Новая, совершенно обычная школа для Митаке

- Просыпайся, скорее! – громко говорит женщина в белом. Ее волосы были собраны назад и слабо покрылись сединой, а лицо изрисовали старческие морщины. – Ну вот, так-то лучше. – Улыбнулась она, когда убедилась, что девушка в сознании. У Митаке жутко болела голова, вокруг все плыло, и свет едко попадал в глаза, заставляя жмурится. После принятия нескольких таблеток медсестра отпустила девушку, и та направилась домой. Там ее ждала недовольная мать, и только возвратившийся отец, непонимающий в ситуации ничего. Девушка отправилась в душ, горячая вода сильным напором летела навстречу полу. Она, было, хотела отдохнуть и ни о чем не думать, но посмотрела на свои ноги и плечи. По ним неравномерно расположились темные пятна, похожие на синяки, кожа в некоторых местах багровела и напоминала ожог. Но поняла она самое важное не сразу. Так выглядит кожа новых обреченных. Девушка опоздала. Теперь ее счет идет на часы, и она в любой момент может потерять свое сознание и стать пугающим немым существом. Митаке скатилась по стенке душа и села, обняв колени села на холодную плитку. Она думала. Думала, что больше не увидит своего лучшего друга Кавами, и они больше никогда не сходят вместе в кино. Думала, что никогда не заговорит с веселой Рин, всегда жизнерадостным Изао, начитанным Масаши и…Аки. Она не знала, что чувствует по отношению к нему. Это был просто красивый, умный и очень приятный человек, которого не хотелось лишиться. Возможно, иногда она боялась прийти в школу, и не увидеть его силуэт. На полу в коридоре, за зданием, рядом со злым охранником, в каком-то кабинете.   Но с ней ничего не случилось. Пятна болели, и пришлось их забинтовать, чтобы не привлекать внимания. Несмотря на все следующим утром девушка все равно пошла в академию, зная, что возможно уже не вернется. Поднимаясь по лестнице, она смотрела на слоняющихся из угла в угол мутантов, что смотрели то в сторону, то пустоту. Вот, она уже на четвертом этаже, где обычно пересекается или со своими одноклассниками, или с компанией, в которой были Рин и Аки. Но сегодня все было немного по-другому.  По пути она никого не встретила, а когда прошла к окну увидела странную картину. Перед ней был отравленный, но совсем не обычный. Он бился головой о стену и кричал. Но его крик не был похож на животный рев безмозглого мутанта, а на полный боли и мучений голос человека. Сколько она не силилась, но подойти к нему не осмелилась. По мере приближения к кабинету она замечала все больше подобных странных обреченных, но старалась не смотреть на них, а просто идти вперед. Но со спины ее коснулась чья-то рука. Митаке обернулась и увидела Аки. Аки, у которого длинные и непослушные волосы, бледная кожа и светлые глаза. Он улыбался. По-настоящему улыбался. Не так, когда рассказывал шутку, основанную на черном юморе. Не так, когда едко высказывался о ком-то. Не так, когда истерически смеялся, чтобы прикрыть свой страх. Такой улыбки у него она не видела. - Спасибо, - с той же улыбкой сказал он, смотря на девушку. – Ты многое сделала ради меня и неслабо пострадала, теперь мне нужно помочь тебе. – Закончил он, и резко взял девушку за руку. Она почувствовала что-то странное. Как будто в помещение резко подул ветер и унес всю ее боль. Позже он все объяснил. Вчера ночью Кин вернулся домой. Он ничего особенного не сказал, просто пришел и передал спасибо. А потом через боль, но отравленные начали возвращать себе человеческий вид и разум. Все, кто заболел, были не просто больны. Они, похоже, тоже начинали становиться подобными обреченным, но сейчас идут на поправку. *** Солнце ярко светит и отражается в каждой поверхности. Деревья – зеленые, как никогда, а облака плавно уходят за горизонт. Слабый теплый ветер колышет ветви клена и вишни. Вот и лето. Кажется, совсем уж давно был тот ужас, в котором им пришлось жить и боятся. Но прошло всего два года. Компания из семи человек в легких футболках гуляет по городу, смеясь и болтая о чем-то. Группа была счастливой. По-настоящему счастливой. - И представьте, я бегу на всех порах в закрывающийся магазин под грозу, у меня остается всего одна минута и! ... меня не пускают, потому что с меня капает вода, - со смехом и энтузиазмом рассказывает Рин. Ее волосы заметно отросли, и теперь она ходит с длинными косами до колен. - Ох, со мной тоже так было, вот только мне нужно было на консультацию к врачу. Без бахил и маски меня не впустили, хотя я умирал с простудой и просто хотел узнать, какие лекарства принимать. – Подхватил Аки. Он улыбался также по-настоящему, как тогда. - Я уверена, что никого из вас не выпроваживали из кафе…из-за куртки! – Продолжила тему Митаке. Сейчас она была куда спокойней, чем раньше и веселее, возможно, потому что держала за руку одного человека. Они говорили не переставая, пока, наконец, не дошли до нужного места. Это был тихий сквер с огромным количеством лавочек, но главное неустанной и нетронутой тишины. Там они присели за стол, открыли корзинку с чаем и кружками, упаковку моти. Настало время произнести речь. Аки поднялся на ноги, взял в руку полную цветастую кружку и начал: - Итак, вот уже на носу у нас конец года. Все мы молодцы, ведь дожили до этого момента. Ну, почти все. – Ухмыльнулся он, заставив брата зло фыркнуть. – Знаю, Кин, ты тоже очень рад. Всем большое спасибо, что помогали друг другу, когда было сложно. – Он улыбнулся и посмотрел на всех. Кин, Масаши, Изао, Рин, Кавами и… Митаке, все еще тут, чтобы снова поддержать. – Я закончил, всем спасибо, чур, мне моти с карамелью. На этом речь закончилась и с чувством выполненного долга он снова сел. Рядом была она, чтобы, как и всегда сказать: «Это было круто» и уткнуться носом в плечо. А он как и всегда ответит: «Только благодаря тебе». Моти были вкусными, дорога домой была спокойной, а облака похожими на огромные фрегаты и миловидных овец. Впереди стояло множество проблем: расставание родителей, будущий выбор университета, очередное бесконечное лето. Но они справятся. Безусловно, справятся. И им не понадобятся никакие духи, сигареты или нервные срывы.