Что такое любовь по-итальянски?

Снова тот сон; снова Юра просыпается в холодном поту, сжимая под собой белую простыню; снова в панике осматривает помещение, боясь, что он вновь в том месте, с теми людьми, с тем страхом. Почему даже здесь он не может отпустить? Почему просто её забудет? Страх и боль крепко оплетали сердце, сжимая его в своих острых, цепких лапах. Вгрызаясь в душу, они заставляли парня дрожать от наплывающих слёз, что замыливали видимость. Он задыхался в этом страхе, не мог сделать и одного вдоха. На часах было 3 ночи. Боль ушла, а страх так и не отпускал, из-за чего Юра не спал, не плакал, а молча лежал и смотрел в потолок пустым взглядом. Он не хотел спать, боясь возвращаться туда, но и встать, чтобы просто заварить кофе он не был в силах. Страх отнимал все силы, так что даже плакать он не мог. Отвратительное чувство, от которого хотелось тошнить, блевать. Юра не знал как с этим справляться, поэтому просто лежал, в ожидании утра, ведь завтра он наконец увидится с тем, за кем они так долго наблюдали. Это было 4 года назад. На его глазах был застрелен его объект воздыхания, что пытался спасти Юру от пуль, что были явно адресованы ему. И с тех пор он периодически видел во снах его искажённое болью и ужасом лицо, кровь на футболке и руках Юры. И тот самый звон в ушах, от которого парень просыпался каждую ночь. Нет, надо ложиться спать, иначе завтра он точно не сможет даже держать пистолет в руках.

***

Никита наконец освоился и даже завёл курортный роман. Та девушка с ресепшена оказалась не просто красивым и милым личиком, а очень интересным и общительным человеком. Каждый вечер они ходили провожать тёплое итальянское солнце, держась за руки, а иногда даже робко обнимая её за талию. Никита не мог по-другому с девушками. На первый взгляд можно даже подумать, что он крайне пассивен, но это совсем не так. Если он любит — то любит всей душой, не боясь ни осуждений, ни боли, ни даже смерти. На секунду ему даже могло показаться, что он мог бы легко поспорить с самой смертью, лишь бы не отпускать свою любовь. Так и сейчас, они сидели на берегу моря в обнимку, рассуждая о разных мелочах. То обсуждали литературу, то кулинарию, а через пару минут вообще могли говорить о каком-то невозможном событии и рассуждать над его исходами. Они и сами не следили за тем, как перепрыгивать с темы на тему, ведь им это и не нужно было. Никита был влюблён. Влюблен до беспамятства, словно маленький мальчик ослеплён своей прекрасной Катей. Настолько ослеплён, что не замечал самых явных и очевидных вещей: тот украинец (имя которого Никита так и не запомнил) постоянно был рядом. Где бы он не находился, он везде видел ту приторную притворную улыбку, те хитрые голубые глазки, что на первый взгляд могли показаться дружелюбными и приятельскими. Тот мужчина мог легко понравиться человеку и стать с ним приятелями за каких-то пару секунд. Это был начитанный, интересный человек, с которым можно было обсудить абсолютно всё: от литературы, до ситуации на ближнем Востоке. Можно было предположить, что он просто связан с политикой, но, спросив его о том, кем же он работает, ты услышишь ответ, который обескуражит тебя, обезоружит и оставит в смятении. —Я всего лишь простой юрист. Первой мыслью, которая возникнет у тебя, будет: «Удивительный человек!». Второй мыслью будет: «Такого бы человека к нам на завод…». Но Нику он крайне не нравился. Слишком идеальный, слишком хороший. Что-то с этим человеком было не так… Но с тех пор, как он начал отношения с Катей, он перестал замечать его; и бесить Никиту он перестал, и кажется уже не таким надоедливым, и лицо его, кажется перестало маячить перед глазами.

