Coffee with milk

Тёплый июльский вечер медленно обволакивал улицу, погружая город в ранее знакомую атмосферу суматохи, обыденную для такого неблагоприятного района. Угрюмые силуэты возвращались домой, то и дело толкаясь в попытках протиснуться в тесный, пропитанный людским потом автобус. Обычные будни. Неприятный, смрадный запах от смеси мочи и находящейся неподалеку свалки дополнял предстающую перед глазами картину «неплохого» района. В небе пролетали ласточки, нагло демонстрируя всеми желанную свободу, словно специально насмехаясь над никчемностью человеческой природы. Стоило лишь мимолетно отвести взгляд от столь прекрасного заката — лёгкая улыбка сползала с лица. Небесная глазурь ярко-оранжевого цвета очень контрастировала с тем, что происходило внизу. Возле транспортной остановки была настоящая бойня, каждый пытался протиснуться и занять место, пока это не сделала какая-то пожилая старуха. Конечно: никто не захочет стоять час или около того на ногах. Люди продолжали заходить в автобус, будто в нём не было конца, но, очевидно, он был. Страшно представить, что происходило внутри. Двери, со стороны которых вылетело неведомое количество неслыханного ранее мата, со скрипом захлопнулась. Ещё один плюс ходьбы на ногах: вероятность быть задавленным в вонючем, грязном транспорте равна нулю. Пройдя ещё несколько улиц атмосфера кардинально изменилась. На смену затхлому воздуху, пропитанному гниющим мусором, пришёл сладкий аромат цветов, свежеиспеченной выпечки и кофе. От таких резких изменений каждый раз кружило голову словно впервые. Вест-Драйв всегда славился своими кофейнями и ресторанами. Едва ли не единственное место, где можно было спокойно, безопасно отдохнуть днём, в то время как ночью город приобретал совсем другие краски: открывались многочисленные ночные клубы, бары и остальные развлекаловки, благодаря которым ночной поход домой мог окончиться белыми стенами и звуком аппарата жизнеобеспечения — если ещё повезёт, конечно. Устроиться на работу в приличном районе было отнюдь не просто, для жителей Дейтена — невозможно. Но либо жизнь решила извиниться за все пакости в прошлом, либо очаровательная харизма сыграла роль: жительница Дейтена уже целую неделю работала в кофейном киоске Вест-Драйва. Как так получилось? Забавная история. После многочисленных попыток найти работу и столкновений с постоянными отказами — даже в самых криминальных районах — девушка совсем отчаялась. Настолько, что пришла обдолбанной на — как она заявила ранее — «последнее блядское собеседование». По удивительному стечению обстоятельств, в тот день ни администратора, ни владельца на месте не оказалось — собеседование проводил сын последнего. Джейс Таллис (вроде бы так его звали) имел коренастое телосложение, бесспорно являвшееся залогом его популярности среди девушек. Крепкие скулы ярко выделялись, а кожа цвета бронзы обладала идеальным сочетанием с волосами смоляного оттенка. С первого взгляда можно было смело констатировать: природа постаралась на славу. Правда, небольшая щетина на смазливом лице выглядела по-глупому… мужественно. Сынок влиятельного шиша в городе, мистер «Неприкосновенное Лицо» ни на секунду не мог отлипнуть от своего лопаты-телефона, будучи абсолютно вовлечённым в бурную переписку. Он задал пару наводящих вопросов про опыт работы, цели и прочее. Явную задержку речи, невнятные ответы и смешки его ни капельку не смутили — скорее всего, он не вникал в разговор в принципе, поэтому девушка немедленно отправилась на стажировку. После тяжелого дня, тесня киоск с дурацкой баристой (по совместительству — её наставника в приготовлении «всратого» эспрессо и латте, что за всю смену ни разу не заткнула свой рот более чем на минуту и, по всей видимости, не была обделена слепотой, ибо не заметила упоротого человека возле себя) девушка поклялась, что впредь сюда не