«Интервью с персонажем» (с Мистером Никто)

В камине тихо потрескивали дрова, запах хвои наполнял помещение. Окружëнные книжными стеллажами, в роскошных и удобных креслах сидели двое. В том, что слева, сидел некто, сокрытый тëмной мантией с капюшоном, а в том, что справа, восседал сам князь Фобос из рода Эсканоров. Встреча была приватной. Перед началом их диалога на столике меж ними возникли кубки с вином. — Итак, — начал Некто, прочистив горло, — приветствую вас, князь Фобос, угощайтесь. Вы, должно быть, давно не могли себе такого позволить. — Давай ближе к делу, ты же не из праздного любопытства пожаловал, — хмыкнул Фобос, беря в руку кубок с вином и отпивая из него совсем немного. — Ну, хорошо, к делу, так к делу, — спокойно произнёс гость, беря в руку кубок. — Начнëм, пожалуй, с чего-то попроще… Скажите, князь Фобос, хотели бы вы побывать на море? — Когда мне, по-твоему, этим заниматься? — Князь недоумëнно приподнял бровь. — Ну, вы же не будете сидеть тут вечно, — пожал плечами Некто. — Да и вопрос не в этом! — Мне нравятся водные процедуры, но море не входит в список моих желаний. На пляжах западного побережья, конечно, безлюдно, но я лучше многих знаю, какие твари там обитают. Так что, нет, не хотел бы, — буркнул князь и махнул рукой, мол, «следующий»! — Лица какого пола вас больше привлекают? Би, гетеро или?.. — осторожно спросил Некто. — В смысле? — не понял Фобос, вскинув брови. — В романтическом смысле, князь, — пояснил незнакомец. — Кого предпочитаете: мужчин, женщин или и то, и то? Или, может… — Мужеложством не занимаюсь. И инцестом тем более! — пробормотал Фобос. — Стоп, а это откуда вылезло? — ошалело уточнил Некто, даже наклонившись к нему. — Думаешь, я не в курсе этих грязных слухов о том, что я якобы сплю со своим слугой или вообще сестрой? — скептически изогнул брови Эсканор. — Нет! Нет и нет. Я предпочитаю женщин и не родственниц. — Хорошо, я вас понял, — примирительно прошептал Некто и заговорщически наклонился к князю.— А за сколько бы продали ночь с собой? И кому? — Ты сейчас серьëзно? — переливчатым голосом спросил князь. — Я так понимаю, ответ: «Я не шлюха, чтобы меня можно было купить!» — не принимается? — Правильно понимаете, — усмехнулся Некто, а князь задумался. — Я бездомный князь без гроша за спиной? — вдруг спросил он после долгой паузы. — Нет… — растерянно ответил Некто. — Тогда с какого Кондракара я должен кому-то секс, да ещë за деньги? — Помассировав переносицу, он тяжело вздохнул. — Ладно, шут с тобой! Пусть будет мешок золотом и какая-то красивая женщина, лучше умная, чтобы понимала, что это не повторится. — Ну, посмотрим, — хихикнул Некто. — Давай уже дальше, загадочный ты наш! — рыкнул Фобос. — Есть ли у вас фобии, страхи или аллергии? — спокойно продолжил собеседник. — Фобии и страхи разве не одно и то же? И потом, я сам живое их воплощение — так уж меня назвали. Моë призвание — внушать страх другим, а не бояться самому. — Фыркнув, он отпил ещë из бокала, после чего начал покачивать его из стороны в сторону. — Наверное, если я и боялся чего-то, то в детстве. Рождения сестры. Поскольку сам факт еë появления перечеркнул всю мою жизнь. — А как же Седрик? Он же буквально проглотил вас. Не пугает перспектива, что он повторит это? И разве наги теперь не внушают ужас? — хмыкнул незнакомец. — Ужас? Тут скорее подойдëт слово «отвращение». Да и почему я должен, по-твоему, бояться всех нагов из-за поступка одного из них? И нет, меня не пугает эта перспектива, ибо, как только представится шанс, в следующий раз я его точно убью. — Князь сжал подлокотник и допил своë вино. — Опережая твоë напоминание, аллергий у меня нет, или я сам пока не столкнулся с чем-то, на что она может быть. — Ну, хорошо, вы упомянули детство, а какая мечта была у вас в этом возрасте? Прокатиться на драконе, например. — Немного подумав, Некто добавил на опережение: — Не связанное с властью и магией. — Хм... — Фобос прикрыл глаза, пытаясь вспомнить что-то такое. — Драконов у нас нет, но в детстве я мечтал о собственном коне и о том, чтобы сесть верхом и скакать, куда глаза глядят, без присмотра слуг и подальше от замка. — Качнув головой, он поднял взгляд на тëмного собеседника. — Коня я, естественно, получил, — сухо закончил