Мечты обязательно сбудутся

С той поры прошло приличное количество времени — дни в школе летят ох как быстро, да ещё если ты учишься с компанией друзей. Амбридж все также сверлила Лауру на уроках и удивлялась состоянию рук на отработках, слизеринцы все также задирали гриффиндорцев, близнецы все также придумывали розыгрыши (но, естественно, никого в это дело не посвящали), все также мерно текли уроки. Единственное событие, скрасившее конец второй недели ноября, это квиддичный матч Гриффиндор — Слизерин. Оказалось, что многие ее знакомые в команде: Фред и Джордж были загонщиками, Гарри — ловцом, Джин была в запасе, Рон прошёл испытания в сентябре и стал вратарем. Ну, а с другой стороны — в команде Слизерина загонщиками были Крэбб и Гойл, а охотником (Мерлин, помоги!) — Малфой. В итоге матч закончился тотальным провалом слизней — алый факультет их разгромил со счетом 240: 30. Все ее друзья играли превосходно, но, естественно, Поттер и Уизли были лучше всех. Ох, надо было видеть лица змей! Мерлин, с какой смешной ненавистью прожигали они взглядом команду гриффиндорцев — как бы они двоек в затылках не протерли! Наступил понедельник третьей недели ноября. Лаура, по своему обыкновению, встала, проверила Станок Жизни, оделась, причесалась, взглянула в клетку Деллы — нет, она до сих пор не прилетела с письмом от няни. Девушка пошла по коридору замка — у неё появилась традиция каждый понедельник выходить гулять перед уроками. Как красив Хогвартс в золотых лучах осеннего солнца! Никто не мешает поздороваться с портретами, наслаждаться свежим ветерком… Девушка напевала какой-то простенький мотивчик с вечно повторяющимися словами — ла да ди, о, ла ди дай… Лаура завернула за угол. Дальше она смутно помнила, что произошло. Кто-то заткнул ей рот, девушка вскрикнула, кто-то выкрикнул «Остолбеней» и «Силенцио», кто-то выключил свет вокруг. Она пыталась собрать всю свою магию и дать отпор, но кто-то или что-то мешало сделать это. Потом Лаура потеряла сознание.

***

Девушка очнулась со страшной головной болью. Она лежала на полу, в сырой темной каморке. Ее руки и ноги были связаны, кляп не давал что-либо сказать. Лаура напряглась и смогла включить ночное зрение — радужка просто исчезла, зрачок увеличился вдвое. Она смогла доползти до какой-то облезлой и противной стены и прислониться к ней. Девушка взглянула на себя — странно, но она была в форме. Тут дверь резко открылась, и в дверном проеме показались четыре фигуры в тёмных плащах. По силуэтам Лаура узнала их. Противный голос девушки крикнул: — О, эта погань уже очнулась! Драко, я же говорила, надо было ее головой об стену как следует ударить. — Прости, Тори не хотел пачкать руки. «Мерзкий, скользкий ублюдок…» — промелькнуло в голове у девушки. Четвёрка вошла в комнату, последняя, самая крупная фигура, плотно закрыла дверь. Все четверо сняли капюшоны. Лаура сквозь пелену увидела белобрысую наглую морду, противно ухмыляющуюся, тонкую женскую фигуру, которая скрестила руки и довольно улыбалась и двух громил, которые ехидно скалились. Это были слизеринцы. — Ну, что ж, что с … этой будем делать? — не кто иная, как Гринграсс надменно вскинула голову. — Как насчёт преподать ей урок, а потом отдать вам, Крэбб, Гойл? — Малфой продолжал испепелять Лауру взглядом. — Шикарная идея. Малфой приблизился к жертве, направил на неё палочку и крикнул: — Сектумсемпра! Лауре резко захотелось взвыть от боли. Ее рубашка мгновенно побагровела от крови, хлынувшей из открытых рваных ран. Девушка сильно зажмурилась, у неё начали танцевать разноцветные круги под глазами. А кровь все текла, текла, текла… Неизвестно, сколько времени мучений прошло. Но тут с явным восторгом Астория воскликнула: — Драко, браво, ты в совершенстве овладел Сектумсемпрой! Но, думаю, пора прекратить — нам уже пора на