Be high/Под кайфом

Влюбиться можно в красоту, но полюбить — лишь только душу.

Уильям Шекспир

Раны болели. Каждая клеточка ее тела будто горела огнем, охватывая все соседние участки на ее коже. Сильно, неимоверно сильно хотелось дотронуться до шрамов на лице, которые были оставлены автомобильным прикуривателем, но руки просто не поднимались. В прямом смысле. В последствии ее обследования доктора выяснили, что несколько косточек в пред плечной зоне были в трещинах, хотя Аннет их совсем не ощущала. Вернее не так. Она очень четко ощущала как много на ее теле увечий и помнила каким образом они были оставлены, но все о чем она могла беспокоится на данный момент это Нил и чертовы шрамы на щеках. Проснувшись от комы, она первым делом рванула искать брата, но была остановлена обеспокоенными в качестве препятствий. Только потом, когда они силой уложили ее обратно на больничную койку, ей сообщили о том что с Нилом все в порядке. Не так в порядке, а с ним реально было все хорошо. — И сколько я уже здесь? — Почти две недели, мэм. Нихера себе. Нил наверно тут с ума сходил, пока она прохлаждалась в постели. О том, что она могла умереть, мы, конечно же, говорить не будем. Только на пятый день ее нахождения в больнице Нила все-таки пустили к ней. Все это время она не имела ни малейшего понятия о том, кто их спас, как там Лисы и что произошло с Натаном. Ее отца особенно никто здесь не упоминал, потому что каким-то волшебным образом, весь обслуживающий персонал был в курсе ее ситуации. Одно только упоминание об ее отце навлекало за собой такую истерику, что пришлось вызывать глав. врача и срочно переводить пациентку в псих. диспансер. Аннет никогда не забудет этих взглядов на нее по дороге в ее новую палату. Она даже не знала что остальных поражало больше всего: инвалидная коляска или ее состояние лица. Скорее всего второе. Кстати, зеркала ей тоже не давали. Не смотря на все ее многочисленные угрозы и впущенные в ход даже ножи, добрые медсестры на отрез отказывались протягивать ей хоть что-нибудь, в чем можно было увидеть свое отражение. Здесь даже столовые приборы были деревянными, вот это да. Сидя на своей больничной койке, Аннет терпеливо ждала когда ее смотрительница заплетет ей волосы в две косички, хотя она так и порывалась сказать что спасти ее внешний вид уже невозможно. Не то чтобы Аннет сильно беспокоилась о своем внешнем виде. Скорее ее тревожность была связана с тем, какую именно реакцию вызовет ее внешний вид. Понятное дело Нил. Его не волновал такой человеческий фактор, как красота. Ему было достаточно знать что она в безопасности и, по крайней мере жива. Но что скажут Лисы? Ники? Кевин? Тренер? Эндрю? Изводя сама себя и находясь в неведении, у нее было много времени чтобы подумать. Подумать о том, что ждет ее за стенами этой больницы. Может ежедневные часовые беседы с местным психологом и помогали, но жизнь не останавливается в больнице. Иронично, учитывая что она всю свою сознательную жизнь была уверена в том, что закончит на больничной кровати. Но все меняется. Каждое начало имеет свой конец и она достаточно настрадалась для того, чтобы в конечном итоге иметь свой шанс на счастливый конец. Она не была уверена что хочет связать свою жизнь с экси. Ее всегда напрягало излишнее внимание, это чувство только приобрело более яркий окрас в бегах и она не была готова к тому чтобы играть на глазах у тысяч людей. Может ей бы подошла спокойная жизнь, где-нибудь в Исландии например. Там прекрасная природа и чистый воздух. Нет шумных мегаполисов, высоких зданий и постоянно спешащих куда-то людей. Тихое, спокойное и миролюбивое место. Может быть она бы могла даже купить свой дом и поискать себе хобби, которое в последствии станет ее делом. В детстве, Аннет любила проводить время в давно забытой библиотеке в доме Веснински. Натан туда не ходил, Нил был слишком занят тем, что играл в экси, а Мэри было просто не до этого. Она была занята составлением плана выживания в бегах. Она когда-то поделилась с дочерью тем, что план их побега был создан еще до их с Нилом рождения, Мэри просто ждала удобного случая. Под кроватью Аннет прятала энциклопедию о значении цветов. «Села́м, или Язы́к цвето́в» — книга русского поэта Д. П. Ознобишина, изданная в 1830 году. Книга содержала поэму в восточном духе и толкователь значений цветов, переведённый, по словам автора, из какой-то немецкой книжки. Больше всего ее привлекал голубой гиацинт, который чем-то напоминал ей веточки сирени. Конечно, узнай Натан об этой книжонке, он бы ее обязательно отобрал или даже сжег, а заодно и наказал бы ее саму, ибо нечего было заниматься глупостями. Но Натан был мертв, это она точно знала, а по сему мечтать она теперь могла обо всем что ее душа пожелает. Отыграть бы матч с Воронами и уехать в кругосветное путешествие на машине. Конечно, никому и