Как избежать отношений

«Мы все смертны до первого поцелуя и второго бокала вина».

Эдуард Галеано

- Есть несколько правил. - Ничуть в этом не сомневаюсь. - Если разобьёшь что-то или повредишь, исследование тут же закончится. - Я всегда была осторожна. - Подозреваю, что если скажу не пререкаться, признавая мой опыт и умения, явно превышающие твои, ты всё равно проигнорируешь это. - Во-первых, скромностью ты не страдаешь, - заметила Гермиона, закидывая ногу на ногу. - Во-вторых, пререкания и аргументы, доказывающие точку зрения, - это совсем разные вещи. Разумеется, я буду говорить, тебе не удастся заклеить мне рот. «А было бы неплохо. Заклеить рот и…». - Итак, с чего начнём? - спросила она. - Для начала повторим то, что описано в книге, а оттуда уже будем отталкиваться. - Отлично, я подготовлю корень жасмина и займусь перьями болтрушайки.       Соскочив со стула, она направилась в лабораторию, будто делала так уже множество раз. Снейп направился за ней, прокручивая в голове разные варианты того, что мог сейчас сказать ей. - Я не говорил, что мы начнём прямо сейчас, - заметил он, наблюдая, как она уже начала очищать корень. - Тогда можешь постоять в стороне, пока я занимаюсь делом. - Во времена своей учёбы ты не была такой язвительной. - Так я тогда и не притворялась, что страстно в тебя влюблена, - пожала она плечами. - Времена меняются. - Страстно влюблена значит, - задумчиво повторил он, но она не придала этому значения.       Гермиона невозмутимо очищала, резала, измельчала ингредиенты, иногда перебрасываясь с ним парой фраз исключительно об исследовании. И Северус пришёл к выводу, что работать с ней вот так бок о бок не то что приемлемо, а даже комфортно. Она не мешала ему лишними вопросами, не просила подсказок и помощи, но чётко соблюдала написанное в книге, так что была равноценной напарницей. Его слова о том, что из всех людей он предпочёл бы варить зелье именно с Гермионой, были абсолютной правдой, но только сейчас он пожалуй осознал их сам в полной мере. Сейчас не имела значения их договорённость, личные отношения и что-то ещё. Про Марсиль оба уж тем более забыли.       Грейнджер не помнила, когда в последний раз ей было так комфортно работать с кем-то. Нет, ей нравились её коллеги... Ну, кроме Марсиль, пожалуй, потому что ей не нравились люди, не умеющие держать язык за зубами и оценивающие всех вокруг как своих соперников. Однако с ними она проводила время вместе только на обедах в Большом зале и учительских собраниях. У неё были мысли - почти убеждения - о том, что работа в лаборатории со Снейпом будет вполне сносной. Не исключались пререкания и споры, но этим и так было наполнено их общение, так что невелика проблема.       Но это оказалось лучше, чем она могла себе представить. Северус не контролировал каждый её шаг, не поправлял постоянно, заглядывая через плечо, и не сыпал нравоучениями. Несмотря на все его комментарии перед этим и слова о том, насколько он опытнее в зельях, Снейп просто занял свою сторону стола и делал одну часть работы, пока сама она была занята другой. Иногда у кого-то из них появлялся вопрос или замечание, тогда другой спокойно отвечал ему и это казалось таким правильным, почти привычным. Они работали так слажено, что ни о чем лишнем и мысли не было, и только потом у себя в комнатах Гермиона обдумывала прошедшие несколько часов, которые пролетели так незаметно. Она запретила думать себе о чём-то ещё и сосредоточилась лишь на одном - работать с Северусом было комфортно и спокойно. - Почему ты не пошла учиться зельям более углубленно? - Сложно сказать. После окончания школы мне некуда было возвращаться - родители в другой стране, не помнят меня. Так что я пошла по наиболее подходящему, как мне тогда казалось, пути: прошла специальную подготовку и устроилась в Министерство. Я вроде как хотела этого раньше. - Вроде как? Звучит не слишком убедительно. - Да уж, меня ждало большое разочарование. Много бумажек, рутина день ото дня, ничего хоть немного интересного, никакого продвижения вперёд. Я просто сидела на месте и так проходили дни, недели, месяцы. В какой-то момент я вдруг осознала, что даже не знаю, какой сейчас месяц и день.       Он слушал её и в голове невольно появилась картинка: девочка с кудрявыми волосами бежит по коридору Хогвартса вместе с друзьями. И столько в ней жизни, столько энергии. Как же могла она стать тенью самой себя, которая делает одно и то же снова и снова? С её-то способностями и интеллектом. - Как ты выбралась из этого? - Счастливая случайность, - пожала она плечами. - Минерва была в Министерстве по каким-то делам и мы встретились с ней в коридоре. Она пригласила меня на чай и сказала о свободной вакансии преподавателя. Сказала, что согласна взять меня без опыта, а если будут проблемы, то поможет. Я согласилась сразу. - Не пожалела? - Ничуть. Здесь ни один день не похож на предыдущий. Никакой рутины. - Да уж, с учениками веселья хватает.       Гермиона посмотрела на мужчину, спокойно выполняющего действия, написанные в книге. Он двигался достаточно легко, особенно его руки: идеально нарезал ингредиенты, без труда перемалывал в порошок, успевал следить за всеми процессами. - Тебе нравится эта работа. Несмотря на учеников, которые раздражают, взрывающиеся котлы и так далее. - Я подобного не говорил. - Разве я не права?       Он ничего не ответил. Разговор мог бы закончиться, но Грейнджер не собиралась сдаваться так легко, так что она сделала шаг в его направлении. - Северус... Тебе нравится преподавать. - А тебе - говорить чушь. - Можешь плеваться ядом, сколько угодно, но это правда. - Ты вольна думать, как пожелаешь.       Кивнув с довольной улыбкой, она не заметила взгляда, который бросил на неё Северус. Что ж, очевидно Гермиона была почти невыносимой. А ещё неплохо разбиралась в людях. Но о последнем ей знать было ни к чему.