Фобос. — Принято. Давайте перейдëм к следующему вопросу. Кого больше любите: мать или отца? Ну, или, по крайней мере, кого меньше ненавидите? — осторожно спросил Некто, понимая, какой это может быть тонкий лëд. Фобос молчал. Долго. — Я любил их обоих до определëнного момента. Когда понял, что не так уж я им дорог и важен и вообще: «когда же удастся обзавестись истинной наследницей?» — Голос князя мог заморозить всë помещение, даже камин как будто перестал греть эту комнату. — Потом в целом недолюбливал обоих, но в особенности, конечно, мать. Отец не так сильно был зациклен на наследии, в политику вообще особо не лез. Не скажу, что уважал его, но с ним мне было… комфортнее находиться, чем рядом с Вейрой. — Кхм, а если бы у вас был брат, как бы вы к нему относились? — спокойно продолжил расспросы незнакомец. А Фобос завис минуты на две, уставившись перед собой и анализируя. Тишина стала несколько напряжëнной, но потом он улыбнулся. — Занятный вопрос. Начать стоило бы с того, что я бы очень хотел посмотреть на реакцию Вейры, будь у меня младший брат вместо сестры. — Он коротко посмеялся, качая головой, а после посмотрел на собеседника. — Думаю, я бы относился к нему снисходительно. В конце концов, при таком раскладе получилась бы такая ситуация: у него нет прав на трон, к нему относятся так же, как и ко мне, если не хуже. То есть, в сухом остатке мне и делить с ним, собственно, было бы нечего. Может, он даже стал бы мне настоящим родственником, который нуждался бы в моей защите от дворцовых интриг. Уж если я был второсортным ребëнком в глазах знати, будучи старшим и единственным до определëнного момента наследником, то какой же вес имел бы мой младший брат? — Фобос сделал акцент на слове младший, подчëркивая единственное отличие от себя. С его губ сорвался тяжëлый вздох. — Я бы, может, и к сестре относился иначе, но нам не дали шанса сблизиться. — Вы же вроде еë ненавидите, разве нет? — удивлëнно уточнил Некто. — Я похож на идиота? — хмыкнув, спросил князь. Некто отрицательно качнул головой. — Вот и я так думаю. Вины моей сестры в том, как, с кем и где она росла — нет. Еë похитили в самом прямом смысле. Еë вины в матриархате в правящей семье тоже нет. Она для меня чужой человек, и это вина еë похитителей. Всë могло бы сложиться иначе… Однако я не вижу особого смысла в таких рассуждениях, — оборвал сам себя князь, вперив глаза в собеседника. — Что толку гадать о том, что было бы, если бы? Уже ничего такого не будет. — К слову, об Элион, если у Элион в будущем родится сын, и она откажется от него, то взяли бы мальчика под опеку? Ну, если будете на свободе к тому времени, — усмехнулся Некто. — Это последний вопрос из разряда «если бы», — успокаивающе заверил он. — Ну, во-первых, я точно выберусь из тюрьмы. А во-вторых, сомневаюсь, что она откажется от ребëнка. Она не росла, как будущий монарх, и даже если Кондракар промоет ей мозги окончательно, сам народ не позволит ей отказаться. Даже Вейра не могла этого сделать. Но если бы что-то из этого утратило силу… Да, почему нет? Тут вырисовывается аналогия с «младшим братом», в данном случае — племянником. — Что ж, хорошо, вернëмся немного в ваше реальное прошлое. Какие налоги вы убрали после прихода к власти, а какие ввели? Может, подняли или опустили процентную ставку? — Некто склонил голову в капюшоне чуть набок. — Мм, довольно необычный интерес. Говоря фактами, я снял налоги с оборотней, установив этим и многими иными пунктами равенство между людьми, полукровками, галготами и оборотнями. Первые были не в восторге. Налоги на зерно росли по мере ухудшения климатического кризиса на Меридиане. Приходилось собирать почти всë зерно в моих амбарах, чтобы потом эти ресурсы распределялись между провинциями. Такое не понравилось никому, вот только всем не объяснишь, что это необходимость, а не моя прихоть. Прочие налоги в целом оставались на прежнем уровне. Парочка моих людей, правда, решили нажиться, но с тех пор, как отправил их в бездну теней, желающих повторить такое поубавилось в разы. А, точно, ещë я, кажется, поднимал налог на древесину и уголь — тоже перед зимами. Да, брал больше, но и выделялось из сборов немало; в пару последних зим моего правления уж точно. В общем и целом, налоги натурального