урок, Крэбб и Гойл придут сюда вместо обеда. — Хорошо, — блондин с явным отвращением подошёл к Лауре, ткнул в ее грудь волшебной палочкой и произнёс, — Вулнера Санентур. Рана на груди стала потихоньку, но очень болезненно затягиваться. Порезы на животе, спине, ногах никуда не делись. — Отлично, можно уходить. Малфой последний раз кинул презрительный взгляд на девушку и вышел с Гринграсс из комнаты. Лаура простонала от боли, прежде чем вновь потерять сознание. Прошло Мерлин знает сколько времени, но во время своего «сна» девушка слышала какие-то крики за дверью, кто-то ворвался в каморку, подхватил ее почти бездыханное тело и куда-то понёс. Ее вторая, подсознательная личность слышала все, но не понимая, что творится вокруг. Когда кто-то ее потряс, единственное, что она попыталась сделать, это открыть рот и глотнуть свежего воздуха. Девушка очнулась в мягкой постели в чистой пижаме. Она приоткрыла глаза, огляделась вокруг и увидела обычную ширму, закрывающую вид на то место, куда она попала. Тут она услышала шелест страниц и знакомый шепоток-диалог: — Как думаешь, когда она очнётся? — Без понятия, Помфри сказала, что раны серьезные, этот подонок Малфой сильно ее изуродовал. Лаура резко открыла и попыталась сесть. Она увидела Фреда и Джорджа, но тут же закрыла глаза от боли. Джордж подскочил: — Чш-ш-ш, тихо, ложись обратно… Он заботливо уложил девушку, погладив ее по голове. Фред тем временем налил какое-то зелье в ложку и протянул ее брату. Он отвернулся и крикнул: — Мадам Помфри, она очнулась! Тем временем Джордж заставил девушку принять какое-то противное зелье зеленоватого цвета. В этот момент вошла целительница. — Слава Мерлину, как она быстро очнулась! Помфри всплеснула руками и начала выгонять близнецов из палаты. Но Лаура своим слабым голоском сказала: — Пожалуйста, можно они останутся…? За этим последовало молчаливое ожидание Уизли и встревоженно-сочувствующий взгляд женщины. — Хорошо… — вздохнула целительница, повернулась к Фреду и продолжила, — но только потому, что она попросила. Джордж, присмотри за ней, я больше доверяю тебе, чем твоему брату. Фред усмехнулся. — Да, конечно, мэм. Мадам Помфри вышла за ширму хлопотать по своим делам. Тем временем любопытство девушки взяло верх над ее недомоганием и она спросила: — Что произошло? Где я вообще нахожусь? Который час? — Ц-ц-ц-ц, тише, ты в больничном крыле, все хорошо, сейчас полдень, — Фред один в один как свой брат посмотрел на Лауру, — расскажи ей, Фордж, это же ты услышал… Повисла неловкая тишина — «Фордж» собирался с мыслями. Он вздохнул и начал: — Мы с Фредом шли мимо какого-то мелкого коридорчика у заброшенного туалета Плаксы Миртл на шестом этаже, как услышали знакомый гогот слизней за стенкой. Мы, естественно, поняли, что что-то здесь нечисто и решили подождать их. Четверо вышли из какой-то комнатушки в капюшонах, и тут послышался болезненный стон — мы тут же узнали в нем твой голос. Фред, позабыв про укрытие, выпрыгнул из засады и начала стрелять в слизеринцев какими-то заклинаниями, видимо, сообразив, что-то с тебя мучили. Я вылетел за Фредом и проскочил сквозь вспышки заклинаний в дверь — там оказалась старая скользкая каморка, но вместо мётел я увидел тебя — точнее, что-то похожее на тебя, — ты вся была в крови, голова была откинута, глаза закатились, вместо привычного румянца смертельная бледность, я вмиг подхватил твоё тело и вышел, параллельно отстреливаясь от слизней. Мы победили, Малфой со сломанным носом, Крэбб в прыщах, Гойл с жалящим, а корова-Гринграсс успела убежать, сука. Я побежал в больничное крыло с тобой, а Фред к Дамблдору. Я по дороге к Помфри наткнулся на Паркинсон, она была до жути бледная, когда тебя увидела, и побежала куда-то. А Фред, по его рассказам, встретил МакГонагалл и буквально полетел уже с ней к директору. Я