***

      Минерва всегда была наблюдательной женщиной. За годы преподавания она видела столько же, сколько научилась понимать. Её пытались обманывать, выкручиваться, чтобы не получить наказание, придумывать небывалые отговорки. Но она всегда обладала хорошей интуицией, а преподавая в Хогвартсе, натренировала насмотренность и внимательность, благодаря которым замечала, если не всё, то процентов девяносто происходящего. Пожалуй, именно потому она помогла Гермионе, которая отлеветировала Снейпа после битвы: он был ранен, без сознания и явно вот-вот умер бы. Никто не спешил помогать девушке, ведь тогда все считали его убийцей и предателем.       Она и сама вроде бы считала, однако знала несколько важных нюансов. Например, как Снейп защищал учеников и не давал братьям Кэрроу мучительно пытать их. Он не делал этого в открытую, но она видела. Она замечала. И этого было достаточно. Кроме того, сама Минерва убийцей не была, а сознательно не спасти человека, когда можешь это сделать, и является убийством. Потому она решила сначала помочь вылечить Северуса, а потом уже задавать вопросы. Как оказалось, не зря.       Чтобы понять, почему Марсиль Прэнтис волшебным образом оказывается почти везде, где и Северус, хорошей интуиции не надо было. Интерес вызывало совсем другое - то, как в один день он начал отодвигать стул для Гермионы, наливать ей кофе и периодически провожать до нужного кабинета. Они оба не обращали внимания на все эти недоуменные взгляды и перешептывания, на явную раздражительность Прэнтис. Вели себя так, будто в их внезапном сближении не было ничего удивительного. Минерва на память не жаловалась и она абсолютно была уверена, что никогда и никому Северус не наливал кофе, добавляя в него сахар и корицу. Это было нечто новое, переходящее границы разумного и привычного, но такова новая правда.       И довольно скоро это стало их маленькой игрой на внимание с Флитвиком. - Сегодня она коснулась его предплечья. - Он смеялся с её шутки. Именно смеялся, при всех, в коридоре. - Интересно, когда они скажут? - задумался он. - Чтобы сказать, они и сами должны это знать, - заметила женщина, на что профессор понимающие покачал головой. - А вот когда до них всё же дойдёт - совсем другой вопрос. - Знаешь, я никогда не видел, чтобы...       Филиус замок, когда раздался стук в дверь. За ней оказались сразу двое людей, о которых только что шла речь. Гермиона оказалась весьма хорошим игроком в покер, поэтому теперь собиралась вместе с ними вечером каждого четверга. Кроме того, особое удовольствие доставляло наблюдать их маленькое противостояние с Северусом каждый раз. Мало того, что они то и дело пререкались, так ещё и оба были весьма азартные - совершенно точно не любили проигрывать. Так что денежная сумма выигрыша даже не играла такой уж большой роли, просто Северус и Гермиона не могли спокойно смириться с собственным проигрышем, особенно учитывая, что при этом они оба были весьма мстительны и любили словесно добивать оппонента. Минерва иногда всерьёз опасалась, как бы кто из них не схватился за палочку. А когда сказала об этом Флитвику, то они так и не смогли определиться, кто бы победил в этой дуэли и на кого бы они поставили. - Не переживай так, - усмехнулся Снейп, - на эти деньги я куплю несколько хороших ингредиентов. - Лучше купи себе новую мантию, - елейным голосом ответила Гермиона. - Эту ты очевидно не менял с самого начала своего преподавания здесь. - Подтверждаю, - Флитвик смеялся, едва не опрокинув стакан с виски, чем заслужил ядовитый взгляд зельевара.       Минерва помнит ту Гермиону, которая была девочкой, остававшейся после занятий и просившей о дополнительном задании, потому что ей не хватало нагрузки. И думает, что одновременно удивительно и закономерно, что она выросла в эту девушку, сидящей везде так, будто одним своим присутствием говорит «Я имею право быть здесь и я это знаю». В её глазах светится интеллект. Уже не та слепая жажда всех знаний, которые только есть, а нечто зрелое и осознанное, потому что она уже знает много, понимая при этом в каком направлении хочет двигаться.       МакГонагалл знает, что не является единственным человеком, понимающим это. Особенно когда видит, как эти двое обсуждают какое-то своё исследование. Она не вникает, чем именно они там заняты, но видит, как внимательно Снейп слушает Гермиону, как принимает её аргументы, уважает мнение. Видит такое впервые за все годы знакомства с этим мужчиной и думает, что никто прежде не увлекал его так одним разговором о каком-то игредиенте. Гермиона очень красива, да, но красивых женщин великое множество. Марсиль вообще-то тоже довольно красива, если на то пошло, но очевидно, этого мало, чтобы по-настоящему занять внимание Северуса Снейпа.

