Неуклюжая

Стоял февраль. Я, как обычно, всячески опаздывала на собеседование. И ладно бы, если сама наткнулась на эту работу. Но нет — туда меня пригласила мой бывший куратор из университета со словами: — Лерочка, несмотря на твою неуклюжесть, ты очень одаренная девочка в области финансов. И у меня есть для тебя предложение: моя очень хорошая подруга работает администратором в одном ресторане. И её начальник ищет к себе толкового и порядочного бухгалтера. Я пока о тебе ничего не говорила, но если хочешь, могу вас познакомить, а там, может, и устроишься. Конечно же я хотела! После увольнения со своей прошлой работы я отчаянно нуждалась в деньгах. И тех средств, что я успела накопить с прошлой работы, становилось все меньше. Не раздумывая ни минуты, дала свое согласие. На следующий день я получила номер телефона, и договорилась о встрече. Опаздывала я на неё некритично. Но бежать по льду не имела ни везения, ни желания. Хотя по картам, которые я додумалась посмотреть перед выходом, мне оставалось лишь повернуть за угол. Ресторан с виду был очень красивым. Консервативный черный гармонично переплетался с изумрудной вывеской «Лесная сказка». Я сделала несколько шагов по лестнице и зашла внутрь. Элегантность и красота ослепили меня, что я на секунду впала в ступор. Интерьер был под стать вывеске ресторана. Желтые мерцающие огоньки по всему залу, колонные темного дерева, обвитые лианой листвы — действительно заставляло ощущать тебя в лесной сказке. На входе стояла девушка, на бейдже которой читалось «София». Строгость во всем её внешнем виде — низкий пучок черных волос и платье-футляр до середины бедра. Лишь карие глаза выдавали её азарт. — Добро пожаловать, — сказала она. — У вас заказан столик? — Нет, — ответила я заикаясь. — У меня собеседование с Ниной Григорьевной Жуковой, на должность бухгалтера. — Да, мне говорили о тебе. Подожди немного, я сообщу о твоем прибытии. Через несколько минут я прошла в зал вместе с Соней. Но, как это часто бывает со мной, споткнулась и почти упала на человека. А точнее, на девушку, ибо лицо мое было у неё на груди. Я почувствовала чужие губы на своей темно-рыжей макушке. На бесконечно долгую секунду мы опешили обе. Не став заострять внимание на учащенном сердцебиении, я отпрянула. — Извините, пожалуйста. Мне очень жаль. Как я могу загладить вину перед Вами? — начала тараторить я, оставив свой взгляд неосознанно блуждать по женскому телу. Мне было стыдно посмотреть ей в глаза. — В следующий раз будьте внимательнее, — прозвучал строгий голос. Я все же подняла на себя и столкнулась со взглядом стальных глаз. Передо мной стояла женщина лет 35-и. Лицо, обрамленное каштановыми волосами до плеч, не было красивым. Скорее, привлекательным. Все это произошло за считанные мгновения, которые я совершенно забыла о Соне. Она словно прочитала мои мысли и произнесла: — Александра Робертовна, Вы в порядке? — Да, София, — она оторвала от меня взгляд, словно нехотя, — а ты почему не на своем рабочем месте? — Я пошла проводить на собеседование девушку. Её зовут… — Валерия Хорина. Знаю. — строго, без лишних слов. — Возвращайся на свое рабочее место, я сама её провожу. Соня ушла, и мы остались наедине. — Извините, я дейст… — начала я. — Прекрати извиняться, иди за мной, — я повиновалась. Идя рядом с ней, наши плечи едва касались друг друга. Я почувствовала приятное покалывание в теле. — Света говорила мне, что ты неуклюжа, но не думала, что все настолько плохо. Тень грусти мелькнула на моём лице. Мне всегда говорили, что я через чур неуклюжа. Но слышать эти слова от Александры Робертовны, от будущего коллеги, с которым не сложилось знакомство, цепляло. Но я решила не думать об этом неприятном инциденте. Хотя через время я поняла что это сложнее, чем можно себе представить. Потому что то, о чем я могла думать при каждой встречи с ней — так это о нежной коже груди и запахе цветов. Я работа в «Лесной сказке» вот уже несколько месяцев. За это время я хорошо сблизилась как с начальством, так и коллегами. Лишь с Дубровиной Александрой Робертовной были явные проблемы, причину которых я не могла определить. Да, наша первая встреча вышла неловкой, но мне казалось, что все осталось позади. Мы даже смогли поговорить немного перед моим собеседованием. Да и после между нами были разговоры отдаленно напоминающие дружеские. Несмотря на разницу в 13 лет, было заметно, что у нас много общего. Во мне проснулась уверенность, что я смогла сгладить все углы