***

После того, как Никита вернулся в свою комнату чтобы начать собираться на обед, в дверь постучали. На пороге стоял тот украинец, мило улыбаясь. —Никит, —начал он, приобнимая парня за плечи. — Сегодня я со своими хорошими друзьями собирался сходить в кафе. Грех побывать в Италии и не попробовать настоящей итальянской пиццы! Никита недолго подумав согласился, а услышав о том, что его угощают, парень просто не мог отказаться. Быстро собравшись и закрыв дверь, парень прошёл под щебет мужчины за ним.

***

—Опаздывают, —крайне раздражительность проговорил Юра, топая ногой по тёмному асфальту. —Может он нас решил наебать? Сам всё рассказал ему и…. —Успокойся, —спокойно, но холодно проговорила Катя. — Они сейчас придут. Послышался раздражительный вздох длинноволосого и воцарилось молчание. Юра был в крайне возбуждённом состоянии, постоянно осматриваясь вокруг в надежде увидеть знакомые лица, пока не услышал быстрое Катино «Вперёд», а после поспешные шаги, отдаляющиеся от него. Секунда, и Юра стоит совершенно один, словно никого рядом с ним и не было и в тот же момент слышит знакомое слово сигнал: -А это кореш мой: Юрец. Украинец подвёл Никиту к Юре, таким образом знакомя их. Последний осматривает подошедшего и ужасается: это точно не их должник! Как же они этого не видят, у них же совсем разные лица! Неужели ни Катя, ни Украинец не заметили такой колоссальной разницы! -Ю-Юра… — неуверенно проговаривает парень, протягивая руку, которую тут же пожимают с силой. Ник оказался лучше в плане физической подготовки, нежели брюнет. От внимания последнего также не ускользнуло то, что и рука парня оказалась в разы крупнее его собственной, да ещё и очень аккуратной. -Никита. Рад познакомиться. -Тарас! — внезапно вставил свои пять копеек в разговор Украинец, который до этого просто смотрел на знакомство. Парни взглянули на того с недоумением, но ничего на это не сказали, вновь переводя взгляды друг на друга. К Юриному удивлению, Никита оказался симпатичнее их настоящей жертвы, а его глаза… так, стоп, о чём он вообще думает?! Он же здесь для работы! Никита был немного удивлён и даже смущён, что новый знакомый вот так в наглую пялился, разглядывая его. Всё таки не каждый день встречаешься с русскоговорящим в Италии вне отеля, да ещё и с таким странным. Хотя, Ник должен признать, с первого взгляда тот ему понравился в разы больше Тараса: у него и внешность была приятнее, и голос звучнее и мелодичнее. Волосы выглядели опрятнее и ухоженнее (и не зря ведь Юра вчера голову вымыл). -Так, что? В пиццерию? — неловко улыбнулся Юрец, переводя взгляд на Тараса. -Да, — протянул украинец, с подозрением косясь на брюнета, из-за чего тот сразу же изменился в лице: оно приобрело холодный оттенок, а глаза, что до этого блестели живым блеском и интересом вмиг заледенели и стали словно два ледника. Никита это заметил сразу и насторожился. «Он боится его? Но из-за чего? Этот украинец явно не тот, за кого себя выдаёт…» Но он не подал вида и лишь улыбнулся тому, вновь спрашивая про пиццу, на что оба кивнули и направились к пиццерии. Под болтовню Тараса и собственные раздумья парни дошли до крайне уютного кафе, на вывеске которой Ник заметил симпатичного мужчину с усами, держащего пиццу. Само название разглядеть он не успел, они почти сразу зашли в заведение. Почти с порога Никита отметил, что кафе там мало чем похожи на те, что в его родной Молдове. Он словно вошёл в эльфийское кафе с маленькими деревянными столиками и такими же стульями. В отличии от заведений в его стране, здесь всё было оформлено под паб восемнадцатого-девятнадцатого столетия. Сами заказы делались у стойки, где сидела милая девушка кассир с рыжими волосами и веснушками по всему лицу. —Buon pomeriggio, cosa vuoi? — весело и уверенно проговорила девушка, глядя, на подошедших. Но Никита был