Икар

[POV Данте] У меня было слишком сильное похмелье, чтобы позволить телефону трезвонить больше одного раза. Выдернув трубку из подставки, я наблюдал, как она приземлилась рядом с моим лицом на стол. — Да? — Мой голос был хриплым. Хоть мне и нужны были деньги, я надеялся, что это не работа. Для работы еще слишком рано. Я взглянул на часы, чтобы удостовериться в этом, но обнаружил, что уже гораздо позже 16 часов. — Ты всегда так отвечаешь на телефонные звонки клиентов? — Сухой тон Вергилия отозвался с другого конца линии. — Неудивительно, что у тебя никогда нет денег. — Знаешь, в отличие от некоторых, я должен сам оплачивать свои счета, — сев, я стер последние следы беспорядка со своего лица и засунул телефон между ухом и плечом. Я почти слышал, как он скрипит зубами в трубке. — Так в чем дело, Верг? Или ты просто нервничаешь из-за того, что уже несколько недель не оскорблял меня? — Ну, ты же знаешь, что я наслаждаюсь твоими страданиями. — Улыбка озарила его голос, и я фыркнул. — Но, похоже, мне нужна услуга. У кафе, где я обычно жду, образовалась невыносимая пробка. Похоже, она тянется на несколько кварталов. — Должно быть, случилась какая-нибудь ужасная авария, — предположил я. — Если ты в кафе, то, должно быть, сегодня пятница. — Среда определенно случилась, но четверг я тоже не помнил. Вергилий выдержал паузу, прежде чем ответить: — Как проницательно с твоей стороны. Я очень надеюсь, что ты трезв. Мне нужно, чтобы ты пошел и забрал Неро. Судя по всему, я опоздаю на час. — Это место находится на другом конце города от меня. Я все равно доберусь туда после пяти. Было бы быстрее просто попросить маму съездить в город и забрать его. И снова Вергилий замолчал, чтобы дать мне понять, что я сказал что-то не так. — Ты идиот, — подтвердил он. Прищурившись, я прокрутил свои мысли по кругу, пока не сосредоточился на проблеме. — Ах да, поездка. — Поскольку мама и папа уехали из страны на свою тридцатую годовщину свадьбы, мне не на кого было переложить ответственность. — Хорошо, — вздохнул я, понимая, что у меня нет выхода. По крайней мере, я могу проскочить между машинами на своем мотоцикле. — Я заберу ребенка, но ты должен мне пиццу. — Очень хорошо, — прорычал он. Пробки были плотными, как и предполагал Вергилий, — тупик, растянувшийся на полдюжины кварталов. Даже машины, объезжавшие худшие из них, умудрялись замедлять движение по альтернативным маршрутам. Что ж, медленно для всех, кроме меня. Я смог пробраться сквозь препятствия, высматривая полицейских. В любой другой день я бы о них не беспокоился. Я знаю город достаточно хорошо, чтобы скрыться от них, но я не смогу забрать ребенка с роем мигалок на хвосте. По крайней мере, я могу с ним увидеться. Ну, я смогу с ним увидеться, как только найду его. Конечно, я опоздал, даже несмотря на всю эту очумелую езду, о которой Вергилию не нужно было знать. К тому времени, когда я приехал, стоянка уже освободилась. В те редкие разы, когда Вергилий позволял мне забрать ребенка, я наблюдал, как все эти задроты из детского оркестра выходили со своими продолговатыми кейсами, но теперь я не видел ждущих детей, даже Неро. Место было пустым. [POV Неро] Двое мужчин стояли на другой стороне улицы. Один из них был ростом с моего отца и выглядел немного знакомо. Они оба продолжали смотреть на меня. — Странно. Я никогда раньше не видел твоего отца опаздывающим, но, думаю, сегодня многих задержали допоздна, — сказал Дрю, скрестив руки на груди и положив футляр с трубой у ног. — Но твой папа странный. Он приходит всегда раньше времени. — Он будет здесь, — отозвался я, снова отводя взгляд от мужчин, смотрящих в мою сторону. Они некоторое время разговаривали, а потом смотрели на меня. Тот, что помоложе, выглядел немного нервным, но высокий продолжал улыбаться. Что-то в них заставляло мою грудную клетку сжиматься. — Тебя не будут ругать из-за