никогда в жизни Аннет не признается, что все ее мечты сопровождались одним единственным человеком. Было довольно смело и непривычно думать о том, что Эндрю согласиться на такую жизнь. Но, как говорится, мечтать не вредно и Аннет продолжала строить иллюзии счастья своим воображением от нечего делать в удушающей тишине больницы. У нее бы был бежевый маленький домик, с маленькими розовыми вставками на окнах. Вид с террасы обязательно бы выходил на побережье северно-ледовитого океана, а в лицо бы дул прохладный ветер. Да, все-таки Исландия идеально подходила ей. Температура никогда не поднимается выше 75,2 по Фаренгейту, маленькое население и много-много природы. Наверно она могла бы открыть собственный цветочный магазин, а потом приходить домой с какой-нибудь заправленной за ухо цветочной веточкой и ждать Эндрю с тренировки. Потом бы они обязательно поужинали и обсудили бы все что произошло с ними за этот день. Вечер в компании любимого человека и какого-нибудь шоу по телевизору звучал как нельзя привлекательно. — Я закончила, дорогая. Голос медсестры вывел Аннет из раздумий и ей потребовалось некоторое время, чтобы вернуться из своих мечтаний о просторной и такой желанной Исландии, в почти пустое (если не считать кровати и прикроватной тумбочки) помещение — которое гордо именуется как палата псих. диспансера. — Спасибо, — рассеянно пробормотала девушка и обхватила рукой одну косичку, чуть дернув ее, проверяя на прочность. Единственным плюсом здесь была наверно эта миловидная медсестра. Она помогала ей больше всех, сначала потихоньку ходить, отучая себя от инвалидного кресла, потом кормила ее с ложечки, когда терапевт ей сказал не напрягать челюсть лишний раз, а после уже просто иногда поглядывала за самой Аннет, если вдруг той понадобится какая-нибудь помощь. Миранда (так было написано на ее бейджике) была почти ее ровесницей, всего на два года старше и работала она здесь только из-за практики в медицинском институте. Они бы наверно поладили с Аароном. — Миранда, — осмелилась позвать Аннет девушку, когда та уже собиралась выходить. — Что такое? — брюнетка посмотрела на нее снисходительно и даже с какой-то терпеливостью, Аннет как никогда была ей благодарна. — Я подумала, может быть… — Джостен сжала пальцы в кулак. Почему-то сейчас, ей было особенно трудно разговаривать с людьми. — То есть, я имею ввиду… Не хочешь сходить завтра в ту кофейню возле главного входа? Мы могли бы, ну знаешь, отпроситься во время тихого часа и если что ты за мной присмотришь. — В ту, где работает тот симпатичный паренек из моей университетской команды по футболу? — глаза медсестры загорелись как маленькие огоньки и Аннет неуверенно кивнула. Она видела ту кофейню только мельком, когда ей разрешили гулять в саду возле больницы, а рассказы Миранды про того парня и вовсе пропускала мимо ушей, была занята дискомфортом от бинтов, которыми были обвязаны ее руки. — Да, вроде того. — Ох, Аннет, — Миранда радостно подлетела к ней и легонько обняла, стараясь не задеть особо больные раны, которые еще не успели зажить. Иногда, медсестра чем-то напоминала Аннет Ники, только в женском обличии. — Я буду рада сходить с тобой на прогулку. Если что, ты не волнуйся, я обязательно смогу уговорить главную отпустить нас на часика два и мы могли бы с тобой круто провести время, а еще… Дальше Аннет уже как-то не слушала, просто умиленно наблюдала за неконтролируемым потоком речи, что исходил от работницы этого учреждения. За месяц знакомства с ней, она уже к этому привыкла и запомнила что главное -это вовремя кивнуть головой, что бы Миранда не подумала что Аннет ее не слушает. — …если хочешь, мы можем даже надеть маску, если ты вдруг стесняешься своего лица… Проблема была в том, что кроме нее самой и Миранды, никто еще не видел уродливых шрамов от прикуривателя, которые покрывали все ее лицо. Аннет старалась не думать о том, какую реакцию они вызовут у прохожих, друзей, Эндрю. Старалась просто жить моментом и не беспокоится об этом. Поэтому поспешно взяв Миранду за запястье, она прервала ее. — Нет, я бы хотела… — девушка снова замялась. — Хотела бы сегодня прогуляться без маски. Миранда стояла неподвижно, часто хлопая глазами и смотря на Аннет ошеломленным взглядом и Аннет понимала. Она дала ей время принять эту информацию, а потом была почти подготовлена к еще одним объятиям и к отчаянно пытавшей скрыть слезы Миранде. — Аннет, ты… — было сложно ее разобрать, из-за того что она бормотала ей плечо, но последнюю фразу девушка услышала довольно четко. — …я тобой горжусь. Внезапно накатившее смущение было некуда деть и Джостен была рада тому, что Миранда не видит сейчас ее лицо. Когда та наконец-то отлипла, Аннет рассмеялась над ее опухшим красным лицом и ощутила себя неимоверно легко. — Ну что, готов план по соблазнению привлекательного бариста?

