Приедешь?

chase atlantic — moonlight.

Серёжа выключает компьютер, когда на часах почти три часа ночи. Экран мигает в последний раз, и комната погружается в полумрак: только подсветка, выставленная на синий, сзади освещает пространство. Он выкуривает яблочный чапман напоследок в окно, смотря на соседние дома, в которых почти нигде не горит свет, и переводит взгляд на небо. В городе звёзд особо не видно, но луна вот яркая, молодая и невозможно далёкая. Хотя, если сравнивать с любыми другими космическими объектами, она находится по-настоящему близко, так что всё относительно. Луна прекрасна этой ночью. На самом деле, она прекрасна всегда, если смотришь именно на неё. Серёже немного скучно и грустно, и он идёт в тёплый душ перед сном, хотя спать совсем не хочется — это проблема ночных посиделок и тусовок, когда возвращаешься домой уже утром, немного уставший и почти трезвый, падаешь на кровать и спокойно проваливаешься в сон до обеда. Зато когда тусовок нет, заснуть уже не получается. Серёжа знает, прекрасно знает, что нужно, но не выходит. Тёплая вода приносит успокоение и расслабление, но отчего-то навевает небольшую тоску. Серёжа кутается в махровое полотенце, стирая капли, что бегут вниз по груди и бёдрам, пару раз проходится по чуть намокшим волосам и одевается в пижамные штаны и футболку. В комнате он падает в ворох одеял и больших подушек, заходит привычно в тик ток, да только в рекомендациях нет ничего интересного, так что он бездумно листает пару минут, пока не решает, что это достало. Кто-то говорит, что перед сном неплохо дрочить — тогда и заснёшь быстрее, и тоска пройдёт. Ну, Серёжа не особо верит в эту теорию, конечно, но он уже не знает, чем заняться, да и всё равно скучно. В поисковике вбивается привычное лет с тринадцати «порно», а пальцы нажимают на всем известный сайт. Серёжа листает обложки роликов, где-то останавливаясь на пару секунд, но ничего не цепляет. То актриса не слишком привлекательная, то название кринжовое, то качество плохое. Студийное он пролистывает сразу — слишком наигранно. В мире, где каждый человек строит из себя кого-то другого, иногда хочется чего-то приближённого к реальности. Даже если это касается ролика, на который Серёжа будет дрочить. Когда он оказывается на пятой странице раздела «популярное в вашей стране», Серёжа понимает, что что-то не так. Но вот загвоздка: он уже настроился и не сможет просто взять и отпустить эту мысль. В голову приходит идея: тупая, конечно, но вполне себе реализуемая, и Серёжа заходит в телеграмм, прокручивая переписки вниз и находя нужный контакт. «Ванюша» оказывается в сети, что, на самом деле, вполне себе смахивает на чистую удачу, так что Серёжа заходит в диалог и пишет.

Я:

«почему не спишь?»

Пешков успевает вернуться на поисковик и дойти до середины шестой страницы, когда ему прилетает сообщение в телеграмме. Он в предвкушении читает его, на пару секунд застывая и раздумывая над ответом. Ванюша: «залип в тик токе и сон отогнал. а ты?»

Я:

«мне скучно. не хочешь развлечься?»

Серёжа улыбается и смотрит на то, как появляется сразу же вторая галочка, и Ваня пишет ему ответ. Ванюша: «если это очередной тупой подкат, то нет». «но мне интересно». Прилетает второе. Серёжа переворачивается на живот, поудобнее устроившись на локтях, утыкает телефон в подушку и раздумывает, как правильно предложить. Ванечка — своевольный, породистый и дерзкий котёнок, которого приласкать не мешало бы, да только сам он противится и не поддаётся очарованию Серёжи. Однако тот не сдаётся, конечно, и он знает, что Ваня в нём заинтересован — это же так очевидно. То, как Ваня взгляд своих глаз морских отвести не может от Серёжи, будто хочет его поглотить, как обнимает крепко, прижимая к стройному телу, как проводит по спине напоследок: мягко и нежно, будто бы спрашивая разрешения. И Серёжа его даёт, конечно, Серёжа знает, что способен дать Ване всё, что тот попросит. Просто Ваня медлит отчего-то, а Пешкова это бесит немного. И он хочет его поторопить.

Я:

«как тебе идея с секстингом?»

Серёжа хрустит костяшками пальцев, смотря, как Ваня около минуты набирает сообщение, пока ему не приходит короткое: Ванюша: «ты дебил?» И это явно не то, что можно печатать так долго, так что Серёжа делает вывод, что тот как минимум заинтересован, а как максимум вполне не против. «Вот тут нужно не облажаться», — проносится в голове, и Серёжа вспоминает все фанфики, которые успел прочитать, чтобы выцепить пару красивых строк, которыми можно зацепить и разогреть Ваню. Конечно, это немного кринжово, но… а почему нет?

Я:

«да ладно, что в этом такого? ну, я стою перед тобой на коленях, а твоя нога сквозь штаны гладит мой возбуждённый член, и твои пальцы у меня во рту — я облизываю их полностью и тщательно, чувствуя, как ты гладишь ими мой язык».