того, что ты будешь ждать меня допоздна, правда? — спросил я Дрю. Я надеялся, что нет. Я не хотел оставаться один. — Нет, ей все равно. Возможно, ее даже нет дома. Я могу подождать. Я бы чувствовал себя лучше, если бы мужчины не начали переходить улицу. Младший последовал за высоким. Я хотел убежать, но мне нужно было дождаться папу. Он скоро будет здесь. Если я пойду куда-нибудь прятаться, он не найдет меня. Мне нужно быть на видном месте, чтобы папа смог меня найти. Кроме того, я никого не боюсь. А трясет меня просто потому, что я зол. Глаза Дрю сузились, глядя на мужчин. Когда его рука схватила мою, я подпрыгнул. — Пойдем, — сказал он, потянув меня назад в переулок, в котором он обычно исчезал по дороге домой. — Давай подождем у меня дома. Я никогда раньше не ходил к нему домой. — Но мой отец… — Он найдет нас. Эй, ты знаешь этих парней? — Нет, не думаю. А ты? — Нет. Губы Дрю сжались в тонкую линию, и он сунул свою трубу под мышку и прижал правую руку к груди. Дрю всегда носил длинные рукава и перчатку на правой руке, даже когда на улице было жарко. Однажды я понял почему, когда на нас напали какие-то демоны. Когда сине-зеленый свет засиял у него под рубашкой и между пальцами, я заподозрил, что эти люди тоже были демонами. Я никогда не видел, чтобы кто-то маскировался под человека, кроме дедушки. Но если он мог это делать, то и другие демоны, вероятно, тоже могут, по-настоящему сильные. Однако обычно я чуял демонов по-другому. Как густой дым, я всегда чувствовал их близость. Шаги мужчин эхом отдавались позади нас, и Дрю потянул меня быстрее. К тому времени, как мы выскочили на другом конце переулка, мы уже бежали. Я увидел, что фургон направляется к нам, как раз вовремя, чтобы упереться каблуками, и дернуть Дрю назад. Я думал, что фургон продолжит движение, просто проедет мимо, чтобы мы могли продолжать бежать, но он остановился перед нами. Мой футляр для скрипки треснул о землю, когда сильная рука обхватила меня за талию и прижала какую-то ткань к моему носу и рту. Как бы сильно я ни брыкался и вырывался, я оставался пойманным. Я вдруг почувствовал себя каким-то тяжелым, как будто плыл. — Ты уверен, что надо взять их обоих? — парень за моей спиной вздохнул. — Мы выясним, какой из них нам нужен, позже. Это наш шанс, — ответил высокий. Он схватил Дрю и потащил его к открытому фургону, но рука Дрю продолжала сжимать мою. Я думал, он ее сломает. — Идем, — сказал высокий мужчина тому, кто держал меня. — Они могут держаться вместе, если захотят. Это… Рев эхом раздался в моих ушах, земля дрожала под нами. — Демон? — удивился высокий мужчина, нахмурившись. — У нас нет времени. Кредо, просто положи эту штуку и давай двигаться дальше. Высокий мужчина схватил меня за руку. Дрю посмотрел на меня с другой стороны, его глаза были тяжелыми, а дыхание замедленным. Я, наверное, выглядел так же. Мои глаза хотели оставаться закрытыми каждый раз, когда я моргал. Я больше не мог нормально двигаться, просто катался по полу, как в тот раз, когда Эви слишком много выпила в свой день рождения. — Он поймает их, — пробормотал Дрю, когда его демон появился в моем размытом поле зрения. Мой взгляд был расфокусирован и расплывчат, но я уже видел Тубана раньше. Он похож на дракона: крылья, клыки и все такое. Правда, поменьше, как большая собака. Я был уверен, что блестящая штука, похожая на меч, не шла ни в какое сравнение с драконом, но я услышал пронзительный крик как раз в тот момент, когда Дрю захныкал и стал хватать ртом воздух. Когда мы упали на холодный пол, рука Дрю выскользнула из моей. [POV Данте] Вход в заведение был заперт, внутри никого не было видно. «Блять», — проворчал я. Вергилию надо было прислушаться к моему предложению установить на ребенка чип слежения. В отличие от меня, мой брат был из тех, кто никогда не опаздывает. Неро, возможно, надоело ждать, и он куда-нибудь