\\\

В кофейне было подозрительно мало людей. Обычно, по будним дням в таких заведениях было куча народу, начиная со студентов и заканчивая одинокими пожилыми людьми и как бы Аннет не любила уединенные места, но когда они зашли в помещение и девушка увидела что здесь никого нет, она сочла это крайне странным. Еще и Миранда ходила около нее, чуть ли не светясь и бормотала что-то о сюрпризе, который «тебе точно понравится, Аннет, давай просто зайдем уже в эту кофейню». Пока Миранда увлеченно флиртовала с ничего не понимающим бариста, Аннет осматривала помещение на наличие какой-либо угрозы, прежде чем поняла что годами выработанная привычка никуда не делась. — Да ты просто мой идеальный типаж! — восхищенно бормотала Миранда, пока парень пробивал им заказ. — Ты игнорируешь меня, не обращаешь внимания на то что я говорю, а еще ты чертовски горяч! — Что, простите? — парень, с именем «Джейкоб» на бейджике поднял голову и в неловко ей улыбнулся. Аннет подавила смешок. Видимо он и сейчас ее не слушал. — Просто идеальный, — пораженно прошептала Миранда. — Мы пойдем, — Аннет мягко взяла под локоть подругу (их же можно назвать подругами, да?) и отвела чуть дальше кассы. — Нам нужно места еще занять. Джейкоб доброжелательно улыбнулся ей и пошел заниматься своими делами, пока работала кофемашина. На барной стойке у него были разложены учебники и тетради, видимо работать, играть в футбол и одновременно учиться было не легко. Прямо как Кевин. Аннет мотнула головой и уже в который раз за прошедший месяц наказала себе перестать мысленно сравнивать других людей с Лисами. Последний раз это была девушка из соседней палаты, которая болела анорексией и характером очень сильно походила на Элисон. Внутри заскребли кошки. Она скучала по Лисам. По жизнерадостному Ники, по доброй и отзывчивой Рене, по милым Дэн и Мэтту, даже по ворчливому Аарону скучала! Ей не хватало Кевина, со своими нравоучениями по поводу правильного питанию и Эндрю, который назло тому ел шоколадное мороженное прямо у него перед глазами. Интересно, как они там? Вспоминают ли о ней вообще? Может уже забыли? — Кстати, — Миранда оторвалась от телефона, ненароком отодвигая его от Аннет подальше и девушка не могла не заметить этого. Медсестричка коварно улыбнулась и взяла ее за руку. Аннет нахмурилась. — Ты же не забыла про мой сюрприз? Миранда посмотрела куда-то за спину Аннет и легко кивнула. — О каком сюрпризе ты… — Джостен обернулась и замерла. Вы когда-нибудь чувствовали радость и шок одновременно? Настолько сильный шок, что у тебя пропадает дар речи, все внутренности сворачиваются, а сердце кажется перестает биться. Волосы встают дыбом и дыхание замирает. До этого момента, Аннет бы ответила «Конечно же нет», ведь когда ей было радоваться жизни? Времени на то чтобы чувствовать у нее почти не было, она была занята бегами знаете ли. Но сейчас, когда напротив нее стоял весь состав Лисов, во главе с Дэвидом Ваймаком, Эбби Уинфилд и Бетси Добсон, девушка с уверенностью могла сказать, что чувство это добавилось в ее копилку, под названием «Это для меня ново, но определенно лучшее что со мной случалось». Так кстати не так уж и много событий, если Вам интересно. Одна только ночь на крыше с Эндрю занимает почти все пространство. Они бы так и продолжали молча пялиться друг на друга, если бы первым не заговорил (как ни странно), Аарон. — И долго вы будете так стоять? — недовольно обратился он к команде. — Бегите уже и обнимайтесь. — АННЕТ! Ураган по имени Ники налетел на нее и сбил с ног, заставляя девушку откинуться на диван и начать громко хохотать. Парень что-то бормотал ей в плечо, но Аннет не могла сосредоточиться на чем-то еще кроме своего внутреннего всепоглощающего счастья. Она посмотрела на Миранду и та ей подмигнула, отправившись к своего непоколебимому