заявится. Заявилась. Округу вновь окутал вечер. Людей по мере времени становилось всё меньше, каждый — парами или в одиночку — разбегался по своим домашним норам. Шумные улицы стихли, передав эстафету сверчкам, звонкий треск которых обращал внимание прохожих на себя. Юная бариста предпочла дневным сменам ночные: ставка выше, да и по своей натуре — никогда бы не назвала себя жаворонком. Выбору в пользу ночного рабочего времени дополнительно послужил факт расположения киоска всего в тридцати минутах ходьбы от дома, что было очень кстати: общественный транспорт девушка ненавидела всей душой. Так же, как и постоянных пассажиров в виде утренних бабуль. Остановилась, недоверчиво рассматривая двери киоска. Может, вчерашний день был наркотическим бредом и сейчас она завалится внутрь, как дура? Пока девушка размышляла, дверь перед ней распахнулась, открыв вид на массивную фигуру женщины, сильно напоминавшей ей о самых неприятных людях в её жизни. — Чего стоишь? Двери расколдовываешь? Ага, районы разные, а люди всё те же. Чего и стоило ожидать. На уме — ни намёка на вежливое слово, потому, смерив едкую барышню взглядом, — выплюнула: — В данный момент — борюсь с желанием, чтобы её не захлопнуть. — Язвительный смешок сорвался с уст прежде, чем девушка смогла бы его задержать. Женщина стояла всё так же неподвижно, лишь иногда — сжимала рожок* в руке крепче. Напоминало стойку быка, готового совершить бросок на тореадора. — Слушай сюда. Моя смена окончена, я не имею ни малейшего желания лаяться с тобой и что-либо демонстрировать. Но, к сожалению, последнее входит в мои нынешние обязанности. Поэтому — потерпим друг друга ещё немного. — Всё это бариста проговорила сквозь зубы. Хоть она и была настроена агрессивно, ссориться с этой женщиной не больно уж хотелось: выглядела она уставшей, как и сама девушка. Юная бариста пожала плечами. Не передать словами, как хотелось наконец побыть в блаженном одиночестве, погрузиться в него полностью и лишь иногда помешивать кофейные напитки. Остаться одной в скромном киоске, мысленно блуждать, исследуя глухие закоулки своего сознания, что, правда говоря, не всегда оканчивалось удачно. — Тебе повезло, что я быстро учусь.

***

Монотонное тиканье часов весьма разбавляло томительную тишину летней ночи. Большая стрелка остановилась на двух, а маленькая — приблизилась к цифре «десять». Всё оказалось не так плохо, как в утверждениях местных: за пять часов работы не нашлось места ни развлекающейся толпе, ни пьяному мужику, избивающему кого-то в щепки. Наоборот, ей удалось обслужить лишь восемь — на удивление — трезвых лиц. Даже чаевые оставили. Соорудив себе что-то на подобие стула, девушка почувствовала прилив гордости за себя: мозги работают как надо, не пропаду. Ну, ноги не отвалятся уж точно. Бесчисленные посты в Твиттере отвлекали от бездельничества. Свой аккаунт она, конечно, не вела — лишь оставляла провокационные комментарии на страницах других, с целью позлить и повеселиться. Пролистнула ещё пару публикаций. Остановилась. Вернулась. А вот это уже интересно. Похоже, она наткнулась на кладезь горячих фотографий за авторством нескольких красоток. Не то чтобы она была помешена на женском теле — просто считала его эстетичным в своей кровати. Под влиянием намерения оставить пару похотливых комментариев для одной сексапильной брюнетки — не сразу уследила за зарядом батареи, а когда опомнилась — было уже поздно. В потухшем экране виднелось отражение лица, украшенного непослушными локонами красных стриженных волос. Впалые щёки говорили о скудном питании, а глаза цвета стали выражали недовольство. От внезапного возвращения в реальность хотелось заскулить. — Блядство, и что мне теперь делать? — бросила бариста вслух, предвкушая свои следующие часы за долгожданным просмотром странствующих алкоголиков и летающего мусора, что порой являлись