ушел. Я бы сделал то же самое, когда был ребенком. Черт возьми, да я бы и сейчас это сделал. Однако, как бы парню ни нравилось исследовать мир, он не зашел бы слишком далеко в местность, которую не знал. В последний раз, когда я водил его в центр города посмотреть магазины, мы разделились в толпе не более чем на пять минут. Этого было достаточно, чтобы найти его дрожащим, будто от холода. Широко раскрыв глаза, он вцепился в мой плащ, повторяя, что он ничего не боится. Мне пришлось купить ему крендель и немного мороженого, прежде чем он смог расслабиться. Но я понял. Некоторые воспоминания бывают именно такими сильными. Они могут утопить тебя в одно мгновение. Когда я услышал топот из соседнего переулка, я понял, что ребенок может прятаться. Он наверняка будет настаивать, что просто ждал там, а не прятался. Но парень — худший лжец из всех, кого я когда-либо видел. Когда я бросился вниз по переулку, скребущий звук усилился. Это оказались не кроссовки или маленькие руки; вместо этого я обнаружил когти, пытающиеся зацепиться за бетон. Сияющий бледно-голубой глаз метнулся ко мне, когда я вытащил оружие из-за спины. Кто-то почти выпотрошил демона-рептилию, и он лежал, свернувшись на боку. Из него вырвалось невнятное ворчание и рычание. Его крылья замахали. В таком состоянии он не мог представлять большой опасности. На самом деле, я вообще не думал, что он представляет для меня опасность. Во всяком случае, он пытался заговорить со мной, в его нечеловеческих глазах было отчаяние. — Мне кажется, что мы уже встречались, — сказал я. — Ты… тот демон, который связан с тем другим ребенком, другом Неро. Я не мог вспомнить его имя, хоть убей, но я помнил, что его рука была покрыта чешуей и венами того же бледного света, который пробегал по шкуре демона. Я видел, как зверь раздавил череп другого демона своими массивными клыками, стоя на страже перед Неро и его другом. И я видел, как друг Неро схватился за плечо из-за раны, которую демон получил на своем собственном плече. Эти двое были связаны своей жизнью и своей смертью. — Черт, — сказал я. — Что случилось с твоим ребенком? Глупый вопрос, ведь демон не мог ответить. Он перевел взгляд на ближайшую дорогу и дернул челюстью влево. — Он не мог уйти сам, — понял я. — Что-то забрало его. Демон зарычал, опустив голову в кивке. Его хвост, обвившийся вокруг каких-то черных предметов, тащил их в мою сторону. Когда они царапали по тротуару, я узнал их формы — футляры для инструментов, один для трубы друга и один для скрипки Неро. Холодок пробежал по моим венам, сердце бешено заколотилось, когда я вспомнил, что Неро всегда оставался рядом со своим другом, когда они были вместе. — Неро с ним, — сказал я, и демон кивнул, хотя я заранее знал, что он кивнет. Либо Неро погнался за своим другом, либо что-то достаточно сильное, чтобы победить демона, схватило обоих детей. Я сомневался, что Неро добровольно оставил бы свою скрипку. — Ты привязан к своему ребенку. Ты можешь выследить его, верно? — потребовал я у демона. Как только он кивнул, я бросился обратно к своему мотоциклу. Мама всегда совала мне в руки Звезды жизни всякий раз, когда я навещал ее, и Вергилий не хотел, чтобы его ребенок даже стоял рядом с моим мотоциклом, если у меня не было средств для оказания первой помощи, поэтому я схватил одну из дюжины Звезд жизни из пакета. Я и раньше давал папе Звезды жизни, но никогда другим демонам, никогда таким не похожим на человека. Острые клыки демона сомкнулись так близко к моей руке, что оцарапали ладонь моих перчаток. Когда я отдернул руку, демон возобновил борьбу, пытаясь встать. — Эй, ты должен подождать секунду, — запротестовал я. — Ты просто оставишь свою рану кровоточить, если не позволишь ей зажить. Он фыркнул, как раздраженный бык, тряся головой, освобождаясь от сонливости или моих слов. Мне пришлось отпрыгнуть назад, чтобы он не