Необычная Любовь. Книга 1. Мир Греческих Мифов под Новым Углом.

В таком же ритме проходит остаток месяца: мы с Браяном гуляем и восстанавливаемся, а Вильям – продолжает поиск информации, которая бы доказывала, что Антио действительно в этом городе, но пока безрезультатно. Хотя на выздоровление сына Аида потребовалось больше времени, чем предполагал наш защитник, но за этот небольшой отрезок я смогла немного перевести дух, ведь устала от погони за неизвестным. Но не об этом сейчас речь. Сегодня первое ноября, но по погоде такого не скажешь: на улице круглые сутки пасмурно и ужасно холодно, словно уже декабрь, но снег ещё не выпал. Митчел уже полностью оправился после дуэли с Керхином, поэтому за завтраком предложил: – Нам стоит познакомиться с твоими друзьями-таксистами, Вил. – Не думаю, что они скажу что-то полезное. Я уже не раз пытался и ничего, – сатир даже загрустил. – Может у Амелии получится их разговорить? – Как это может у неё получиться? Она же простая смертная без каких-либо необычных способностей. Не обижайся, Амелия, – я и не собиралась этого делать, хотя полностью поддерживала Вила. Как мне удастся «развязать» языки группе сатиров? «Ты сможешь! У тебя уже были всплески маминого голоса. Нужно только использовать его не случайно, а при необходимости» – мысленно настраивала я себя на нужный в данной ситуации лад. – Я это сделаю, – эти слова сорвались с моих губ не без причины. Я должна хоть что-то сделать, не могу больше сидеть без дела. – Пожалуйста, Вил, – смотрю на него умоляющим взглядом, – мне хочется принести какую-нибудь пользу. Защитник задумался на какое-то время, но потом.... – Ладно, – нехотя согласился он. – Думаю, будет лучше, если они придут сюда. Не хочется тащиться в город по такой-то погоде, – указал на окно, по которому уже стекали струйки воды. Новые знакомые Вильяма, Дэймонд и Диккен на первый взгляд показались очень отзывчивыми сатирами, но стоило мне с ними заговорить, как я поняла, что из них нужно каждое слово клещами вытаскивать. «Ну, где же ты голос?» – мысленно спрашивала я. «Мне без тебя сейчас не справиться». За следующие два часа мне ничего не удалось выяснить у наших гостей. Поэтому я решила сделать кое-что.... – Извините меня, Дэйм и Дик. Мне необходимо принять настой, по предписанию Вильяма, – вышла из гостиной, в которой мы всё это время находились, но наверх не пошла, лишь сделала вид. Сама же осталась стоять за косяком возле гостиной. Несколько минут в комнате стояла тишина, но потом.... – Эта девчонка ничего от нас не узнает, – проговорил шёпотом Дик. – Она простая смертная, хоть и дочь сильнейших Богов, – значит, они сомневаются в моих способностях. Это наводит меня на мысль: «Может не допрашивать их, а завести милую беседу совершенно на другую тему? И, задавая определённые вопросы, выяснить то, что они скрывают». Мне до того понравилась эта идея, что я решила воплотить её в жизнь, но для начала.... Нужно было сделать так, что я только спустилась. Поэтому я начала тихо стучать одной ногой, подражая своим отдалённым шагам, постепенно увеличивая громкость. После сделала глубокий вдох-выдох, натянула на лицо самую милую улыбку в своём арсенале, прошла в гостиную. – Думаю, теперь мы можем продолжить, – я быстро присаживаюсь на пустующий стул, с грацией прекрасной лани. – Расскажите мне, пожалуйста, скольких полубогов вам двоим уже удалось отыскать в этом ужасном городе? – теперь же в моих глазах плескалась тревога, наигранная конечно, и всё же.... Сатиры повелись на неё, точно маленькие козлики и выдохнули с облегчением, что я, наконец, отстала от них с этим щитом и его местонахождением. – Ну, что ж... – начал Дэйм. – Мы вывезли отсюда около пяти полукровок. Доставили их в Лагерь к кентавру по имени Хомион. Он обучит их всему необходимому для защиты. – Хорошо. Насколько я успела разузнать, вы, сатиры можете чуять ребёнком, какого Бога является тот или иной