Мечты обязательно сбудутся

***

Лаура не пошла на обед - ей не хотелось слышать очередные перешёптывания. Она была зла. В ярости. Она хотела проклясть слизеринцев, но это чертово воспитание ей не давало это сделать. Она быстро и твёрдо шла по коридору, мантия развевалась. Младшекурсники в страхе шарахались от неё. Никто, естественно, не смотрел ей в глаза, а если бы и даже и посмотрел, сразу бы отвёл взгляд - ее глаза все ещё были чёрные, как сажа. От ее взгляда по телу человека бежал холод и неприятные мурашки. Девушка вошла в свою комнату. Она прекрасно знала, что история о случае со слизеринцами разнесется за считанные часы. Более того, как обычная волшебница использовала магию без палочки, только руками? Каким образом изменились ее глаза? Настроение было отстойное. Не было никого желания что-либо делать, поэтому, Лаура решила, что прогуляет Заклинания и Историю магии - иначе ей придётся разъяснять ситуацию ее друзьям. За прогул ей ничего не будет, домашку, как обычно, она сдаст вовремя. Лаура грохнулась на диван. — Speculo*! Перед ней из ниоткуда появилось зеркало. На Лауру смотрело гордое лицо аристократки. «Черт, глаза не поменялись…» Девушка взмахнула рукой - зеркало исчезло. Ей было скучно. Когда Лауре было скучно в деревне, она или шла в лес, или играла на фортепиано - каждый член аристократической семьи умеет играть на музыкальном инструменте, танцевать, говорить на нескольких языках, ведь правда? Ей было до жути скучно. Она встала, пошла на кухню и сварила себе какао, взяла чашку, пошла в спальню и подошла к окну. Оно было подозрительно большим. Ей открывался шикарный вид - бескрайние просторы Запретного леса, ровная гладь Чёрного озера, силуэты гор вдалеке и квидичное поле с несколькими летающих туда-сюда фигурками. Ей вдруг так захотелось полететь над всем этим, подышать… Лаура открыла глаза и увидела, что теперь окно превратилось в красивый балкон из белого мрамора. Она вышла на него. Девушку приветливо встретил свежий ветерок, погладил ее по щекам и ворвался в комнату. Лаура просто стояла и наслаждалась моментом. Из состояния наслаждения ее вытащил резкий стук в дверь. «Это Джин, точно…» Лаура вышла с балкона, прошла через спальню, гостиную и открыла дверь. Вопреки её ожиданиям, в комнату влетела не только Джинни, но и все остальные Уизли, Гарри, Гермиона и, к огромному удивлению, Невилл. Все, кроме рыжеволосой девчонки, встали как вкопанные - они рассматривали гостиную. Так продолжалось минуты три. Гермиона выпалила: — Какого черта это было, Лаура?! — Давай вы сначала зададите все вопросы, а я на них сразу отвечу, — Лаура отвела взгляд — она знала, что ее глаза до сих пор темные. — Окей, тогда, как ты использовала магию без палочки? Каким образом ты отняла голос у Малфоя? Какое это было заклинание? Почему изменился цвет твоих глаз и голос? Да блядь, не отворачивайся. Почему твои глаза … чёрные? — затараторил Фред, на одном дыхании. — И почему ты можешь ничего не делать на уроках и с тобой так обращается каждый профессор, даже Снейп? — подал голос Невилл. — Воу, полегче. Начну с самого начала, если конечно у вас есть время? Все одобрительно кивнули. — Начнём с того, что у меня есть уважение директора, которого