The Unchosen Ones Of The Southern Seas / Неизбранные Южных морей

Натаниэль Веснински обладал магией, и не было ничего, чего бы он хотел больше, чем сжечь империю Веснински дотла. Но это было то, что он никогда не сможет выполнить: в «Веснинском» ты умираешь, когда они узнают, что ты обладаешь магией, или тебя порабощают. Если тайна Натаниэля когда-нибудь раскроется, отец убьет его. Он стоял в тронном зале, его отец и мать неподвижно сидели на своих тронах. Правая рука Натана – Димаччо – и остальные члены его ближайшего окружения стояли справа от Натана. Натаниэлю они не нравились. Особенно когда он видел улыбку Лолы — это всегда означало, что Натаниэля ждет что-то плохое. – Завтра ты выходишь замуж за Рико Морияма, – сказал Натан. Натаниэль стиснул зубы, стараясь не говорить. – Сегодня вечером мы устроим пир, чтобы отпраздновать союз, который не будет нарушен, – продолжал Натан, как будто не знал, сколько сил потребовалось Натаниэлю, чтобы промолчать. Он был уверен, что отец понимает, но ему было все равно. – Я не выйду за него замуж, – резко сказал Натаниэль, высоко подняв голову, несмотря на бешено колотящееся сердце. – Выйдешь. Натаниэль снова открыл рот… — … Ты прекрасно знаешь, что ослушаться меня нельзя. Натаниэль приказал себе оставаться на месте, но он уже шагнул вперед. К черту последствия. Натан медленно поднялся со своего трона и остановился перед ним. Натаниэль отвел взгляд в сторону, не в силах смотреть отцу в глаза, но, увидев радостное выражение лица Лолы, обернулся. Рука Натана легла на его горло, большой палец впился в кожу, пока он не посмотрел в недовольные глаза отца. – Мой сын, – сказал он. – Мое самое большое разочарование в жизни, – Он придвинул свое лицо ближе, и Натаниэль почувствовал горячее дыхание на своем ухе, – Я же просил тебя слушаться меня. —Я … Натан ударил его, сжав другой рукой горло, прежде чем позволить ему упасть. Натаниэль поперхнулся и попытался вырваться. Он услышал, как отстегнули хлыст, прежде чем он опустился с обжигающим звуком. Он бил снова, и снова, и снова, пока Натаниэль не убедился, что руки больше не могут держать его. – На ноги, – сказал Натан. Одного звука его голоса было достаточно, чтобы желудок Натаниэля сжался в узел, – Ты знаешь, что лучше не лежать. Он усилием воли прогнал поднимающийся жар и встал на дрожащие ноги. Димаччо протянул Натану нож. Натан подтолкнул Натаниэля ближе, пока лезвие не оказалось в нескольких дюймах от его глаза. – Не позорь меня, когда прибудут Морияма. Натаниэль посмотрел на мать, но она не смотрела ему в глаза. – Не буду, милорд, – процедил он сквозь зубы. – Убирайся с глаз моих и приведи себя в порядок. Натаниэль поклонился и, высоко подняв голову, направился в свои покои. Глаза слуг и стражников следили за ним, оценивая, но в этом не было ничего нового. Как и то, как обращался с ним отец. Мэри уже терпеливо ждала Натаниэля. – Сядь, чтобы я могла промыть твои раны. Натаниэль знал о потайном ходе, которым пользовалась его мать, хотя он был опасным. Но знал, что и матери ослушаться нельзя. Ее шрамы не были видны глазам, но Натаниэль знал, что они есть. Он стянул с себя порванную рубашку и поморщился, когда она прилипла к засохшей крови. Сердито отшвырнув ее, он сел перед матерью. Она провела ладонями по его рукам, и это было бы почти утешительно, если бы не было так властно. – Ты не должен так разговаривать с отцом, – сказала она, крепче сжимая его руку, – Я учила тебя не этому. – Неужели ты думаешь, что я буду сидеть спокойно и позволять ему командовать мной, как ты позволяешь ему это делать?! – Крикнул Натаниэль шепот, – Ты не знаешь, каково это – быть чужаком. Стыдиться того, каким ты родился, скрывать, кто ты такой. Неужели ты думаешь, что я заслуживаю казни из-за того, кем я являюсь? – У меня нет времени на твои детские выходки, – сказала Мэри. – Наберись терпения, Натаниэль. Натаниэль повернулся к ней. – Хватит с меня терпения! Мать выдержала его взгляд и подождала, пока он повернется. Говоря это, она продолжала промывать его раны. – Я послала весточку брату. – Стюарт? – С