Хроника Темного Зодиака. Новое Старое Небо

Две тысячи второй год (шесть лет спустя) Неизвестно было, куда Мирам растеряла свои стальные яйца, которые имелись в наличии у каждого аврора в независимости от того, будь то мальчик или девочка, но их надо было срочно вернуть на место. Потому что наступил знаменательный день отставки с поста Аластора Грюма. Чью должность сразу же раздробили на три, запустив, наконец, столь желанную рокировку кадров и излом системы. А одной из трех официальных преемников Главы Аврората все эти годы числилась внештатный Мастер Артефакторики Министерства Мирам Блэк. Назначение на пост Старшего Аврора при Главе Аврората и его Заместителе прошло торжественно. Должность была передана счастливице радостно и с перспективой карьерного, никому не нужного, особенно – ей, роста. Затем вступила в силу неофициальная часть мероприятия. Собственно, с этого и началось ее очередное приключение. *** - Во имя трех ночи, что происходит?! - Ничего. Просто повторяй за мной. Скажи: «Я тебя люблю». Как раз это самое «ничего» не понимающий, вжатый в стену, сонный и с палочкой у горла, Снейп, тем не менее, был все еще осторожным по сути своей волшебником, а потому обманчиво-мягко покорился, выгадывая момент, когда можно будет призвать из спальни и свою палочку. Уравнять, так сказать, шансы. - Я тебя люблю. Однако, в ответ фонившая опасностью и азартом ведьма лишь закатила глаза, отрицая его плохую актерскую игру. И с силой надавила Старшей Палочкой мужчине на кадык. - Повтори нормально. С экспрессией. Не сдержавшись, он рванулся вперед и прорычал в лицо совершенно спокойно его обездвижившей мадам: - Ночь на дворе, ты что городишь, болванка несчастная?! - «Я тебя люблю», давай, не ломайся. - Да Мерлин с тобой, с какого перепуга ты выдернула меня из постели?! А ну изволь объясниться! – Не дождавшись ответа, Снейп снова расцвел раздражением – Мирам, твою мать! - А ты не смей мою мать! - Если бы я не смел, тебя бы на свете не было! Отчаянно мерзнущий посреди коридора в пижаме и с трудом просыпавшийся зельевар, уж никак не ждавший Старшего Аврора с празднования раньше рассвета, начинал нехорошо зыркать на дочь глазами, и уже грешным делом формировал в голове нити серии Невербальных. Но, ненароком склонившись вперед к странно блестевшей очами ведьме, тут же подозрительно замер, принюхиваясь и улавливая очевидный запах миндаля от темно-алых пересохших губ. Но развить подозрения Мастеру Зелий возможности не дали, снова требовательно впечатывая спиной в стену. Тактику разом забеспокоившийся волшебник решил сменить. Мирам явно была не в себе, насколько оно было возможно. И он со всей доступной ему теплотой в голосе просительно начал, опасаясь применять магию и развязывать с ней дуэль, покуда она в таком состоянии: - Доченька… Будь добра, отойди на шажок назад. - А ты скажи. Упрямая, как Хвосторога, волшебница даже не думала давать жертве свободу действия. И, пожалуй, с такой убежденностью он и перед Темным Лордом речей не толкал. - Я тебя люблю. - Просто так? Нехорошо прищурившись, он покорно повторил, внимательно всматриваясь в девушку. - Естественно. Словно бы удовлетворив какой-то внутренний триггер, Меченая резко расслабилась и расцвела улыбкой. Слишком пьяной для Мастера Артефакторики, вживившей себе три года назад в плечо Отрезвитель. И как только ведьма, окончательно угомонившись, убрала оружие и ласково затихла у него на плече, бормотнув: - Можешь же, когда хочешь. – Зельевар грубо схватил её за загривок и спешно потащил за собой в тревожной спешке. - Угробище, шляешься где ни попадя, тянешь в рот всякую дрянь… Етить Мерлинову бороду, за что мне это? Почему – я? Где. Твоя. Мать. Когда. Так. Нужна? Поняв, что