непонимания. Но как жестоко человек может ошибаться. Через короткое время все изменилось. Каждый раз, когда мы встречались на собраниях или в зале, она смотрела на меня своими строгим взглядом, словно ждала от меня еще одного падения или любого другого проявления моей неуклюжести. И когда это происходило, взгляд Дубровиной становился более грозным. Будто её бесило это чуть больше, чем всех остальных. По неведомой мне причине, это жестоко ранило. Я хотела, чтобы Саша не испытывала ко мне каких-либо отрицательных чувств. Чтобы я нравилась ей так же, как и она мне. Так продолжалось до начала мая. Все изменилось, когда я отравилась и решила на несколько дней остаться дома. Для меня это была возможность хорошенько отдохнуть. Близилась ночь. Прозвенел звонок, когда я смотрела турецкие сериалы. Через минуту я открыла дверь, Саша стояла на пороге моей квартиры с белой сумкой в руках. Шелковое платье облипало её тело как вторая кожа. Она походила на лесную королеву, пришедшую лицезреть работу своих подданых. — Хорина, есть разговор. Впустишь? Тон её не терпел возражений. Я открыла дверь и впустила незваную гостью. И сразу смутилась: слишком сильный контраст официального платья и серой клетчатой пижамы бросалось в глаза. Я жила в студии, и потому мы прошли в единственную комнату в квартире. Дубровина села за барный стол и посмотрела на меня. Она смотрела только на меня и казалось, ей совершенно неинтересно, как я живу. Что ей интересна лишь я сама. — Чай или кофе? — с видом гостеприимной хозяйки спросила я. — Воды. Холодной, если есть возможность. Я достала из холодильника бутылку воды. И потянулась к шкафчику с кружками. Я достала простой стакан, но он выскользнул у меня из рук и, упав около раковины, разбился. Теперь его оставалось только выбросить. Женщина подбежала ко мне. — Лера, нельзя быть такой мечтательной, — она проверила мои руки. И, не найдя повреждений, отодвинула меня от раковины и принялась выбрасывать осколки. Я впала в ступор. Она впервые назвала меня по имени и настолько открыто проявила заботу. Я пришла в себя лишь когда работа была закончена. — Я не летаю в облаках, ясно? — сказала тихо, поднимая свой взгляд на неё. — Оно и видно, — голос её сочился ядом. — Как не посмотрю на тебя, ты все время находишь… Саша не успела договорить, как я прервала её. — Врешь. Женщина нахмурила брови, серые глаза посмотрели на меня с вызовом. — И в чем же я вру? Я подошла ближе. Нас разделало лишь несколько сантиметров. Саша всегда носила каблуки, но я уверена, обуй она кроссовки или балетки, она стала бы выше меня не на много. Сейчас, с нашей разницей в росте, я смотрела на женщину сверху вниз. Я надеялась, что мой голос не дрожит от нарастающего приятного тепла по всему телу. Такое происходило каждый раз, когда мы были на непозволительном расстоянии друг от друга, но меня это не особо заботило. — Ты не смотришь на меня. Серые глаза расширились. Не знаю, чему она была удивлена больше, моим словам или тому, что я позволила себе такое сказать. Теперь время пришлось удивляться мне, ведь губы напротив изогнулись в усмешке. Словно перед ней была маленькая несмышленая девчонка, а не привлекательная, пусть и слегка неуклюжая, девушка. Саша наклонилась ко мне. Наши лица были на непростительно близком расстоянии друг от друга. Губы мои задрожали, свое сбитое дыхание щекотало кожу её лица. — Не говори о том, чего не знаешь, — мягкая рука прикоснулась к моим волосам и стала перебирать мои темно-рыжие пряди волос. Я закрыла глаза и решила поддаться искушению. Мое тело сработало быстрее, чем разум. Я поцеловала её, и ощущение чужих губ на своих пустило мурашки по всему моему телу. Кончики пальцев задрожали. Я медленно отпрянула от неё, но рука в моих волосах стала жёстче. Она сжала мои волосы и снова притянула к себе. Поцелуй не носил и намека на нежность. Все в характере Дубровиной. Её руки оказались на моей талии и притянули меня ближе, хотя казалось, ближе уже некуда. Словно любое расстояние было для неё невыносимым. Я дрожащими руками прикоснулась к её шее и начала выводить на ней узоры, значение которых не могла понять. Мои старания подстраиваться под её ритм были неудачны, моя неопытность мешала. Когда Саша разорвала поцелуй, я опустила голову вниз, не в силах посмотреть на неё. Я ощущала. как горело мое лицо от смущения. Но Дубровину это нисколько не волновало, она стала осыпать мою шею влажными поцелуями, руками подкрадываясь под кофту пижамы. Я издавала тихие