Payaso blanco

      Рейк стоял на верхушке помоста, держа в руках перекладину. Он ждал Сару, пока та наконец окажется сверху помоста по другую сторону арены. Она была уставшей после вчерашнего веселья, проходившем у неё в шатре, на котором я, к сожалению, не присутствовала.       Сара забралась. Взяла перекладину, приготовилась. Рейк еле заметно кивнул и побежал вперед, повис в воздухе, раскачиваясь словно маятник. Просунул ноги через перекладину и оказался вниз головой.       Я и не заметила, что рядом со мной села Глория. Она закинула ногу в обтягивающих джинсах на другую.       — Харли, я хотела с тобой поговорить.       Сара побежала вперед и устремилась навстречу Рейку. Она отпустила перекладину и схватилась за руки напарника.       — Сара выглядит очень даже после вчерашнего. Говорят, она так напилась, что бегала по всему цирку вместе с остальными. Её не могли успокоить. Ты была там? – я оторвалась от репетиции и бросила короткий взгляд на Глорию.       Она отрицательно покачала головой:       — Нет, я не была. И ты, как понимаю, тоже.       — Да, не посчастливилось.       Повисло неловкое молчание.       — Ты бы хотела… - начала она и замолкла. — Ты бы хотела, чтобы Сара настолько напилась, чтобы потом впасть в алкогольную кому? В таком случае именно ты стала бы партнершей Рейка и попала на предстоящее представление.       — Нет. Что ты? К чему ты это вообще? – нахмурилась я.       — Просто стало интересно. Мне бы лично пришла в голову такая мысль. Нет, конечно, - она выставила руки вперед. — Я бы не стала ничего делать, спаивать ее там и все такое. Но я бы не стала отбирать очередную бутылку.       — Боже, Гло… - прошептала я и закрыла лицо рукой. — Она же наша подруга. Мыслей о таком у меня не было. Я наоборот переживаю что у неё что-то плохое случилось.       Глория усмехнулась, нервно стала качать ногой в воздухе.       — Ты врешь сама себе.       — Гло, что тебе надо? Скажи уже, к чему ты ведешь?       — Ни к чему. Мне было просто интересно. Я хотела сказать тебе совсем другое. – она смотрела вперед, на парящих в воздухе Сару и Рейка.       — Говори.       Терпеть ее рядом становилось невыносимо.       Глория повернула голову. Мы встретились взглядами.       — Прекрати устраивать ночные шоу в своем шатре. – голос звучал твердо. Я ощутила, как яд, копившейся у нее в языке, прыснул на меня вместе со словами, вылетевшими из рта. — Прекрати так смотреть. Ты знаешь, о чем я.       — Нет. Не знаю. Объяснишь мне?       Она развернулась, приблизилась ближе к моему лицу.       — Ты раздеваешься при свете лампы и с улицы видно твой голый силуэт. Я не против. Мне все равно, но мне не нравится, что это видит Джей, понимаешь?       Губы приоткрылись. Я сглотнула. Перевела взгляд на репетицию. Сара уже слезала по лестнице вниз.       — Я не знала. Правда. Я не… Если бы мне сказали раньше, то я бы решила эту проблему.       — Ну вот. Я тебе сказала. Реши эту проблему.       Глория встала и вышла из шатра.       Я ужаснулась. Он видел… Он почти что видел меня голую… Дрожь прошла по телу. Мне стало так стыдно. Это могли видеть и другие. Хорошо, что Глория сказала мне.       — Харли, зайди ко мне! – голос Тиффани разнесся по всей арене. Проходившая мимо меня сгорбившаяся Сара, закрыла уши руками и, сморщившись, выругалась.       Тиффани смотрела на меня у нижнего рядя. Она дернула головой и нахмурилась, не понимая моей растерянности.       — Да. Я иду.       Тиф молча вышла, и я отправилась за ней. Она плюхнулась на свой любимый диванчик, взяла со стола бокал с "Маргаритой" и отправила в рот маслину, насаженную на зубочистку. Пережевывая, кивнула на кресло.       Я села.       — Я уже поговорила с Маркусом. Он в курсе.       — Насчет чего?       — Насчет вашего возвращения на арену и выступления на следующем представлении. Ты не рада?       До меня дошло только сейчас. Улыбка растянулась на моем лице.       — Спасибо. Спасибо вам.       — Это не мне спасибо, а Стэну. Он знал, как меня уговорить.       Я вышла из шатра и устремилась бродить по цирку, надеясь встретить Стэна. Не знаю за что мне это, что такое сказал ей Стэн, что она передумала, но я была искренне благодарна ему. Этот человек подарил мне не просто очередное выступление, а надежду на новую жизнь.       Перед глазами предстала картинка, моё идеальное будущее: я под куполом, в свете прожектора, вокруг много аплодирующих зрителей, и она настолько показалась мне реальной, что по телу пробежали мурашки от наплывшего восторга.       Я заметила Стэна у своего вагончика. Он стоял возле ступеней, все время оглядывался и поглядывал на наручные часы. Его щеки покрылись красными пятнами от бурного волнения.       — Стэн! – звонко воскликнула я и вскинула руку раскрытой ладонью к нему. Мышцы вокруг губ начинало сводить от заставшей улыбки. Увидев меня он удивился, снова оглянулся. Кривая улыбка расползлась на его лице, и он двинулся ко мне на встречу, разведя руки в стороны.       — Харли! Цветочек! А что ты тут делаешь? – нежность в его голосе привела меня в некий ступор. Я никогда не была «Харли» и никогда не была «Цветочком».       — Я пришла поблагодарить вас. Вы подарили мне шанс на новую жизнь.       — О чем ты говоришь? – Стэн огляделся. — А, ты об этом… Ты не меня должна благодарить, а нашего дорогого реквизитора. Именно он уговорил меня вернуть тебе твоё место.       Рот приоткрылся, взгляд уперся в трейлер позади Стэна. Реквизитор…То есть Джей. Этот странный, привлекательный, с сверкающим огоньком безумия в глазах парень помог мне, сделал то, на что другие не отважились. Радости я не чувствовала, а может это приятное тепло внутри и есть она.       Стэн взглянул на часы.       — Харли, тебе не пора ли на репетицию? – мужская тяжелая рука легла на плечо, и мы двинулись к главному шатру. Он подталкивал меня, явно желая, чтобы я поскорее удалилась. — Выступление уже совсем скоро. Нужно хорошенько подготовиться, чтобы оказаться в цирковой труппе Дюбуа.       — Да-да, конечно. – я улыбнулась и высвободившись из его объятий пошла к главному шатру.       Маркус ушел первым. Я переоделась и чуть ли не в припрыжку направилась к себе в шатер. Бабочки щекотали мой желудок, дурманя рассудок и вызывая приятную дрожь. Летать чудесно. Полет – это свобода.       Я словно только что выздоровевшая птица снова оказалась в небе. Даже когда сорвалась и полетела вниз, я ощущала себя как никогда прекрасно. Дыхание остановилось, когда я летела и возобновилось, когда сетка прогнулась под моим весом и отпружинила. Подбежала Кэсси, её голос эхом отдавался в моей голове.       В сумерках горел одинокий маленький огонек со стороны летней кухни. Я подошла ближе и увидела Джея. Он сидел на скамье, облокотившись спиной и локтями на стол. Нога была закинута одна на другую. Меж губ тлела сигарета. Король отдыхал.       Отвела взгляд, завернула к себе. Когда я была уже у входа, он спросил:       — Получила удовольствие от тренировки после такого долго перерыва?       На лице расползлась улыбка. Я повернула голову, искоса глядя на его силуэт.       — Ещё какое.       Он ничего не ответил, и я зашла. Бросила сумку на пол. Достала из шкафа ночную рубаху и подошла к столику, на котором стояла масляная лампа. Я протянула тонкую руку и замерла. Несколько секунд раздумий было достаточно, чтобы пальцы повернули колесико. Лампа загорелась.       Внутри все сжалось. Я встала посреди комнаты и расстегнула рубашку.