Элементаль счастья.

Зевая и с лохматыми волосами Мейден вошёл в кухню его дома. Мама, уже почему-то была одетая и собранная, бегала от стола, до плиты, то наливая чай в чашки, то готовя что-то очень аппетитно пахнущее на сковороде. -Доброе утро. Что едим? – параллельно сажаясь на стул спросил парень. -Доброе, милый. – женщина поставила парню под нос тарелку с омлетом и мимолётно оглянула его, -Мейден, – она сделала не долгую паузу, - ты снова плакал? -Что? Мама, я не плакал, с чего ты могла это взять? - он вопросительно взглянул на неё. -Видно. – с каким-то огорчение в глазах и тоне голоса прозвучало это одно слово. Что-то в груди Мейдена сжалось. Врать он не любил, а родителям тем более, но ему приходилось. По-другому он не знал, как, просто не имел даже понятия как ему поступать, если не каждый раз прикидываться дурачком и отрицать такие элементарные вещи. От случившийся паузы в диалоге почему-то стало неприятное, и то, что сжималось, казалось, сжалось ещё сильнее. -Я сегодня работаю, не уверенна, что успею тебя подвезти до школы. Сам дойдёшь или не успеешь? – она быстро успевала и поесть, и поговорить. -Не думаю, если честно. – еле прожевав еду во рту Тэйлор быстро ответил.

***

Мейден входит в класс литовского языка, который он знал хорошо, хотя все не говорящие на нём твердят о том, что он довольно-таки сложный. Он садится на своё место, примечая взглядом скучающую Камиллу. Обычно её «подруги» опаздывают, а она, по всей видимости, приходит раньше, чем Тэйлор, приходящий на уроки за двадцать минут до них. Вдруг, девушка начала смотреть на него. Неловкий для обоих зрительный контакт. Парень сразу же отводит взгляд, делая вид, что даже не смотрел на неё, но задира не переставала смотреть на него, это чувствовалось. Мельком посмотрев на неё, она сразу же отвела взгляд. «Странно вышло. Обычно никто не смотрит на меня так долго, а тут она взгляд отвела лишь со второго раза. Хотя и она не точно такая же как все… Она добра ко мне, что ли? Мх, я не знаю, да и сейчас это вообще не важно, она потом всё равно окажется не лучше своих подруг, я уверен». В класс заходит мисс Лайла. Сегодня она выглядит спокойней, чем обычно, да и пришла без опоздания на свою же работу. Следом за ней же зашёл учитель литовского, серьёзный и придирчивый мужчина средних лет. Легко окинув класс взглядом, она заметила Мейдена с его опухшими веками, которые всеми силами кричали о том, что он плакал. Классный руководитель почти сразу подошла к нему, моментально, после того как попыталась найти взглядом задир их класса. -Мейден, давай мы выйдем в коридор? – вопрос учительницы звучал скорее как утверждение. -Х-хорошо – неожиданный вопрос для парня, но, как ему казалось, что выбора нет, хотя возможно так и было. Выходя из класса были слышны перешёптывания, которых до этого не было, скорее всего, это был шёпот о Тэйлоре и о том, зачем они могли выйти в коридор. -У тебя опухшие веки, Мейден, ты плакал вечером? У тебя что-то случилось? – смотря в глаза, словно в его душу, эти вопросы почему-то звучали для него страшно -Нет-т, всё хорошо, просто фильм грустный посмотрел. – сказав первую же ложь, пришедшую ему в голову парень не почувствовал облегчения, хотя от проблем отмазался, но то тяготящее чувство вины за ложь давала о себе знать. -А, вот оно как. Ну, хорошо тогда, не пугай меня так больше. – словно отбросив какую-то тяжесть с себя, она слегка улыбнулась. -Угу. – хмыкнув что-то в ответ он поспешил вернуться в класс. Сев на место, где рядом с ним должен сидеть его одноклассник, который на отрез отказывается сидеть с Тэйлором, когда учителя просят, Мейден достал из пенала ручку, взял листок и начал рисовать закорючки, палочки, какие-то кубики, кружочки. В класс пришли уже почти все учащиеся. Внезапно для парня, как и для большинства из класса, прозвенел звонок. Начало урока, учитель поприветствовал детей и почти сразу вызвал к доске Камиллу, потому что она японка и литовский знала не особо хорошо, поэтому её часто вызывали, а она была и не против. К тому моменту, как Камилла заканчивала задание у доски, в кабинет заходят её подруги. Спокойно садясь за одну парту, не здороваясь с учителем, они начинают о чём-то болтать. И как бы невзначай, учитель сказал, что он был бы не против поставить по единице Диане и Белле, а может даже несколько неудовлетворяющих оценок. В ответ Белла лишь нагло фыркнула и мельком посмотрела на их подругу и идеально выполненное задание на доске. -Молодец, Камилла, как всегда всё хорошо выполнено, садись, 10. – поставив оценку в журнале учитель принялся ходить по рядам и проверять наличие задания в тетради. Дойдя до места в конце класса, где сидели две задиры, а на соседнем ряду Камилла, учитель увидел, что у Беллы и Дианы не то, чтобы не было записей в тетради, у них не было ничего на парте, кроме их последних Эплфонов. -Девочки! – строгим тоном воскликнул мужчина, - Вы себе специально единицы зарабатываете? Вы даже тетрадей не достали! Посмотрите на Май, она же ваша подруга, так хорошо учится, не смотря на её обстоятельства, а вы? Белла, твой отец- начальник, он не будет рад твоим оценкам. – начиная с высокого тона, учитель закончил уже спокойно. Белла лишь цокнула. «Он сказал «Май». Но я не понял зачем он сказал посреди предложения месяц. Или это и не месяц вовсе… Может это быть фамилией Камиллы? Надо будет спросить у мисс Лайлы, наверно…» - после прозвучал звонок на перемену.