Сехун - ночью.

Следующий день загружен тренировками под завязку, и Лухан наслаждается Сехуном только издалека, взглядом ловя каждое его движение. Когда Сехун вешается на шею Ифаню, он даже немного ревнует, но это скорее поверхностно, для успокоения совести, ведь он знает, что для Сехуна однополые отношения не то чтобы мерзко, а скорее нереально. Для него нет такого понятия, он просто не принимает его. Лухан не сдаётся только потому, что и не начинал бой. Смысла нет. Вечером уставшая группа возвращается домой, и все тут же разбредаются по своим комнатам, кроме Чондэ и Минсока. Те, измученные и еле перебирающие ногами, ползут на кухню, чтобы поесть. У Лухана нет сил ни на что, даже на ужин, он с разбегу плюхается на кровать и смотрит в потолок. Где Сехун? Старшего немного тревожит эта мысль, но он безумно боится быть навязчивым. - Ёбаный пиздец, - произносит он в пустоту. В первый раз за всю свою жизнь Лухан чувствует такое отчаяние – влюбился в глупого ребёнка, который не испытывает к нему ничего, кроме привязанности. - Хён, ты чего ругаешься? - как раз в этот момент появляется Сехун и недовольно смотрит на Лухана. – Ты ведь должен подавать пример, я младше тебя, неопытней, а ты мудрый ачжосси, должен наставлять меня на путь истинный… Лухан почти смеётся и поднимается с кровати, щипая Сехуна за бок. – Вот вообще не смешно. Вот ни разу. - Тс, ты только не злись. В твоём возрасте это вредно. Оба начинают смеяться, рассуждая на тему опасного возраста Лухана. - Хёёён, - тянет Се и обнимает Лухана, утыкаясь носом в его волосы. – Ты очень милый ачжосси, не переживай, - добавляет он. - Утешил, - со смешком выдавливает из себя Лухан и прижимается к Сехуну, вдыхая приятный запах. Он много раз слышал, читал, видел в книгах и фильмах про «запах цитрусовых, с малой долей корицы», про «приятный аромат ванили и горького шоколада», и он бы обязательно добавил к этому и запах Сехуна, если бы смог его описать. Но он, к сожалению, не знал названий того, чем пах Сехун. Он пах удивительно приятно, вот и всё. - Сехун, - объятие немного затянулось, и Лухан даже краснеет, чувствуя тёплое дыхание младшего на своей щеке. - Хён, можно задать вопрос? – голос Сехуна немного хриплый и Хан непроизвольно вздрагивает. - Спрашивай всё, что хочешь. - Представь себе ситуацию, - начинает Сехун, немного отпуская старшего и заглядывая в его глаза. – Есть два человека, они очень тесно общаются, дружат. Только вот один, назовём его Эс, начинает замечать как другой, назовём его Эл, неровно к нему дышит. Эс постоянно ловит на себе взгляды Эл, застаёт его ночью спящим возле своей кровати, прямо на полу, чувствует, как он постанывает от прикосновений Эс. Это всё, конечно, в теории. Сехун проводит кончиками пальцев по шее Лухана, и старший действительно тихо, протяжно стонет, немного хрипловато и почти неслышно. Сехун смотрит прямо в глаза Лухана, и последнему кажется, что он тает от этого пронизывающего взгляда. - Вопрос: какого чёрта Эл молчит? Лухан вдруг, неожиданно даже для себя, начинает немного злиться и пытается вырваться из объятий младшего, но Сехун крепко держит его, не давая отстраниться. - Эл боится, что Эс гомофоб, или что он пошлёт его, или расскажет всем. Эл ещё дорого своё сердце, и он бы лучше переждал и женился на какой-нибудь прелестной девушке, спокойно любя Эс на расстоянии, - Лухан чувствует, как по его щекам катятся слёзы. – В теории, конечно. Сехун приближается к уху старшего и шепчет почти сквозь зубы: - Неужели Эл настолько глуп и не понимает, что Эс никогда его не обидит? Неужели Эл не подумал, что его другу не будет противно? Неужели Эл, - Сехун облизывает губы, задевая кончиком языка ухо Лухана, - так не доверяет ему? А может Эл посчитал, что очень хорошо знает Эс, и не подумал, что оболочка может значительно отличаться от того, что внутри? Лухан замирает. - Не плачь, - произносит Сехун и вытирает щёки старшего тыльной стороной ладони. – Ты должен был мне сказать. Давно это продолжается? - Третий месяц, - Лухан честно пытается сдержаться, но слёзы не останавливаются. - Эй, - тон Сехуна становится немного мягче, и он целует каждую капельку, успокаивающе поглаживая Хана по волосам. – Я ведь ни в чём тебя не обвиняю. С чего ты вообще взял, что мне будет неприятно? - Ты ведь сам говорил, - Лухан всхлипывает, от чего его лицо становится детским, - в гостиной, что не воспринимаешь гомосексуальность вообще, ты даже отказывался от фансервиса. - Ты думаешь, что если бы мне было неприятно, я бы обнимал тебя? Это не гомосексуальность. - Сехун, там… - Я бы ни за что не принял любовь парня, если бы он не был тобой. - Сехун… - Всё, что связано с тобой, привлекает меня, и я сам сначала не понимал этого, но мне никогда не было противно обнимать тебя или чувствовать, как ты прижимаешься. Просто потому, что это ты, - он медленно наклоняет голову, зарываясь пальцами в светлые волосы, и немного неуверенно целует старшего в губы так нежно, как только может. Лухан теряется в ощущениях, открываясь ему навстречу, чувствуя, как в груди разрастается тепло, словно Сехун разжёг в его груди маленький огонёк. ~~~ Кёнсу, стоящий в дверях комнаты, пока Сехун объяснялся, Кёнсу, о котором так хотел предупредить Лухан, выходит за дверь и оглядывает собравшуюся в коридоре группу непроницаемым взглядом. - Не интригуй, - тихо говорит Чанёль. - До него дошло? Кёнсу продолжает молчать, делая грустную моську, на что группа не реагирует, прекрасно зная его подколы. - Да дошло, дошло. Парни тут же начинают шептаться, довольно улыбаясь. На протяжении этих трёх месяцев уже все поняли, что Лухан чувствует к Сехуну, и только до последнего никак не доходило. Тао отдаёт проспоренные деньги Исину, совсем не жалея. - Придурки...