синонимами. Потирая переносицу, красноволосая лениво окинула взглядом киоск. Всё было до тошноты идеальным, начиная с нежно-кремового дизайна в гармонирующих надписях «Хекстек», «кофе с собой», и заканчивая второстепенными элементами вроде миниатюрных кактусов. Слева от дорогущих кофемашин располагалось огромное меню с — казалось бы — перечислением всех видов кофейных напитков, существовавших на Земле. Судя по всему, для зазубривания каждого понадобится не одно полугодие. Прямиком перед окошком находилось всё остальное, в монохромной коричневой палитре: салфетки, трубочки, сахарные стики и сиропы — создавалось впечатление, что всё так и оставалось нетронутым за день. Абсолютно всё было идеальным. В такой обстановке девушка чувствовала себя совершенно чужой, неправильной. Пролитым вином на белой скатерти. Тело, транслируя внутренние переживания, было нервным, руки сами по себе расчесывали пальцы, зубы терзали губы, продолжая прокусывать их до крови. Приближавшийся раскатистый хохот разразился на всю округу, вырвав девушку из глубины собственных мыслей. Группа людей не спеша направлялась прямиком к ней. Бариста вскочила с импровизированного стула и принялась разминать онемевшие конечности — видимо, сейчас ей придётся готовить как минимум с десяток напитков. Как бы не облажаться. По ту сторону киоска вместо ожидаемых быдло-мужиков стояла компания молодых девушек лет восемнадцати-двадцати, заметно подвыпивших. Как теперь стало понятно, их было всего пять. Выдохнула — никаких сложностей возникнуть не должно. — Добрый… — Здравствуйте. Три латте с дынным топпингом, «флэт уайт» и один эспрессо. Девушка перебила приветствие на полуслове, будто вовсе не обратила внимания на баристу. Делала заказ, вероятно, трезвейшая из них. Худощавая, с безупречной фигурой, облачённая в сексуальный наряд, сочетающийся с её синими, как сапфир, волосами, а весьма глубокое декольте открывало вид на небольшую подтянутую грудь, дополняя сей прекрасный вид. Вдох. — Одну мину… — Нет, я хочу чего-то… Сладкое хочу! Что у тебя есть? — Резвая розоволосая девушка облокотилась на стойку, заглядывая — без преувеличения — прямо в душу. Глаз начал подёргиваться. Выдох. Это всё-таки работа с людьми, пьяными людьми — кто сказал, что будет просто? Взгляд перешёл с девушки на меню. — Эм... Как насчёт глясе с ванильным мороженым? — Взгляд бегал по всему меню, пытаясь найти нужный вариант. — Или молочный шейк с сиропом на вкус? — Остановился на розоволосой. — О! Хочу шейк! — Радужки клиентки заискрились. — Сделай мне первой… — Шепот сорвался с её губ. — С банановым сиропом. Чувство возможного знакомства с этой девушкой не покидало баристу. Возможно, они уже где-то пересекались? — Хорошо, минуточку. За это она и ненавидела сферу обслуживания — приходилось терпеть бесконечную череду лишних коммуникаций и перманентное неуважительное обращение к себе. Но разум был превыше всего: грубить нельзя, тут хорошо платят. Собравшись с мыслями и приступив к приготовлению кофе — со взятием бумажных стаканчиков в руки — послышался голос: — Я думала, сегодня смена Джейса. — Твёрдый голос девушки в платье отразился эхом от стен киоска. Мутные глаза сверлили красноволосую — как если бы рыцарь кинул перчатку сопернику, вызывая того на дуэль. Весьма неожиданно. Обстановка в компании накалилась, гул голосов стих. Теперь вся компания смотрела на стоявшую со стаканчиками в руках неё. — Ну его здесь нет, как видишь. — Бариста наигранно пожала плечами, предварительно осмотревшись вокруг. — В таком случае, я не намерена брать отвратный кофе у какой-то новенькой «зечки». — Девушка продолжала нахальничать. — Есть на примете местечко получше. — Обратилась к своим подругам: — Идёмте, не в моих планах вас травить. Лёгкое подергивание век перешло в трудно скрываемое раздражение. Прямо сейчас она обматерит эту дылду всеми существующими