Dazzling luck

Звук цикад царапал чувствительный слух Юнги. К счастью, в деревне хорошо были осведомлены о травах, которые отпугивали бы неприятных насекомых, поэтому даже глубокой ночью жители могли позволить разжечь огромный костер и отмечать святое полнолуние. Это случалось раз в году — вся деревня собиралась на центральной площади, от стариков до малышей, и отмечали праздник, на который не связанные омеги и альфы искали друг друга. Юнги стукнуло тридцать лет этой весной. У него всё ещё не было метки и не было партнёра на примете. Никто не был удивлён таким раскладом. Юнги боялись, называли жутким. Его доминирующая аура отталкивала даже альф, не говоря уже о чёрных глазах. Юнги был опасен. — Ищешь Сокджина? Голос Тэхёна напевал. Он появился рядом со старшим альфой, держа в руках вкусно пахнущий напиток. Юнги, уперевшись на фонарный столб, пожал плечами. — А он здесь будет? - конечно альфа знал, что омега будет на празднике. И не только потому, что все жители деревни праздновали святое полнолуние. — Не делай вид, что не знаешь, что Сокджин наконец вступил в брачный возраст, - Тэхён закатил глаза. И это было правдой. Честно говоря, Юнги положил глаз на омегу ещё полгода назад. Раньше Сокджин не попадался альфе в поле зрения только по той причине, что Юнги жил почти на отшибе, словно изгой. Он не так часто появляется в деревне, тратя всё своё время на охоту и путешествия. Не каждый мог позволить себе выехать за пределы деревни. Но когда Юнги потребовался бинт и целебная мазь — ему пришлось обратиться к лекарю. Сокджин встретил альфу в сползающем с плеч платье, которое оголяло острые ключицы, и лукавыми глазками. Словно солнце, яркая улыбка осветила лицо сына лекаря, и Юнги влюбился. Хотя, возможно, он сделал поспешные выводы о своих чувствах. Сокджин сам вызвался перебинтовать альфе раненую руку. Его действия были отточенными и слаженными, но всё, о чем думал Юнги, это о плюшевой груди омеги, которая едва не была больше его собственной головы. Формы у Сокджина действительно были идеальными — толстые бедра, плотный, выпирающий животик, говорящий о том, что омега готова к беременности, сочная грудь, которая наполнится белоснежным молоком и будет хорошо кормить своих детей. Плечи Сокджина были шире, чем у обычной омеги, и сочетались с его волшебной внешностью. Юнги готов был поклясться, что от омеги пахло плодородностью. Сокджину уже тогда было девятнадцать лет и альфа был удивлён, что вождь не дал ему статус "брачного возраста". Чонгук, к примеру, получил его в шестнадцать лет. Не только Юнги узрел красоту Сокджина. Было бы глупо, если бы альфы в деревне не оценили омегу по достоинству. Юнги был наслышан о том, что за мальчиком пытались ухаживать почти все не связанные мужчины в деревне. Это заставляло его кровь бурлить. Но с другой стороны, Юнги не удивится, если после праздника Сокджин действительно выйдет замуж. Всё таки, слишком много альф пытались его добиться. Даже если у Юнги были планы, его опасность отпугивала. — Давай, он у столиков с вином, - Тэхён подтолкнул друга, - не упусти свой шанс. Ты и так изгой, но если собираешься состариться в одиночестве — будет полный отстой. — Ты невыносим, - Юнги закатил глаза, - лучше позаботься о своём муже. — О, поверь, мой муж уже давно беременный. Сокджин действительно стоял у столиков с вином, ожидая, когда старая бета наполнит его бокал напитком. — Сокджин, - хрипло прозвучало из уст Юнги. — Ох, - омега резко обернулась и тут же покраснела в свете фонаря, - Юнги-хён. Добрый вечер, - вежливо поклонился мальчик, после чего забрал свой напиток. — Добрый, - альфа улыбнулся, наслаждаясь открытым видом Сокджина, - что ты