бариста. «Спасибо» — прошептала ей Аннет одними губами. — Эй, Ники! Я вообще-то тоже с ней давно не виделся, — послышался где-то сзади возмущенный голос Нила и Аннет резко вскочила, придерживая Ники за талию, не давая ему упасть. Нил смотрел на нее счастливыми глазами, абсолютно радостный от всего происходящего и он бы точно грохнулся в обморок от счастья, если бы не Аарон, который его придерживал. — Нил! — крикнула Аннет и выпутавшись из объятий Хэммика, налетела на брата. — Ну тише-тише ты, — смеялся он, еще крепче сжимая ее в объятиях. — Ты все-таки только с больнички, смотри не разорви какие-нибудь швы. — Плевать мне, ясно? — плаксивым голосом сказала Аннет и сжала его еще сильнее. — Я чертовски рада тебя видеть, честное слово. — Я тоже, — прошептал он ей в макушку и легонько поцеловал ее в лоб. — Рад видеть тебя, — сказал Аарон, протягивая кулак, после того как Аннет наконец-то отпустила Нила. Она как-то забыла даже, что тут есть еще по меньшей мере десять человек и со всеми надо поздороваться. — Не поверишь, но я тоже, — широкая улыбка расползлась по ее лицу и она ударила своим кулаком по его в ответ. Аарон закатил глаза, но все-таки позволил себе легкую ухмылку. Аннет сразу заметила, что здесь нет Эндрю. И еще больше она обратила внимание на то, что никто из Лисов не всматривается в ее лицо, не охал и не ахал, кудахча вокруг нее в попытках спросить и узнать что же все-таки случилось. Только Элисон молча протянула ей тональный крем и как бы невзначай упомянула о своих прекрасных навыках в макияже, за что Аннет была ей благодарна. Время шло и вот уже тот самый Джейкоб помогает Кевину, Ники и Мэтту сдвинуть все столы, чтоб все расселись по своим местам, а когда Аннет начала выискивать вторую блондинистую макушку среди этого скопления людей, Нил нагнулся к ней и прошептал на ухо: — Он на улице курит. Благодарно кивнув ему, Аннет на всех порах бросилась на улицу, даже не пытаясь сделать вид что она вовсе не ждала этой встречи больше чем с остальными. Также она не увидела как стодолларовая перекочевала из рук недовольного Мэтта к невозмутимой Элисон. Выбежав на улицу в лицо ей ударил легкий апрельский ветерок. Глаза сами нашли черную Мазерати и помня себя от счастья, Аннет медленными шагами стала подходить к курящему человеку, который оперся на капот машины. Когда он все-таки посмотрел на нее, она уже стояла в паре метров от него и с жадностью вглядывалась в каждую частичку такого родного, но уже почти забытого лица. Она хмурым взглядом обвела его круги под глазами, ставшей заметной худобу и его нервно подрагивающую ногу, которой он затушил окурок, а потом подошел к ней и мягко приподнял ее лицо за подбородок, оказываясь слишком близко к ней. Не то чтобы она была против. Эндрю не был остальными людьми, а потому со всей присущей ему жадностью и любопытством, которая никак не отображалась на нем, оглядывал каждый миллиметр ее лица, стараясь не упустить ни малейшей детали, от губ до самых ушей, мочка одного из которых была отрезана. Затем он посмотрел ей прямо в глаза и сказал: — Пялишься. Аннет прорвало. Все те эмоции что она испытывала и не могла из себя выпустить, всю боль которая сопровождала ее на протяжении всего месяца, моральную так и физическую, она просто отпустила. Впустила рычаг. Сначала по ее щеке потекла одна слезинка, потом вторая и вот она уже стоит, уткнувшись в плечо Эндрю и беззвучно рыдает, пока он успокаивающими движениями гладит ее по затылку и спине. — Я так по тебе скучала. — Я тоже. Эндрю приподнял ее лицо и стал одну за другой сцеловывать влагу с ее щек, параллельно шепча что-то ей на ухо. Пальцы гладили шрамы, которые до этого Аннет считала уродливыми, а теперь пришел Эндрю и гладил их так бережно, что мысли просто вылетели из головы. Наконец-то все было хорошо.