полубог. – Да, это правда, – проговорил Дик. – Среди этих пятерых были дети Гермеса, Деметры и Афины. – Ого! – изумлённо произношу я. – Дети Афины и Деметры жили в этом городе? Ни за чтобы не подумала их тут искать. – Они родились не здесь, – пояснил для меня Дэйм. – Их отцы переехали сюда по работе. – Да, а дети Гермеса потеряли своих матерей и долгое время сбегали из каждого детдома, но их снова ловили и отправляли всё дальше и дальше, пока они не оказались в Сан-Франциско, – добавил Дик. – Но теперь они в безопасности и всё благодаря вам двоим. Надеюсь, Хомион успеет их подготовить достаточно хорошо, потому что они могут нам понадобиться в скором времени, – произнесла я, опуская глаза в пол, тем самым показывая своё волнение и неуверенность, хотя на самом деле не испытывала их. В этот миг я чувствую, что-то такое, что просто невозможно описать словами. После этого я поднимаю глаза на Дэйма и Дика, продолжаю разговор, но что-то явно изменилось во мне. – Как вы думаете, видел ли кто-то из найденных вам полубогов гору Отрис? – только я проговорила это, как глаза обоих сатиров остекленели, словно.... «Голос! Я обрела мамин голос!» – эта мысль пронеслась у меня в голове за долю секунды и порадовала меня, хотя в глубине души я была уверена, этот дар проявится в нужное время. – Нет, никто. А мы видели, – ответил на мой вопрос Дэйм. – Она появляется на закате раз в месяц, четырнадцатого числа. – Хорошо. А есть доказательства, что щит Антио находится на её вершине? – Конечно же, есть. Мой дядя забирался на вершину и видел его там, но подойти ближе побоялся, – запнулся Дик. – И почему же? – решила немного подтолкнуть его к дальнейшему рассказу я. – Слишком много монстров было возле него, а ему хотелось ещё немного пожить. – Что ж... Думаю, я узнала достаточно интересной и полезной информации от вас друзья. Если хотите выпить по чашечке чая, проходите на кухню, Вил вас обслужит по высшему разряду, – улыбнулась им двоим и, поднявшись со стула, скрылась наверху. Даже не войдя ещё в комнату, я почувствовала жуткую усталость, неизвестно откуда взявшуюся. Не знаю, как, но через миг дверь в комнату открыл Браян и, увидев моё состояние, приблизился ко мне почти вплотную. – Ты как? – его губы едва шевелились, но я расслышала каждое слово. – Не очень, – я ухватилась за руку сына Аида, чтобы не упасть, ведь перед глазами у меня всё поплыло. – Позволишь мне помочь? – я слегка кивнула, после чего оказалась в воздухе. Митчел подхватил меня на руки и внёс в комнату. Я прижалась к нему всего на несколько секунд, которых было достаточно, чтобы почувствовать исходящий от него запах. Вы, должно быть, подумали, что это был запах смерти, гнили и прочего? Что ж спешу вас огорчить. Сын Аида пах дымом, морем и чем-то таким сладким, но в том состоянии мне не удалось этого понять. Итак, Браян донёс меня до кровати и устроил на ней с удобством. – Не мог разговор с Дэймом и Диком так тебя вымотать. Тут явно что-то другое... – я, конечно, едва держалась в сознании, да и в глазах у меня всё двоилось, но.... Я прямо-таки чувствовала, как забегали мысли в голове Митчела, видела несколько его задумчивых лиц. – Это мой голос, – еле слышно произнесла я. – Что? – юноша явно не ожидал от меня каких-либо пояснений. – Мой волшебный голос, – поправила свою формулировку я. – Голос Афродиты? – глаза Браяна расширились, а я в ответ кивнула. Полубога мгновенно озарило. – Тебе нужно выпить эликсира и отдохнуть, – направился к тумбочке, взял с неё свою фляжку, но не чёрную, а фиолетовую. После чего присел ко мне и, приподняв голову, напоил им. – А теперь поспи. Я знаю, насколько выматывает сила, когда только-только начинаешь ею пользоваться, – он провёл рукой по моим волосам, которые, как я могла предположить, распростёрлись на подушке. Это был настолько милый и в тоже время усыпляющий жест, что я провалилась в сон. Не могу сказать, сколько времени я отдыхала, но стоило