Миссия "Фуидадж"

***

      «Сижу за решёткой в темнице сырой»… М-да уж, эти строки сейчас уж точно подойдут. Фу, как же тут сыро… И тихо… И некомфортно… Сплошной негатив.       Чёрт его знает, сколько мы тут просидели. Но ощущалось как целая вечность! У меня даже успела пробудиться какая-то жалость к зекам. Тут же скучно! И холодно! А если у тебя сокамерник — Осока…       За всё своё время заточения, я особо не разговаривала с ней. А то мало ли, огрызаться начнёт. Но с другой стороны, я же и отпор дать могу, разве нет? Только вот… Что ответить? Наиболее выгодный вариант — что-то на человеческом. Вспоминаются реакции Хисо и Коена — ни тот, ни другой ничего не поняли. Значит, преимущество на моей стороне!       На моё удивление, разговор начала не я. — Скорее всего, нам конец, — девушка задумчиво уставилась в высокое окно, перекрытое решётками, и наблюдала за медленно садящимися светилами. — В каком смысле? — Совсем идиотка? — она перевела свой взгляд на меня. Эти зелёные глаза… Они меня пугали. — Авил кровожаден. У него невероятно строгие законы. За всё наше нахождение тут мы нарушили… — Осока задумалась. — Штук сто? — уместны ли сейчас шутки? — Чуть меньше. Но довольно много, это точно. — Ассасин покачала головой и принялась завязывать второй «бантик» на голове, попутно вплетая туда свой кинжал. — То есть, нас казнят…       В ответ я получила одобрительный кивок. О нет. Это не есть хорошо. Это плохо. Очень/<i>. Надо было выбираться отсюда. Но как? Я выглянула сквозь решётки своей камеры, пытаясь разглядеть хоть кого-то. С этими чёрными стенами сливается абсолютно всё, и даже факелы у дверей не помогают. Я решила рискнуть и прокашлялась, привлекая внимание.       Я услышала гулкий кашель. Нет, это было не эхо. Кто-то был рядом. Страж? — Нет, не угадала.       Я охнула. Кто бы ни был обладатель этого старческого голоса, он явно умеет читать мысли. Я прищурилась. — А вы кто, собственно? Тюремщик, заключённый? — Я слегка наклонила голову, пытаясь не застрять между толстыми прутьями решётки. — Заключённый-с… — неизвестный опять старчески кашлянул, — да вот уже давненько я тут отсиживаю-с… — За что хоть? — Да так-с… Суды не люблю. А вы? Слышал-с, атаковали Короля? — незнакомец усмехнулся. — Ну вы даёте… Я ущемлёно потрясла головой. И немного задела откуда-то взявшуюся Осоку, которая стояла прямо рядом со мной. — Стражи пока нет-с. Дайте… Угх… Минутку. Послышалось неспешное шуршание и шипение. Змея больших размеров, неспешно, как будто на прогулке, проползла к нашей камере и залезла прямо внутрь. Окрас у неё был, конечно… Вау. Вся белая, в чёрных пятнышках, а глазки красные. Прелесть какая. — Ух… Ну в общем-то здравствуйте-с. Надо поговорить с вами-с.       И даже не представился. Хмф, подумаешь. Я и Осока обменялись взглядами — деваться всё равно некуда. — И-и-и о чём же? — сокамернице хотелось перейти сразу к делу, поэтому та села и уставилась прямо в змея. — Только попробуй тратить наше время попусту. — Нет-с, что вы. Я и не собирался! — змей прошипел, хихикая. — Вы же знаете, что скоро час посещения? И вскоре как раз время казни для всех неудачников. Пока время не пришло… — Так-так-так, подождите, стойте, — я прервала рассказ, — сэр… Неважно-как-вас-зовут. Как именно казнят? И когда наступит этот ваш час? — Ну-ну, не стоит так паниковать-с. Давайте по порядку… — Змей прокашлялся в очередной раз.       Час этот наступит с минуты на минуту-с. Если слышите грохот-с — значит, скорее всего у входа уже собирается толпа посетителей. В этой толпе обычно и можно увильнуть-с. А казнь… Ну. Вас закопают заживо-с.       У меня ком застрял в горле. Нет, с этим то Неважно-как-его-зовут всё ясно. Он — змея, ему же проще. А мы? Вдруг Коен с Хисо не придут? Умирать так рано не хочется — мне даже пятнадцати ещё нет! — Тихо, тихо, ты не умрёшь, — змей опять прочитал мои мысли? — Ты не умрёшь. Я думаю… А тебя я попрошу не буянить-с, — он перевёл взгляд на Осоку, выражение лица которой уже объясняло всю ситуацию. Её лицо кипело от гнева. — Ну… Что-то придума…       Послышался грохот тяжёлых деревянных дверей. Видимо, эта самая толпища уже собралась ворваться внутрь молчаливой темницы. Я переглянулась с Осокой, посмотрела на место, где до этого был змей, а того и след простыл. НУ даёт…       В глазах скользили фигуры существ, носящихся туда-сюда. Я вглядывалась в тьму гурьбы, слегка приукрашенной крапинкой факелов, в тщетных попытках разглядеть своих знакомых. Какие-то индивиды заглядывали к нам, внутрь камеры, но тут же убегали. Я начала терять надежду.       Но она не ушла полностью. Только я опустила голову, я услышала знакомый голос: — Нашлись! Слав Ловидел! — Коен прижался к прутьям клетки, разглядывая заключённых внутри неё. — Как вы тут? — Ужасно, — ассасин цыкнула, облокотившись на холодную каменную стену. — Мы умрём, какие могут быть дела? — Так, давайте без паники. Мы… кхм… — кисэкони заметно замялся. — Не умрёте вы.       А это ещё кто? Я подняла голову и… Зэд? Этот устрашающий тип со входа? Мои глаза расширились от удивления. Что он тут делает вообще? Страж с визором на глазах подозвал нас своей лапой. — План у нас есть. Только цыц.

