Гроб на вырост

Начало конца.

Славик обычный студент, ему двадцать один год, и он в самом рассвете сил. Он - маленький лучик света, тёплое весеннее солнышко на мутном окне, вот только совсем одинокий. Солнце тоже одно, думает он, ведь облака что сопровождают его путь приходят и уходят, как и люди в жизни. Проходят мимо, не особо то задерживаясь. Разные, но в корне одинаковые и не столько примечательные. Обычно с наступлением весны и тепла Славик нежится на солнце подставляя под его тёплые лучи лицо, и уже вскоре оно покрывается приятного оттенка загаром. Он поправляет свои чуть волнистые волосы цвета ржи, и улыбается самыми краешками глаз. Если присмотреться, то видно россыпь веснушек на его лице. В такое время он выглядит особенно солнечно, тепло, а светлые, мягкие свитера тёплых оттенков добавляют уюта и медового отлива в его желтовато-карие глаза. Сегодняшний день совсем обычный. Мягкий, тёплый и нежный, как и улыбка Славика. Он размышляет о жизни, о том куда пойти на практику и чем заняться. Славик даже немного горд собой, ведь он, выходец из детдома, смог не просто поступить в институт, но и стать студентом по обмену. Неужели он смог выбраться из этой ямы, в которую его посадила жизнь? Удивительно! Ведь это было действительно сложно и долго, но в конечном итоге он смог, и он даже малость счастлив. Самую капельку ведь можно, не так ли? Проблема в том, что как оказалось, ему действительно сложно переключиться с жизни в России на нынешнюю. Новые правила, люди, особенности народа...Это действительно ставило в неловкое положение первое время, но теперь он почти привык. Завтра ему нужно идти на учёбу, а значит стоило бы лечь спать пораньше. Не долго поразмыслив Славик действительно опустился на постель и прикрыл глаза. Завтра было зачётное занятие, и он просто не мог провалиться там, не имел права ударить в грязь лицом. Всё утро он потратил на подготовку к этому дню и теперь уверен в себе на все сто. Паренёк перевернулся несколько раз ища удобное положение. Матрас был жестковат, но жаловаться не приходилось, в конце концов всё лучше чем время жизни в России. Ему вспоминается советская хрущёвка, в которой жил с восемнадцати лет. Печальное серое здание, покрытое пылью и подъеденное плесенью с углов. Домик был небольшой, этажа на четыре, и Славик жил как раз на последнем. Это казалось неплохим вариантом пока не начинались дожди или не наступала весна (а значит и снег на крыше таял), тогда крыша начинала нещадно течь, заставляя морщиться и отслаивается и без того не первой свежести обои. Спать приходилось на жёстком диване, и если прислушаться, то чётко различался топот маленьких мышиных лап, перебегающих где-то внутри него. Шкряб-шкряб какая-то мышь точит дерево и обивку внутри, а он переворачивается на спину упираясь взглядом в серовато-белый потолок покрытый мелкими и не очень трещинами. Местами побелка отвалилась с концами и пятнами выделялся бетон. Сейчас же, лёжа в снятой на втором этаже комнатке дома, со свежим евроремонтом, он осознавал на сколько пока ярки воспоминания о не лучшем времени его жизни. Та комната совсем не похожа на эту. Потолок тут не был испещрён обилием трещин, побелка не отвалилась, обои не морщились. Почему же тогда накатили воспоминания? Снизу пошумели посудой, это хозяйка. Милая бабушка с первого этажа дома. Это напомнило ему то, что до этого со Славиком жил сосед, такой же детдомовец, как и он, но паренёк не хочет думать о нём, он с большим удовольствием вспомнил бы время, когда жил уже один. Это было лучше. Никто не нервировал, не шумел и не подшучивал над ним. Но именно сейчас, в голове как на зло всплывает лицо сожителя. Как же его звали...? Виталик? Нет, но что-то похожее... точно, Толик. Толик был человеком активным, таких в народе зовут «душой кампании». До жути любил веселиться, время