мне открыть глаза, как я увидела Браяна. Он сидел на кровати спиной ко мне и явно куда-то смотрел. Я побоялась, что-либо произносить, но Митчел сам повернулся ко мне, и до меня дошло: его рука покоилась на моей ладони, возможно, всё это время, только для того, чтобы юноше было удобно отслеживать моё состояние. – Я знаю, что тебе чуточку лучше, – тихо проговорил он. – Ты меня немного напугала, когда появилась за дверью в таком состоянии. Сейчас я позову Вила, и ты нам расскажешь, что выяснила у Дэйма и Дика. Если бы ты ничего не узнала, то не ослабла бы и не отпустила этих сатиров восвояси, – отпустил мою руку и вышел за дверь. Не прошло и пары минут, как юноша возвратился вместе с нашим защитником, идущим за ним попятам. – Что случилось Амелия? – поинтересовался у меня сатир. – Браян мне рассказал вкратце случившееся, но я не до конца понимаю.... – У меня прорезался голос моей матери, но его использование в первый раз привело вот к этому, – я попыталась подняться, но слабость не позволила мне это сделать. – М-да... – Вил почесал рукой затылок. – За все годы работы я по встречал не мало детей Афродиты, но они были полубогами, а не смертными. Им использование своих способностей в первые несколько недель давались ужасно тяжело, и я даже не могу представить, скольких же сил это будет стоить тебе, – он посмотрел на меня, но что-то в его взгляде было не так. В один момент мне показалось, что в них трепещет радость, но миг спустя её место занял страх вперемешку с тревогой. – Так, думаю, моё состояние можно обсудить и позже, – прервала давящую тишину комнаты я. – Мне бы хотелось поделиться с вами сведениями, которые я узнала от Дэйма и Дика, – я прочистила горло, после чего продолжила. – Гора Отрис действительно здесь, в Сан-Франциско, но она появляется лишь раз в месяц, четырнадцатого числа на закате. Дэйм и Дик, уверили меня, что Антио лежит на её вершине. Нам остаётся только дождаться этой даты и... – Забрать щит оттуда, тем самым завершив часть пророчества, – закончил за меня сын Аида именно теми словами, которые собиралась произнести я. – Значит, ждём, – подвёл итог разговору Вил. – А теперь, – он присел ко мне на кровать, – Браян, расскажи мне о её состоянии, подробно. – Ну, она всё ещё слаба, и сегодня, – Митчел бросил свой взгляд в окно, – навряд ли сможет подняться с этой кровати самостоятельно. Я, после того, как принёс её сюда, напоил вот этим, – он указал сатиру на фиолетовую фляжку. – Ты всё правильно сделал, Браян, – похвалил его наш защитник. – Но этот сбор не поставит Амелию на ноги к четырнадцатому. Дайте мне полчаса, ребятки, и я приготовлю одно старинное средство. Уж оно-то дня так за три-четыре поднимет тебя с кровати, – улыбнулся мне и отправился на кухню, готовить это своё средство. На тот момент мне ещё не было известно, насколько оно сильное и действенное. Всё это время, которое тянулось почти целую вечность, мы с сыном Аида сидели в тишине. Полубог держал мои ладони в своих руках так, что я чувствовала его учащённое сердцебиение. «Он волнуется за тебя, зная что-то плохое в той дате, которую ты назвала. Хотя ничем этого не выказал». Даже по прошествии такого количества времени, Браян должен был стать для меня легко читаемой книгой, но всё совсем не так. Он каждый раз открывается для меня с новой стороны: перед дуэлью с Керхином Митчел выступал моим храбрым и стойким защитником, потом же ослабевшим от раны человеком, хотя это не совсем верное понятие... Полубогом, мне кажется, будет точнее. Да, полубогом. Итак, сын Аида, хоть и был ослаблен, но не утратил своей храбрости и стойкости. Теперь же я вижу на его лице тревогу, которую видела лишь раз, в Нью-Йорке, когда он латал мою ауру, но всё же... То была тревога за пока ещё мало знакомого человека, а теперь... За друга и не простого. За близкого друга, а может в этой тревоге скрыто нечто большее? Ох, я, кажется, вновь пустилась в рассуждения. Прощу