именно сказал и в чей адрес оформил претензию, Северус побледнел и осекся, но, вновь отвлекшись на все более неадекватную Мирам, решил, что сейчас есть проблемы поважнее предполагаемого святотатства в сторону усопшей. *** Мира, облизав целый ворох лакмусовых бумажек, покорно сидела на стуле, поправляя время от времени черную юбку в пол, и кривилась, пытаясь сосредоточиться на бегавшей по Лаборатории взад-вперед фигуре. И, наконец, уведомила темную тень в пижаме: - Невкусно. - Сиди на месте и вспоминай имя той гадины, что тебе это подлила, пока я ищу активаторы. И. Не вздумай. Шевелиться. - Лады. Стряся желаемое, как ни крути, Избранная была на удивление покорна. И теперь рассеянно улыбалась и созерцала потолок под унылое ворчание родителя: - …И, естественно, опять передозировка. Ты и так никогда краев не видишь, а с этим Артефактом и вовсе меру потеряла. Если вливали в общую емкость, ты так или иначе, держу пари, опрокинула в себя все содержимое. Показатели отравления выше всех допустимых… Леди Блэк не особо реагировала, что-то удивленно выглядывая среди потолочных балок. И, озадаченно помахав ладошкой перед глазами, вновь поделилась открытием приглушенным шепотом: - Ты бы только видел, как меня сейчас накрывает… Какая цветовая палитра… Лу бы удавилась за такие картинки. - Мне достаточно испытывать опасения, что твои глаза сейчас от увиденного могут выкатиться из орбит. Лишь спустя двадцать минут женщине в красной мантии сунули в руки колбу, пахнущую травой. - Антидот. Пей. Быстро. … Спустя еще полчаса, чувствуя себя донельзя неловко, Старший Аврор вертелась на высоком стуле похлеще ужа на сковороде и мрачно уточняла у недовольно кутавшегося в трансфигурированный халат человека, что именно ей подлили. По всему выходило, что ничего смертельного. Но передозировка «Слезы Откровений» как раз и заставляла испытуемого не говорить самому, а приставать с требованиями признаний ко всем, кого тот видит и знает. Несмотря на отсутствие составляющей риска в произошедшем, глаза ведьмы горели нехорошим, неестественным зелёным, который и в новой жизни поцелуем смерти остался с ней. - Дай мне имя, и я иду досыпать. А с утра навещу этого благого. - Я сама. Она недобро, широко оскалилась, глядя куда-то ему за спину. И впервые Снейп согласился. Да, у нее, судя по виду, выйдет лучше. - Так каким образом ты оказалась столь беспечна? Мне ждать еще прецедентов? Двери, может, на ночь начать запирать? - Ох… В общем. Есть а Аврорате такая традиция. Посвящение в авроры. Читай, «шалость удалась». Я с прошлого раза ее даже не запомнила. Меня тогда отравить пытались чуть ли не через день, так что я Жидким Огнем закидывалась. Так что все, что мне подлили в том прошлом, благополучно не сработало, и мимо моего внимания прошло. Я и не понимала тогда, почему на меня все такими круглыми глазами смотрят… А сегодня вот – подарили бутылку вина. Я ее и выпила. Только Жидкого Огня в крови-то не было… Так что я, как поняла, что что-то не так, просто проломила все Министерские Щиты и аппарировала с места, чтоб не наговорить лишнего. Что дальше было, помню смутно… Ты же понимаешь, что дом был моим последним пунктом в цепочке, да? - Полагаю, я догадался, что объясняться тебе придется за свое поведение не только передо мной. - Прости, что разбудила. - Разбудила? Мирам, ты выволокла меня из кровати за шиворот! Столь редкое выражение искреннего стыда от сей бесстыжей персоны эффект возымело очевидный. Отчаянно вздохнув, Снейп сбавил обороты. И, некоторое время будучи занятым попытками проткнуть виски пальцами, потерпев неудачу, подошел к прятавшей лицо в ладонях волшебнице. И осторожно провел ладонью по спине. - Все нормально, горе. Я переживу. Осознав, что