надеждой спросил Натаниэль. – Да. Мы должны дождаться его письма, прежде чем действовать. – Он успеет до завтра? – Не знаю, но мы должны действовать быстро, как только получим от него известие, иначе твой отец оторвет нам головы. —Я не выйду замуж за этого Морияму… Мэри подняла руку: – Не говори так открыто. У Мориямы на имени больше крови, чем у нас. Ты же не хочешь их разозлить, если же ты это сделаешь, у тебя не будет нашей защиты. С этими словами мать оставила его одного. Вместо того чтобы облачиться в свой королевский наряд, Натаниэль облачился в доспехи и отправился на тренировочную площадку, а его личная гвардия последовала за ним. Большинство принцев сами искали себе личную охрану, отец же выбрал за Натаниэля, чтобы те внимательно следили за ним. Его отец был во многом разочарован им, но в одном Натаниэль преуспел: драка, предпочтительно на мечах, хотя его учили драться самыми разными видами оружия, когда он еще не был достаточно взрослым. Об этом позаботилось ближайшее окружение его отца. Было время, когда Натаниэль искал одобрения отца. Те времена давно прошли, но он все еще помнил свои беспощадные битвы, бедняг на другом конце его меча, которые не увидят будущих дней. Теперь, вместо того чтобы сражаться с невинными людьми, он сражался с людьми своего отца и воображал, что сражается с ним. К тому времени, как сладкий румянец покрыл его лоб, а гнев исчез вместе с тупой пульсацией натренированных рук, к двору подошел слуга. Натаниэль вложил меч в ножны и жестом подозвал его. – Вам позволено говорить. Слуга поклонился и опустил глаза, пока говорил. – Ваше высочество, королева прислала сообщение, что скоро прибудут Морияма и что вас ждут в тронном зале. – Распорядись, чтобы одежду подали в мою комнату. – Как вам будет угодно, ваше высочество, – сказав, слуга снова поклонился и быстро направился обратно во дворец. Натаниэль снова обратил внимание на своих рыцарей и сделал знак двум из них. – За мной. Слуги торопливо ходили по коридорам, заканчивая последние приготовления к прибытию другой королевской семьи. Все они обходили стороной, не желая стоять у него на пути. Натаниэля это раздражало. Ни у кого из них не было позвоночника, хотя он и не винил их за это. Наличие позвоночника давало шрамы; это привело бы к их смерти. Он вошел в свои покои. Тут же рядом с ним оказался слуга, помогавший снять доспехи. – Я хочу, чтобы они были отполированы к завтрашнему дню, – сказал Натаниэль. – Конечно, ваше высочество. Есть еще что-нибудь? – Нет, это все. Натаниэль дождался звука закрывающихся дверей и вздохнул. Было утомительно притворяться таким бессердечным принцем, каким его хотел видеть отец. Но это было необходимо, если он хотел получить место во дворце. Веснински заслужили свой королевский статус не тонкостями. Если Натаниэль когда-нибудь проявит доброту, это будет воспринято как слабость. Натаниэль оделся в королевский цвет Веснински. Красный. На бедре у него висел меч, а голову с рыжими кудрями украшала корона. Он ненавидел отражение, которое смотрело на него, сходство с отцом — за исключением роста. Натаниэль прижал пальцы к синяку на щеке и поморщился. Он дал себе два обещания: он выживет и не выйдет замуж за Рико Морияму. Семья Веснински восседала на своих тронах: Натан в центре, его ближний круг стоял справа от него, а Мэри и Натаниэль – слева. Король Кенго повел небольшую группу одетых в черное рыцарей в тронный зал. Сначала Натаниэль не увидел Рико, так как тот не был рядом с отцом, поэтому вместо этого он позволил своему взгляду блуждать дальше назад. Он его заметил, это было легко — Рико высоко держал голову, несмотря на то, что был такого же роста, как и Натаниэль. На его лице была запечатлена жестокая улыбка, и его сопровождали два высоких рыцаря. Натаниэль слышал о них раньше — Тея Малдани и Жан Моро, у одной смуглая кожа такая же темная, как их доспехи, а у другого – бледная, как кость. Оба надменно носили свои шрамы. Морияма были черным пятном среди них. Мать не обманула Натаниэля – это была угроза. Веснински был силен, но Морияма были настоящей силой, и