Исключение.

Хёнджин лежал на кровати в своей комнате-студии, подложив себе под голову руки. На лицо падал желтоватый спокойный свет от настенных ламп, выделяющий все его прелести. Очевидно, это навевает свою обстановку, романтичную и очень милую. Но на душе всё совершенно наоборот. Из его головы всё не выходила мысль о том, чтобы рассказать наконец всё Феликсу. Ему очень хочется помириться с ним, чтобы всё было как прежде. Не хочется вот так просто его отпускать, толком не узнав, но заинтересовавшись. — Ты такой идиот, Джин…– выдохнул парень, резко поднялся с кровати и схватился за голову. Хван быстро встал со своего места и мгновенно оказался у своей двери, хотел уже дёрнуть ручку. Но его опередили. Раздался стук, это было 2 коротких удара, они были с небольшой задержкой друг от друга, словно человеку было трудно стукнуть 2 раз. Староста сначала застыл в ожидании чего-то. Кто мог прийти так поздно? А затем, опомнившись, открыл входную дверь. Его взгляд тут же изменился после того, как перед ним оказался еле стоявший на ногах парень, к которому он собирался пойти сейчас. Видок оставлял желать лучшего. Губа и бровь разбиты, одежда грязная, а глаза словно просят помощи или тепла, но Ликс молчит, а староста и трёх слов связать не может. — Мы можем поговорить, Джини?– спокойно спросил блондин, смотря прямо в карие глаза напротив. — Конечно…– кивнул Хван и отошёл от прохода, чтобы впустить друга внутрь. Тот медленно, хромая и шмыгая разбитым носом, пересёк порог. Хёнджин быстро закрыл дверь на щеколду и подхватил блондина под плечо, облегчая нагрузку на правую ногу. Они вместе сели на кровать, и староста тут же метнулся искать аптечку. Через секунду вновь был рядом с Феликсом. — Что… с тобой случилось? Кто это сделал?– спросил взволнованный хозяин дома и принялся рассматривать раны на лице. Ему оставалось надеяться, что они только на лице. Аптечка- то, без чего он не может жить. Он столько раз приходил домой избитый, что это уже вошло в привычку- обрабатывать ссадины и кровавые подтёки. Возможно, его даже могли бы взять в медицинский. Также быстро (нельзя было, чтобы попала грязь) парень взял кусочек ваты, щипцы и специальную жидкость на подобии перекиси водорода, которая должна обеззаразить открытые ранки. — Меня побил какой-то парень у нашего общежития. Всё случилось так быстро, и я не успел среагировать. И ещё…– Ёнбок замолчал, над чём-то размышляя. Словно думал, стоит ли это говорить. — Он меня знает. Он назвал моё имя. — Прости…– выдохнул тот, виновато опустив голову вниз. — За что ты извиняешься? — Скорее всего это произошло из-за меня… Прости меня пожалуйста, Ликси…– Ли молча кивнул, и его губы тут же коснулось что-то мягкое и холодное. Колкая боль пронзила это место и словно пробила током по всему телу. Прикрыл глаза и нахмурился от этого неприятного чувства. Не так уж и часто приходится обрабатывать распухшую губу или разбитую бровь. — Можно задать вопрос?– вдруг просил пострадавший, смотря прямо в глубокие карие глаза напротив. — Давай. — С тобой такое часто случается? Я заметил у тебя ссадину на щеке ещё в первый день нашего знакомства, но тогда… не придал этому никакого значения. Кажется, Хвана озадачил этот вопрос, так как он не сразу смог найти ответ этому. В голове словно белый лист. Юноша просто застыл, смотря то в один, то в другой глаз друга. — За день до нашего с тобой знакомства я подрался с… Джисоном. Точнее это даже и дракой сложно было назвать. Он ударил меня быстрее, чем я моргнул. — Ааа, так вот в чём дело…И как часто это происходит, Джини?– аккуратно спросил парень, положив свою руку поверх его. Очевидно, так ему будет легче это рассказать. Феликса не интересовал вопрос, из-за чего Джисон так себя ведёт, точнее он предполагал, но задавать его нельзя было. Это просто его дело. Если Хёнджин захочет- он сам расскажет. — Регулярно. Я думал, что если буду избегать его, то он не будет меня доставать, пытался не реагировать на его высказывания, но в конечном итоге я еле доползал до дома. Жалкое зрелище, конечно… Спустя время, мне казалось, что мы разрешили конфликт, но я снова ошибся. — В последний раз тебе помог Минхо, не так ли? — Да… Но это не самое важное. Я правда не понимаю, за что он так со мной. Я ничего не делал Джисону, мы с ним даже знакомы не были толком. — А ты его спрашивал? — Да. Он отвечал что-то вроде «Ты сам не знаешь, что сделал? Серьёзно?» — Тогда не думай об этом. В его голове его тараканы. Тебя это не должно заботить. — Ты прав.