пьёшь? — Красное вино, - стыдливо признался младший, сжимая бокал между двух ладоней, - но обычно я не пью, - тут же поспешно добавил, как и подобает приличной омеге. — Сегодня особенный день, - Юнги ухмыльнулся, - для смелости всегда можно выпить. Плечи Сокджина словно расслабились от напряжения. Он всё ещё не решался пить вино при альфе, поскольку омеге хотелось показать свои лучшие манеры. Перед другими мужчинами Сокджин уже давно бы выпил. Но не перед Юнги. Не перед этим сексуальным альфой, чья доминирующая аура едва не заставляла его протекать на месте. Сокджин собирался играть свои лучшие роли, если это поспособствует тому, что сам Мин Юнги, загадочный альфа, свяжет его узлом и навсегда сделает своим. — Я рад, что вы так считаете, - пробормотал Сокджин, ощущая как краснеет ещё больше, поскольку альфа заставляет его голос пропадать. — Каково это присутствовать на святом полнолунии в брачном возрасте? - Юнги поинтересовался, - должно быть, захватывающе? — Очень, - кивая, словно болванчик, согласился Сокджин, - в детстве я обожал присутствовать здесь и мечтал найти здесь свою пару! Наглая ложь слетела с плюшевых губ слишком легко. Сокджин действительно любил святое полнолуние, особенно ему нравилось танцевать и быть в центре внимания, но чем старше он становился, тем больше он боялся вступить в брачный возраст. В частности, ни один альфа не производил на него никакого впечатления, а идеального брака в понимании омеги, как такового, никогда не было. Смотря на своих родителей, Сокджин боялся связаться с альфой, похожим на своего отца. А потом к ним в дом пришёл Юнги и, возможно, это гормоны ударили ему в голову, но омега готов был ползать в ногах альфы, лишь бы тот взял его замуж. Сокджин был глупым мальчиком, однако если он что-то решил, то непременно сделает это. — Наконец можешь найти себе альфу, - сказал Юнги так, словно не собирался забрать омегу себе. — Думаете? - Сокджин сглотнул, - мне кажется ни один альфа не хочет меня. — И что же навело тебя на такую мысль, глупышка? — Я не глупышка! - Сокджин, наконец, полностью покрылся румянцем, - вы видели меня? Я слишком толстый. Все вокруг такие крошечные, что я чувствую себя лишним. — Ты говоришь так, словно это что-то плохое, - Юнги поднял бровь, - быть худым или толстым не значит быть плохим, некрасивым или не сексуальным. Это не синонимы. Сокджин видел звёзды в глазах Юнги. Ни один альфа не сравнился бы с ним. — Но… — Только молодые альфы не понимают, что чем пышнее омега, тем больше вероятность беременности. — Спасибо, альфа, - Сокджин улыбнулся мужчине, - с вами намного интереснее, чем с другими. — Возможно, это потому, что я стар, - Юнги слегла посмеялся, а омега подхватил его смех, - я более опытен. — Это так! Старшие всегда интереснее! - кивнул Сокджин, словно не его возбуждала сама мысль о том, что Юнги старше его на десять лет. — В любом случае, альфы, которым ты не нравишься — полные идиоты. — Да, - Сокджин ухмыльнулся, - упускают такую омегу как я. — Такую омегу как ты? - Юнги забавлялся. — Да, ведь я прекрасный повар, люблю убираться и даже владею лекарскими навыками! - похвастался Сокджин, желая показать себя в лучшем свете перед мужчиной, - к тому же, я очень люблю детей. Идеальная омега. Будь Юнги проклят, если не сделает Сокджина своим. Он просто обязан забрать его и держать в своём доме. — Звучит как идеальная омега для меня, - прямо сказал Юнги, смотря в глаза мальчишке. Руки Сокджина дрожали, когда он посмотрел в ответ. Омега нервно прикусил губу. — Я застал тебя врасплох? Прости, - ненавязчивый смех альфы вывел Сокджина из транса, - ты выглядишь смущённым, мальчик. — Простите, - омега потёр