Натаниэль не сомневался, что если Кенго захочет захватить их землю, то сможет. Когда он заговорил, Натан не встал. – Морияма, прошло много времени. – Да, но после завтрашнего дня мы не расстанемся по-настоящему. – Давайте найдем тихое местечко, нам нужно кое-что обсудить, – сказал Натан. – И мы должны дать нашим сыновьям время… узнать друг друга получше. Натаниэль услышал молчаливую угрозу в словах отца — и Натаниэль, и Рико были принцами, но только один из них мог быть королем. Шагнув вперед, Рико встретился взглядом с Натаниэлем, и тот понял, что тот тоже все понял. – Отец, – поклонился Натаниэль, – я покажу Рико замок и наши земли, – Натаниэль тоже поклонился Кенго и повернулся к Рико с отцовской улыбкой на лице, – Если вы последуете за мной, принц Рико. Улыбка Рико не коснулась его глаз, когда он шел рядом с ним. – Показывай дорогу. Их личная охрана не отставала, когда они выходили из комнаты. Натаниэль молча вел Рико по коридорам, их личная охрана всегда отставала на несколько шагов. Они прошли один из многочисленных оружейных складов и остановились только тогда, когда миновали огромные окна, выходящие на тренировочную площадку. Они молча стояли и смотрели, как тренируются рыцари. На секунду Натаниэль пожалел их, увидев, как Лола проделывает с ними разные маневры, прежде чем вспомнил свое место. Не было никакой жалости, если ты не мог стоять на своем, ты оставался внизу и никогда больше не поднимался. Баронские коридоры мимо тренировочных площадок вывели их на площадь. Двое конюхов стояли рядом с лошадьми. Там не было коней для их личной охраны. Это будет прогулка только для принцев, больше никого не будет рядом, чтобы доложить обо всем королю. Натаниэль взял поводья своего коня, красивого коричневого жеребца. Он держал его с тех пор, как научился ездить верхом, – самый быстрый конь, который у них был. Он вскочил на коня и оглянулся на Рико. У него была черная кобыла, она была меньше и не из лучших. Это было то, чего заслуживал Рико, хотя Натаниэль предпочел бы, чтобы Рико пошел пешком. Он подтолкнул лошадь вперед ударом пятки, и стук копыт разнесся по площади, когда они оставили замок позади. Они ехали по нижнему городу, Натаниэль всегда был на шаг впереди. Его народ был упрям, склонен к насилию, как и его отец, но они не были глупы. Они поклонились своему принцу, опустив глаза. Натаниэль улыбнулся, когда они приветствовали его, своего принца, и полностью проигнорировали Рико. Идти через нижний город не было необходимым маршрутом, но, как и каждая секунда в присутствии Рико, это была непрерывная игра власти. Они проехали мимо открытых полей, которые тянулись до самых скал, резко свернув налево, как только лес открылся. Лес должен был привести их к скалам, а по другую его сторону лежал Балтимор. Балтимор – так раньше назывались целые земли. Деревня была всем, что осталось от ее названия и места, где Натан впервые покрасил землю в красный цвет. Королевство «Веснински» было еще молодо, поскольку Натан объявил его своим всего тридцать лет назад. Натаниэль не мог представить себе, что было до того, как началось кровопролитие. Но это не имело значения; красное пятно, которым была семья Веснински, никогда не исчезнет. Когда-то, когда он был еще ребенком, который не знал множество способов убить человека одним ножом, в лесу еще оставались следы магии. Там все еще прятались магические существа. Но, как и всех, кто обладал магией, их либо убивали, либо продавали в рабство. Забирая вещи, ради богатства. Теперь лес опустел. Единственной магией, которая не исчезла, был Натаниэль. Натаниэль замедлил шаг, когда они приблизились к краю, где земля уходила в сторону, а океан простирался насколько хватало глаз. Он оставил лошадь пастись в поле и подошел к краю, стараясь не упасть. Ему не нужно было смотреть налево, чтобы знать, что Рико стоит рядом с ним, но он все равно сделал это. Тем не менее, Натаниэль проигнорировал его и вместо этого посмотрел на Балтимор. Он не мог определить, сколько кораблей Мориямы стояло в пристани, но их было не меньше пяти. Это означало, что Кенго привел