Города меняющие жизнь

Весь день был, как на иголках! Мы опаздывали везде, где только можно и нельзя! Вот даже сейчас, до концерта пару минут, а я стою у зеркала пытаясь привести свой макияж в божеский вид, после жаркой репетиции, а Андрей у меня за спиной пытается разобраться со своим ремнем, в котором он кажется окончательно запутался. -Сашуль, кинь мне, пожалуйста, рубашку, — пробегаю глазами по стоящему рядом дивану и быстро находя нужный предмет, кидаю ему прямо в руки. -Спасибо родная, — улыбаюсь, смотря на него через зеркало, до сих пор не могу поверить, что этот мужчина мой! Ущипните меня, кто-нибудь! Разве так бывает, чтобы полностью взаимно? До дрожи во всем теле! Разве можно так любить? Чтобы сердце выпрыгивало из груди, чтобы шум в ушах от одном упоминании его имени? Так, что хочется улыбаться, держать его за руку, касаться его каждую секунду, тонуть в нем! Смотреть не сводя глаз, чтобы перехватывало дыхание от его улыбки. Чувствовать его поддержку даже когда он не рядом, невыносимо скучать, когда он вышел за кофе на пять минут. Сгорать от его легкого касания, от его нежных рук. Мне кажется я раньше не любила вовсе! -Андрюш, — разворачиваюсь к нему лицом, облокачиваясь на столик перед зеркалом. -Да, солнце, — продолжает капаться в своем ремне, не смотря на меня. Нервничает, торопится. -Я тебя люблю, — легкие свело, сердце кажется забыло, что ему нужно биться, откуда во мне столько смелости и уверенности? Смотрю, как замер, медленно поднимая на меня взгляд, не могу сдержать улыбку от его счастливых глаз. Кажется, слышу, как бешено бьется его сердце, или это мое вспомнило, что надо работать. В два шага преодолевает расстояние между нами, впиваясь в мои губы. Чувствую его теплые ладошки на своих щеках, продолжаю улыбаться сквозь поцелуй, под руками бьется его сердце, так же бешено, как и мое, ловя один ритм. По телу проходит волна жара, сосредотачиваясь где-то внизу живота, в затуманенную голову быстро приходит осознание того, что надо остановиться прямо сейчас иначе будет поздно. С трудом, но разрываю поцелуй, легонько надавив ему на грудь, слышу, как разочарованно вздыхает мне в макушку. — Я понял, не сейчас, — снова улыбаюсь, поднимая на него голову. — Ты же у меня терпеливый, — прижимаюсь чуть ближе, обнимаю и растворяюсь от тепла. -Конечно, тебя же терпеливо добился. Давай переодевайся, я отвернусь, — целует в лоб и отходит от меня, видимо на безопасное расстояние, не поворачиваясь. Не успела заменить быстро футболку с джинсами на свой любимый комбинезон, решила сегодня без пиджака, как в дверь постучав зашел Шабаров. И когда он начал стучать? -Так две минуты ребята, народ уже в зале, музыкантов отправил на сцену. Саша придется через улицу, у них другого входа нет. -Хорошо, иду, — хватаю тушь чтобы быстро подкрасить то, что растеклось, дверь закрывается, а на мои плечи опускается тяжелая куртка, по запаху сразу понимаю, что его. -Чтобы не вздумала выходить раздетая, запахни ее хорошо и не несись, не хватало еще упасть там, — родные руки обнимают за талию, а я утопаю то ли в его куртке, то ли в любви к этому человеку, смотрим друг другу в глаза через зеркало, как многое можно сказать одним взглядом. -Хорошо родной. До встречи через минутку? — разворачиваюсь к нему лицом. -До встречи через минутку, — натягивает мне на голову капюшон от своей куртки, попутно оставляя поцелуй на губах и подталкивая к выходу, по пути подхватывает микрофон и выходит следом. Провожаю его взглядом, не в силах пошевелиться, пока он не скрывается из виду и до меня не доносится визг зала и его голос. Вспоминаю, что время не ждет и мне надо обойти еще пол здания до другого входа. Быстро направляюсь к Шабарову и хватаю его за руку у самого выхода на улицу. -Держи меня крепче, если я упаду он нас убьет, — последнее, что вижу перед тем, как вытащить нас на улицу, его загадочную улыбку. Что вы знаете о волнении? Микрофон в руках