свою щёку горячей ладонью, не имея понятия, что делать дальше. Юнги только что сделал ему предложение? — Я слышал, что ты танцуешь, - внезапно вставил Юнги. — О, - Сокджин сделал губы в форме буквы "о" и поднял глаза на мужчину, перестав глядеть в землю, - да. Танцы — моя страсть. Если бы была возможность, я бы посвятил им свою жизнь. — Я бы хотел увидеть как ты танцуешь. Сокджин готов был сделать это прямо сейчас. В груди воспылал огонь и желание доказать Юнги, что именно он должен стать его супругом, что он хороший омега, что он лучший омега для него. Сокджин был танцором вне конкуренции, и, по правде говоря, это была именно та страсть, к которой он горел душой. Танцы омеги были безупречны, ни один житель в деревне не отказался бы от предложения посмотреть на них. — Я мог бы вам показать, как нибудь. — Только мне? — Только вам. Но сегодня я тоже буду выступать. — Тогда я буду в первом ряду. — Хён! За спиной омеги появилась знакомая фигура Чонгука. Мальчишка поддерживал свой беременный живот, с которым ему было сложно передвигаться, и медленно подошел к старшему брату. — Гукки, - Сокджин улыбнулся, обнимая омегу, - ты меня искал? — Да, мы с Джуни искали тебя… Уже можно готовиться к танцу. Ой, я прервал тебя? Ты с альфой? - Чонгук широко раскрыл глаза и зарделся, - мне так жаль… — Всё в порядке, - Юнги покачал головой, - ничего страшного. — Простите, Юнги-хён, - действительно извиняющимся тоном произнёс Сокджин, выглядя как побитый щенок, - думаю, мне пора идти. — Мы скоро увидимся. — Обязательно! Танцы Сокджина в самом деле были чем-то божественным. На нём был короткий топ и свободная юбка с разрезом по бокам, из-за чего все прелести омеги были на виду у всех. Ощущая как альфы пускали слюни, Юнги начинал ревновать. Сокджин ещё не был его, но чувство собственности поднималось в груди. Плавные движения в свете огня выглядели горячо. То, как грудь Сокджина подпрыгивала во время танца, будоражило кровь. Его животик был отдельным видом искусства, каждый изгиб, каждая складка, казалась слишком привлекательной для Юнги. А бедра словно жарились над костром и становились всё более аппетитными с каждой секундой. Юнги уже не скрывал своего вожделения, в открытую жадно наблюдая за горячим телом Сокджина. Не терпелось потрогать омегу, провести ладонями по этим мышцам, по загорелой коже, увидеть белые участки на груди, куда никогда не попадало солнце. Юнги было плевать на других танцоров. Возможно, ему следовало бы уважать омег, что танцевали рядом с Сокджином, но он их не видел. Всё внимание альфы было приковано к мальчишке, который ощущал это. Взгляд Юнги чувствовался на коже пламенем, внутри живота приятно покалывало и до дрожи в коленях хотелось быть лучше. Сокджин выкладывался на полную. — Твои танцы, - у Юнги не было слов, чтобы выразить это, - это было что-то божественное. — Вы меня смущаете! - Сокджин закрыл лицо руками, никто никогда не делал ему таких комплиментов. — Нет, я действительно восхищен, Сокджин. Раньше я не находил танцы интересными, но от тебя я не мог оторвать глаз. Омега внутри Сокджина таяла от признания альфы. Сердце гулко отдавалось в ушах и он готов был визжать от восторга. Сокджин не знал почему так реагирует на Юнги, но точно знал одно — ему хотелось отдаться этому альфе раз и навсегда. — Спасибо больше. Не хотите отойти? - нетерпеливо спросил омега, смотря на мужчину глазами, полными надежды. — Конечно. Сокджин мягко схватил ладонь альфы своей и быстро повёл в закоулок, подальше от народа. В ушах стоял звон и ему казалось: сейчас или никогда. В плохо освещённом месте Сокджин, собрав всю свою волю в кулак, нагнулся и поцеловал Юнги в губы. Ему