Новая, совершенно обычная школа для Митаке

Новое утро. Не стоит делать вид, что все нормально. Ведь это не так. Обычная рутина школьных будней напрочь отбивает желание сидеть дома в одиночестве, а желание остаться с хорошей репутацией для учителей еще больше. Это неприятное одиночество и горькое сожаление могут поглотить тебя без конца так, что ты забудешь обо всем, и думать будешь только о том, насколько ты жалок. Вытри слезы, что сопровождали твой вечер и ночь, приведи себя в порядок и иди на учебу, где тебя, возможно, никто не будет обижать. Там о тебе мало, кто вспомнит, и мало, кто забудет. Новый день, новый я. Говорил кто-то, чья жизнь кардинально отличалась от жизни Митаке. Ее же новый день всегда проходил со старой собой. Сегодня она не видела ни Рин, ни Аки, ни Кавами с его гриппом. Она была совершенно одна, когда вокруг сотни злобных и нахмуренных лиц. В полдень девушка вышла из кабинета, зная о большой перемене, направилась в туалет. Нельзя сказать, сколько она там просидела. Девушка сидела в предпоследней кабинке и смотрела на потолок, пока думала об своих неприятных знакомых и нескольких хороших. Митаке услышала странные звуки, походящие на бульканья, и вышла из кабинки, чтобы посмотреть, что происходит по соседству. Она немного приоткрыла соседнюю кабинку, и ее настиг самый настоящий ужас. Перед ней сидел Кин, опустив голову на колени, немного придерживая ее руками. Кажется, по его лицу струились слезы, но они принимали неприятный и грязный цвет жженого сахара. Над ним было что-то огромное и мерзкое, полное рук и странных атрофированных частей тела. Они сгрузились над его худощавым телом, тянули его в разные стороны за волосы, шептали ему что-то невнятное на ухо. Если раньше оно лишь было большой липкой тенью над ним, сейчас же становилось осязаемым и могло управлять им. «Он сам начал все это, сам заварил эту кашу, пусть сам все это и разгребает» - вспомнила Митаке слова Аки. Но сейчас его брат, безусловно, не сможет выбраться. Девушка поняла, что сейчас вокруг него один большой отравленный, что никак не отпустит его. Митаке и дальше могла смотреть на существо и потерянного человека, если бы глаза создания вокруг Кина не устремились на нее. Существо потянуло свои склизкие и длинные руки-лапы к ней, но девушка быстро выбежала из туалета, захлопнула дверь, и прижалась к ней всем телом, чтобы не дать выйти этому созданию. В ее голове сейчас боролись несколько сильных мыслей. Первая – страх перед отравленным, что может убить или еще хуже, превратить в подобного. Вторая – шок от количества, произошедшего за всего один день, от одинокой печали, до ужасного вида. Третья – чувство смелости и готовности спасти его, но от незнания, как и зачем это мысль быстро терялась в панике и непонимании. А тем временем на дверь изнутри все сильнее давили, и еще через несколько секунд девушка бы не смогла держаться и упала бы на землю. Но Митаке приняла резкое решение и сама отошла от двери, дав ее выбить. Ее сердце билось быстро, и вены пульсировали от страха и нервов. Адреналин в крови сделал свое дело, и она была готова на все, но только сейчас. Девушка бросилась в сторону отравленного существа, пробираясь сквозь него. Она приняла правильное решение, когда задержала дыхание, ведь в этом мутном существе было невозможно ничего сделать. Ей оставалось пара шагов, и чтобы как можно быстрее пройти их она сделала прыжок и добралась до Кина в долю секунды. Митаке резко схватила парня за плечи, заставив выйти из своеобразного транса, и тряхнула его, настолько сильно, насколько получилось. - Я же сказала выбираться отсюда! – крикнула она сквозь вакуум и поняла, что дышать ей больше нечем. В глазах начало стремительно темнеть, и на ногах держаться не было сил. Неосознанно она упала, и осталась лежать там на большой промежуток времени. В глазах долго было темно. А потом появилась струя света, и постепенно заполнила все, что находилось вокруг. В ушах заиграл белый шум, становясь все громче и громче. Девушка закрыла глаза, чтобы как-то избежать резкого света и звука, а когда открыла, увидела перед собой фигуру человека. Она сразу узнала его. Это был Кин. Но немного иной Кин, не совсем тот, которого пришлось ей узнать. Он смотрел вверх, а не на пол, его глаза не перекрывали спутанные волосы, и казалось, не только он стал чище от этого ужаса, но и его разум. Он обернулся. Его взгляд задержался на девушке и одними губами он произнес: «Спасибо». Но в этот же момент все закончилось, свет пропал и Кин тоже. Не осталось ничего, кроме темноты и нагнетающей тишины. А потом холодные руки, что тянутся к твоему лицу, к носу подносят отвратительно пахнущий нашатырь, и ты просыпаешься. Темно.