трясется, последние секунды на то чтобы взять в руки не себя, так хотя бы голос, чтобы он перестал дрожать. Андрей аккуратно берет меня за талию и выводит с другой стороны зала, ощущение, что забыла все слова на свете, быстро нахожу его глаза на сцене, цепляюсь за них, как за спасательный круг, делаю глубокий вдох, воздух наконец то доходит до легких. Смотрю на него не сводя глаз, легонько кивает, давай понять, что все хорошо, он рядом. Саша, что с тобой сегодня?! Ты же никогда, так не тряслась, хочется заплакать, беру в свои руки последнюю крупицу самообладания и подношу микрофон к губам начиная петь, по-прежнему не сводя глаза с единственного кто сейчас волнует. Зависимая! Чем ближе приближаюсь к сцене, тем яснее вижу его волнение, нет не за концерт, за меня! Читает меня, как открытую книгу, хватает крепко за руку, легко поднимая на сцену и прижимает к себе. -Все хорошо, я рядом, просто держи меня за руку, — шепчет, так, что слышу только я. Крепко сжимаю его руку, тут же получаю отдачу, тепло и спокойствие волной мурашек проходит по всем клеткам, заставляя мгновенно расслабиться. Появляются силы улыбаться. Вихрь тут же закрутился, он не выпускал меня из виду, отходя максимум на пару метров и то не на долго, не сводил взгляд, его рука постоянно была на мне, располагаясь по-хозяйски, на моей талии. Я ушла в полный кураж, музыка поглотила с головой, эмоции лились через край, рядом с ним, я была живая, настоящая, безбашенная. Ловила, как периодически от моих действий он улыбался и качал головой, а я просто ловила этот истинный кайф и была счастлива, здесь и сейчас, со всеми этими ребятами, с фанатами, с ним. Но хватило меня ровно на две песни, к концу третьей, я почувствовала, как в ушах звенит и все превращается в вакуум, ноги плавно становятся ватными, отказываясь меня держать. Стараюсь удержаться взглядом хоть на чем то, чтобы привести сознание в норму, взгляд проходится по Андрею, который стоит спиной ко мне, забирая у кого-то подарок, за всей толпой в конце зала, нахожу второго Андрея, понимаю, что он смотрит на меня с волнением, значит выгляжу я даже из далека, очень не очень. Зрение начинает подводить, пытаюсь не выронить микрофон, крепко сжимая его пальцами. Закрываю глаза от писка в ушах. Его руки, как нельзя вовремя выхватывают у меня микрофон и прижимают к себе, разворачивая от толпы в другую сторону, закрывая собой. Фанаты рады, такой картине, а я просто рада, что он рядом. -Саша, ты белая, как лист, — шум потихоньку утихает. -Голова закружилась, я сейчас, — зажмуриваю глаза, пытаясь дотянуться до микрофона в его руке, понимая, что проигрыш заканчивается и надо допеть. Убирает мой микрофон за спину и допевает мои последние строчки сам, аккуратно придерживая меня, песня заканчивается, а я, как-будто где-то далеко. Вижу затуманенным взглядом, как к нам подходит Шабаров. -Берем перерыв, она просто сейчас отключится, — голос у Андрюши резко пропитывается волнением. Не помню, что было дальше, как дошла до гримерки, как все собрались вокруг, приходить стала в себя, лишь когда Андрей легонько коснулся моих щек мокрыми руками. -Скажи мне, пожалуйста, что ты сегодня ела? — Андрей сидит передо мной на корточках, вижу его взгляд полный боли вперемешку со злостью, слева от нас стоит Андрей Шабаров с Машей, с другой стороны видимо сотрудница клуба. -Ничего, сам же знаешь, что спрашиваешь? Ты так же ничего не ел, — шумно вдыхает воздух носом, опуская голову вниз. -Я ел! Тебе сказал, когда приехали съешь, что нибудь! — повышает на меня голос, а мне приятно. Мазохистка, Каштанова! -Не кричи, пожалуйста, — голова немного побаливает и в нее, как будто наложили камней. -Не кричи на нее, — поднимается на ноги, а я лишь слежу за его движениями -Мне от волнения кусок в горло не лезет, — пытаюсь, как-то унять его злость, кажется получается плохо. Стоит молча сверлит меня своим прекрасным злым взглядом. -Бери и ешь, сейчас! -Андрей, люди