в замок больше людей, чем взял с собой. Рико ждал, чтобы встретиться с ним взглядом, когда Натаниэль оглянулся, и на его лице была надменная улыбка. Натаниэлю хотелось стереть её, столкнув с обрыва, но вместо этого он сделал следующую лучшую вещь: настроил Рико против себя. – Твой отец должен был сказать, что тебе нужно больше рыцарей, чтобы чувствовать себя в безопасности, мы бы освободили больше комнат в замке, – сказал Натаниэль, сочувствуя тому факту, что вся власть принадлежала Кенго, а не Рико. Он воспринял молчание Рико как способ показать свое превосходство, но Натаниэля это не обмануло. Он мог прочитать гнев в его позе. Натаниэль лениво улыбнулся и уже собирался оскорбить Рико, но его прервали. – Не серди меня, Веснински. – Или что? – Спросил Натаниэль. – Я не знал, что вторые сыновья имеют хоть какую-то власть в семье Морияма? Они изменили правила для тебя или твоя мания величия настолько же велика, насколько пуста твоя голова? Рико схватил его за горло и подтолкнул к краю. Натаниэль не мог удержаться от широкой, насмешливой улыбки, скользнувшей по его лицу, когда он поднес нож к горлу Рико. – Не смей больше так со мной разговаривать! – зарычал Рико. – А иначе? – Спросил Натаниэль. Рико улыбнулся так, словно знал что-то, чего не знал Натаниэль. – Ты узнаешь, когда приедешь в Эвермор. – Я никуда с тобой не поеду. – Разве отец не сказал тебе, Натаниэль? – Усмехнулся Рико. – Ты не останешься в «Веснинском» после нашей свадьбы. – Ты лжешь. Рико проигнорировал его, и Натаниэль подумал о том, чтобы сбросить их обоих со скалы вместо того, чтобы убежать. Когда они вернулись в замок, их ждала личная охрана. Они последовали за Натаниэлем и Рико во дворец. На утесе, Натаниэль оттолкнул Рико, надавив ему на горло, где он все еще держал нож. Рико был в ярости, но ни один из них не действовал и не говорил по дороге во дворец. Натаниэль ожидал, что Рико отреагирует, но не думал, что он так отчаянно хочет показать, что контролирует ситуацию у всех на виду. Рико толкнул его к стене, и Натаниэль увидел, как его рыцари выхватили мечи. Натаниэль не нуждался в них, так как уже достал свой собственный. – Завтра ты будешь моим, Натаниэль, – прошептал Рико так, чтобы услышал только он. Натаниэль зарычал, достаточно сильно прижимая свой короткий меч к ноге Рико, зная, что пролил кровь. Рико невесело улыбнулся. – Они рассказали мне о твоем непослушном рте. Я с удовольствием заставлю тебя повиноваться. – Он шагнул в пространство Натаниэля. – Ты не будешь править этим королевством, когда твой отец перестанет быть королем. Натаниэль выпрямил спину и позволил улыбке, очень похожей на отцовскую, расползтись по его лицу, другой рукой прижимая нож к горлу Рико. – Не думай, что у тебя есть какая-то власть над «Веснински», ублюдок. Последние слова он насмешливо прошептал на ухо Рико. Рико замахнулся на него, но прежде чем его кулак коснулся кожи, его остановили. Натаниэль в замешательстве наблюдал, как рыцарь Рико — Жан — поспешно отступил назад. Он поднял руку на Рико, видя по его сердитому лицу, что не останется безнаказанным. Натаниэль отошел от стены, заставив Рико отступить. – Помни свое место, Рико. Ты находишься в Королевстве «Веснински», далеко от дома. Здесь у тебя ничего не получится, и если попытаешься еще раз, будут последствия. Считай это предупреждением. – Натаниэль выдержал взгляд Рико, демонстрируя свое безразличие, прежде чем повернуться к своей личной охране. – Уведите принца в его покои. Я не хочу, чтобы меня беспокоили. Натаниэль не стал дожидаться ответа и оставил их на месте. Натан сидел во главе стола, Мэри – слева от него, Натаниэль – справа. Как всегда, за ними ближайшее окружение отца Натаниэля. Кенго и Рико сидели на другом конце стола. С ними сидели дворяне, хотя Натаниэль не находил никого достаточно интересным. Жан уловил его интерес, вернее, отсутствие Жана. Теперь у Теи было более стоическое выражение лица, чем когда он видел ее в последний раз. Натаниэль подумал, не убил ли Рико Жана. В конце концов, он был из тех, кто позволяет гневу взять верх над