буря миновала, девица тут же надула губы, сигнализируя миру о своем несчастном состоянии. Очень простейшая, но – безотказная манипуляция. Снова вздыхая и разжигая горелку, он поставил на огонь маленький котёл и принялся заваривать чай. …Грея в ладонях пузатую готичную кружку, бывшую частью сомнительного наследства, натасканного в дом Кричером с Гриммо, Мира мрачно пообещала в никуда: - Я им, нахер, устрою. Вот сейчас допью – и сразу же устрою. - С тебя – слить мне воспоминания. Я должен это видеть. Просто потому, что заслужил. К слову, ты была у Блека? - Ага. Не помню, что говорила, но он очень ржал. А потом сказал, что мне срочно надо домой. - Тварь шелудивая. *** Зябко ежась и кутаясь в халат, еще не до конца проснувшийся в час дня пополудни, настрадавшийся за ночь сверх меры, бледный, яко смертная плесень, волшебник зашел в ванную. И замер на месте. Слишком много пара там было для больше двенадцати часов не использовавшейся комнаты. И слишком много пены – в самой ванне. Громко, надсадно вздохнув и еще сильней закутавшись в халат, мужчина присел на бортик ванной. Ждать. Через минуту из под чуть ли не метрового слоя пены осторожно показалась мокрая макушка, а следом – настороженные глаза. Что-то бессвязно пискнув, Мирам, а это, разумеется, была она, снова смущенно нырнула под воду. Закатав рукав и наугад нащупав волосы, зельевар потянул нарушительницу границ личной собственности наверх. Черные глаза хлопали мокрыми ресницами изо всех сил. Но он был еще слишком сонным, чтобы это сработало. - Исключительно ради интереса – чем тебя с утра пораньше не устраивает собственная ванная комната? Выдувая каждым словом мыльный пузырик, женщина неуверенно пояснила: - Там кран сломался. Кричер чинит. - И ты, естественно, подождать, пока он закончит, не могла. Да еще настолько не могла, что даже не удосужилась запереть дверь. - Пфмхм. Бульканье было утвердительным. Радужная пенка взметнулась вверх. Снейп с тоской посмотрел на душевую лейку и снова вздохнул, понимая, что сегодня ему жить без горячей воды и исключительно с Чарами Терморегуляции. - Невыносимо. - Да блин! У меня подчиненные, как умственно отсталые дементоры: и силы выпили, и мозги! Я заслужила после этого свариться в кипятке! - И такие истории я предпочитаю слушать после душа и кофе. А ты лишила меня на неопределенное время и ванной, и эльфа. В том, что ваши авроры лидируют по тупости во всех неофициальных рейтингах, я и так был осведомлен. - Да даже молекулы, у которых интеллект выше, в ахуе от происходящего. Я и не знаю даже, как работать теперь... Тогда-то я сразу с войны – да в пекло, и не заметила даже. Мы там все на нервах были… Я вот только с летучки вернулась. - Почему так долго? - Оформляла ребяткам больничный за счёт заведения. Обманчиво-ласковый тон предполагал немаленькую кару на головы вчерашних незадачливых шутников. Однако, саму карательницу акт возмездия, судя по всему, не радовал. Водоплавающее грустно качнуло головой. Снейп, поерзав на бортике, все таки встал, потому что засилье волшебной пены угрожало уже перетечь ему на колени. И тем самым заставить очень пожалеть о том, что он взялся варить дочери эти добавки для мытья. - Ты сама на это подписалась. В здравом уме, насколько он у тебя вообще может быть таковым. Если ты будешь на работе хоть в половину также невыносима, как в годы учебы, держу пари, при твоем появлении уже через месяц все будут разбегаться в рассыпную. - Ты меня переоцениваешь. - О, я уверен, что это ты себя недооцениваешь, чудовище. А сейчас будь добра выпрыгнуть на сушу и освободить помещение. И к вечеру дверь ванной должна выходить не в коридор, а в мою спальню. Озадачь домовика. В удовольствии хлопнуть дверью Северус себе