ждут, — перевожу взгляд на Машу, выразившую здравую мысль. -Да и мне легче уже, — ловлю момент пытаясь встать с дивана. -Только попробуй! — даже не пытаюсь пробовать, прижимаюсь обратно. -Андрей, что сказать людям? — Маша рисковая. -Не знаю выйди, анекдоты им расскажи, басни, песни спой сама, что хочешь делай! Я ее из этой комнаты в таком состоянии не выпущу! А ты живо взяла еду и съела, не съешь я сяду и буду кормить из ложки! — почему мне хочется улыбаться, но я лишь киваю головой, как болванчик под его взглядом. -А если меня тошнить потом будет? — кажется я набралась смелости у Маши, но я же его люблю, что он мне сделает. -Выдам тебе гигиенический пакет! Ешь давай, я сейчас приду, — злой черт, но целует в лоб перед тем, как уйти, а я сижу, как завороженная улыбаюсь. Мой прекрасный злой черт. Поесть все-таки пришлось, причем довольно быстро, так, как в зале ждали люди продолжения концерта и не понимали, что происходит. Оставили меня одну, но я упорно жевала, а то еще попадет. Организм принял еду, как эликсир жизни, стало намного легче. Голова еще побаливала, но чувствовала я себя прекрасно, слабость ушла. -Ты как? — в комнату заглянул Шабаров, я уже рылась в одежде. -Все хорошо, уже бегу, ты чего так улыбаешься? — от его улыбки даже мне захотелось улыбаться. -Да, Андрюха там, сказал, что ты в нарядах немного запуталась, надо подождать и реально анекдоты травит. Даже думаю не продолжать концерт. -Не издевайся, позови его лучше, — я сама уже еле сдерживала смех представив, что сейчас происходит на сцене. Быстро вытащив платье, заранее приготовленное для концерта, я натянула его на себя, без какой-либо задней мысли, просто очень оно понравилось. Платье черное с вставками сетки в цвет платья по бокам. Оно идеально облегало фигуру, подчеркивая каждый изгиб тела, длина доходила до середины бедра, позволяя открыть ноги. И когда я решилась на такие откровения? Дверь скрипнула, впуская небольшой сквозняк и закрылась с грохотом. -Андрей, застегни, пожалуйста, — разворачиваюсь к нему спиной, не вижу его взгляда, слышу лишь медленные шаги, касается моей спины теплыми пальцами, потянув замок вверх, влажные губы коснулись моего открытого плеча. Прикрываю глаза, его тяжелое дыхание обжигает шею, рука плавно скользит вдоль тела, зацепляя край платья и приподнимая его вверх. Чувствую его горячую руку на внутренней стороне бедра, зажимаю ее ногами, не давай двинуться дальше. Его горячие губы на шее, вперемешку с тяжелым дыханием, кажется рушат мое сознание. -Может выгоним всех, — его тихий хриплый шепот, в самое ухо, тут же получает отклик моего тела, ноги предательски подкашиваются. -Андрей, пожалуйста, — сама не узнаю свой голос. -А если я не послушаю? — теряю хватку пропуская его ладонь чуть выше, прикусывает мочку уха, растворяя весь мой разум, из груди вырывает тихий стон. -Люди ждут, надо идти, — вдыхаю полные легкие, когда он резко отходит. -Я жду тебя, — дверь снова хлопает, хватаюсь за впереди стоящий стол пытаясь прийти в себя. Что он со мной делает?! Всю вторую половину концерта он пытался сводить меня с ума и чем больше времени проходило, тем все заходило дальше и дальше. Его руки делали, что хотели, я смотрела на его затуманенный взгляд и понимала, что виновата во всем я. Я просто танцевала, пела, наслаждалась, ловила одну волну с фанатами, периодически поглядывала на него. Андрей же глотал слова песен, периодически поворачивался ко всем спиной, чтобы перевести дыхание, зажмуривался держался из последних сил, стиснув зубы. Когда после Сансары погас свет и все просили на бис, меня просто стащили со сцены, я не успела даже пискнуть, как была прижата к холодной стене в первом повороте, его руки тут же жадно пробрались мне под платье, располагаясь на талии. -Андрей, что ты творишь? — мысли терялись, между продолжай и остановись. -Ты первая начала, поэтому просто молчи, — так жадно и нагло меня еще не затыкали