сбил меня с ног, когда вылетел на улицу. При попытке повернуться его ноги снова выскользнули из-под него, но он снова вскочил и скрылся из виду, прежде чем я успел крикнуть: «Черт! Подожди!» Ни за что на свете я не смог бы угнаться за этим скачущим демоном пешком, поэтому я помчался обратно к своему мотоциклу и рванул за ним. Мы двое, должно быть, были тем еще зрелищем для людей, мимо которых мы проносились. Хотя и не так быстро, как мой мотоцикл, демон резко поворачивал и держал головокружительную скорость, из-за которой я не раз чуть не попал в ужасную аварию. Я старался сосредоточиться на мысли, что верну Неро и его друга. Я просто найду их у людей, которые их забрали, и верну обратно. Разобью несколько черепов и спасу положение, как всегда. За исключением того, что я видел достаточно ужасных сцен, чтобы знать, что так было не всегда, и когда демон вывел нас из города к пустынным проселочным дорогам, окруженным деревьями, мои руки крепче сжали руль. Сквозь нарастающую ярость я почувствовал тошноту. Неро должен быть в порядке, когда я его найду. Он должен быть невредим. И если кто-то или что-то нанесло ему хотя бы один синяк, его ждет медленная смерть. В какой-то момент демон споткнулся, как будто зацепился о корни дерева. Мне пришлось притормозить, чтобы не обогнать его, когда он, прихрамывая, сделал несколько шагов, прежде чем расправить крылья, шире, чем я был ростом. Сделав два резких взмаха, он взлетел между нависающими ветвями и продолжил полет над головой. Было довольно геморройно пытаться следовать за ним, не врезавшись в дерево, по крайней мере, до тех пор, пока я не понял, что мы направляемся к массивному столбу дыма, поднимающемуся вдалеке. Меня определенно стошнит. Пожар был на окраине леса, тлели обломки фургона недалеко от дороги. Казалось, внутри никого не было. Боже, я надеялся, что внутри никого не было. Однако демон нашел ребенка, без сознания и далеко от обломков. Только одного ребенка, и не моего ребенка. Все мое тело налилось свинцом, когда я понял, что мне придется сказать Вергилию, что что-то снова забрало Неро. [POV Неро] Когда я пытался пошевелиться, все вокруг кружилось, но я все равно сел и подождал, пока взгляд сфокусируется. Глубокие вдохи едва сдерживали меня от рвоты. Мои руки были связаны за спиной каким-то галстуком, и чем сильнее я пытался его натянуть, тем больнее было моим плечам. — Ты хорошо себя чувствуешь? Это был голос молодого парня, который ранил Тубана. Я сильно моргнул, чтобы разглядеть его отчетливо, когда он опустился передо мной на колени. Он выглядел не взрослее старшеклассников, которые устраивали свои оркестровые концерты после наших. С короткими каштановыми волосами и карими глазами. Я не почувствовал в нем ничего нечеловеческого. Дрю все еще лежал рядом со мной. Его руки тоже были связаны за спиной каким-то тонким куском пластика. Его лицо было того же цвета, что и волосы, и он все еще неправильно дышал. Он ведь не собирается умереть, правда? Мое зрение снова затуманилось, на этот раз от слез, но я сморгнул их обратно. Я не заплачу перед этими людьми. — Тебе следует лечь, иначе ты можешь упасть, — сказал молодой парень, потянувшись к моему плечу. Я повернулся, чтобы укусить его, но он отдернул руку. Смех позади меня заставил мою кожу похолодеть: — Эй, полегче там. Рука пожилого мужчины тяжело опустилась мне на плечо и толкнула меня обратно на пол фургона. Я чувствовал, как он урчит у меня под щекой. Мы куда-то собирались. Должно быть, впереди ехал еще один мужчина, но я его не видел. — Похоже, наркотик подействовал на тебя не так сильно. Это хорошо, — продолжил пожилой мужчина. — Думаю, мы, возможно, перестарались с твоим другом. Его голос был таким приятным, каким всегда говорил дедушка, но его рука вцепилась мне в плечо, словно впиваясь зубами. — Отпусти! — закричал я. Глаза Дрю распахнулись, на мгновение