отнёс тебя к Помфри, и вот, прошло пару часиков, и ты очнулась, — Джордж повернулся к брату и сказал, — ну, а теперь твоя очередь рассказывать, что там у Дамблдора в кабинете произошло. Фред опять усмехнулся. — Хорошо. В этой истории надо отдать должное Панси. Но не буду бежать впереди паровоза. Все было так, как рассказал Джордж. Я встретил МакГонагалл, потребовал срочной отправки к Дамблдору, и на бегу рассказал ей все, что произошло. У двери кабинета мы встретили заплаканную Паркинсон, которая тоже нуждалась в совещании с директором. Несколько мгновений позже я стоял перед Дамблдором и яростно пытался доказать виновность слизеринцев. И тут Панси доказывает мои гипотезы — оказывается, против тебя был заговор, о котором ты была предупреждена, по плану тебя должны были помучать, а потом изнасиловать… Фред замолчал. Он был в гневе. Это было видно по закрытым глазам и сжавшихся до побеления костяшек кулаков. Фред глубоко втянул воздух и продолжил: — Сейчас идёт разбирательство с этими четырьмя сволочами, Снейпом, МакГонагалл, Дамблдором, и сейчас, раз ты очнулась, нас ждут. Кстати, о Паркинсон не будет ни слова, чтобы после над ней не издевались остальные слизни. Лаура распахнула глаза и вновь попыталась встать. Нет, она ещё слишком слаба. И тут у неё возникла идея. — Фред, срочно приведи сюда Эви. Срочно. — Так точно, уже лечу, — и Фред и вправду «улетел» — моментально сорвавшись с с места, чуть не снеся ширму, побежал из посещения. Лаура и Джордж остались наедине. Юноша долго смотрел на пьющую горячий шоколад больную своими голубыми глазами. После он сказал: — Лаура, что ты задумала? Девушка вопросительно посмотрела на своего друга и невинным голоском спросила: — Что ты имеешь в виду? Тишину нарушил резкий скрип двери, в палату влетела Эвелина с запыхавшимся Фредом. — Мерлин, это не девочка, а черт какой-то! Слишком быстро бегает… — Лаура! Эви кинулась к своей подруге-«спасительнице». На ее лице было написано отчаяние с ноткой тревоги. — Что произошло?! — Эви почти кричала. — Тш-ш-ш-ш, милая Эви, все потом, со мной все хорошо. Тебе срочное задание. Помнишь как я первый раз пришла после отработки Амбридж? — Помню. — Отлично, а теперь попытайся вспомнить, как выглядел флакончик, из которого я что-то отпила, а потом моя рука исцелилась. Девочка напрягла все воспоминания, она нахмурилась и закрыла глаза. — Да, вспомнила!!! — Молодчина, а теперь беги и принеси мне, пожалуйста, этот флакончик. — Я мигом! — и Эвелина исчезла, будто ее и не было здесь, у постели. Через пару минут Кэмпбелл прибежала с заветным пузырёчком. Лаура вновь отпила из него, знакомое чувство прохлады приятным ручейком полилось внутри. Девушка закрыла глаза, и вместо пижамы на ней оказалась школьная форма. Она без проблем встала, но была все равно слаба — ее немного шатало. Оставив мадам Помфри в некотором изумлении, она почти уверенно направилась к выходу, а за ней поспешили и Эви, и близнецы. В какой-то момент по пути к кабинету Дамблдора Лаура чуть не упала, но ее вовремя подхватил Джордж. (Хорошо, что в это время все ещё шли уроки) Четверка ребят подошла к горгулье, и та, просто взглянув на бледную, как смерть предводительницу шествия, ее пропустила с близнецами — Эви пришлось возвращаться на урок. Лаура, Фред и Джордж поднялись по винтовой лестнице и оказались в кабинете директора. Перед ним предстала картина маслом — четверо слизеринцев стоят посередине комнаты, по бокам деканы Слизерина и Гриффиндора, а директор грозно смотрит на учеников. — Извините за опоздание, профессор. Все головы синхронно повернулись. На лицах было написано удивление, ужас, одобрение. — Мисс Лаура, рад вас видеть вновь здоровой, — Дамблдор торжествующе улыбнулся. — Спасибо, профессор. Лаура твёрдо стояла у двери, рядом с ней были близнецы. Тишину нарушила