от времени выпить, часто курил в квартире не удосуживаясь открыть форточку и метко кидал в тараканов окурки. Как-то раз он даже отловил несколько устроив забег со ставками. Правда с грохотом провалился. Ещё одна черта Толика - долги. Вот уж кто действительно "в долгах как в шелках". Собственно говоря, поэтому он и переехал, не смог выплачивать свою половину квартплаты, а Славик терпел, терпел, но не вытерпел. Хозяйка всё поднимала цену за квартиру, а он не мог позволить себе таких трат. Потом и вовсе часто стали заглядывать незваные гости желавшие получить свой долг у Толика. Когда он съехал, желающих меньше не стало, но поняв, что тот не вернётся они перестали навещать эту квартиру. Темнота мягко обнимала Славика за плечи, позволяя погрузиться в чуткий сон, обычно он не вспоминает что ему снится, но знает, что там - обрывки из прошлого, из детства... возможно даже до детдома. То время, когда у него была семья. Каждую ночь он силится вспомнить хоть что-то используя все возможные и невозможные способы чтоб снять барьер, который выстроили его сознание перед воспоминаниями...он знает, что это не просто так, но не может понять, что так сильно потрясло его в детстве? Сейчас он замечал в себе слабую склонность к мазохизму, быть может виной тому рукоприкладство? Парень наконец уснул, надеясь сто завтра его проект станет лучшим. У него был план на день. С утра он как обычно вскочит в холодном поту, попробует вспомнить хоть что то, но очевидно не вспомнит. Дальше легче – выпить кофе, перекусить парой тостов и прийти на пары за пятнадцать минут до начала. Отчитать свою работу перед выступлением, выйти первым или лучше третьим, потрясти всех своей работой, получить долгожданный зачёт и со спокойной совестью уйти на перерыв. Прекрасно будет если его ещё и с пары отпустят пораньше.

***

Жизнь так неожиданна, изворотливая и быстротечна, ты никогда не знаешь, что ожидать от неё, и когда кажется, что всё хорошо стоит сплюнуть через левое плечо и постучать по дереву. А самая неприятная черта жизни, то, что некоторые желания действительно сбываются. Вот только совсем не так как ты ожидаешь. Но пока так не случиться тебе и в голову не приходит быть осторожным со своими мечтами.

Тихое шуршание постельного белья и резкий рывок со сдавленным вскриком, простыни липли к покрытому холодной испариной дрожащему влажному телу. Мелкая холодная капля стекает по виску ниже, а сердце бешено заходится в грудной клетке. Страшно. Опять чувство страха и вины. Парень неровно выдыхает, обнимая подрагивающие плечи и успокаивая себя, чёртовы кошмары опять преследовали его, нет ни дня чтоб он мог спокойно поспать. Расплывчатые образы, крики, ругань..что же ему снилось..? Он напрягает мозг силясь пробудить воспоминание. Загадка всей его жизни, когда-то он пошёл на психолога чтоб разобраться в себе, но всё ещё не достиг успеха. Вот уже несколько лет он вздрагивает каждый раз вставая утром, но помнит лишь расплывчатые образы сна. Он потирает переносицу взволнованно окидывая взглядом часы…четыре часа утра, а он уже на ногах. Попробовать лечь спать? Нет абсолютно никакого желания. Чуть отдышавшись, парень тянет руку к стакану с водой на тумбочке и делает несколько судорожных глотков, выдох. Славик медленно успокаивается и приводит себя в порядок, встаёт с постели на ходу выплёскивая воду из стакана в стоявший неподалёку фикус. Возможно, в том, что он проснулся значительно раньше есть свои плюсы, например возможность в очередной раз повторить свою работу перед защитой. Паренёк отходит в ванную осматривая побледневшее лицо, усыпанное веснушками, зачем-то оттягивает нижнее веко взглянув на слизистую, а после пальцами потирает глаза зажмурив их. Мешки под глазами медленно, но, верно, двигались к оттенку истинного синяка, честно говоря – такое себе приобретение. Славик