я знаю с младенчества, а также я очень давно знаю всех профессоров, некоторых похуже, некоторых получше, но Розовую Жабу я не знаю совершенно, — после этих слов близнецы ухмыльнулись возникшему воспоминанию. — Мне прислали письмо о зачислении в Хогвартс. После ко мне явился Дамблдор и мы приехали сюда, — Лаура сдержала обещание хранить секрет о трансгрессии, — дальше вы знаете историю с распределением, потом меня Филч до моего жилья — гостиная, спальня, кухня, ванная, чулан, волшебное окно-балкон. Невилл, я ответила на твой вопрос? Лонгботтом утвердительно мотнул головой. Лаура продолжила: — Поехали дальше, у меня есть некоторые волшебные способности, примеры вы видели или услышали о них сегодня, это использование магии без волшебной палочки и по собственному желанию, а также изменение цвета глаз, но это уже зависит от моего настроения. Чёрный — мой родовой цвет жестокости и темной ярости. Джордж, мои глаза ещё темные? — Да, но немного светлее, — Джордж внимательно вглядывался в глаза девушки. — Так, сейчас, секунду… Лаура закрыла глаза и вспомнила, как недавно стояла на балконе и наслаждалась ветром… Она распахнула глаза. Судя по лицам ребят, к глазам вернулся нормальный цвет. — Так, а это ты щас как сделала? — спросил Гарри. — Вспомнила кое-что хорошее… Теперь я ответила на все вопросы? — Да, — Лаура только сейчас заметила, что Рон не принёс с собой еды. — Окей, спасибо, ты идёшь на пары? — Гермиона опять начала говорить про учёбу. — О, теперь я узнаю тебя, но нет, не пойду, мне лень. — Да в смысле, а че, так можно что ли? — Джин возмутилась. — Мне — можно, а вам — нельзя! — Лаура засмеялась и начала бегать покругу, ведь за ней с криками «Ах ты ж сучара!», «А ну иди блять сюда!» побежали близнецы. Следующая неделя пролетела легко и просто. Все ожидания Лауры оправдались: ещё очень долго случай с слизеринцами был основной темой всех дебатов и сплетен, младшие шарахались от неё, старшие отводили взгляды, а слизеринцы почти не попадались — о ли специально они избегали встреч с девушкой, то ли судьба решила их поберечь. Оставалась только пятница, и наконец наступят выходные. Ребята же за неделю реально обосновались в гостиной Лауры — девушка сдержала обещание, и гостиная на каждой перемене принимала ребят. И в данный момент там была Грейнджер. — Лаура, у тебя есть последние записи по Истории? — Гермиона рылась у себя в сумке в гостиной. — Лежат на комоде с краю, — крикнула Лаура из спальни. — Ты когда будешь готова? — Секундочку, уже выхожу… У нас сейчас что? — Заклинания, уход за существами , трансфигурация и ЗоТИ — Гермиона закатила глаза. — Амбридж настолько плоха? — Она бесит всех, даже учителей. Тварь полная. Она жестокая, у неё незаконные наказания… — В смысле? — Лаура вышла из спальни и стояла в дверном проеме в брюках, жилете и мантии, которая почти полностью ее скрывала. — В прямом, поэтому, не надо нарываться, у Гарри уже шрамы на руке… — Так. Говоришь, она из министерства? — Да, на высоком посту. — Ну, ну, она у меня ещё попляшет… — Лаура зловеще ухмыльнулась. — В каком это смысле? — Гермиона оторвалась от перерывания своей сумки. Лаура подмигнула девушке и вышла из комнаты, оставив свою подругу в недоумении.