***

      Каким-то образом прикосновения Северуса становятся настолько привычны, что она больше не вздрагивает, не напрягается, даже не удивляется, когда его пальцы в очередной раз касаются кисти её руки, предплечья или талии. Он делает это в Большом зале, в коридорах и на улице. Почти всегда, когда в зоне видимости находится Прэнтис. Но это почти невольно занимает её мысли дольше положенного, потому что есть моменты, когда мужчина просто касается её. Для этого нет предлога, причины его периодического раздражения нет поблизости, но он касается её, например, в ходе диалога. И у Грейнджер не то что нет желания оборвать этот контакт - она им наслаждается, ловит его и запоминает.       Она думает, что от фиктивных отношений не должно быть столько настоящего удовольствия. Они могли бы проводить меньше времени вместе, чтобы запудрить мозги Прэнтис, но явно гуляют, говорят, пьют чай вместе больше необходимого. Но никто из них не говорит об этом, никто не выражает протеста, и ей становится любопытно, приходят ли подобные мысли в голову Снейпа. Думает ли он, что они слишком хорошо отыгрывают пару, даже когда поблизости нет никого, для кого нужно устраивать представление? Задумывается ли перед тем, как коснуться её? Или, может, это уже происходит у него непроизвольно, словно ничего из ряда вон?       Словно они не договаривались обо всём этом однажды вечером после учительського собрания. Не обговаривали, как вести себя, чтобы это выглядело реалистичней. Но реализм создаётся для кого-то, для конкретной женщины, а какой смысл, если её нет поблизости, Гермиона не знает. И не хочется ей думать, на самом деле, потому что всё вполне устраивает и усложнять желания нет. В лаборатории они много говорят о зельях: Северус рассказывает ей, как увлёкся ими впервые, как сам начал экспериментировать, искать варианты, чтобы что-то улучшить, усовершенствовать. И совершенствования эти он тоже ей рассказывает. Тогда она понимает, как мало было в том самом учебнике, принадлежавшим ему. Он делится с ней секретами, которые нигде и никогда она не читала, не слышала. Давно ей не было так интересно с кем-то.       Но этим утром Грейнджер думала о том, что давно ей не было так скучно. И при этом присутствовало раздражение. Это была пятница, последний день перед выходными и ей хотелось только поскорее отдохнуть от... Ну, желательно ото всех: от учеников до коллег. Просто спокойствие и какая-нибудь хорошая книга. Ничего связанного с наукой, просто что-то увлекательное. Но для этого нужно было пережить этот день, желательно не убив надоедливую женщину, активно капающей ей на мозги вот уже двадцать минут. Они сидели в учительской почти все и почему-то именно к ней она подсела и начала говорить, говорить, говорить без умолку. Хотя, пожалуй, тут в какой-то степени была вина самой Гермионы. Согласившись на авантюру Снейпа, она как бы добровольно согласилась на привлечение внимания Прэнтис. Она слушала её с перерывами, даже не стараясь создать видимость полного увлечения разговором, в котором почти и не принимала участия. - Кстати говоря, мисс Грейнджер, я помню, как читала статьи с вашим именем. Скажите, у вас были серьёзные отношения после Рона Уизли и перед Северусом? - Знаете, мисс Прэнтис, вместо низкосортных статей вы бы лучше прочли несколько книг, было бы полезнее. А моя личная жизнь однозначно не вашего ума дело, уж не сочтите за дерзость. - Для вас это болезненная тема? - спросила она якобы с сочувствием.       О, она была ужасна. Гермионе хотелось сделать с ней что-нибудь плохое, причём даже без палочки, но какой прок был бы, примени она насилие? Нет, это не выход. - Поскольку вы явно слышите только то, что хотите, я считаю наш разговор законченным. Кроме того, скоро начнутся занятия.       Она уже направлялась к двери, когда в голове появилась идея. Может быть, настолько же безумная, как ударить эту женщину, но что-то сработало внутри Гермионы. Рычаг был опущен, механизмы пришли в движение и кровь забурлила в ней, заставляя действовать. - Северус, - она начала говорить, оборачиваясь, и заметила недоумение в глазах сидящего мужчины, - я не пожелала тебе хорошего дня.       Он не успел ни спросить что-то, ни возразить, ни уж тем более подняться, когда Гермиона пересекла расстояние между ними в два шага. Положив руки на его щеки, она наклонилась целуя его. И это был отнюдь не скромный поцелуй. Мерлин подери, да она никогда не целовала никого вот так открыто, в присутствии ещё кого-то. Но эта женщина разозлила её своими высокомерными намёками. Гермиона не показала удивления, когда почувствовала, как язык мужчины касается её в ответ. Неужели так быстро понял смысл игры? Неважно. Спустя несколько секунд она отстранилась с довольной улыбкой, а потом молча развернулась и ушла, ни на кого не смотря. Снейп сидел в кресле, не чувствуя в себе сил пошевелиться и смотрел туда, где только что была девушка, поцеловавшая его у всех на виду. Он совсем не заметил разъяренную Марсиль.