вспыхнув бледно-голубым. — Эй! — Он сел и посмотрел через плечо на пожилого мужчину, но чья-то рука тоже схватила его за плечо и шлепнула обратно. — Боже мой, вы, мальчики, просто огонь. — Глаза пожилого мужчины прищурились, когда он улыбнулся. Его волосы были светлыми, как сухая трава, и он все еще казался человеком, но в то же время он им не был. Что-то в нем заставляло меня чувствовать, что мне нужно спрятаться от его взгляда. — Итак, кто из вас Неро? Мои брови нахмурились. Какой странный вопрос. — Я, — сказал вдруг Дрю. Мои глаза широко распахнулись, но он выглядел спокойным, его взгляд был суровым. — Что? Нет, это я! — Я снова попытался вырваться из хватки на моем плече, но мужчина сжал его так сильно, что я подумала, что мои кости вот-вот сломаются. — Он лжет. Это я. — Нет! Я Неро! — Я Неро Спарда. — Это я! Пожилой мужчина разразился смехом: — О, неужели вы правда это делаете? Это мило, но у нас не так много времени. Как ты думаешь, Кредо? Как мы должны действовать в подобном случае? Это звучало так же, как когда папа задавал мне контрольный вопрос из одной из моих книг. Молодой человек, Кредо, моргнул и прочистил горло. — Э-э, я бы проверил их знания о… нашем пункте назначения. Настоящий Неро отреагировал бы, верно? — Это хорошая идея, малыш. Пятнадцать очков. — Всего пятнадцать? — пробормотал Кредо. — Дело в том, что тогда другой ребенок узнает, куда мы едем, и это проблема. Так что мы поступим следующим образом. Я дам вам еще один шанс, ребята. Кто из вас Неро? Мы ответили одновременно, и Дрю все еще говорил, что он — это я. Мое сердце подскочило к горлу, когда мужчина выхватил карманный нож, но он использовал его, чтобы просто срезать пластик с запястий Дрю. Может быть, он понял, кто есть кто, или, может быть, он думал, что Дрю — это я. Затем он взял руку Дрю в свои руки и повернул ее назад в локте. Я закричал. Дрю закричал громче, свернувшись калачиком и крича до тех пор, пока его голос, казалось, не сорвался на части. Слезы наполнили его глаза, когда он с шипением выдохнул воздух сквозь зубы. — О боже мой, сэр! — Голос Кредо дрожал. — Извини за это, — сказал человек по имени Сэр. В его голосе звучало сожаление, но ему не было жаль. Я ни капли не верил в его раскаяние. — Как ты посмел?! — Я позаимствовал это выражение у папы. Из моих уст оно звучало не так грозно. Прежде чем я успел попытаться укусить его глупое, злое лицо, Сэр снова схватил меня за плечо. Мир зазвенел, когда моя голова ударилась об пол. — Полегче. Я не хотел никому причинять боль, и я по-прежнему не хочу причинять боль кому-то еще. Итак, кто из вас Неро? Хоть его глаза и были открыты, Дрю, казалось, больше не просыпался. Я хотел наорать на них, драться, пинать и кричать, но у меня слишком пересохло во рту. Все, что я мог сделать, это прошептать: — Я Неро. Пожалуйста, не причиняйте больше вреда моему другу. Отпустите его. Пожалуйста. Пожалуйста. — Хорошо, это правда? — Сэр спросил Дрю, но Дрю только всхлипнул. Сэр щелкнул языком, и пластик вокруг моих запястий порвался. — Мне нужно подтверждение. — Грубые руки схватили меня за руку, но другая пара сомкнулась над ними. — Сэр, подождите! — Краем глаза я видел, что Кредо дрожит так же сильно, как и я. — Просто дайте мне попробовать кое-что, хорошо? Откинувшись назад, сэр пожал плечами. — Дерзай, малыш, только быстро. Мы почти дошли до машины. Я не мог пошевелиться. Я просто лежал там, все еще ожидая, когда меня ударит боль. Кредо нежно положил руку на макушку Дрю. — Ты меня слышишь? — спросил Кредо. — Ты можешь назать мне свое имя? Дрю тихо заскулил, поэтому я заговорил за него. — Это Дрю, — сказал я. — Он мой друг. Пожалуйста, отпустите его. — Неро, не надо, — пробормотал Дрю. Я видел всю его боль в его глазах. Хотя я чувствовал, что мои руки и ноги превратились в желе, я подполз ближе к Дрю. — Можем мы позволить им оставаться развязанными, пока