матами и пошлёт куда подальше. Перевесившись через барную стойку киоска — оказывается в нескольких сантиметрах от скуластого лица девушки: — Обещаю, назовёшь меня так ещё раз… — с неприкрытой неприязнью процеживает бариста, намереваясь высказать всё, что она думает. — Ну? — Девушка с синими волосами вошла в азарт, нарываясь на гнев чуть ли не самого Цербера. — Прогонишь меня, обольёшь горячим кофе? Или может побьешь? А, Вайолет? На секунду красноволосая остолбенела, не веря собственному слуху. Жар ярким оттенком обволок лицо, захватил уши. Какого черта? Она прочитала имя на бейдже? Других вариантов просто быть не может. Какая же стерва. А ведь по первому впечатлению и не скажешь. — Ты её извини, пожалуйста. Кейтлин немного перебрала с алкоголем. На розоволосой девушке — ни следа прежнего настроения, что довольно удивительно. Никто не стал поддерживать желание Кейтлин загнобить баристу по самое «не хочу». Почему-то, при виде знакомой — из разряда «где же я её, блин, видела» — девушки кипящая внутри злоба улетучивалась. На смену приходили воспоминания: вот она кому-то выбивает зубы, вот гуляет по оживлённой площади нового города, получает ключи от квартиры, сидит перед теликом, попивая тёмное пиво на пыльном диване, переключает каналы с музыкой, пытаясь поскорее отыскать те, где мужики отбивают друг друга в мясо. Погодите-ка, эта девчушка… Это же популярная певица Серафина! Вот те раз! — Знаете, вы как хотите, а я ещё куда-то брести не хочу! Возьму кофе здесь. — Низкая белобрысая дама вышла вперёд. — И крышечки, пожалуйста. — Я тоже возьму здесь! – в унисон выкрикнули оставшиеся двое, держась за руки, то и дело покачиваясь из стороны в сторону. — А я не… — Тс-с! — Серафина перебила ещё не начавшую распинаться синеволосую со злобным шиком в её сторону. — Кейтлин, ну! Вай дали надежду на хоть какое-то подобие бодрости на остаток смены. Пока она готовила заказ, Серафина в чём-то усердно убеждала Кейтлин. Встав на носочки — что-то шептала той на ухо. Слава богу. Красноволосая была благодарна Серафине за то, что та смогла так быстро уладить назревающий конфликт, иначе на следующий день девушка уже была бы уволена. Или — что хуже — могла бы банально не сдержаться. Готово. Навеселе раздала всем горячий кофе и вернула сдачу, напоследок — пожелала хорошо провести остаток ночи. Всё по этикету! Едва компания принялась уходить, Вай окликнула синеволосую «нахалку»: — Эй, красотка, погоди! Развернувшись вполоборота, Кэйтлин одарила красноволосую самым презрительным взглядом в мире, что так и вопил: «Не трогайте, я кусаюсь!». — Ты забыла свой кофе. — Я ничего не заказывала?.. – Такая резкая смена выражения лица со стервозного на удивлённое была до жути смешной. Но Вай сдержалась. — За счёт заведения, – подмигивает бариста, протягивая ароматный латте с клубочками пара, подслащённый дыневым топпингом, — он как раз сладкий. Может, перестанешь быть такой злюкой. — Но воспротивиться ехидной улыбке всё же не смогла. Стаканчик был в форме кекса. Гениальный план возник у красноволосой во время приготовления последнего кофе: почему бы не смутить эту бестию? Да, она её взбесила, Вай ненавидит глупых мажоров, качающих свои права, но как же хотелось заработать в их битве балл в свою пользу. Денег у девушки было немного, но ради такого зрелища — не грех и раскошелиться. — Эм... Благодарю, не стоило. Видимо, у неё напрочь закончились силы на пререкания. Мило. — Теперь ты должна мне свой номер, — элегантно прокручивая рожок в руках и держа на губах одну из самых своих лучших улыбок, заигрывает с ней Вай. — Ага, в твоих мечтах. Почему я вообще продолжаю с тобой разговаривать? — Взгляд её фокусируется на Вай, пытаясь то ли рассмотреть, то ли не потерять связь реальностью. — Не выкидывай крышечку, Кексик, — напоследок протягивает Вайолет, зная, что крышку Кейтлин всё же выбросит.