разумом. Некоторые дворяне пытались завязать с ним разговор. Они были дураками, что пытались это сделать; он никогда не был заинтересован ни в установлении связей, ни в дружбе с кем-либо. Даже когда у них гости, он этого не изменит. Натаниэль ел, но так, чтобы не было заметно, что он наблюдает за отцом и Кенго. Натану было на него наплевать, но его не игнорировали. Как единственный сын, он не мог позволить ему быть бесполезным, несмотря на то, что бил его и называл разочарованием. В глазах Натана, а может быть, и Кенго, Натаниэль был лучше Рико. В конце концов, он был первенцем. Натаниэль снова перевел взгляд на Рико. В отличие от него, Рико разговаривал с дворянами, считая себя намного выше их. Дворяне, казалось, думали так же, ловя каждое его слово. Эти дворяне продадут каждое его слово за золото, думая, что они могут быть полезны своему королю. Натану было наплевать, предоставив эти дела Лоле, которая с удовольствием наблюдала, как они выставляют себя дураками. Он посмотрел налево, мимо отца, и увидел, как мать стоически ела в привычном молчании, не сводя глаз с комнаты. Она встретила его взгляд, неодобрительно поджав губы. Натаниэль уставился на нее, раздраженный ее уступчивостью. Он отвел взгляд только после того, как это сделала его мать. Обед медленно подходил к концу. Рико был отпущен с одним из рыцарей Кенго, и за весь ужин его ни разу не удостоил взглядом собственный отец. Натаниэль хотел извиниться и покинуть их, когда Кенго направился к нему, но не мог сделать этого в присутствии другого короля. Он сохранял стоическое выражение лица, не позволяя никакому удивлению проскользнуть, когда его мать была отпущена, а он нет. Кенго перевел взгляд на Натаниэля. Натаниэль встретился с ним взглядом и кивнул, показывая, как мало уважения он питает к отцу. Его отец всегда стоял выше всех, и Натаниэля учили последствиям непослушания. – Натаниэль Веснински, – произнес Кенго. – Я слышал, мой сын выставил себя сегодня дураком. – Он поступил неразумно, хотя я знаю, что это его вина, а не недостаток воспитания. Морияма не был запятнан в моих глазах из-за его действий, и его действия никогда не приведут к этому. Кенго угрожающе улыбнулся. Натаниэль не знал, был ли он сам дураком, говоря таким образом перед обоими королями. – Почему бы тебе не удалиться в свои покои, Натаниэль? Завтра важный день. Натаниэлю не нужно было напоминать об этом, и он хотел сказать об этом, но вместо этого пожелал им обоим приятного вечера. – Отец. Лорд Кенго. Желаю вам спокойной ночи. Теперь вы меня извините. Их интерес к нему рассеялся, и Натаниэль быстро ускользнул, прежде чем это могло измениться. Личная стража Натаниэля последовала за ним в его комнату, заняв позицию за дверью на ночь. Но Натаниэль отпустил их. Они не доверяли ему и остались на своих постах дольше, чем было необходимо, но в конце концов ушли. Возможно, они не уважали своего принца так, как короля, но он все еще был членом королевской семьи, и это означало, что они должны были повиноваться ему. Натаниэль подождал, пока солнце не сменилось луной, а затем еще час, пока темнота по-настоящему не опустилась. Он перекинул сумку через плечо, положил меч и латные ножи на плечо и выскользнул из комнаты. Охранники ежедневно меняли маршруты, и они думали, что это сделает невозможным для кого-либо прокрасться. Натаниэль прожил здесь всю свою жизнь, и, несмотря на то, что они думали, что это не так, в маршрутах была какая-то закономерность. Натаниэль шел по залам, окрашенным в жутковатый красный цвет и с пляшущими тенями от пламени. Пламя уменьшилось, и тени замерли, когда Натаниэль увидел охрану. Натаниэль столкнулся с двумя рыцарями и не смог проскользнуть мимо них незамеченным, но это было не из того, с чем не мог бы справиться меч. Он оттащил тела в комнату и позволил ногам привести себя в конюшню. Внутри не должно было быть никого, но, переступив порог, он понял, что не один, и в мгновение ока приставил меч к горлу матери. Лола учила его убивать любого, кто посмеет подкрасться к нему, и теперь, глядя на мать, он был рад, что никогда не делал