прощения за это. Все описанные выше рассуждения я обдумывала, пока мы ждали Вила. Так же я успела заметить, что солнце почти скрылось за горизонтом, а значит, я проспала после выпитого эликсира полдня. И ещё кое-что не укрылось от моего наблюдательного взгляда. До меня не раз доходили слухи, что когда ребёнок Аида взволнован его руки становятся ужасно холодными, но я этому никогда не верила и вот сейчас полностью убедилась в своей правоте. Руки Браяна были не просто тёплыми, они казались мне обжигающе горячими, хотя может лишь казались... Когда же в дверях появился Вильям, то в его руках я заметила... Нет, не фляжку, как можно было подумать. Это был небольшой графинчик из хрусталя, в котором плескалась ярко розовая жидкость, а также кружку, ту самую, из которой я пила ромашковый чай. Подойдя к нам ближе, сатир занял только что освобождённое Браяном место, присел возле меня и налил этой жидкости в кружку. – Пей! – командирским тоном сказал он. Я забрала у него кружку и почувствовала исходившее от неё тепло, но оно было необычное... Недолго думая, выпила всё содержимое залпом. Сначала я думала, что это, чем бы оно ни было, будет ужасно противным и не вкусным, но ошиблась. Вкус у этой жидкости был в меру сладким, словно я выпила виноградного вина Диониса, причём самого лучшего. Да, Дионис преподнёс мне одну такую бутылку на день рождение. Несколько мгновений я держала пустую кружку в руках, прежде чем спросить: – Что это такое? – Это Мирель. Её рецепт хранился в моей семье десятилетиями. Видимо, кто-то из моей родни, так же, как и я, наткнулся на ребёнка двух Богов без способностей, создал рецепт Мирель. – А почему у него такой странный цвет? – поинтересовался сын Аида, включая в комнате свет, потому что солнце окончательно скрылось за горизонтом. – Хотелось бы мне самому это знать. Могу лишь предложить, что цвет зависит от самого человека, для которого Мирель готовится. – И каково её действие? – произнесла я, не позволяя сатиру пуститься в рассуждения и уйти от темы. – После её принятия, ты будешь спать ближайшие десять-двенадцать часов первые несколько дней. Потом же Мирель будет работать как энергетик. Спать ты по-прежнему будешь, возможно, даже спокойней чем раньше, но днём ты будешь усердно двигаться. Тем самым восстанавливаясь физически, – на последнем слове я начала зевать. – О, кажется начало действовать. Отдыхай, Амелия. Тебе как никому из нас нужны силы. Браян, ты бы тоже не засиживался допоздна, но всё же... – Вил поднялся и прошептал Митчелу почти в самое ухо, – понаблюдай за её состоянием ещё полчаса после того, как она уснёт, ладно? – Браян лишь кивнул и посмотрел на меня, а сатир похлопал его по плечу и скрылся во тьме коридора. Я, конечно, не должна была слышать последних слов, но... Это всё тишина комнаты виновата! Ох, я снова эмоционально реагирую. Сын Аида аккуратно накрыл меня одеялом, сел на пол возле кровати. – Вил прав, Амелия, не пытайся противиться Мирели. Отдохни. Здесь, – он обвёл взглядом комнату, – нам ничего не угрожает. Так что, – теперь Браян гладил мои волосы, ниспадающие с кровати, – поправляйся. Ты должна быть сильной, достаточно сильной, чтобы поднять Антио, – улыбнулся и, медленно поднявшись, погасил свет, не сводя с меня глаз ни на секунду. Я же ответила на его улыбку, это было не просто, но мне удалось. – Спасибо за твою помощь. Не представляю, чтобы я делала без вас с Вилом. – Ну... Либо не попала бы в эту передрягу, либо уже погибла бы. Его слова не были смешными, но... Я захихикала как ненормальная. – Извини, мне не стоило смеяться, – проговорила я, когда, наконец, немного успокоилась. – Думаю, всё же стоило. Я не стал говорить об этом Вилу, но ты была эмоционально напряжена, а сейчас... – он подошёл и накрыл мою ладонь своей. – Его нет. Ты полностью расслаблена и это хорошо. Мои глаза уже закрывались, когда я сказала: – Доброй ночи, – прежде чем провалилась во тьму.