МакГонагалл: — Мисс Лаура, можете рассказать, что произошло с вами за сегодня? Мистер Малфой, мисс Гринграсс, мистер Гойл и мистер Крэбб уже дали свои показания, мистер Фред Уизли и мистер Джордж Уизли тоже. — Хорошо, сегодня, в 6 часов утра я вышла на свою традиционную утреннюю прогулку по Хогвартсу. Завернув за угол одного из коридоров 3 этажа, кто-то грубо заткнул мне рот, пустил в меня «Остолбеней» и «Силенцио», после этого я потеряла сознание. Я очнулась в темной и сырой комнате с завязанными руками и ногами и с компом во рту. После вошли четверо в капюшонах — оказалось, это Малфой, Гринграсс, Крэбб и Гойл. Малфой запустил в меня «Сектумсемпра» под восторженные реплики Гринграсс. Я не могу точно сказать, сколько меня мучали. По плану, услышанному от Малфоя, после я должна была быть изнасилована Крэббом и Гойлом. После нескольких мгновений я потеряла сознание и очнулась уже в больничном крыле. Дамблдор и МакГонагалл сдвинули брови, мистер Снейп вопросительно-гневно посмотрел на учеников факультета, деканом которого он является. После недолгого молчания Мастер Зелий спросил: — Это правда, мистер Малфой? Блондин молча уставился в пол. Лаура на секунду закрыла глаза и принялась изучать его магическую ауру — она обнаружила, что она и вправду сильна, но (Мерлин, что за…?) цвет ее был темно-зелёным с серыми пятнами. Малфой злился от бессилия. Девушке известно, что Снейп — крестный этого подонка, поэтому последний не хотел врать первому, но, естественно, он был слишком горд, чтобы сказать правду, тем самым унизиться перед какой-то-грязнокровкой-куском мяса-который-заслуживает-только-мучений. Из транса вернула гневная реплика декана Слизерина: — Что же, я очень разочарован в вас. Даже разгневан на вас. Вы страшно запятнали честь вашего факультета, опустившись до таких грязных и подлых наказаний. Профессор Дамблдор, профессор МакГонагалл, с вашего разрешения я сам выдвину приговор этим четырём ученикам, — Снейп взял паузу и продолжил, — Я забираю все очки со Слизерина. Гринграсс в ужасе подняла взгляд на профессора и ахнула, Малфой, Крэбб и Гойл в шоке уставились на своего любимого учителя. МакГонагалл и Дамблдор одобрительно кивнули головой. — С вашего позволения я также добавлю 100 очков Гриффиндору за поступок учеников этого факультета. МакГонагалл торжествующе улыбнулась. Подумать только, сам декан Слизерина, который терпеть не может гриффиндорцев, начислил им немаленькое количество очков, да ещё и «обчистил» свой факультет. Близнецы усмехнулись, Лаура наслаждалась взлетом своих друзей. — Извините, профессор Дамблдор, профессор МакГонагалл и профессор Снейп, Лаура еще слаба, она не может долго находиться не в постели, — не видя, кто положил руку ей на плечо, Лаура поняла, что это Джордж. — Да, конечно, до свидания, мистер Уизли и мистер Уизли. Мисс Лаура, выздоравливайте скорее, — директор мягко улыбнулся. Тройка ребят вышла из кабинета Дамблдора. В коридоре было ещё пусто — урок ещё не закончился. Девушка вспомнила, что забыла поблагодарить близнецов — если бы не они, она до сих пор лежала бы в той сырой комнате вся окровавленная, а после и изнасилованная. Пока никто не видит, Лаура схватила ребят за галстуки и притянула их головы на свой уровень (Фред и Джордж были выше её на голову), и поочерёдно легко чмокнула их в щеку. — Воу, прямо одновременно? — с улыбкой-усмешкой сказал довольный, как кот, Фред. Лаура заметила, что Фред немного более «озорной», чем Джордж. — Видимо, да, братишка, — Джордж отзеркалил выражение своего брата. После поцелуя последовал звонкий шлепок подзатыльников, которые девушка победоносно отвесила обоим друзьям. — Ай! — Лаура, чтоб тебя…! И со звонким смехом девушка «побежала» к себе, слыша, как ее «пытаются догнать» ребята. Так и началась ее крепкая и вечная дружба с близнецами Уизли.