поцелуем. Нащупываю у себя за спиной дверь, дергая за ручку впускаю нас в гримерку, резко разрывая поцелуй и отходя от него на расстояние. Ну играть, так играть милый! Провожу пальцами по своей шеи, смотря ему в глаза, совершенно не осознавая, что делаю. Одурманенная запахом его духов, его пристальным взглядом, желанием своего тела, медленно очерчиваю контур ключиц, ноготками подцепляю толстые бретельки платья и неторопливо спускаю их по плечам. Он, не отрывая от меня взгляда, проходит к дивану беря по пути стакан с водой, выпивает ее залпом и откидывается на мягкую спинку дивана. Завожу руку за спину, дотягиваюсь до молнии и тяну замочек вниз, ладонью другой руки приподнимая юбку. Еще выше, оголяя бедро, слышу, как звучно выдохнул, до скрипа стекла сжимая стакан. Его реакция лишь сильнее распалила. Чувствую, как тело снова предательски жаждет ощутить прикосновение его рук, как низ живота сводит приятной болью, а грудь сжимает тисками от недостатка кислорода, который вмиг прогорел в маленьком помещении. Разум заволокло серой дымкой, словно после сильного наркотика. Андрей держался лишь секунду, а затем подорвавшись с дивана с жаром прильнул с поцелуем, сминая мягкие губы своими, рывком прижимая к себе за талию. Я обвила его шею руками, наслаждаясь теплом тела, прижимаясь к нему отчаянно сильно, позволяя его горячему языку проникнуть в рот. Задыхалась, не в силах оторваться ни на мгновение. Пламя страсти опускалось от сердца до кончиков пальцев, приятной болью прожигая низ живота. Его руки опустились к бедрам, с силой сдавили, вжимая в свое тело так, что я почувствовала все его желание через ткань штанов. Он беспрепятственно скользнул рукой под плотную ткань платья, сминая его и приподнимая к талии. Я тихо простонала ему в губы, чувствуя, что от перевозбуждения дрожат колени. Губами опустился к шее, языком исследуя её изгибы, заставляя запрокинуть голову. Нервы било током от каждого его голодного поцелуя, дрожащие пальцы скользили по его пылающей груди, расстёгивая рубашку и опускаясь все ниже. Резко толкнул меня вперед, удерживая от падения в своих крепких объятиях. Не разрывая безудержного поцелуя, подхватил на руки, я лишь обвила его талию ногами, чувствуя, как новая волна желания накрыла с головой из-за давления в самой чувствительной точке. Скинул со стола весь ненужный в эту минуту хлам, который с грохотом приземлился на пол и разлетелся вдребезги, но нам было плевать. Усадил на стол, я раздвинула ноги, прижимая его к себе, терзая губы страстным поцелуем. Его пальцы скользнули по внутренней стороне бедра, и я вздрогнула от переизбытка ощущений. Слишком остро. Слишком отчетливо. Слишком приятно. Выгнулась навстречу, когда коснулся центра возбуждения через влажные кружевные трусики, надавливая, прикусывая нежную кожу на шее. — О боже, — оставалось только пытаться дышать, впиваясь в его влажные плечи острыми ноготками. Он тяжело выдохнул, усиливая давление пальцев, от чего я окончательно потеряла связь с реальностью. Чувствовала, что близка к развязке уже через несколько его движений. Слишком сильно и долго его ждала. Рвано простонала, жадно хватая ртом раскаленный воздух. Андрей тяжело выдохнул, болезненно сжимая мою шею и впиваясь в припухшие от его натиска губы глубоким влажным поцелуем, резко ввинчивая во влажное лоно сразу два пальца. Мощный фейерверк тысячей огней взорвался в груди, старалась сдержать стоны, прикусывая его нижнюю губу от переизбытка чувств. Большим пальцем надавил на самую чувствительную точку, продолжая свою сладкую пытку массирующими движениями, срывая безудержные стоны с моих губ. За дверью послышались шаги, сквозь затуманенное сознание. — Только не останавливайся, — глухо прошептала, держась за край стола и его широкие плечи, в страхе провалиться в пропасть, утонуть в глубоком океане удовольствия. А он издевательски замедлил темп, мне ничего не оставалось, как жалобно простонать, двигаясь