– выдохнул юноша и снова приложил, как казалось, горячую ватку к брови. Снова это неприятное чувство, но в этот раз Феликс ничего не чувствует. Его сейчас заботит другое, а именно человек напротив него. Прошло около 5 минут, как Джини обрабатывает ссадины на белоснежном лице Ён Бока. Он старался делать всё аккуратно, чтобы студенту не было неприятно или больно. Лёгкими движениями чуть касался места удара, всё время дуя на ранку, чтобы не щипало. А затем ватной палочкой распределяет специальную мазь, ведь пальцами трогать нельзя, можно занести грязь, несмотря на то, насколько кожа рук чиста. — Хёнджин… У тебя есть девушка?– неожиданно для самого себя спросил Феликс, ведь этот вопрос он не хотел озвучивать. Он просто витал где-то в его голове, но слова опережают мысли. Хван застыл на месте, не желая отвечать на это. Но в душе он понимал, что особо бежать некуда, да и долго молчать нельзя. — Ну… Нет. А что? — Просто интересно. Ты же красивый, добрый и заботливый, вот я и подумал, что у тебя кто-то есть. Значит, нет? — Нет. — Значит, ты свободен.. Вааа, да за тебя тут дерутся наверное. — Не знаю. Мне как-то всё равно.– как можно равнодушнее ответил юноша, пожав плечами. Глаза Феликса заблестели. Неужели , у него есть таки шанс. Раз Хван свободен и его не волнуют ухажёрки с факультета, это вполне возможно. — Аа… тебе кто-то нравится?– этот вопрос вновь поставил парня в тупик. Он медленно поднял взгляд на студента напротив и пару секунд разглядывал его: губы, веснушки, брови и даже шею. А особое внимание уделил глазам. Они так сияли и, кажется, даже искрили, но чувства Ён Бока Хёнджину не удалось прочитать. Он хорошо их скрыл за маской невинности. Теперь Хван был полностью уверен в своём ответе. Осталось лишь произнести это вслух. — Да, нравится.– негромко ответил староста своим уставшим голосом, разглядывая его глаза. К слову, блондин также пепелил взглядом красавца напротив. Они, казалось, играли в гляделки, но моргать по правилам можно. Дело за малым, отвести взгляд и продолжить своё дело. Но эта парочка всё не может отлипнуть друг от друга. Зрительный контакт длится уже на протяжении 7 секунд, что довольно много. В комнате царит тишина. Никто не смел её нарушить. Не хочется. Тогда-то Хван и решил рискнуть. Он медленно перевёл взгляд на алые губы Феликса и, облизнувшись, резким рывком накрыл их своими. Это был короткий поцелуй. Хёнджин едва коснулся его, после чего тут же отстранился в нескольких сантиметрах от удивлённого личика. Но это удивление почти сразу пропало, сменилось на удовлетворение. Теперь холодная рука блондина обхватила затылок юноши, словно змея. Они оба поняли друг друга за эти две секунды, и, как по щелчку пальцев, слились в поцелуе. На языке почувствовался вкус крови от недавно полученной раны. Но боль совершенно не чувствуется сейчас. На данный момент преобладают другие чувства, поэтому это не заботит и не тревожит вовсе. Ручки старосты переместились на скулы блондина, слегка сжимая их. Словно не хотел, чтобы тот отстранился. Чувства в момент переполнили обоих. В животе, очевидно, завязался тугой узел, сердце остановилось на эти пару незабываемых секунд. Дыхание замерло, кислород попросту перестал поступать в лёгкие. Прошло около 12 секунд, парни медленно отстранились друг от друга. Точнее, Ликс сделал это первым, а Хёнджин потянулся за ним, не желая отпускать. Повисла тишина, длившаяся недолго. — Ч..Что это значит?– спросил запыхавшийся юноша, пытаясь восстановить своё дыхание. — Кажется, ты мне нравишься, Ли Ёнбок. Мне нужно было увидеть тебя ещё раз, чтобы удостовериться в этом снова. Вместо слов Феликс аккуратно, нежно чмокнул его в уголок губ. Всё сразу стало ясно и без лишних звуков. Ликс, не в силах больше сдерживаться, отвёл глаза в сторону и улыбнулся, показывая свои милые ямочки на щеках. На щёчках появился лёгкий румянец. — Хван Хёнджин… — Мм? — Дай мне слово, что ты будешь рассказывать мне абсолютно всё о том, что происходит у тебя в жизни. Я помогу тебе, я тебя выслушаю. Только не молчи. Видишь же, к чему это приводит.– с улыбкой на лице проговорил парень, сжимая его руку в своей. И староста растаял. От таких слов каждый растает. Они будто загипнотизировали его и стали раздаваться эхом в голове. — Хорошо. Обещаю.– усмехнулся юноша, положив свою голову на его плечо. Какой же ты милый, Джини..