было всё равно, что его первый поцелуй был спровоцированным им самим. Это был скорее клевок в губы, но чувства переполняли Сокджина и его невинную душу. Юнги, будучи восхищенным таким развитием событий, не упустил шанса расположить ладонь на мокрой от пота пояснице Сокджина и притянуть его ближе. Пускай поцелуй был смелым поступком, но сам омега был переполнен волнением и страхом. Но ладонь Юнги заверила его в обратном. Веки Сокджина дрожали, он поставил руки на плечи альфы и трепетно продолжал держать губы на губах мужчины. Это было почти забавно, если бы Юнги не ощущал жар под кожей. Как бы мило это не было, альфа собственнически прижал младшего мальчика к себе и взял инициативу на себя. Губы Сокджина были плюшевыми и сладкими на вкус. Юнги с удовольствием облизал их под шаткий вздох омеги, а после по очерёдности всосал верхнюю и нижнюю губу в рот. Сокджин крепче сжал плечи альфы, начиная часто дышать. Он явно нервничал и это наводило Юнги на мысль, что это был его первый поцелуй. Ощущая удовольствие только от одной мысли об этом, альфа продолжил всасывать губы омеги, делая их горячими, влажными и распухшими. Юнги не сразу толкнул язык внутрь, ощущая, что этот момент мог быть более важным для Сокджина. У омеги начало сводить коленки. Он не знал, что целоваться это настолько приятно. Сокджин готов был поспорить, что может кончить только от губ Юнги на своих губах. Живот действительно скручивало, как никогда раньше. Сокджин не ощущал такого возбуждения и желания внутри себя даже во время течки. С альфой всё было по другому. И это сводило омегу с ума. Сладкий поцелуй постепенно начинал перерастать во что-то более интимное, горячее. Нижнее бельё Сокджина становилось влажным, словно его губы, а запах альфы принялся заполнять всё пространство вокруг пары. Внезапно омега ощутил как Юнги толкнул его к холодной стене старого здания. Он вскрикнул, широко раскрывая глаза. Альфа смотрел прямо в них, продолжая уверенно целовать младшего и брать на себя доминирование. Сокджину ничего не оставалось, кроме как начать ныть в долгий, всё ещё первый в своей жизни, поцелуй. Он снова прикрыл веки, отдаваясь альфе. Ему не были известны планы Юнги, но целоваться было так хорошо, что Сокджин готов был упираться на стену целую вечность. Вены Юнги раздулись, делая его бледное лицо едва розоватым в темноте. Кровь бурлила под кожей и грозилась поднять стояк, словно у пубертатного мальчишки. Но альфа владел большим контролем, поэтому продолжил делать из Сокджина жижу из возбуждения. Сладкий запах омеги ударил в нос. Юнги решил действовать. Его ладонь своевольно начала ползти по боку Сокджина, наслаждаясь упругостью кожи. Ему не терпелось проверить и другие части тела омеги на мягкость. Электрический ток поражал те участки кожи, по которым альфа водил своей мозолистой ладонью. Сокджин бессовестно застонал, позволяя мужчине творить с ним всё, что ему было угодно. И Юнги этим пользовался. Ладонь сползла ниже, на оголенное бедро, которое не прикрывала ткань длинной юбки. Пальцы Юнги начали бродить, ища дорогу к заветному месту. Он накрыл киску Сокджина через бельё и тот выпустит задушенный писк. — Что ты- Тепло ладони делало плодородную, спелую киску ещё более влажной. Складки Сокджина безвозвратно пачкали лёгкую ткань трусиков. Омега схватил Юнги за запястье, пока альфа продолжал отвлекать его поцелуем, но это не помешало мужчине подвинуть бельё и провести по мокрому входу. Персиковые складки Сокджина податливо раскрылись и Юнги провёл указательным пальцем по расщелине. Тело омеги задрожало. Никто, кроме самого Сокджина, не трогал его в интимном месте. — Погоди, - омеге не было куда бежать, будучи