задумчиво тянет руку к небольшому тюбику – подарок от подруги, не за долго перед тем, как она решила забрать документы и посвятить свою жизнь хобби – рисованию. Кажется, она говорила, что он «мог бы немного скрыть мешки под глазами, ведь они совершенно не сочетаются с его милым видом и делают лицо болезненным». Что же, самое время попробовать. Он выжимает капельку на указательный палец и задумчиво перекатывает, придавив её большим. Подняв глаза на зеркало Славик осторожно проводит размазанной между пальцами жидкостью телесного цвета по мешкам. Выделяется. Чуть нахмурив брови размазывает сильнее и края почти идеально по тону сливаются с его кожей. А выглядит действительно неплохо, не так уставше и подавлено, даже улыбка смотрится лучше, более открыто. Славик улыбается себе в зеркале, возможно он и вскочил в холодном поту, но это ведь обычное дело, такие вещи за несколько лет приедаются. Сегодня хороший день, он защитит проект, получит зачёт, хорошую оценку и сможет отдохнуть, уйдя пораньше домой. Парень выходит из ванной, на ходу пригладив волосы пятенёй, разглаживает одежду, мирно висевшую на стуле, и надевает очередной тёплый свитер. Мягкий, приятный, канареечно-жёлтого цвета. В дополнении, как и всегда чёрные джинсы и классические ботинки того же цвета. Славик довольно спускается на первый этаж, в общую с хозяйкой кухню, проходит мимо стола на ходу щёлкнув выключатель чайника и замечает конверт, торчавший сквозь щель для почты, её крышка чуть придавила его, не давая тому упасть до конца. Он подходит, решив от греха подальше положить конверт на тумбочку у двери, чтоб хозяйка могла после сама прочитать почту, вот только, в колонке получателя написано его имя, он замирает осмотрев аккуратные буквы, но кто мог прислать что-то? Взгляд Славика замирает на адресе и имени отправителя. Россия, кто бы это мог быть? Он оставил свой адрес только одной милой девушке, с которой общался в последние годы, та тоже планировала поехать студенткой по обмену, но ей повезло меньше, чем Славику. Возможно, она решила поздравить его с каким-то из праздников? Глаза бегут дальше, читая аккуратным почерком выведенные буквы, его собственное имя и фамилия, адрес. Славик чуть улыбается, а после подносит руку поднимая конверт. Чуть покрутив его, задумчиво берёт нож и аккуратно вскрывает, разрезая бумагу сверху конверта. Как необычно, люди иногда делают действительно странные вещи, та девушка, помнится её звали Анна, часто удаляла страницы в соцсетях, а сейчас вот после длительного перерыва присылает письмо? - Девушки полны сюрпризов. - чуть поднимая уголки губ в лёгкой полуулыбке думает Славик. Он вынимает письмо и пробегается взглядом по строчкам приветствия: «Здравствуй, мы давно не виделись, и вполне возможно ты абсолютно не помнишь меня…» Брови Славика сдвигаются к переносице с непониманием ситуации читая дальше. «Я сестра твоего отца…» Глаза распахиваются в удивлении, и Славик чуть стискивает письмо пальцами, неужели у него есть родственники!? Почему же все эти годы от них было ни слуху ни духу. «...я не писала тебе раньше, мне было сложно простить тебя за то, какая судьба постигла моего брата, он был прекрасным чело…» Что значит простить? Брови хмурятся всё сильнее, и удивление сменяется негодованием, ведь Славик ничего не мог сделать своему отцу, всё время до 7 лет как в тумане, даже хуже, он не помнит лиц своих родителей, так в чём же он виновен по мнению какой-то там неизвестной «сестры отца»? «Я думала забуду это, смирюсь с потерей, перестану винить тебя ведь ты был просто ребёнком, но время шло, а я всё помнила, как изменился твой отец. После смерти своей жены тот увядал на глазах, не смотря на все мои старанья, пока не погиб. Прошли года прежде, чем я наконец забыла про тебя и твою чёртову мать! Но недавно, разбирая вещи на чердаке