Кто ты?

— Чимин, просыпайтесь: вам в школу пора. — трепетно и боязливо произнесла служанка. — Я никуда не пойду. — сонно пробормотал Пак, отворачиваясь в другую сторону. — Так, я не понял: что здесь происходит? — грозно произнёс резко появившийся из коридора отец. — Ой, батя, ты знаешь, у меня так живот болит… — болезненно сказал парень. — Кончай играть, симулянт. Чтобы через десять минут был готов — жду тебя в столовой. — мужчина жестом вывел служанку, а затем вышел сам, закрыв дверь. Лицо Чимина приобрело агрессивно-возмутительный взгляд, даже хуже, чем вчера. Концерты здесь не помогут: бесполезно; поэтому придётся слушаться. Парень встал с кровати, но решил её не застилать: для этого есть слуги да и отцу насолить охота! Затем Пак подошёл к шкафу, открыл его и решил надеть что-то дерзко-примитивное. Красная футболка с белыми рукавами, тёмно-синие джинсы и чёрные конверсы подходят просто идеально. Причесавшись и взяв рюкзак с плеером, Чимин покинул комнату. — Бать, — обратился Пак к отцу. — Слушай, я всё понял. Извини меня, пожалуйста, я больше так не буду. — Чимин, я очень рад, что ты осознал свою вину, — ответил мужчина, допивая латте, — но я хочу убедиться, что ты точно понял все свои ошибки и больше не вернёшься к прошлому поведению. — То есть, запреты ты не снимешь? — вскинул бровь сын. — Пока нет. — вскурил отец сигару. — Блять… — тихо сказал Пак и начал есть омлет. — Также я хотел тебе сказать, что буду контролировать не только твою успеваемость, но и твоё поведение. Поэтому веди себя прилично — докуривая, сообщил мужчина. — Бать, да это хуже, чем концлагерь! — ошеломлённо вскрикнул сын. — Это несправедливо! — Сынок, ты когда вырастешь, сам всё поймёшь — успокойся. — Если выживу в таких условиях… — шёпотом произнёс Чимин. — Я наелся, поехали! — Но ты даже половины не съел! — удивился отец. — Поем в столовой, поехали!