***

      Практически все соляры (если я их вообще правильно называю) уже спустились за горизонт, и только один до сих пор висел, смутно освещая территорию. Но, всё-таки, было явно светло, и всё благодаря снегу.       Было волнительно. Да, эти трое успели рассказать, что у них за план такой, и что большую часть вещей они выполнят сами. Но всё же, они нам ни слова не проронили о том, что они будут там говорить. Оттого и волнение. Я сидела на своей скамье, нервно стуча каблуком по каменному полу. Меня успокаивало эхо, которое издавал мой мтук, а вот Зивс — видимо, не очень. — Можешь перестать? На нервы действуешь. — Так ты меня нервируешь только сильнее, так что попрошу перестань.       Осока промолчала. Ха-ха, туда её. Пусть молчит дальше.       К моему стуку добавился металлический лязг, который постепенно приближался к нам. Перед запертой дверью встал другой, незнакомый кисэкони, уставившийся прямо на нас. После пары секунд молчания, он промолвил: — Пора.

***

      Эта тварина вывел нас на улицу. На холод. Без курток. Даже одеяло не дал. Вот же гадина. А где право на последнее желание? Или у них тут так не принято?       Помимо нас троих, за нами ещё шли другие тварины-кисэкони и прочие заключённые. Они не проронили ни слова за всю, казалось, вечную дорогу к смерти, просто переглядывались. Даже без охов и ахов. И я с Осокой обменивалась взглядами, но выглядело так, будто наша плачевная ситуация беспокоила только меня. Своим взглядом девушка так и говорила, что она такое проходила.       Хреновенькую ситуацию «приукрашивал» и пейзаж. Цвет неба уже предвещал все следующие события в виде кровавых рек. Хотя я даже не знаю, будет ли кровь. Интересно, он пользуются гильотиной? Может быть, но спрашивать не хотелось. Подавать идеи таким существам — не самая лучшая идея. Под ногами хрустел снежок, хоть как-то поблёскивающий под светом единственного солара. Со стороны это, может, и выглядело красиво, но по пути на эшафот…       С каждым шагом гул толпы становился всё громче и громче. Видимо, публичная казнь — обычное дело. Я пошевелила руками, скованными в кандалах. Крайне неудобно, но пытаться сбежать приведёт меня к моментальной смерти. Или мне так кажется. Но получить мечом в спину не хочется.       А вдруг плану не быть? Может быть, что-то пойдёт не так? Я искренне надеялась на смекалку ребят. И на собственную немножко.       Вскоре, гудящий рой начал сгущаться вокруг нас. Кисэкони орали что-то на своём языке, чтобы навряд ли вежливо прося всех разойтись. По сторонам колонны образовались две гущи, галдящие прямо в уши. Из-за этого паника лишь увеличивалась. Да и не только. Медленно приливал и гнев. Где всё их чувство такта? Так не пойдёт. Да и дёрнуться, рыпнуться в сторону надоедливого говоруна, да вот только никому в такой ситуации не поздоровится.       Постепенно снежное покрывало сменилось ступенями из тёмного дерева. Если долго вглядываться, то можно заметить зазубрины и ещё более тёмные следы от чего-то липкого и, кажется, ещё свежего. Ступени постепенно поднялись невысоко над землёй, а на их конце виднелись знакомые силуэты. Ну конечно, этот козёл будет стоять там. А как нет то? Это же его идея, в конце то концов?       Нас грубо затолкали на подобие сцены и сразу же утащили чуть дальше её. Надо же короля в первую очередь показать, ну конечно.       <i>Ох, лишь бы их план сработал… — Жители Сайберии! — как только прогремел голос «Его Всемогущества» (фу), все моментально смолкли. — Все существа от велика до мала, Я приветствую вас на Гауфроне — серии церемониальных казней. На этот раз у нас гораздо больше грешников, чем обычно. А что заслуживают грешники?       