бедрами навстречу. Его шепот на ухо, даже не пыталась разобрать, продолжал дразнящими движениями, не позволяя дойти до конца. Сгорая от зверской необходимости ощутить его в себе. Полностью. Проникая пальцами глубже, касаясь самых чувствительных точек, сводя с ума. Прогнулась в спине и протяжно простонала, до крови царапая его спину под рубашкой, чувствуя, как пульсируют мышцы в долгожданном освобождении. Тело пронзило неописуемым удовольствием, рассыпаясь миллиардом звезд по венам. Лишь мелко дрожала, сдавливая его талию коленями, смотря ему прямо в глаза, черные, как ночь, от желания. Довольно улыбнулась и потянулась к ремню на его штанах. — Помнишь, что я тебя люблю? — прошептал мне в губы, увлекая в страстный, чувственный поцелуй. Быстро стянул свободные брюки, вместе с бельем и рывком придвинул к себе ближе, болезненно сжимая оголенное бедро. Нетерпеливо разорвал небольшой разрез в области декольте, освобождая себе доступ к груди, сдавливая бутон соска пальцами через полупрозрачную ткань бюстгальтера. С низом справилась сама. Платье было задрано повыше, телом к телу, от чего на мгновение потухшая искорка возбуждения вспыхнула с новой силой, грозя разгореться в смертоносный пожар. — Я так хочу тебя, — бессвязно прошептала, прижимаясь к его влажному лбу своим, путаясь в мягких волнах волос пальцами, чувствуя, как он скользнул внутрь, посылая высоковольтный разряд по венам. Резко толкнулся вперед, проникая на всю длину. Замер, тяжело дыша, а затем мягко приподнял мою голову, заставляя взглянуть ему прямо в глаза. Его глаза пылали неподдельной страстью. Не в силах больше вытерпеть его взгляд, прервала его поцелуем, чуть более нежным и трепетным, и он прижал меня к себе. Сама поддалась бедрами вперед, безмолвно позволяя ему продолжить. Он медленно толкнулся внутри, соприкасаясь с моим лбом своим, и я почувствовала, неизведанное раньше приятное ощущение. Закрыла глаза, невесомо касаясь его нижней губы своими, слыша, как глубоко и рвано он дышит. Темп ускорялся, ловя в поцелуи каждый стон, целуя шею, лаская грудь. — Ты сумасшедшая, — прорычал, резко проникая до основания, заставляя окунуться в водоворот нового удовольствия. Я лишь тихо рассмеялась и простонала, впиваясь ногтями, задыхаясь от нарастающего удовольствия. Цепляясь за края стола до побелевших костяшек. Ритм стал бешенным, он властно сжимал мою шею, кусая губы, целуя глубоко и жадно. Тело реагировало на каждую ласку, на каждый болезненный укус в шею, и я выгибалась ему навстречу, желая почувствовать еще больше, желая раствориться в этом наслаждении. Андрей на секунду остановился, подхватил меня на руки, и я лишь доверчиво прижалась к нему, смыкая ноги на пояснице, сразу находя его влажные губы. Он мягко опустил меня на диван, стянул порванное платье, ладонью прорисовывая горячую дорожку от груди, опускаясь ниже, к самой чувствительной точке. Я притянула его к себе, скрещивая ноги на его влажной спине, оставляя красные длинные полосы на шее. Он отстранился, а затем резко толкнулся вперед, круговыми движениями пальцев лаская набухший от перевозбуждения центр. Несколько рваных движений в сумасшедшем темпе, несколько поцелуев, и я почувствовала, что волна вот-вот накроет. Прогнулась в спине, запрокидывая голову на подушке, не в силах сдержать громкий стон. Андрей переплел наши пальцы, вдавливая руки в спинку дивана у изголовья. Еще один глубокий толчок, и внутри взорвалась бомба, наполняя сладким удовольствием. Он грубо сжал бедра, последний раз проникая резко, приятно, на грани с болью, а затем громко выдохнул. Присел на колени рядом с диваном, и я ощутила неприятное холодное покалывание на коже, где еще секунду назад были его горячие руки, подарившие огромное наслаждение. Закрыла глаза, неосознанно улыбаясь и чувствуя такую долгожданную свободу, спокойную расслабленность. Смотря на его влюбленный и счастливый взгляд, мы еще подарим друг другу столько эмоций.