***

День, опять же, прошёл быстро, на уроках было в меру скучно, в меру интересно. Лаура не заметила, как уже закончились три пары, и часы возвестили учеников об обеде. Она не была голодной, поэтому, решила просто прогуляться по замку. Девушка спокойно шла по коридору, параллельно разговаривая с несколькими портретами и здороваясь с профессорами или учениками — за неделю она завела немало знакомств. Лаура завернула за угол одного из тихий проходов, в котором обычно никого нет, но, к своему удивлению, заметила 3 фигуры в его конце — 2 крупные и одна маленькая. Оттуда были слышны какие-то возгласы: — Да отдайте! - детский голос почти плакал. — О, как мило: «Мамочка, прости за всё!» - два низких голоса заржали. — Держи, Гойл! Лови! Между двумя пролетела какая-то книжка. Лаура сразу все поняла. Буквально за секунду она долетела до этих людей, взмахнула рукой и крикнула: — ЭВЕРТЕ СТАТУМ! Двух громил тут же отбросило, они упали на пол. Девушка подошла к ним, направила на них палочку и презрительно процедила: — Твари, подонки… Быстро отдали это! Крэбб и Гойл пустились наутёк с испуганными глазами, позабыв про книгу. Лаура лишь ухмыльнулась. Она обернулась и увидела стоящую в углу девочку, состоящую в пол. Лаура подняла с пола книжку и протянула ее девочке: — Это, наверно, твое? — Лаура улыбнулась. — Да, спасибо большое… — девочка все ещё внимательно рассматривала пол. — Хей, ты чего…? Тут девчушка подняла свой взгляд и спросила: — Ты та, которая недавно поступила в Хогвартс? — Хах, ну да… — А правду говорят, что ты слизеринцам преподала урок? Лаура засмеялась, ее позабавила прямота и искренность девочки. — Ага, и на твоих глазах состоялась вторая лекция для них. Девочка улыбнулась. У неё были большие небесно-голубые глаза и чёрные волосы, ровная улыбка и милая родинка над правой бровью. На вид ей было лет 12, девочка была среднего роста. Аккуратно заправленная рубашка, чистая мантия и юбка свидетельствовали о порядочности. На шее де висел желтый галстук пуффендуйки. — Кстати, как тебя зовут? — Лауре эта девчонка почему-то сразу понравилась. — Кэмпбелл… — А имя? — Лаура была удивлена, что девочка представилась фамилией. — Эви, Эвелина… — Эвелина Кэмпбелл, красивое имя… У твоих родителей хороший вкус. А на каком курсе учишься? — Лаура улыбнулась. — Спасибо, на втором… Почему ты не пошла на обед? — Ну, во-первых, неохота слизеринцев видеть, во-вторых, я уверена, что два твоих мучителя пошли жаловаться своим боссам — Малфою и Гринграсс, следовательно, опять сплетни. Ну а в-третьих, я просто не голодная. А ты чего не там? — Да вот, шла в комнату к себе… — Слушай, извини за вопрос, но что это за книжка, из-за которой мне пришлось применить к ним Эверте Статум? — А, это… Это дневник мой, посвящённый родителям,… — голос Эви стал очень тихим и каким-то грустным. — В смысле…? — Ты хорошая, я вижу, и знаю, что если расскажу, то никому не расскажешь, ведь правда…? — Конечно, солнышко. Эвелина вздохнула и прошептала: — Мои родители оба были убиты Пожирателями, точнее, отцом Крэбба, когда мне было 8 лет. После этого меня сдали в детдом, ну, а в 11 лет я поступила сюда. Эви опустила голову, было видно, что она не хочет показывать навернувшиеся на глаза слёзы. Внутри Лауры все болезненно сжалось, ей стало так жалко эту девочку… Девочки пошли по коридору в неловкой тишине напряжения. Эвелина все ещё шла, опустив голову. — А Крэбб-младший знает об этом…? — Не знаю, наверно, может именно поэтому он меня мучает… Младшая из девочек выдавила горькую улыбку. Девочки дошли в тяжелой тишине до кухни. Лаура решила проведать ребят. — Ладно, мне пора… — Да, конечно, спасибо большое… Ты ведь Лаура? — Да, обращайся, зови, если что,- старшая из девушек подмигнула Эви. Эвелина улыбнулась. — Пока, ещё раз спасибо! — До встречи, Эви!