Лишь спустя секунд толпа, как по команде, загалдела что-то вроде пожеланий смерти. Поверить не могу. Авил говорит это так, как-будто сейчас не умрёт с десяток существ, а словно это какое-то реалити шоу! Я уже хотела выкрикнуть что-то в адрес короля, но Осока вовремя наступила на мою ногу. — Именно так, — Авил поднял руку, призывая молчать, — вы все абсолютно правы. Как вы все знаете, в зависимости от грехов, все поплатятся по-разному.       Король перебрал какие-то жжёные бумажки. Он что, читает по сценарию? Да ну не, быть того не может. Я дёрнула головой и, чтобы отвлечься от этого всего хотя бы ненадолго, я взглянула в глубь толпы в попытках разглядеть знакомых. Но сколько бы я не вглядывалась, знакомого силуэта не было видно. Дело плохо.       Я опомниться не успела, как одного из заключённых уже куда-то потащили. Хм, так они ещё и устраивают эмоциональную пытку тем, кого ждёт такая участь. Недурно, козёл, недурно.       Отиса Зурзона, если я правильно расслышала имя, приговорили к колесованию. Кажется, я что-то уже слышала об этой штуке, а они-то откуда о нём знают? Но это и неважно, поскольку смотреть на это зрелище мне не хотелось… Не то, чтобы я не фанат крови, но этот процесс был… Аж мурашки по коже. Не каждому захочется смотреть на то, как ещё живое существо избивают до ломания костей ног, рук и рёбер, а потом прикручивали к прутьям колёс… Что-то меня заставляло смотреть на всё это неприятное зрелище, но я никого не просила меня заставлять.       Шуванан… Погребение заживо… Исинс Икье… Гильотина… Эмор… Эвисцерация… Имена приговорённых и сами приговоры эхом раздавались по площади. Весь этот вид крови, адские крики, лишь слегка приглушённые ударами, и что самое неприятное — восторженная толпища. А их до сих пор нет. Число существ постепенно становилось всё меньше и меньше, до тех пор, пока стоять не остались только я и Осока.       Авил, прежде чем объявить наши имена, осмотрел паникующую человечишку и прямостоящую неизвестно кто, которая лишь холодно смотрела на правителя. Король откашлялася. — Юки Хиро. Осока Зивс. Последние приговорённые на сегодняшнюю ночь, — он специально говорил такими с устрашающими паузами? — за их неповиновение их ожидает Комори. Вы все знаете её как «асфальт в луже», насколько абсурдным бы не звучало название. Но традиции нужно сохранять.       Король начал высматривать в собравшихся, как мне показалось, ответственного за казнь. Я тоже начала оглядываться и, к моему огромному облегчению, к нам подошёл Зэд. После поклона тот отряхнулся и заговорил с Авилом как можно тише: — Ваше Высочество… Не против, если мы немного поговорим на едине? — кисэкони взглянул украдкою на нас двоих. — Дело серьёзное, отложить никак не получится. — Серьёзное, говоришь. — Король недоверчиво осмотрел воина и с кивком отошёл от места своей речи. Отошёл именно к нам, отвёл ту тварину, который вывел нас на улицу, в сторону, а сам завёл тихий разговор, — Ну и насколько твоё дело серьёзное, чтобы вот так бесцеремонно прерывать церемонию? — Понимаете, Ваше Величество, казнь… должен провести я. Узналось, что эти люди… не очень благополучные… А Кей, как хорошо известный палач, не может убивать таких, как они… Этих…       Говорил Зэд достаточно уверенно, мне показалось, что Авил ему даже поверил. — Хорошо, допустим, я сменю палача, что не факт. А что ты скажешь насчёт… — Подождите минуту! — поверьте на слово, у меня правда это сорвалось с языка по чистой случайности! Я совершенно не планировала подыграть.       