\\\

»…дамы и господа, сейчас на ваших глазах вершиться история! Кевин Дэй, обгоняет защитника команды Воронов и не смотря ни на что мчится к своей цели. Что это? ОН ПЕРЕДАЕТ ПАС НИЛУ ДЖОСТЕНУ! Друзья, советую Вам смотреть очень внимательно, чтобы не пропустить игру в прямом эфире. Десятый номер обходит Рико Морияму на пару с Жаном Моро и уверенно мчится к воротам! Мы конечно не видим его лица, но я просто уверен в том, что хочу увидеть выражение превосходства на его лице. Что ты думаешь по этому поводу, Ханна? — Я скажу тебе Джереми, что ни смотря на все преграды и мнения о том, что команда Лисов так и останется на дне турнирной таблице в этом сезоне, Дэй и Джостен буквально выгрызают себе победу в финале. Остались считанные секунды и я ни за что не хочу пропустить итог этой игры. — Ты как всегда права. Я тоже думаю…подождите, что это? Нил размахивается и кидает мячом прямо по воротам, думаю что я никогда так не переживал за исход игры как сегодня, Джостен ударяет и… ДА! ЭТО ПОБЕДА ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ! Вратарь не успевает поймать мяч и мы с вами наблюдаем за тем, как люди на трибунах вскакивают со своих мест! Это определенно победа! Простите меня за мои эмоции, но на это просто невозможно смотреть без ликования! Лисы ПОБЕДИЛИ сегодня, дорогие зрители нашего канала, мы можем наблюдать как Десятый номер бежит на встречу своей команде после победного броска! — Не могу даже представить, что они чувствуют на данный момент, как долго они к этому шли и как…» — Эй! — возмущенно крикнула девочка и своими сердитыми голубыми глазами уставилась на отца, который стоял с пультом в руках и с самым, что ни на есть возмутимым лицом. — Пап, но там осталось всего ничего, я же не досмотрела! Отдай пульт, а потом я пойду спать обещаю! — Нет, юная леди, — Эндрю положил пульт на самую верхнюю полку в их гостиной. — Мама тебе еще полчаса назад сказала ложиться в постель, ты же знаешь что мы с ней сегодня очень сильно устали. Ты можешь и завтра досмотреть этот матч, все равно ничего важного ты не пропустишь, ты эту запись сто раз пересматривала. — Но дядя Кевин сказал что это самый был самый важный матч в истории Экси! — В таком темпе я запрещу дяде Кевину и дяде Нилу рассказывать тебе что-либо про экси, — Эндрю устало вздохнул на надутые в обиде губки своей дочери и присел на корточки перед ней. — Тем более, мама сказала что споет тебе колыбельную перед сном. Ты же не хочешь огорчать маму? Он с удовлетворением наблюдал за тем как лицо его дочери стремительно меняется и хватается за него руками, взбираясь ему на шею. — Ну так чего же ты молчал?! — Эстер Миньярд воинственно подняла руку на вверх и крикнула: — Веди меня к ней, воин! — Слушаюсь, моя госпожа, — Эндрю с маленьким смешком поднялся на руки и не быстро побежал, попутно придерживая смеющуюся Эстер, чтобы та ненароком не упала с его плеч. Они ворвались в их с женой комнату и лежащая на кровати Аннет кинула на них взгляд их под очков и, отложив книгу в сторону, умилительно посмотрела на них с улыбкой. — Мама! — Эстер спрыгнула с плеч отца и побежала прямо по кровати к женщине. — Папа сказал, что ты споешь мне колыбельную, это правда? Просто ты в последнее время занята делами в магазине и не успеваешь этого делать, — малышка обеспокоенно провела руками по щекам своей мамы и увидела как на ее лице, покрытом шрамами, растянулась улыбка. Нет, шрамы ни сколько не пугали маленькую девочку. Гораздо больше она волновалась, когда ее мама возвращалась поздно ночью с работы, по пути в спальню бормоча что-то про вредных поставшиков. — Конечно правда, солнце мое, — Аннет поцеловала ее в лобик и пригладила волосы. — Ложись пока в кровать, а я пока отнесу книгу на полку. — Хорошо, — девочка энергично кивнула и быстро залезла под одеяло, предварительно