отказал. Проблемы Избранной были надуманными, накрутила в хандру она себя – сама, но это совсем не значило, что ситуацию стоит усугублять. *** Две тысячи второй год (месяцем позже) Министерство. Позади – узкий, безлюдный коридор со множеством дверей, между которыми шелестят деловитые записки. Этот Отдел занимается чистой бюрократией, от магических патентов до правостановления и восстановления прав. Не путать между собой. Впереди – лифт, ведущий в Атриум. В дверях которого стоит тот, без встречи с которым Северус Снейп бы еще некоторое время вполне беззаботно прожил. - Люциус. - Северус. Глаза блондина остры, холодны и пронзительны, как и прежде. Но теперь льдистая голубизна кажется не в пример более тусклой, чем с десяток лет назад. Сиятельный Лорд так и не оправился до конца после Азкабана. Но заметно оно только тем, кто достаточно знал его прежде. - Как Драко? - Чудесно. Какими судьбами в Министерстве? Безэмоциональная беседа, казалось бы, ни о чем, обмануть зельевара не могла. Если бы Люциусу было нечего сказать, дело ограничилось бы кивками. А потому отвечал Мастер Зелий как можно более нейтрально: - Новая разработка требует бумажной волокиты. А ты, как я погляжу, – Снейп небрежно указал на ленточку на груди собеседника, которую носили внештатные сотрудники – все ещё вхож в Министерство Магии? Нейтральная издевка делает свое дело. Тусклые глаза лишь на миг вспыхивают недовольством и досадой. Но этого мига достаточно. - Не так, как прежде. Но это все же лучше, чем... Все иные исходы. О, кому, как не Северусу, знать, как быстро пожалели Малфои о возвращении Господина. Да, их в той ситуации, парадоксально, но не устраивали как победы одних, так и – других. - Тебе грех жаловаться. Ты на момент... Инцидента, как и вся семья, был в безопасности. Своеобразной. Лорд неприятно скривился, прожигая бывшего профессора обвиняющим взглядом. Уже не в первый раз за эти годы. - О, верно. Мисс Поттер с большим рвением приложила усилия, чтобы урвать себе Долгов Жизни, не так ли? Впрочем, тебе и вовсе не пришлось влезать в долги, ты подсуетился донельзя вовремя. Всё… честно. На слове «честно» Люциус привычно скривился. Как и всегда, у аристократа оно вызывало почти физически ощутимую зубную боль. А ему, тем временем, вернули неприятную усмешку. - Ты не сможешь меня убедить, что ничего не выиграл. - О, я все ещё слышу все, что происходит в каждом из этих коридоров, правда, много меньше языков глаголят нужное мне... Но, к примеру, о последних перестановках в верхушках я осведомлен до приятного больше, чем известно массам. - И что же там говорят? Заметив интерес собеседника к назначению Мирам Блэк, Малфой тонко улыбнулся. Нащупав слабину, Лорд заметно приободрился. - Всего лишь слухи, Северус, право слово, не желаю до них опускаться. Однако, если один из Орденоносных Героев нашей небольшой Второй Войны неспешно пройдётся со мной по Атриуму, так и быть, запятнаю себя этой грязью. О, к слову ты, помнится, радел за эту Героическую дочь твоей грязн... Не менее героической школьной подруги? Не так ли? Уловив оговорку, Мастер Зелий зло, но незаметно скрипнул зубами. - Атриум, значит. Зачем? О, Снейп знал, как пронять эту льдину и выбесить донельзя. Достаточно попросту резко соскользнуть с вежливых полутонов и намёков на очевидные, прямые вопросы. И действительно, отвечал блондин товарищу уже много более едко: - О, если только тебе не претит компания условно осуждённого Пожирателя Смерти, публичным общением с которым ты выкажешь открытую лояльность к его семье со стороны победителей. Мастер Зелий довольно усмехнулся, наблюдая, как лицо Главы Рода Малфой покрывается красивыми, симметричными, розовенькими пятнами гнева. - Что ты, Люциус, я