И баран, и Зэд посмотрели на меня крайне неодобрительно. Но, кажется, кисэкони просто подыгрывал. — Даже сейчас ты смеешь подавать голос… — Авил цыкнул, поведя глазами. — Ну давай. Я слушаю твою версию. — Я… Кхм. Почему ты… Вы не можете сменить палача? Мне этот ваш Кей совсем не нравится! И, как по мне, Зэд справится со своей работой лучше!       Пара секунд молчания длилась слишком долго. — Пожалуйста, не поймите меня не так.       Я виновато хихикнула, но Осока уже успела наступить мне на ту же самую ногу, а этот раз в два раза сильнее. Я зашипела и посмотрела на девушку так, как будто была готова застрелить на месте. — Кхм. Она не знает, что говорит… Но советую Вам её послушать, Ваше Высочество… Вы же любите следовать традициям, а всем известно, что следует делать всё по рангам… Да. И казнь эта проводится в одиночестве, прошу заметить.       Блин блинский, а Зэд реально умеет заговаривать зубы! Авил ещё раз осмотрел сначала собеседника, потом заключённых, потом ещё не убранные трупы. Поведя головой, тот лишь жестом позволил Зэду делать то, что умеет, а сам ушёл разговаривать с народом.       Это победа? Неужели? Я еле заметно улыбнулась, когда страж повёл нас на выход с эшафота.       Мы шли молча. Зэд лишь аккуратными толчками направлял нас, а сам пытался максимально незаметно разобраться с кандалами. Я думала заговорить со стражником, но решила промолчать — за нами смотрели другие кисэкони.       Когда мы скрылись за задних ходом и дверь захлопнулась, Зэд убедился, что рядом никого из посторонних нет. Наши руки были свободны. — Фу-у-ух! Получилось? — неизвестно почему, я сказала это шёпотом, потягиваясь, — Эй, подожди, а с тобой то что будет? — Со мной, скорее всего, расправятся по полной. Но это ничего, — стражник отдал честь своей парящей ладонью. — Я уже давно хотел уйти со службы. Но сейчас не об этом. Ваши товарищи ждут вас на востоке того леса. У них и ваши вещи.       И Осока, и я кивнули ему в знак благодарности. Хороший парниша, всё-таки. Только чёрт знает, что с ним произойдёт… Ну, в данный момент, с нами. За дверью послышались медленные шаги. — А ну! Живо в лес! — с этими словами кисэкони толкнул нас ближе к чаще, а сам ушёл за дверь. Видимо, на переговоры.       Медлить было нельзя, поэтому Осока больно схватила меня за запястье и потащила в чащу в возможном направлении ребят. Надо было ускоряться. Созревало сильное ощущение того, что за нами пойдёт погоня. Мы пробежали пару метров, после чего я оглянулась. С дверью пока что ничего не произошло. Но стоило бы остерегаться.       Уже неподалёку виднелись знакомые фигуры. Я вдохнула побольше воздуха (что удалось с трудом из-за бега) и выкрикнула: — МЫ ВЫЖИЛИ!       Зивс даже не оглянулась, а лишь ускорила бег. Руку она так и не отпустила, поэтому пришлось попытаться сравняться. Силуэты побежали к нам навстречу, более высокий махал нам рукой. Кажется, он показывал сторону нужного движения, поскольку он начал сворачивать.       Но и мои подозрения оказались верны — сзади слышался чужой хруст вперемешку с металлическим лязгом.       Казалось, что они уже нас настигли. И даже несмотря на то, что мы начали незаметно сворачивать. В глазах резко посветлело.       Нас кто-то подтолкнул в спину. Я рухнула на что-то мягкое. Я услышала знакомый женский голос: — Советую держаться крепче!       Лишь я взялась за что бы то не было (но зато какое мягкое!), я почувствовала, как мы летим ввысь.

***