Не сегодня

— Тебе дать успокоительных или, может, пока не пойдёшь туда? —спросил лекарь, смотря на ребёнка, а мальчик тем временем сидел на диване, прижав коленки к груди и наклонив голову так, что лица не было видно. Он только третий день учится у медика и уже сейчас нужно будет присутствовать во время того, как одного из его друзей убьют. — Нет, мне нужно просто привыкнуть к этому... — Не надо быть там через силу. Я в свои первые дни обучения таблетки горстями глотал, а в некоторые дни убегал и в лесу прятался. Мне только это, наверное, и помогло, — мужчина присел рядом с ребёнком и прижал его к себе. — Вечно бегать всё равно не получится... — И это верно... Ну, ладно, если во время этого плохо станет, уходи, — медик встал и ушёл за жертвой. Младший остался здесь один. Оставалось ждать, когда его позовут туда, но это быстро надоело и мальчик решил сходить в операционную, где всё будет происходить. Не понятно, зачем эту комнату назвали операционной, если здесь не лечат, а убивают, но как объяснил Рейх, здесь иногда приходится резать детей и для лечения, например аппендицита, вывозить детей только для одной операции, было просто не удобно, да и зачем тогда врач? Несмотря на белые стены и хорошее освещение, это место казалось каким-то тёмным... Может, из-за настроения ребёнка или всё же опасно острых инструментов? Присутствовало мешающее беспокойство. Ощущение как будто лишат жизни сейчас его, а не кого-то другого. Того, кого сейчас приведут сюда, Россия знал, но вспоминать не хотел. — Ой, Рося, ты уже здесь? — Болезненно знакомый голос. Польша... Именно за ним ходил сейчас лекарь, — А зачем я здесь? — Вколим вакцину, чтобы ты не болел, проведём небольшой осмотр, и я отведу тебя к твоим новым родителям, — Какая наглая ложь... Немец взял в руки шприц с какой-то жидкостью и подошёл к операционном столу, — Сядь сюда, пожалуйста. Поляк залез на стол и сейчас сидел и болтал ножками. Медик руками заставил ребёнка наклонить голову на бок. — Зачем э... Ай... — В шею уже вводили препарат. — Для этого. Потерпи немного, так лекарство подействует быстрее, — мужчина прижал к ранке ватку, — От него может стать плохо, но и это нужно будет потерпеть. — Угу... Россия, а ты почему такой грустный? Завидуешь тому, что у меня будут новые родители, а ты своих уже не первый раз теряешь? — Поля тихо хихикнул. — Нет, я не завидую твоему положению, — Эти слова были проигнорированы. — Ой... Что-то мне не хорошо... — Не переживай, расслабься. Это скоро пройдёт, — лекарь придерживал ребёнка, чтобы тот не свалился со стола. Так прошло ещё несколько минут, пока поляк не потерял сознание. — Он мёртв..? — Россия подошёл поближе, побаиваясь. — Пока что, нет, но скоро будет, лучше отойди, — Мальчик зделала пару шагов назад и теперь внимательно смотрит за действиями старшего. Медик сначала полностью раздел заснувшего ребёнка, а затем взял в руки какой-то инструмент похожий на топор, но поменьше в размерах и ударил им по шее жертвы. С характерным звуком стали наноситься следующие удары. Сколько крови... На столе, на полу, и на одежде Рейха, вот зачем он переодевался перед всем этим... — А ему не больно? — Россия по прежнему наблюдал за этим, но по лицу стекали его собственные слёзы. — Нет, он ничего не чувствует, — Ещё один удар, но послышался хруст позвоночника. Этих звуков мальчик не выдержал и убежал на улицу. Вечер. Начало зимы. Было холодно, но назад он не вернётся... Это ужасно... Зачем я пошёл на это..? Ребёнок сел на землю, хотя можно было дойти и до скамейки. Россия пытался вытереть слёзы и успокоиться, но звуки и образы всё время всплывали в воспоминаниях. И с чего я решил, что это легко..? Где-то слышалось угуканье совы и шуршание засохшей травы. Подул ветер, стало ещё холоднее. Что это? Снег? Действительно это был именно он. С неба падали хрупкие снежинки и медленно опускались на землю и на личико ребёнка. Не понятно почему, но мальчик успокоился, теперь он наблюдал за тем, как с неба падают льдинки. Просидел он так довольно долго, расслабленно оглядываясь и видя, как сухую траву покрывает снег. — Россия, встань с земли и пошли в кабинет — Я не хочу... — голос охрип от холода. — Пошли, а то опять заболеешь... Через окно за снегом понаблюдаешь. — Ладно... — мальчик встал и зашёл в помещение. В кабинете его укутали в тёплое одеяло, посадили рядом с окном, на кресло, и налили горячий чай. — Пей не спеша. Я сейчас уйду ненадолго, а ты сиди здесь, хорошо? — Угу... — ребёнок не особо вслушивался в то, что ему сказали, так как был погружён в свои мысли и при этом наблюдал за потихоньку усиливающимся снегом. Он думал о многом, как важном, так и не очень, например о погоде, о том, что его ждёт в будущем, о своих друзьях, о медике, который уже ушёл, и об очень вкусном, горячем чае.