безмерно рад тебя видеть... *** ... - Тварь. Паскуда. Бес в юбке. Психованная Блэк. Кобра зубастая. Цепная псина Министра. – Люц легко цитировал на память. – Так отзываются о новой леди Блэк. Шёпотом. Некоторые. Громче – уже боязно. И быть врагом – опасно. Госпожа Старший Аврор стала тем недостающим винтиком, который перезапустил систему, и теперь во главе Аврората – Триумвират. Дружный, но святости в нем мало. Глава Аврората, Старший Аврор и Заместитель Главы. Организация, оформление и координация полевой работы. Будь осторожен, если твои разработки будут переходить границы закона, они нынче суют свой нос везде. …А теперь сбавь шаг и пожалуй, ещё один круг перед каминами... Замечательно, будь добр чуть доброжелательней выглядеть... Так вот, друг мой, будь осторожнее. Система стала эффективней, как только обязанности одного мага разделились на троих. Старший Аврор не выпускает "своих мальчишек" с полигонов и дежурств, и готовит не меньше, чем армию. Впрочем... Если ты участвовал в её спасении, до поры у тебя индульгенция на тёмные задумки. Но все же рекомендую быть настороже. Твои бывшие студенточки отрастили зубки и добрались до Архивов Визенгамота. …И вот тут Северус, я вынужден с тобой распрощаться, увы, дела. Рад был повидаться. - И тебе не хворать. Что бы там не городил Малфой, во-первых, этот скользкий черт за долгие годы пристального наблюдения за Мирой так и не прознал о ее танцах с фамилией Принц и месте жительства. И это было хорошо. Во-вторых, Мирам, судя по первокачественным, а как иначе, слухам, что донес Люциус, задавить подчиненных авторитетом и превосходящей силой, несмотря ни на что, смогла. А это уже было попросту великолепно. Потому что переживать, что Золотая Девочка нарвется на неприятности в коллективе, больше было не нужно. Более того, можно было со спокойной душой гордиться таким страшным и грозным детенышем, который справляется со всем сам и без подсказок. Впрочем, в Министерстве она работала в той, прошлой жизни, много лет. Было бы удивительно, окажись все иначе. Хотя зельевар все же допускал, что прошлые заслуги леди Блэк основывались исключительно на желании где-нибудь героически подохнуть. *** Две тысячи одиннадцатый год (январь): «Маленькая черноволосая бледная девочка в белой рубашечке и таких же белых штанишках сидела на кровати. Напротив на той же самой кровати с ногами устроилась зеленоглазая женщина в зимней мантии. Пока ребенок ладошками ловил искрящиеся звездочки, которые в огромных количествах извергала палочка ведьмы, сама волшебница задумчиво поглядывала в окно, рядом с которым стояла метла, и иногда прислушивалась к звукам внизу. Мирам же стояла в углу и не менее задумчиво оглядывала комнату и двух ее хозяек, которые ее не замечали. Это определенно был дом на Гриммо. Но выглядел он иначе, чем Мира знала его при Сириусе. Скорее, спальня на втором этаже имела бы подобное убранство, живи она там сама. - Тут по твою душу Вик намылился в гости. Подарок на день рождения тебе приготовил. Сразу говорю, Северусу он не понравится. Ни подарок, ни Вик. Даром, что Крам – твой отец. Малышка, казалось, смотрела одобрительно, всячески приветствуя идею подарка. Но не произнесла ни слова. Хотя, казалось бы, на вскидку крошке было около четырех. И уже должна бы выражаться вербально. Звуки с первого этажа стали более явственны. Хлопнула дверь. Мира, покосившись на свою, более солидную и зрелую копию с лицом Мирам Поттер, прислушалась. Два голоса вели спор. Один мужчина говорил с болгарским акцентом и терпеливо. Второй – хрипловато и раздраженно сообщал, что не предупрежден о визите, лично его никто не уведомлял, ни о чем с ним не договаривался, а детскую метлу и вовсе посетитель может себе