прижатым к стене сильным альфой, - не здесь. — Никто не увидит, - заверил Юнги, толкая палец внутрь омеги. — Ах! Сокджин громко простонал и тут же ударился о стену затылком. Палец Юнги слишком хорошо ощущался внутри, но ощущая страх быть застуканным, омега не хотел заниматься таким, когда рядом сновали жители деревни. Но у Юнги были другие планы, поэтому он продолжил трахать Сокджина одним пальцем. Альфа нажал на чувствительный бутон клитора, который показался, но к сожалению, у Юнги не было возможности видеть его. Кисть альфы уже стала мокрой от смазки омеги. Глаза у Сокджина расширились. Его живот внезапно схватил спазм и сильный оргазм поразил тело омеги. Невольный стон покинул губы, а глаза закатились так сильно, что Сокджин увидел звёзды. Такого сильного оргазма у него никогда не было в жизни — вот, что значит альфа. Боже, бёдра омеги не по детски начали дрожать. Благословите пальцы Юнги. Если бы Сокджин знал, что быть с альфой так приятно — он бы давно потерял девственность. Ему не терпелось попробовать член старшего мужчины на вкус. Но явно не сейчас. — Уже? - мягкий смех слетел с губ Юнги, из-за чего Сокджин ощутил себя униженным. В хорошем смысле. В таком, в котором внутри живота снова начало жечь. Хорошим знаком было то, что Юнги не пах злостью. Похоже на то, что быстрый оргазм Сокджина ни капли не расстроил его. И это очень радовало омегу. — Прости, - Сокджин слабо промямлил, смотря в землю. Он ощущал, как из его киски продолжает капать. Палец Юнги всё ещё был внутри, - альфа… — Ничего страшного, омега, - Юнги заверил омегу. После оглушительного оргазма пелена, застилавшая уши, начала постепенно сходить на нет. Сердце билось прямо в горле, но с каждой секундой паре начинали слышаться отдаленные шумы людей. Было хорошо понятно, что кто-то собирается пройти мимо них, из-за чего паника начала подниматься в желудке омеги. Он с немым вопросом уставился на Юнги, который продолжал выглядеть совершенно невозмутимо. — Что такое? Ты не постеснялся дать мне помаструбировать тебе здесь, а теперь боишься, что люди увидят нас? - в голосе Юнги слышалась смешинка. Сокджин не успел ответить альфе, поскольку из его чувствительной киски начал выходить палец. С каждой вытянутой фалангой хотелось ныть от приятных чувств. Внутри незамедлительно начало ощущаться несправедливо пусто без Юнги, прохладный воздух тут же ударит по складкам. — Такой мокрый, - прокомментировал Юнги, смотря на свою кисть перед лицом. Ладонь впрямь была покрыта соками Сокджина. Естественный запах сирени теперь был на всей кисти альфы, что ему, несомненно, нравилось. В плохо освещенном закоулке трудно было различить белые сгустки на длинном пальце Юнги, но оба это сделали. — Прости, я, - Сокджин спохватился. Он поймал руку альфы ладонями и неловко стал оглядываться по сторонам, - сейчас же уберу это! Можешь вытереть о мою юбку- — Не стоит. — А? Юнги без лишних слов наклонился к собственной руке и облизал указательный палец, томно смотря в глаза шокированной омеги. Надо отдать ему должное, это было развратно и горячо. — Что ты делаешь! Боже! Домой Сокджин шёл только благодаря неизвестным силам и Юнги. Альфа учтиво держал его за руку, пока омега на дрожащих ногах пытался переступать все неровности на дороге. Выходило с трудом. Папа даже не подпустил иную мысль в голову, кроме того, что его драгоценный сыночек переусердствовал во время выступления. Это, к счастью, было на руку Сокджину. Кровать прогнулась под тяжелой тушкой омеги, который с удовольствием упал на неё и не желал подниматься когда либо ещё в своей жизни. Он уставился на потолок широкими, но уставшими глазами и выдохнул: — Вот это да…