дома, я наткнулась на ваши старые фотографии, и вспомнила всё, я поняла, что до скончания моей жизни твоё существование напомнит мне про боль, перенесённую когда-то. Твоя мать и ты – вот корень проблемы, но ты, смотрю я, не страдаешь, даже более того «не помнишь о прошлом», по крайней мере по словам своей «подружки». Мне было сложно найти твой адрес, но теперь, я наконец напомню тебе что это ты и твоя мать виновны в смерти брата! Живи с этим крестом, пусть у тебя проснётся совесть, маленький сукин сын, и фотографию свою забирай!» Рот Славика чуть приоткрылся в безмолвном поражении гневной тирадой, ноги подкашивались, и он обессиленно садится на стул стоявший поблизости. Черезмерно медленно, будто покрыто туманом, будто со стороны, будто происходящее было не с ним, тот медленно моргнул и вытянул фотографию. Наверное, это просто ошибка адресом, именем, человеком. Безжалостная шутка. Глаза скользят по фотографии, на ней – девушка и парень лет двадцати пяти, на фоне настенного ковра, счастливо сидят приобнимая ребёнка, одновременно усаженного на колени их обоих. Весьма красивая девушка, с серыми глазами, одетая в тёмно-зелёное платье изумрудного цвета, длиной чуть выше колена с улыбкой, но чуть отрешённо смотрит в объектив. Её волосы цвета ржи, перекинутые через плечо, спускались мягкими волнами, переливаясь от света торшера, стоявшего с боку от дивана. Справа – молодой мужчина, счастливо приобнимающий рукой девушку. Черты его лица удивительно приятные, пропитанные любовью к семье и окружению, глаза – медовые, а волосы, собранные в хвост светло-медного цвета. Взгляд Славика останавливаются на ребёнке, совсем маленький, с короткой стрижкой, в шортах и футболке, он счастливо сидел между родителями, наивным взглядом смотря куда-то за объектив камеры, должно быть на того, кто делал фотографию. Славик проводит пальцами по глянцевой поверхности и переворачивает её, осмотрев буквы, выведенные аккуратным почерком: «День рождения Славочки, 3 года» Он замирает и сердце пропускает удар, ошибки быть не может, он – копия матери с отцом, и это именно то время, которое вспомнить никак не выходило. Пошевелиться было тяжело, почти невозможно думает Славик, конечности будто налиты свинцом, а тело плохо слушалось, оставшись поражённым ситуаций. Все мысли одновременно покинули голову оставив со звенящей пустотой внутри, он опускается на стул безмолвно упираясь взглядом в фотографию, теперь лежавшую на столе. Под мерное тиканье часов взгляд Славика, откинувшегося на стуле, упирался в одну, лишь ему видимую точу в пустоте. - Чёрт.. – будто чужая рука поднимается чтоб потереть глаза и переносицу напоминая что это – не сон. Всю жизнь Славик задавался вопросом о прошлом, о детстве, о родителях. А в тот момент, когда, казалось бы, всё пришло в относительную норму – его находит какая-то там тётушка лишь для того, чтоб навести смуту, посеять море вопросов и потрясти его до глубины души. Взгляд упирается в настенные часы, близилось время выхода из дома…наверное ему стоит попробовать выкинуть из головы мысли об этом, и постараться хотябы сносно сдать задание и получить зачёт. Но «стоит» — не значит «выйдет», не помня как, Славик берёт свою работу её уложив в портфель, а после медленно идёт на улицу. Тело плыло будто на автопилоте, по годами выученному маршруту направляясь в сторону института, взгляд опушен вниз, а в голове теперь уже рой мыслей: что такого он натворил в детстве? Почему виноваты он и мать? Кто эта тётка и чем он так ей насолил? Не мог же он действительно убить своего отца..или мог? Нога наступает на дорогу перешагнув через борт тротуара, Славик успевает лишь поднять глаза услышав оглушающий визг тормозов, брови приподнимаются в удивлении, глаза распахиваются в ужасе увидев приближающийся капот машины, а после резкого удара – темнота.