***

Лаура пошла к себе в комнату - она надеялась, что там кто-нибудь из ее компании там окажется. И она не прогадала. Лаура застала близнецов. — Хобана, какие люди! — воскликнул Фред. — Здорово, Фред, Джордж. Какого хрена делаем в моих покоях? — Да вот, решили кабинет изучить… — Джордж зловеще улыбнулся. — Бля-я-я-ять, не говорите мне, что вы прочитали названия всех зелий и ингредиентов на полках. — Именно, Лаура, мы прочитали ВСЁ, — хором воскликнули близнецы. — Я. Не. Дам. Ни. Одного. Из. Них. — Да мы не требуем, просто, какого хера у тебя есть глаза акромантула, огромное количество драконьей крови различных особей… — А также кровь домашних эльфов и незаконная кровь единорогов? — Так ещё и огромные запасы живой смерти, сыворотки правды, Феликс Фелицис и куча флакончиков с названиями хрен знает на каком языке? — А-а-а-а… Ну, это ещё одна моя тайна, - девушка загадочно улыбнулась. — Офигеть просто. — Блин, Лаура, что ещё мы о тебе не знаем? — О, очень много, очень много, Джордж… Лаура вышла вместе близнецами - они уже всегда ходили под руки с ней с обеих сторон. Троица шла по пустому коридору, непрерывно смеясь и весело обсуждая предстоящий пятикурсникам урок ЗоТИ. Тут за спиной кто-то отчетливо сказал: — Лаура, можно на минуту? Близнецы и девушка круто развернулись. Перед ними стояла слизеринка с каре. Парни стремительно вытащили палочки. — Что тебе нужно, Паркинсон? — прошипел Джордж. — Проваливай, если не хочешь получить летучемышиный сглаз! — процедил Фред. — Уизли, я не с вами разговариваю, — девушка сощурила глаза, — мне нужно поговорить с новенькой. — Ага, а потом пошлёшь в неё очередное Сектумсемпра, как твоя подружка Гринграсс? — надменно ухмыльнулся Джордж. — Фред, Джордж, успокойтесь. Что может случиться, если я поговорю с Панси? — Да что угодно, Мерлин знает что у этих змей в головах, — Фред смерил взглядом ученицу, которая уставилась в пол. — Открою вам Америку — не знаю, что у вас, но у змей в голове мозги. Причем неплохие. Тем более, я не думаю, что несмотря на нехилые навыки в заклинаниях,ученица Слизерина мне что-то сделает после случая на Зельеварении. И я могу за себя постоять. Так что, Панси, я вся во внимании. — Спасибо, можем отойти? — Конечно. Девушки отошли от удивленных юношей. — Привет… — Здравствуй. — Лаура, пожалуйста, не ходи больше так близко с близнецами. — Почему это? — Ну, ты новенькая, не знаешь. Амбридж издала декреты, и один из них, №31, запрещает мальчик и девочкам находиться ближе 8 дюймов. — Чего. Что за бред? — Согласна, полнейшая хрень. — Так, а что мне будет за нарушения этих декретов? — Есть такая Инспекционная Дружина, которая является как бы правой рукой Амбридж. Дружина имеет право снимать баллы с факультетов, докладывать на ученика. Тебе повезло, что ты и близнецы в таком положении не встретили других членов Дружины, иначе бы у Уизли и всего Гриффиндора были бы проблемы… — Нифига. Так, а какие ещё декреты есть? — Их дохренище, они прибиты к стене у кабинета ЗоТИ. — Офигеть. А как распознать дружинников? — У них на мантии вот такая буква «И», - с этими словами Панси показала на золотую букву на своей мантии. — Так, получается ты тоже в этой Дружине? — Да, родители заставили… — Тогда почему не сняла баллы и не настучала? — Я не снимаю баллы, это делают другие слизеринцы, я же не по своей воле стала членом этой ерунды. Тем более ты не знала о существовании Дружины и декретов. — Знаешь, не думала, что буду это говорить ученику зелёного факультета, но спасибо большое, и за информацию, и за предупреждение о… — Тц-ц. Не за что, нас могут услышать, — Панси приложила палец к губам и улыбнулась. Только сейчас Лаура заметила, что Паркинсон очень миловидная — чёрные короткие волосы, большие болотно-зелёные глаза, пухлые губы, бледная фарфоровая кожа, милая улыбка, слегка вздернутый нос. Девушка была одета аккуратно и со вкусом — слегка небрежно повязанный галстук и красивый вырез притягивали к себе взгляд. — Хорошо, и еще раз спасибо, — Лаура улыбнулась девушке, — Панси, я вижу, что ты не такая, как другие слизеринцы, так что…будем друзьями? С этими словами Лаура протянула руку. Глаза Паркинсон округлились в неподдельном удивлении, но через секунду пожала Лауре руку: — С удовольствием. С сердца Лауры будто что-то слетело, она поняла, что какой-то невидимый барьер между ней и слизеринцами начал разрушаться. Девушки улыбнулись друг другу.