засунуть в места не столь отдаленные. Оживившись, женщина оценивающе посмотрела на маленькую копию второго оратора. И подозрительно засуетилась, подхватывая дитя на руки. - У меня отличная идея. А давай спасем маму от скандала? Мы с тобой сейчас легко и непринуждённо подгадаем момент и оставим тебя на нашего самого ответственного в мире человека. Как тебе? Девочка согласно мурлыкнула и улыбнулась, отстраненно перебирая вьющиеся волосы матери. А та с чувством выполненного долга оседлала Нимбус и выпрыгнула в окно, на долю секунды опередив быстрые шаги по лестнице. Мирам внимательно пригляделась к вошедшему, чувствуя себя в своем углу вполне безопасно и уже примерно понимая, что именно происходит. Этот Северус отличался от ее. На скромный вкус Миры, ее вариант сохранился получше. Но этого, если она правильно понимала, куда именно занесло ее сознание в этот год Парада Планет, Нагаина все же кусала. Так что – не удивительно. Хмуро оглядевшись под заинтересованным взором больших черных глазенок, здешний зельевар подошел к окну, прикрыл его плотнее и сердито выдохнул: - Сбежала. Малышка с готовностью кивнула, ожидая дальнейших действий родственника. И, не дождавшись, нетерпеливо махнула рукой в сторону двери. - А сама, значит, не дойдешь? Маленькая, но очень серьезная мелочь все еще являла собою картину ожидания. Северус Снейп, поняв, что ругаться в этом доме больше не с кем и ему банально не оставили выбора, вздохнув, осторожно подхватил малышку на руки. Та довольно ткнулась носом ему в щеку. И Мирам могла поклясться, что детеныш все также не произнес ни слова. Однако, Менталист задумчиво кивал и кривился. А после – заключил: - Какая у меня обязательная и ответственная дочь, подумать только. Ладно, это позже. Пойдем, пообщаемся, коли так. Меченая подозревала, что каким-то неведомым ей образом девочка оказалась природным эмпатом. В противном случае, видимость вполне осознанного, но одностороннего диалога теряла всякий смысл. Задумчиво щелкнув языком, покуда пред нею разворачивалась картина молчаливого попустительства желаниям ребенка, наблюдая, как той усиленно внушали просьбы говорить ртом, а не думать в чужие головы, попутно целуя в лоб, Мирам уж никак не ожидала, что кроха, разулыбавшись, начнет ей махать». Проснулась Избранная резко. Перед глазами все еще алела вспышка заклятья, которое не растерявший навыков маг швырнул в сторону невидимой опасности, молниеносно задвигая девочку себе за спину. А вот это уже было невозможно. А вот это уже было странно. И, будь она в своем сне чуть более реальна, очень сильно бы посоветовала господину Окклюменту озаботиться тем, что его внучка может видеть эфирно-ментальные, условные, проекции. Но, в конце концов, в том мире для решения проблем была совсем другая она. Так что это – не ее дело. Хитро улыбаясь и все еще не совсем отойдя от увиденного, Мирам Блэк затушила тлеющие в жаровне пучки трав, стерла со стен кровавые сигиллы Вуду и проветрила помещение. Метод Лаво, при нужных временных данностях, работал на ура даже для живых ведьм. Правда, за собственное любопытство и желание заглянуть в окошко между мирами в год планетарной Сигизии пришлось платить неизбывной мигренью и раскоординацией в пространстве. Но этот две тысячи одиннадцатый на ее памяти был слишком значимым, чтобы держать себя в руках и отказывать себе в безумствах. Именно в этот год пришел конец ее старому миру. Именно в этом году она, категорически мертвая, шагнула в Междумирье. И до дрожи в пальцах напугала свою параллельную копию, столкнувшись с той нос к носу. И именно поэтому сейчас, в этот снежный, тоскливо подвывавший и будивший песнями ветра старые страхи январь, Мирам, промучившись неделю кошмарами, пошла