мы не доберемся до машины? — спросил Кредо. Сэр пожал плечами. — Твой выбор. Шесть очков. Кредо вздохнул, но, по крайней мере, я крепко держал Дрю за руку, пока фургон не остановился. К тому времени он уже спал. Когда Сэр снова схватил меня за руку, я застыл. Игла вонзилась в сгиб моей руки. — Осторожно, не переборщите с дозой, — взмолился Кредо. — Он такой маленький. — Эх, он демон. С ним все будет в порядке. — Не демон! — возразил я. Какая-то прозрачная жидкость попала мне в руку, как бы я ни пытался вырваться. Даже после того, как Сэр вытащил иглу, он не отпускал мою руку. У меня не было возможности убежать, когда открылись задние двери фургона. Да и некуда. Мы были у черта на куличках, и солнце уже зашло. Холодный ночной воздух проник в меня. Кредо попытался поднять Дрю, не задев его заднюю руку. «Прости, прости», — повторял он себе под нос. Я начал чувствовать себя слишком тяжелым для своих ног. Очень тяжелым. Очень уставшим. — Бедный ребенок, — услышал я слова Кредо, когда теплые руки обхватили меня и подхватили на руки. — Это не ребенок, — сказал Сэр. — Запомни это. Положи его в багажник. Нам нужно идти. [POV Вергилий] Учитывая, насколько безрассудной была его езда на мотоцикле, Данте должен был вернуться в дом раньше меня. Чем дольше я ждал там в одиночестве, тем больше постукивал ногой и барабанил пальцами по подлокотнику дивана. Лучше бы ему не водить Неро в этот магазин, но опять же, учитывая, сколько времени прошло, это, возможно, было лучше, чем альтернатива. Я старался не думать об этом. Никто не ответил, когда я снова позвонил в магазин. К тому времени, когда я услышал грохот мотоцикла снаружи, я был так напряжен, что мне пришлось сдержаться, чтобы не оторвать дверную ручку, когда я выбежал на улицу, чтобы встретить его. Я замер, как только вышел, пытаясь выглядеть спокойным. Не то чтобы это помогало. Данте всегда видел меня насквозь. Он нерешительно повернулся ко мне. Когда я увидел потемневшую тревогу в его глазах, у меня сжалось в груди. Если у Данте была причина выглядеть расстроенным, значит, что-то было совсем не так. Когда Данте снял шлем с мальчика, стоявшего у него за спиной, демон, привязанный к другу Неро, Дрю, спустился с неба с чем-то черным, зажатым в когтях и во рту. Я чувствовал себя так, словно кусочки головоломки ускользали у меня из пальцев. — У тебя не тот ребенок. — В моем голосе не было гнева, который я пыталась вызвать. — Тебя так долго не было. Как получилось, что ты забрал не того ребенка? Левая рука Дрю была на импровизированной перевязи, привязанной к пальто Данте. Его правая рука крепко держала Данте, когда мой брат пытался отвести его от мотоцикла. Мои кулаки тряслись по бокам, мое отчаяние в поисках ответов росло, но мне пришлось прикусить язык. Глаза Дрю были широко раскрыты и затуманены, так что я был уверен, что громкий шум испугает его. Я никогда раньше не видел его таким. Он был непослушным ребенком и временами оказывал дурное влияние на Неро. Теперь он казался маленьким, когда прижимался к шее демона. Оно отдало ему штуковину из своих когтей — футляр для трубы. Данте вынул скрипку из его зубов. — Кто-то забрал Неро, — решился наконец Данте, осматривая потертый футляр. — Я не знаю кто. Я не смог их отследить. Его забрали до того, как я туда добрался. Мой брат никогда бы не допустил, чтобы с Неро что-то случилось, не позволив сначала разорвать себя на части. Я знал это. Я видел это. Это была не вина Данте. Но мне хотелось схватить его за горло и потребовать, чтобы он все исправил. Кто-то должен был ответить за то, что моего сына снова похитили. Вопросы проносились у меня в голове, пока я изо всех сил старался дышать ровно. Все, что удерживало меня от срыва, — это усталый голос Дрю, прорвавшийся сквозь мои мысли. — Они схватили нас обоих, — сказал он, обнимая свою трубу, как мягкую игрушку. — Но им был