характера росли по мере ухудшения ситуации в мире. Налог же денежного эквивалента я снизил для тех, кто работает в поле и рудниках и повысил его среди торговцев. Не сделай я всего этого, и «голодающий» Меридиан ходил бы с впалыми животами, подыхая на улицах и в своих постелях. — Фобос пожал плечами. — Что ж, в этом есть смысл. Перенесëмся к более свежим событиям. Почему вы так жаждете Кандракар? Ведь чем больше у вас владений, тем больше геморроя и бюрократии, — рассудительно произнëс Некто, продолжая вопросы власти и политики. — Кондракар немалый вклад привнëс в политику Меридиана. Матриархат в правящей династии — его рук дело, похищение принцессы наверняка тоже с их подачи, и даже сейчас они учат Элион, как править. И именно их собачки устраивали не Бог весть что на моих землях, помогая мятежникам. Эту войну начал не я. Что до лишнего геморроя и бюрократии, так у короля всегда есть вассальная система. Никто не правит единолично всем миром. В данном случае, на весь мир по сей день имеет влияние Совет Кондракара, поделëнный на Малый и Большой. И вот этот Малый следит только за межмировым порядком. А все остальные следят за другими мирами. Сама цитадель устроена так, что, находясь там, можно следить за всем мирозданием — главное, чтобы работников хватало, и эти лицемеры в балахонах дело своë знают, но по сути своей никогда не сражаются и не лезут в разборки. Захват Кондракара — самый прямой путь к влиянию на мироздание. Что же до трудностей, то я не из тех, кто уклоняется от обязанностей, и правление занимает большую часть моей жизни. — Вы мало кому доверяете, как же вы соберëте столько вассалов? — хмыкнул Некто. — Король, который всем доверяет, так же глуп, как тот, что не верит никому. В одних руках удержать всю власть даже над одним миром невозможно. Я доверяю тем, кому плачу, и тем, кто доказал свою верность. Вторые будут со мной, пока верят в меня, а первые, пока я им плачу. — Князь неопределëнно повëл плечом. — Всегда можно найти подход или избавиться. Одни будут с тобой, потому что любят, другие — потому что боятся. Я предпочитаю страх. — А вы не думали, что стоит найти подход и к населению? — спросил незнакомец. — Если бы я тратил силы и время на поиск любви всей этой черни, то, может, и добился бы обожания кем-то, но был бы популярнейшим среди них мертвецом, — с усмешкой ответил Фобос. — Пожалуй, что так. «После нас хоть потоп» — как вам такое кредо? — почти весело спросил незнакомец, меняя тему и подливая князю ещë вина. Тот благосклонно принял напиток, отпивая из кубка. — Оно мне и подходит, и нет. Меня действительно не волнует мнение черни, тем более что история пишется победителями. — На этих словах он чуть оскалился, прежде чем отпить из кубка ещë раз. — Однако я не одобряю жизнь сегодняшним днëм и готовностью смириться с тем, что будет после. Я уже оставил свой след в истории, пойдя против устоев и воли Кондракара и открыто угрожая им расправой, по меньшей мере, дважды. Да, проигрывал. Но пока я жив, история пишется дальше. И я постараюсь сделать так, чтобы одно моë имя внушало потомкам благоговейный ужас и восхищение одновременно. Мне бы больше подошло иное кредо: «Я бываю то лисой, то львом. Весь секрет управления заключается в том, чтобы знать, когда следует быть тем или другим». — Занятно, — протяжно заметил Некто. — И, наконец, последние вопросы. Что для вас значимее: власть или магия? — Пустота капюшона «уставилась» на Фобоса почти с вызовом — по крайней мере, так тому показалось, учитывая, что он насторожился. — Я меридианский князь! А когда ты правишь магическим миром, это — неразделимые понятия. Одно сопутствует другому, — сухо ответил Фобос, допив остатки вина и отставив кубок. — А если бы вам пришлось выбрать между ними, то что бы вы выбрали? — Из тьмы появилась часть лица, демонстрируя ухмылку. — Власть, — коротко ответил Фобос, ощущая, как кресло превращается под ним в солому, камин становится просто стеной, и вот он снова в своей камере. — Могу я узнать, почему? — уточнил Некто. — Потому что без неë я просто колдун, каких много, — фыркнул Фобос и посмотрел на кубок перед собой — он один не был чарами, и на дне его плескалась сыворотка правды. — Кто ты? Кто ты?! — Никто, — прошептал незнакомец в ответ и исчез.