на поводу у собственной мнительности и чувства вины, возжелав узнать, уцелел ли в итоге мир и рассудок той, с помощью которой она сама когда-то нашла дорогу назад. Справилась ли ТА Мирам. Запомнила ли предупреждения. Судя по увиденному – еще как. Правда, главной проблемой параллельной Миры, как оно иногда и водится, скорее всего, снова был собственный отец, который при следующей встрече вычерпает той мозг чайной ложечкой во имя нарушенной конспирации. Меченая дурой не была, и прекрасно знала, с каким опасением относятся к природным эмпатам и менталистам. Таких детей предпочитают прятать до тех пор, пока они, в свою очередь, не научатся прятать способности. Если девочка такова – бешенство от вида незваного гостя, пусть и отца ребенка, у Снейпа было вполне оправданно. А вот хитрая и немного мечтательная улыбка сновидицы говорила о том, что прежняя хандра оказалась позабыта в угоду новой «гениальной» идее. Рассеянно зачеркивая цифры на десятилетнем календаре и черкая на полях, ведьма пыталась высчитать при помощи векторов и рунных колец, в какой год ее все же занесло в этом сновидении. Но думала при этом совершенно о другом. *** - Короче. – Вдохновенно начала Старший Аврор, усаживаясь на край кухонного стола и решительно поправляя лямку серой майки. На этом торжественная часть речи завершилась, и Мирам, отвлекшись, замолкла, с головой уйдя в изучение складок на юбке. Зельевар терпеливо ждал, держа в левой руке чашку а в правой – толстый научный журнал. И через минуту не выдержал, закатывая глаза и насмешливо приподнимая бровь: - Так ты скажешь? Или мы гонца со свитком ждём? Очень зря, закончив фразу, волшебник принял решение отпить кофе. Потому что его дочь, решив, что объяснения и аргументы – это все пустое, озвучила окончательное: - Я собираюсь завести ребенка. Единственное, что после этого некоторое время нарушало утреннюю тишину – надсадный кашель. - Родная моя... Максимально ласковый тон, на который только был способен мужчина, как бы намекал, что он – на грани истерики. - Я, она самая. С днем рождения, кстати. - Ты совсем ошалела? – Бессильно оглянувшись по сторонам и снова сосредоточившись на нарушительнице своего спокойствия, ни тени сомнения или юмора в черных глазах зельевар не узрел. И панически вскочил с места. – Да ты… Да чтоб… Да где же это производное от Локотруса, когда он так нужен? Сонорус! Блэк, твою матерь! Живо на кухню! - Сонорус? – Мирам действительно была удивлена. Кажется, в этот раз она настолько погрузилась в собственные переживания и опасения повторения прошлого сценария этого года, что в совсем не таком уж большом доме умудрилась не заметить целого человека. При этом – не самого тихого. – Сири здесь? - Уже неделю. С переменным успехом. - Чего так? Мастер Зелий помедлил. А затем, сообразив, что в случае его молчания дочь получит версию пса – признался: - Я... Проспорил. Мы сейчас, так или иначе, не об этом. Что тебе взбрело в голову? Ты хоть понимаешь, что… – Бессильно покачав головой и не зная, как сформулировать очевидное, что, в общем-то, со Снейпом случалось довольно редко, он продолжил. – …Что это не так происходит? Завести! Речь ведь не о книззле! Мирам Блэк не особо волновали осторожные увещевания. В конце концов, она лишь ставила перед фактом. А потому мадам переключилась на тему, по ее мнению, более интересную: - А, проспорил, значит? Это поэтому у нас весь дом каким-то самопальным вискарем воняет? А я-то думаю, что ты там за адовы зелья ебашишь. А оно вон оно что. Меченая, весело ухмыляясь, примерно представляла, что именно со своим воображением мог запросить с дипломированного зельевара ее Крестный. А потому сделала закономерный вывод: - То есть, ты у нас теперь профессор