Возможно, он немного перебарщивает, но картинка в голове, которую он пытается описать, ему очень нравится, так что… он просто пытается, окей? Ваня молчит долго — правда, долго, — Серёжа успевает перевернуться обратно на спину и пройти шестую страницу сайта до конца. В конце концов, ему приходит уведомление, и Серёжа радостно открывает его, надеясь, что Ваня ему подыграет. Ванюша: «ты долбоёб блять разве всё не начинается с поцелуев???»

Я:

«у нас — нет».

Ванюша: «иди нахуй». Но он продолжает что-то печатать, и Серёжа знает, что это стандартная первая реакция для Вани. Ему понравилось, не могло не понравиться, потому что Серёжа так невозможно сильно старался написать первое сообщение, чтобы заинтересовать окончательно. Ванюша: «я достаю свои пальцы из твоего горячего и влажного рта и расстёгиваю ими пуговицу и ширинку джинсов, а второй рукой глажу тебя по голове, перебирая кудряшки. они такие мягкие и приятные, ты знал?» Ого! Вау! Серёжа просто… Серёжа абсолютно и точно в шоке, потому что Ваня никогда — действительно никогда — не говорил ему ничего про волосы, но трогал их, конечно, неоднократно. И Ваня искренне поддержал его, так что… Так что Серёжа точно включит всё своё воображение.

Я:

«я подаюсь вперёд твоей руке, лащусь к ней, улыбаясь. ты такой красивый, Ванечка, я так хочу тебя, я мечтаю об этом так давно».

Ванюша: «ты же будешь послушным мальчиком, Серёж?» И это… разбивает. Рука Серёжи спускается вниз, гладит живот и линию пижамных штанов, но пока не заходит дальше. Он печатает одной рукой.

Я:

«я буду очень послушным мальчиком, пожалуйста, я так хочу твой член у себя во рту».

И обхватывает себя рукой, немного приспустив одежду. Ванюша: «так возьми его».

Я:

«я облизываю его сквозь бельё, чувствуя, как он увеличивается и становится тверже под моим языком. мне хочется вылизать его полностью, чем я и начинаю заниматься, только уже не через бельё. я посасываю красную налитую головку, обвожу её языком, пока не впускаю в рот, а рукой вожу ниже, пальцами задевая яички».

Только вот вместо Ваниного члена, Серёжа ласкает свой, повторяя всё то, что он написал, чувствуя, как возбуждение накатывает волнами, и стоит так крепко, что без дрочки точно не обойтись. Ванюша: «я чувствую твой охуенный язык, как он ласкает меня полностью, и на пробу толкаюсь дальше, задевая головкой нёбо».

Я:

«я впускаю себе в горло, чувствуя, как немного сводит скулы, но это ничто по сравнению с тем, какой ты горячий и приятный. у меня даже получается не закашляться, когда я сам насаживаюсь, почти упираясь носом в пах».

Ванюша: «я громко и несдержанно стону, глажу тебя по щеке, массирую мочку уха. ты такой прекрасный, когда твой рот занят нормальным делом, а не пиздит тупые шутки, ты бы знал». О, Серёжа знает. Сережа так сильно возбуждён и так резко водит рукой, чуть сжимая на головке. Это немного болезненно, ведь смазку он не использовал, так что Пешков размазывает выступившие капли предэякулята, чтобы самую малость смягчить прикосновения. В комнате становится жарче, а дыхание срывается на периодические тихие стоны, но этого так ничтожно мало.

Я:

«я стараюсь расслабить горло, чтобы ты мог вбиваться в него. пожалуйста, я так хочу этого, хочу быть выебанным тобой, а потом уложить тебя на кровати и долго растягивать пальцами, чтобы после трахнуть, как настоящую сучку».

И то, как Серёжа бы мог это осуществить — оно возбуждает до дрожи в коленях, поднимает изнутри ослепительную и оглушающую волну желания. Ванюша: «я был бы не против, но а пока я вбиваюсь в тебя несдержанно и дышу тяжело, потому что сосёшь ты великолепно, Серёж».

Я:

«я стону, пуская вибрации».

Ванюша: «я чувствую их, чувствую, как буквально разбиваюсь, когда кончаю долго и много, не успеваю высунуть до конца, и капли попадают тебе в рот и на губы, но мне не жаль, если честно». Серёжа уверен, что не жаль. Собственный оргазм чувствуется так близко и так явно, что он еле успевает написать:

Я:

«я целую тебя».

Пока ему не становится так хорошо и приятно, пока перед глазами не появляются цветные круги, а всё тело несколько раз сотрясается. Он лежит опустошённый и уставший, довольный, и хочется закурить ещё одну и немного поспать, но в телеграмм прилетает сообщение, и Серёжа лениво читает его. Ванюша: «ты кончил?» И Пешков понятия не имеет, откуда тот знает, но поспешно отвечает ему.

Я:

«да».

Ванюша: «а я вот нет. ты, кажется, что-то говорил про растянуть и трахнуть… приедешь?» И сон моментально отходит на второй план; Серёжа даже не отвечает Ване. Ведь он занят тем, что вызывает такси.