Люблю тебя, мой украинец

      Проснувшись утром, Зеленский стал прокручивать у себя самые худшие варианты события: от "Макрон сбежал, оставив меня одного" до "Неужели на самом деле я ему не интересен и это была просто связь на одну ночь?".       Причиной этих плохих мыслей стал сам Макрон. Точнее, его отсутствие на кровати в момент пробуждения Владимира       В то время, как Зеленский накручивал себя, Макрон беззаботно делал кофе на кухне с улыбкой на лице, вспоминая, что вчера ночью происходило. Сделав им кофе, Эммануэль решил пойти и разбудить своего любимого, чтобы в их первое совместное утро насладиться им.       Зайдя в комнату, Макрон увидел встревоженного мужчину, в глазах которого читался страх потери, удивление, что Макрон здесь, и радость, что он не ушёл и не бросил его.       Не дождавшись пожелания доброго утра или просто приветствия, Зеленский подорвался, побежав к французу, и крепко его обнял. Эммануэля немного удивила такая реакция, но он с радостью принял объятия, отвечая на них, поглаживая обнимавшего его мужчину по спине и целуя его волосы, вдыхая их аромат, как будто он необходим для жизни.       – Что-то стряслось, мой дорогой? – продолжая поглаживать его по спине и выцеловывая шею, покусывая и посасывая мочку уха, радостным голосом прошептал француз. Зеленский явно расслабился после этих слов Макрона. Ему было приятно, что его так называют, тем более любимый человек.       – Нет... теперь нет, – оторвал Эммануэля от своего уха, обвил его шею своими руками и, смотря тому в лицо, с самой яркой улыбкой на свете сказал украинец.       Очарованый такой улыбкой Макрон впился поцелуем в губы Владимира, вкладывая в этот поцелуй всю свою нежность и любовь по отношению к нему.       – Вообще…– с тяжёлым вздохом молвил француз, любуясь украинцем, – я хотел насладиться кофе с тобой, но сейчас я хочу только тебя.       – Я…– Зеленскому всё ещё было сложно отвечать на такие грязные заявления, но в знак своего согласия он провёл рукой от груди до паха Макрона, получив от того глубокий вздох.       – Ты же знаешь, что я не отстану, пока ты не попросишь нормально, –отдернул ту руку, взял за запястье и, направив взгляд Владимира на себя, потребовал Макрон.       – Я хочу, чтобы ты оттрахал меня так же сильно, как и вчера, – после этих слов француз взял Зеленского на руки и пошёл в сторону ванной комнаты.       – Почему ты несёшь меня туда? – смотря в глаза, пытаясь увидеть в них ответ, с удивлением поинтересовался украинец.       – Ты же после прошлой ночи не мылся, я должен взять на себя ответственность и искупать тебя, – с пошлой ухмылкой и явно не с чистыми намерениями ответил Эммануэль, любуясь голым, таким открытым и любимым мужчиной, который не успел одеться после пробуждения.       Отведя Владимира в душевую и поставив его на пол, Макрон стал раздеваться сам.       Душевая кабинка была достаточно большой, что туда могло одновременно вместиться четыре человека.       Украинец не стал ждать, пока француз разденется, поэтому, открутив кран в душевой, встал под ним, намочив волосы, и ждал Макрона там.       Раздевшись, Эммануэль направился к Зеленскому и обнял его со спины.       Простояв минуту в обнимку под струями воды, Владимир почувствовал, что в его промежность упёрлось что-то твёрдое и горячее, явно желающее повторить то, что они делали вчера.       – Эм...– явно с улыбкой на лице промычал француз, – прости, пожалуйста… не смог сдержаться от вида голого и такого красивого моего украинца, – поцелуй в затылок, – сейчас мы помоемся, а затем пойдём в комнату и сделаем то, о чём ты так старательно просил меня недавно.       Макрон взял предварительно намыленную мочалку и начал нежно тереть спину Владимира. От таких нежных движений Эммануэля, который ещё переодически целовал его спину, Зеленский стал невольно возбуждаться.       Оторвав француза от процесса, Вова повернулся к нему лицом и обнял его, соприкасаясь вставшими от возбуждения членами.       Не успев понять причину такой реакции мужчины, Макрон почувствовал горячее дыхание на его члене, вызванное низким шёпотом Зеленского.       – Я хочу тебя сейчас, – сказав это, он обхватил член напротив себя руками, якобы измеряя его, и лизнул головку.       Эммануэль не думал, что мужчина в скором времени захочет это сделать, поэтому его реакция была бурной и довольно громкой. Владимир остался доволен такой реакцией и старался сделать Макрону ещё приятнее, чтобы выбить из него ещё больше таких звуков.       Украинец очень старался, доставляя удовольствие, поскольку это был его первый опыт. Сначала он посасывал головку, привыкая к размерам, затем провёл языком по всей длине, слыша одобряющие стоны, заглатывал глубже, одновременно помогая руками, чтобы доставить двойное удовольствие, что, собственно, у него получилось, услышав сбитое, неровное дыхание француза.       Не выдержав таких ласк, Макрон, придерживая Зеленского за голову, начал слегка двигаться навстречу, затем трахать его, слыша хриплые вздохи от мужчины снизу, которые доставляли ещё больше удовольствия, исходя из горла вибрацией.       Когда Эммануэль делал ему минет, Владимиру показалось что это неудобно и даже больно. Поначалу было так, но со временем украинец начал получать от этого удовольствие; оттого, что в его рот проникает большой член, задевая гланды, слышать стоны мужчины сверху, которые говорили, что ему нравится происходящее – всё это сводило с ума, и вскоре Зеленский кончил.       Не сразу заметив, что Володя кончил, Макрон ещё пару раз толкнулся в податливое, мокрое, горячее горло и наполнил его семенем, которое Зеленский проглотил.       Отдышавшись и вытянув член изо рта, Макрон удивился и одновременно возбудился, когда увидел, что украинец кончил. Он и не думал, что Владимир возбудится от сосания члена, а тем более кончит.       Помогая ему встать, француз поцеловал его в губы, которые недавно так жадно обхватывали головку его члена, не давая выйти.       – У нас, – Зеленский резко прекратил свою речь, услышав свой охрипший голос, и, прокашлявшись, продолжил, – у нас кофе остыл.       Ванная комната залилась смехом Эммануэля - как мужчина в такой момент может думать про кофе? Сплошное умиление.       – Люблю тебя, мой украинец, – отойдя от смеха, с улыбкой сообщил Макрон и, поцеловав Владимира где-то в районе ключиц, заключил его в самые крепкие объятия, на которые он был только способен, чтобы закрепить своё недавнее признание.