышат. — Дверь, — выдыхает она, он смотрит на дверь, прежде чем подойти к ней и запереть ее, чтобы никто не мог войти. Он подходит обратно, становясь между ее ног, когда они оба наклоняются, снова грубо целуя друг друга, нуждаясь, они отчаянно нуждались в любви друг друга. Уинтер опускает руки вниз, расстегивая его ремень, когда его брюки ослабевают, она мгновенно просовывает руку в его брюки и боксеры, и вытаскивает его затвердевший член. Она обхватила его, медленно поглаживая, пока они стонали друг другу в рот. Его руки скользят по ее заднице, медленно приподнимая платье, так что оно доходит до талии, обнажая белые кружевные стринги, которые она носила. Баки отрывается от поцелуя, глядя вниз на ее трусики, лаская ее бедра. — Я скучал по тебе, милая, — выдыхает он, прижимаясь к ее губам. — Так чертовски сильно, — ухмыляется Уинтер, обхватывая его ногами за талию и притягивая к себе. — Покажи мне. Баки хватает ее трусики, сползая их вниз по ногам, позволяя им упасть. Не теряя больше ни минуты, как бы сильно ему ни хотелось исследовать все ее тело, он лезет в задний карман и достает бумажник, так как всегда держал там презерватив на всякий случай. Уинтер, посмеиваясь, качает головой. — Некоторые вещи никогда не меняются, не так ли? — Он достает презерватив, отбрасывая свой бумажник в сторону, прежде чем бросить на нее хитрый взгляд. — Верно, — он достает презерватив из пакета и скатывает его по своему члену, прежде чем схватить ее за ноги, снова обернув их вокруг своей талии. — Ты уверена, что хочешь этого? — спокойно спрашивает он, дважды проверяя, глядя ей в глаза. — Да, — выдыхает она с кивком. Он проводит кончиками пальцев по ее складкам, она уже блестела влажной и мокрой для него. К настоящему времени, спустя пять лет, она очень хорошо знала, что только он мог заставить ее чувствовать себя так. Он хватает свой член, прижимаясь к ней, и они оба ахают в унисон. Он двигается в ледяном темпе, медленно и контролируемо. Наслаждаясь ее растяжением, когда он погружался все глубже и глубже. — Блять...— выдыхает он, откидывая голову назад, Уинтер сжимает губы, закрывая глаза. — Забыл, как чертовски хорошо в тебе, — стонет он, погружаясь все глубже, пока не оказался глубоко внутри нее по самые яйца. Позволяя ей чувствовать его, всего его. Глаза Уинтер закатились от блаженства, она почувствовала влагу между ними, когда он прижался к ней бедрами, практически чувствуя его в своих кишках. Она определенно скучала по этому. Уинтер хватается за края столешницы, когда он начинает врезаться в нее, отстраняясь, прежде чем погружаться в нее снова и снова. Он не был уверен, что у них будет ещё, поэтому он хотел, чтобы все это того стоило. Когда он хватает ее за талию, впиваясь ногтями в ее кожу, прижимая ее тело к себе, она двигает бедрами, работая с его толчками. Она прикусывает губу, чтобы сдержать громкие стоны, готовые сорваться с ее губ. Мягкие звуки их соприкасающихся тел продолжались некоторое время, прежде чем он перестал наклоняться, касаясь ее губ своими губами. — Можно? — Он гладит ее по бокам, она кивает, закусив губу, точно зная, чего он хотел. Он вырывается из нее и хватает ее за руки, помогая ей спуститься, прежде чем развернуть ее лицом к зеркалу, они просто смотрят друг на друга, прежде чем он наклоняет ее над столешницей так, чтобы ее задница торчала для него. Он раздвигает ее ягодицы, прежде чем снова медленно скользнуть в нее. Они стонут в унисон, когда он встает у нее за спиной, проводит рукой по ее спине и обнимает ее за шею спереди, как ей и нравилось. Сжимая ее с силой, которой она больше всего наслаждалась, он наклоняется над ней, когда она откидывает голову ему на грудь, его губы движутся к ее уху, щекоча ее своим тяжелым дыханием, посылая мурашки по всему ее телу. — Ты такая красивая, милая...— Он шепчет, прежде чем укусить ее за ухо. — Баки...— Она стонет, когда он продолжает входить в нее. — Не переставай стонать мое имя, детка, это чертовски сильно меня заводит, — она усмехается, прижимаясь к нему задницей, вцепившись в раковину. — Трахай меня, Баки... не останавливайся, — кричит она между стонами, когда он попадает во все нужные места. — Такая хорошая девочка… тебе это нравится, не так ли?— Он дышит, продолжая врезаться в нее, Уинтер чувствовала, что становится все ближе и ближе к оргазму от одних его слов, ему нравилось, как он грязно разговаривает с ней, всегда нравилось. Она скулит. Баки замедляет движения, заставляя ее стонать, не желая, чтобы он останавливался. — Слова, милая, ты знаешь, как это работает, — Уинтер крепче сжимает раковину. — Да... да, — усмехается Баки. — Хорошая девочка, — рычит он в ответ, прежде чем продолжить свой грубый темп. Он трахал ее все сильнее и сильнее, показывая, как сильно он скучал по ней, крепче обхватил ее за шею, чувствуя, что они оба достигают своих вершин. Он чувствовал, как она сжимается вокруг него, в ответ он пульсировал внутри нее. — Тише, милая...— Он шепчет. — Я знаю... просто не останавливайся, — стонет она в ответ. Ее глаза зажмурились, когда стены сомкнулись вокруг него, заставляя его кончить прямо на месте, почти засасывая его глубже в нее, когда он кончил. Баки пришлось прикусить собственный язык, чтобы сдержать собственные стоны, несмотря на то, что он сам предупреждал ее, чтобы она вела себя тихо. Они оба глубоко дышат, когда заканчивают. Она никогда не кончала так сильно, это был первый раз за пять долбаных лет, она чувствовала, что ее тело плывет. Она на седьмом небе от счастья. Все еще находясь внутри нее, он ласково убрал пряди ее волос с лица. — Ты в порядке? — Он спрашивает ее, глядя в зеркало, она поднимает взгляд, ухмыляясь ему в ответ. — Более чем в порядке, я чувствую себя потрясающе, — усмехается Бак, медленно выходя из нее, он быстро стянул презерватив и заправил себя обратно в брюки. Он подходит, хватает бумажное полотенце и заворачивает в него презерватив, прежде чем выбросить его в мусорное ведро вместе с полотенцем, обернутым вокруг его руки. Уинтер поворачивается, снова надевает трусики и стягивает платье. Они оба стоят там, молча моют руки и смотрят друг на друга через зеркало, обмениваясь улыбками. Как только они заканчивают, они встанут лицом друг к другу. — Мы должны...— Уинтер заявляет. Баки кивает в ответ. — Мне надо равно уходить, увидимся завтра, — говорит Баки. Уинтер кивает. — Увидимся завтра, — отвечает она, прежде чем выйти из ванной.