***

      Он думал о ней. Неприлично много, не как о коллеге и даже не в контексте «девушка, с которой мы имитируем отношения». Он думал о Гермионе, как о той, кто сегодня надела бордовое платье и встала на каблуки, но даже так она была на голову ниже и он старался, действительно старался не смотреть в вырез, соблюдая правила приличия. Как о той, которая пахнет вишнями с легким освежающим финишем цитрусовых. Как о девушке со звонким смехом, пусть смеётся она в основном с шуток Флитвика, например.       Он думает о том, что она его поцеловала, черт возьми. И вот эта мысль не даёт покоя. Воспоминание о том, как она склонилась, касаясь своими мягкими губами его, ярче и отчетливее всех остальных. Это было самое лучшее вторжение в его пространство, которое кто-либо когда-либо совершал. И он бы хотел это повторить, но ведь Гермиона поцеловала его на зло Прэнтис, особенно дотошно донимавшей её в то утро. Сделала так, чтобы заставить её наконец замолчать уже, а заодно здорово укрепила их легенду. А значит, чтобы это повторить, ему нужно ждать подходящего момента.       В поисках ли такого момента он ходил к ней в комнаты, чтобы обсудить какую-то книгу или дальнейшее направление в их исследовании? Он сам не знал, не мог ответить себе на вопрос и перестал пытаться. Вход в её комнаты теперь был для него практически свободным, только стучать нужно было. Войдя внутрь, Снейп обратил внимание на бокал в её руке. Совсем не похоже на чай. - Что ты пьёшь? - Кровавую Мэри. - Водка в обед? - Там ещё томатный сок. - Резонно.       Снейп не имел привычки осуждать людей. И хотя алкогольный коктейль в обед шёл вразрез с образом гриффиндорки, который был в его голове, но было ли это так уж плохо? Кроме того, надо признать, что было нечто совершенно чарующее в виде перед ним - Гермиона сидела, закинув ноги на диванчик, а шёлковый халат открыл вид на её ноги. Бокал покачивался в тонких пальцах, распущенные волосы были отброшены за спину. Сама девушка увлечённо читала, не обращая на него внимания. Очарование было даже в этом. Она определённо знала, как хороша.