нужен Неро. Не могли отличить нас друг от друга. Они продолжали спрашивать. — Давай зайдем внутрь, малыш, — прервал Данте со вздохом. Он не должен был быть таким чертовски смиренным. Он должен был отправиться на поиски Неро. И я должен был отправиться на его поиски, но я позволил Данте затащить меня обратно внутрь. Пока Дрю рассказывал о том, что произошло, я боролся со жгучим желанием разрушить все, что было поблизости. Я бы разрушил этот дом до основания, если бы позволил себе слабость хотя бы на мгновение. Неро исчез. Моего сына похитили, и мы ничего с этим не делаем. Данте наблюдал за мной на протяжении всего рассказа Дрю. Он стоял между мной и мальчиком, и я не мог винить его за осторожность. Я не злился на Дрю. Вовсе нет. Но я был взбешен всем происходящим. Я не мог ясно мыслить. Мир рушился вокруг меня. — Если бы они были демонами, они бы знали, кто из них Неро, могли бы почувствовать запах его крови, — предположил Данте, как только дрожащий голос Дрю стих. Демон, привязанный к мальчику, лежал у него на коленях на диване, как какой-то огромный кот, а Дрю свернулся калачиком над ним, обнимая его за шею. — Люди, — сказал я. — Люди, которые достаточно сильны, чтобы причинить вред демону, и достаточно безжалостны, чтобы причинить вред мальчику, забрали моего сына. Кем бы они ни были, теперь они мертвецы. Внутренняя борьба исказила выражение лица Данте. Я не был таким слабым. И мама, и отец в разное время усаживали нас, чтобы объяснить, почему мы не должны убивать людей, но я не видел никакой разницы между этими людьми и демонами. Кроме того, они были бы не первыми, кого я убил. Просто еще одно пятно на моем испорченном послужном списке. — Может быть, они на самом деле не охотились за Неро, — тон Данте помрачнел от обвинения. — Может быть, они охотились за тобой. Может быть, они хотят отомстить за кого-то, кого ты убил раньше. Я всегда знал, что твоя чертова работа выйдет нам боком. Напряжение дернуло мои плечи назад, мои глаза расширились, когда ярость вырвалась из моей груди. — Ты собираешься обвинить в этом меня? Я всегда заметал свои следы. Нет никакого способа… Если только он не был прав. Я прикусил язык достаточно сильно, чтобы вкус крови заполнил мой рот. У меня было больше врагов, чем я мог сосчитать. Это могло быть сделано из мести или ради выкупа. У меня не было возможности узнать, но я не мог взять всю вину на себя. — Ты должен был поймать их, — прорычал я. — Ты должен был суметь добраться до него, а ты даже этого не смог сделать. Я так отчаянно хотел драки, хотел, чтобы он бросился на меня. Я чувствовал себя голодной собакой. Но его плечи опустились под моим вызовом. — Я знаю. Мне очень жаль. Это было не то, чего я хотел. Он не должен был брать вину на себя. Нет, все шло не так, как надо. Я потерял всякое представление о разуме. С резким вздохом я провел рукой по волосам. Обвиняющий взгляд Дрю метнулся между нами. Его страх исчез, сменившись раздражением, которое Неро не так давно перенял у него. — Вы оба глупые, — сказал он. — Никто не виноват, кроме тех ублюдков, которые его похитили. Кажется, Данте не лгал, когда утверждал, что не виновен в порче словарного запаса Неро. Я нашел преступника. — Если вы не собираетесь идти искать его, я пойду. — Дрю пнул его ногами, но демон не подавал никаких признаков движения. — Тубан! Отвали! Мы должны найти Неро! Я должен найти его. Я должен. — Малыш, — вздохнул Данте. Именно тогда я заметил слезы в глазах мальчика, его плечи дрожали. Данте подошел к нему и опустил руку на серебристые волосы мальчика. — Ты пока сосредоточься на исцелении. Мы вернем Неро. Несмотря ни на что, я клянусь, мы вернем его. — Мы сделаем это, — прошептал я больше себе, чем им. — Мы должны. Потому что я больше не мог думать о мире без него. Я не мог думать ни о чем, кроме его возвращения. И убийства всех до единого, кто забрал его у меня.