сняв зеленые тапочки в виде динозавров. Аннет и Эндрю вышли из комнаты и когда женщина потянулась до нужной полки, ставя книгу на место, вдруг почувствовала знакомые руки на своей талии. Блаженно улыбнувшись, она повернулась к своему мужу и провела руками по его лицу, словно извиняясь. — Прости меня, меня так часто не бывает дома, все время возникают проблемы с этими поставками цветов из Германии… — Тихо-тихо, — Эндрю поцеловал ее в лоб и посмотрел прямо в глаза. — Главное что все проблемы решены и ты взяла себе двухнедельный отпуск, оставив все обязанности на зам. директора. Завтра нас ждет долгая, потрясающая поездка в зону отдыха в горах, поэтому иди уложи спать Эстер и позови меня, я переложу ее. — Точно все в порядке? — отголоски беспокойства все еще проскакивали в ее взгляде, но те быстро исчезли после того, как Эндрю коротко чмокнул ее в губы. — Точно-точно, — уверил он ее. — Завтра наконец увидитесь с Мирандой, она как раз писала вчера тебе на почту что Джейкоб смог отпроситься с работы и они поедут всей семьей. Уверен Эстер не будет скучно вместе с их сыном. Аннет на минутку прикрыла глаза. Она всегда так делает, на протяжении вот уже семи лет, когда ей все еще кажется что она скоро проснется от этого прекрасного сна и окажется на полу в подвале у Мясника. Ей стоило просто титанических усилий забеременеть, после того что Натан сотворил с ее телом и еще два года на то, чтобы пройти курс психотерапии у Бетси, вместе с Эндрю. — Это все реально, — тихий шепот Эндрю опалил ее ухо и Аннет открыла глаза. — А теперь иди и уложи нашу дочь. — МАМ! НУ СКОЛЬКО Я ЕЩЕ БУДУ ЖДАТЬ? — раздался крик из их спальни словно в подтверждение словам мужчины и Аннет весело рассмеялась. Она хотела отойти от книжной полки, как вдруг Эндрю не сильно прижал ее спиной к книгам, словно не замечая ничего, начал водить пальцами по ее спине под теплым свитером. Погоды в Исландии, особенно зимой не были теплыми, однако это никак не мешало Аннет счастливо жить. — А потом… — начал шептать Эндрю. — После того как ты уложишь Эстер спать. Я буду ждать тебя в спальне. Уверен мы найдем отличное времяпровождение дня. У нас вся ночь впереди. Аннет сглотнула. Даже спустя столько лет, их любовь и страсть никуда не исчезла. Наоборот, она крепчала с каждым днем, хоть и подобные выходки Эндрю до сих пор сводили ее с ума. — Я обещаю что вернусь как можно скорее, — прошептала она в самые губы, но не поцеловала, а отошла от него дальше, прикусывая губу с довольным лицом. Эндрю нахмурился. — Сучка. Она зашла к Эстер в отличном настроении и выключив по пути свет, улеглась рядом с дочерью. Та закрыла глаза в ожидании. Набрав побольше воздуха, Аннет начала петь первые строки.

Twinkle, twinkle, little star,

How I wonder what you are.

Up above the world so high,

Like a diamond in the sky.

Twinkle, twinkle, little star,

How I wonder what you are!

When the blazing sun is gone,

When there's nothing he shines upon,

Then you show your little light,

Twinkle, twinkle, through the night.

Twinkle, twinkle, little star,

How I wonder what you are!

Аннет перебирала блондинистые волосы своей дочери в руках, наблюдая за тем как дыхание Эстер потихоньку выравнивается. Она продолжила петь:

In the dark blue sky so deep

Through my curtains often peep

For you never close your eyes

’Til the morning sun does rise

Twinkle, twinkle, little star

How I wonder what you are

Twinkle, twinkle, little star

How I wonder what you are

Последние слова песни она пропела уже в пустоту, пока Эстер, миленько сопела, уткнувшись носом в шею своей мамы. Аннет аккуратно вылезла из-под нее и поцеловала ее лоб, отодвигая волосы. Выходя из комнаты, для того чтобы позвать Эндрю, женщина развернулась и улыбнулась, смотря на спящую девочку. — Спокойной ночи.