стоны, воздуха резко стало не хватать. — Я думала, ты более опытная, — я впервые услышала неподдельную нежность в её голосе. Саша сжала в своих руках мою грудь, по телу пробежали мурашки. — Посмотри на меня, прошу. Моя голова поднялась, и наши глаза встретились. Руки сами собой прикоснулись к каштановым волосам и зарылись в них. Саша закрыла глаза и начала поддаваться моим ласкам. Я впервые видела эту сторону, но возбуждение приносила мне яркая мысль: я одна из немногих, кто видит её такой. Улыбка растянула мои губы. Мы снова поцеловались. Страсть нарастала. Руки блуждали по телам друг друга, воздух в комнате накаливался до предела. В её глазах читалось возбуждение, да и в моих, я уверена, тоже. — Я хочу тебя, — с выдохом произнесла я. — Ты уверена? — хрипло просила она. Я посмотрела на неё: даже если бы я отступила, она все равно нашла бы способ переубедить меня. — Да, — мои руки потянулись к молнии на спине её платья. Мы медленно снимали одежду друг с друга, словно разрывающая страсть угасала. Но это было не так: нарочно растянутые движения разжигали наше желание еще больше. Когда мы дошли до кровати. наша одежда валялась на всей маленькой квартире. Я жестом попросила Сашу лечь на кровать. Она, на удивление, не стала спорить. Вид её обнаженного тела в действительности, а не во снах, заставляло мое сердце биться быстрее. Я наклонилась к ней и стала медленно покрывать нежное тело поцелуями, руки гладили нежные бёдра. Всеми своими действиями я старалась показать ей, как прекрасная она и её тело. Во мне просыпалась неуверенность, нравятся ли Саше мои ласки, но стоны и всхлипы рассеивали все мои мысли. — Ах… Лера, Лера… — словно в бреду шептала она, когда мои язык прикасался к нежным половым губам. — Иди ко мне… прошу, иди ко мне… Я пошла на зов ей мольбы и ощутила сладкий поцелуй на своих губах. Ах, как долго я мечтала об этих губах! Наши груди стали тереться друг от друга, её пальцы нащупали мой клитор и растирали его. Мои стоны оглушали. — О. да!.. Саша, Сашенька… — Как же я хочу тебя, — шептала она мне в ухо, словно демон-искуситель. — Если бы у тебя была какая-нибудь игрушка, м-м-м… Я замерла. Не говоря ни слова, встала с кровати. Безумная идея всплыла у меня в голове. Прежде чем уйти, я заметила, как на лице женщины появилась печаль. Будто она боялась, что я уйду. Или прогоню её. Ах, если бы ты знала. Я вернулась через пару минут, держа в руках одну интересную игрушку. В глазах Дуб… Саши, а называть её по фамилии уже было неловким даже в голове, мелькнул интерес, смешанный с непониманием. — У меня подруга любила экспериментировать с парнем. И он один раз предложил острапонить себя… короче говоря, до этого дела у них не дошло, и игрушка досталась мне. Вот… — когда я шла за страпоном, во мне было меньше неловкости. Но сейчас, стоя у кровати, мое лицо залила краска смущения. Я почувствовала, как напротив меня появилось тело. Мягкие руки взяли секс-игрушку, мой взгляд оставался на теле, закрепляющим ремни. — Ты уверена? — я подняла голову, и посмотрела ей в глаза. Я онемела от сексуальности женщины напротив и возбуждения, окутавшего мое тело. Мне оставалось лишь улыбнуться и кивнуть. Все происходило как в тумане, я помню лишь ощущения горящей кожи и влажных поцелуев по всему моему телу. Мои руки зарывались в её волосы, а губы приоткрывались с легким стоном. Первые толчки приносили дискомфорт, но успокаивающий шепот движения Сашиного тела, расслабляли. Вскоре я начала подмахивать бедрами, и не могла оторвать глаз от лица напротив. С каким обожанием и любовью она смотрела на меня! Время перестало иметь счет. — Саша! — крикнула я и откинулась на кровать. Мягкая истома окутала мое тело. Я прикусила губу и блаженно улыбнулась. Женщина поцеловала меня в лоб и встала с кровати. Она сняла страпон и оседлала меня. Я покачала головой и поманила её пальцем. Ближе, еще ближе, пока моя голова не оказалась между её разведенных ног. Саша подмахивала в такт мне, пока я проходилась языком по всем её влажным складкам. Я услышала вскрик и почувствовала, как легкой дрожью покрывается тело надо мной. Она спустилась с меня и легла рядом. Её руки прикоснулись к моим щекам, а я, в свою очередь, охватилась за её обворожительную попу. Мы пролежали в тишине несколько минут. В квартире было слышно лишь тиканье часов. — Ты так и не сказала, зачем пришла, — сказала я. — Знаешь, это уже не имеет значение. Есть вещь поважнее, которые нам стоит обсудить. И мы слились в страстном поцелуе.