того, что ему говорили. Но он не опустил меч, пока она не отступила. – Ты не можешь остановить меня, – сказал Натаниэль. – Я здесь не для того, чтобы тебя останавливать, – сказала Мэри. – Я знаю, что не могу. Ты слишком упрям. – Ты что-нибудь слышала от Стюарта? – Нет, и я не поеду с тобой. Натаниэль недоверчиво уставился на мать. – Натан убьет тебя, когда узнает. – Он этого не сделает. Он ей не поверил, но спорить не имело смысла. Натаниэль должен был доверять ей. Мать накинула ему на плечи плащ. Натаниэль нахмурился, когда тепло окутало его, он прикоснулся к ткани и почувствовал, как магия жужжит сквозь пальцы. – Откуда у тебя это? Вместо ответа мать протянула ему мешочек с золотом. — Это сделано из магии… – начал Натаниэль. Мэри не дала ему договорить. — Это защитит тебя. – Меня убьют, если кто-нибудь узнает, что это такое. Она упрямо выдержала его взгляд. Он хотел ненавидеть ее. Он действительно ненавидел ее. Он действительно любил ее, но какая-то часть его не могла не любить ее, несмотря ни на что. Мать нежно взяла его лицо в ладони. – Беги и не оглядывайся. Я найду тебя. Натаниэль не хотел рассматривать такую возможность, но все же должен был спросить: – Если ты этого не сделаешь? – Тогда Стюарт найдет тебя, мое маленькое пламя. Она не сказала ему, что любит его, но он чувствовал ее тяжелый взгляд, когда бежал в лес. Натаниэль проследил путь пока бежал с замка, ища укрытия в другом клочке леса, оставив Балтимор позади себя. Он позволил своей магии разжечь огонь, чтобы осветить путь вперед, следя за тропинкой сзади, чтобы убедиться, что за ним не следят. Примерно через час ходьбы лес скрылся. Справа от него зияла большая яма, с которой можно было бы слететь со скалы, если не знать местности. У Натаниэля не было веревки. У него не было ничего, чтобы привязать себя к дереву, даже одежды. Просто волшебный плащ, который защитит его, хотя он сомневался, что он убережет его от смерти, если он упадет. Однако это не остановило его, когда он спустился с края и начал опасный спуск вниз. Натаниэль посмотрел на волны, мягко ударявшиеся о скалы внизу. Вглядываясь в темноту, вытянув ладонь, чтобы разглядеть остров в свете его пламени, было ясно, что другого пути нет. Он схватил свое золото и меч и спрыгнул последние несколько метров вниз. Вода была недобрым сигналом к пробуждению, вызывая дрожь, когда он плыл вперед. Плащ волочился за ним. Карабкаться наверх было труднее из-за порезов и синяков, полученных во время предыдущего спуска, а дрожь, пронзавшая его тело, ничуть не облегчала задачу. В конце концов он ухватился за клочок травы и выбрался на сушу. Он был мокрым, холодным и покрытым грязью, но «Веснински» с каждым часом удалялся все дальше, и это было все, что волновало Натаниэля. На этот раз, когда языки пламени заплясали на его ладонях, он позволил им растянуться до локтей. Натаниэль издал тихий вздох, когда плащ впитал тепло от огня, которое медленно оседало в его костях. Он позволил себе на мгновение согреться, отдышаться, прежде чем продолжить путь. Это было недолго. Огонь исчез, когда неподалеку раздался щелчок, и он погрузился в темноту, поняв, что не один. Глупая ошибка, которую он не должен был допустить. Натаниэль выхватил меч, когда из темноты вышел человек. – Кто тебя послал? – спросил он незнакомца. Мужчина наблюдал за ним без интереса и небрежно указал за спину Натаниэля. – Кевин. Натаниэль повернулся на нетвердых ногах. Это имя он уже слышал раньше. Имя, связанное с именем Мориямы. Вряд ли они уже нашли его. Он не позволит утащить себя назад, он скорее умрет. – Ты слишком зловещий, Эндрю, – сказал мужчина из-за спины Натаниэля. Натаниэль обернулся и увидел еще двоих мужчин, лениво прислонившихся к деревьям. Он метнул два своих ножа в их сторону и бросился к выходу. Проем исчез, когда туда двинулся первый человек. Он парировал удар Натаниэля, прежде чем ударить его рукоятью меча в живот, отчего тот растянулся на лесной поляне. Натаниэль попытался подняться, буря эмоций грела его руки, но прежде чем он успел что-либо сделать, его вырубили ударом по голове.