в замешательстве. Он надеялся, что сейчас она заметит его смятение и исправится хотя бы на английском, но к его удивлению Юра заговорил на прекрасном итальянском: —Abbiamo un peperone e uno con ananas, per un gentiluomo. Девушка сразу же забила заказ, Юра расплатился за всех и они сели за небольшой прямоугольный столик квадратной формы у самого окна. —Ты знаешь итальянский? —дабы разбавить эту тишину начал Никита, глядя на Юру, что в это время безынтересно смотрел окно, подперев рукой подбородок. —Я живу тут около трёх лет и заказать пиццу для меня не проблема. Тут немного другой вопрос, как я знаю итальянский. На разговорном уровне знаю, поговорить с итальянцев на бытовые темы смогу, но вот на дискуссию в определённой теме меня точно не будет. —А где ты учишься? —В местном университете на программиста. А ты? —Я? — Ник чуть побледнел. — Сам я из Молдовы, учусь там, на маркетолога. Лёд в глазах Юры на секунду растаял. —Погоди, ты из Молдовы? —Ну да, в отпуск сюда приехал. Юра зло взглянул на украинца. Он уже готов был его четвертовать, так как давно понял, что это совсем не тот и убивать он его не собирается. На что Тарас самодовольно хмыкнул. —Я пойду, а то я чувствую, что мешаю вам. Мужчина поднялся, оставил чаевые и вылетел из кафе пулей, оставляя парней один на один. Никита смотрит на Юру, Юра смотрит на Никиту. Они оба чувствуют эту искру, что промелькнула на секунду, ослепив их обоих своей яркой вспышкой. Сердце внезапно стало слишком быстро биться, пульс ускорился, а дыхание словно спёрло, от чего дышать стало сложнее. От одного только взгляда оппонента каждый из них готов был начать глупо улыбаться. Что происходит? Наконец им подали их заказ: пепперони и с ананасами. Вторую Юра попросил с собой, на что официант вежливо кивнул и удалился с пиццей. —Сможешь потом отдать эту пиццу Тарасу? «Не удивлён, что пицца для него. У такого странного человека явно были свои извращения». —Да, конечно. Наши номера, кстати, рядом. —Серьёзно? И как тебе он как сосед? Ник тяжело вздохнул и начал рассказывать о том, какой, ему кажется Тарас странный. То, какое он обращает на Никиту внимание заставляет его задуматься. —О чем же? — взволнованно спросил Юра, боясь, что их раскрыли. Нет, не могло этого произойти, Тарас слишком хороший шпион. —Что он явно положил на меня глаз, — как что-то обыденное проговорил Ник, откусывая свой кусок и смотря в окно, заставляя Юру с облегчением вздохнуть. —Кто его знает, может и положил. На это Никита рассмеялся, а Юра ахнул от того, насколько у него красивый смех. Он залился краской и вновь уставился в окно, дабы ещё больше не смущаться. Так и прошёл их ужин под какие-то нелепые шутки и разговоры. Под конец Юра предложил Никите провести его до отеля, а тот был вовсе не против провести лишние полчаса с этим удивительным и интересным человеком.

***

—Я тебе говорю, такой интересный человек, а спросить вк или хотя бы телеграмм забыл! Так обидно! Никита вновь жаловался своей девушке, что была сегодня на удивление совсем не разговорчива и могла ответить лишь сухим «Как жаль». Но Ник, кажется, даже не обращал внимание на сухость Кати, продолжая говорить о новом знакомом, всё вспоминая его удивительно красивые карие глаза, похожие на горячий шоколад, который они пили в том кафе. Где-то он его видел… И тут парня прошибло: в самый первый день он видел его из окна автобуса у магазинчика! Но это ему не дало ничего. Он всё ещё не знал как связаться с Юрой… —А кто с вами ещё был? —Тарас. Ну точно! Тарас же должен знать его контакты, они же явно приятели. Ладно, с этим разобрались. Теперь хотелось проводить этот день в объятиях Кати, которая положила голову на плечо Никиты и смотрела на уходящее за горизонт солнце, лучи которого путались в волосах той, отражались в волнах моря и прощались всеми до завтрашнего дня.