домашней браги? - Мирам! *** Сириус Блэк был более многословен в своей реакции. Но и у него спустя полчаса закончились аргументы. Как щенок на поводке, следуя за Крестницей, со спокойствием слона собиравшейся на работу, Пес тоже выражал здравые сомнения в разумности затеи. И уже у порога бессильно предложил: - Лучше б мертвых взялась воскрешать, что ли, если заняться нечем. Раз уж Некромантией так и так грешишь. Насмешливо фыркнув, Старший Аврор подцепила ноготками воротник мужской, подозрительно знакомой и числившейся утерянной Мастером Зелий, рубашки, выправляя тот поверх алой мантии, и взялась за ручку двери, игриво подмигнув: - Так я вас и воскресила. Это тоже считается, так-то. Некоторое время молчали оба волшебника. Первым отмер Блэк. - Снейп, я не пойму, а ты-то чего молчал? Вот взбрела ей дурь в голову, а мне-то почему одному отдуваться? - Я слишком стар для подобного. И что это за аргументы? Чего ты пытался добиться призывом к Некромантии? - А у меня мысли кончились. Нет, ты подумай: ребенок. Где Мирам – и где дети… - Она ментально старше нас обоих. И прожила две жизни. Если подумать хорошо, действительно пора бы… - Не умничай, герой плохого анекдота. Зельевар подох от яда. Что смотришь? Я тоже это видел, раз уж мы о прожитых жизнях заговорили! - От сидельца, затеявшего драку с сокамерницей, слышу. Тебя опрокинула обычная женщина. Даже не Маледиктус. - Ты сейчас Беллс как назвал? Женщиной? Хотя… в целом я с удовольствием, как ты выразился, регулярно опрокидываюсь женщинами, чего и тебе советую. Впрочем, с твоей-то персоной... С критичным превосходством осмотрев с ног до головы Снейпа, Блек отвернулся. А его оппонент задумчиво поджал губы. - Меня вот одно интересует: почему вы все считаете априори, что человек, который не хвастается на каждом углу подробностями своей личной жизни, по умолчанию – монах? Тут же учуяв пикантный подтекст, Бродяга живо раздумал уходить и с неподдельным, восторженно-недоверчивым интересом воззрился на Снейпа. - Да быть не может. Пиздишь. Тот, в свою очередь, поняв, что сболтнул лишнего, мигом вернул себе непроницаемое выражение лица. - Как угодно. В последней попытке отвлечь шавку от своей персоны Северус неторопливо извлек из рукава палочку, уточняя: - Насколько я понял, ты навострился использовать в обход Обета исключительно Защитные Чары. Я не особо верю, что мне и впредь не придется переводить на тебя без пользы дорогие ингредиенты, но… если ты, как и хвастался прежде, в состоянии устроить мне «веселую жизнь», самое время продемонстрировать. *** Как уж водится, несмотря ни на что, многочисленные удары по лохматой голове ничего не дали. И его дурацкая оговорка Блэку недельной давности дошла через эту сутулую безбожную собаку и до его домашнего карманного аврора. И вышла ой, каким боком. Поскольку в очередной раз, когда Северус попытался свернуть беседу на тему детей и ответственности, Мирам, сверкая улыбкой, в ответ поведала ему об одной сотруднице Отдела Магического Праворегулирования, от которой за версту несет новыми духами, которые, ой, какое совпадение, пахнут точь в точь, как его лаборатория. Отбрехаться и сбежать не вышло, поскольку Меченая сыпала вопросами. - Мне тебя от ее мужа отбивать придется? Учти, сажать невиновного в Азкабан очень и очень муторное и неблагодарное нынче дело. - Упаси Мерлин. Все не так плохо. - Ну-ну. А что за духи-то? - Вытяжка Амортенции. Безопасная. В следующем году запатентую. Выдает лишь ароматы. - А мне можно? - Можно. - А с чего у вас все началось? Судя по вдохновенно сверкающим глазкам, Мирам ждала как минимум романтичной истории. И с тем большим удовольствием, почти что мстительно, зельевар, продолжавший искать пути отступления от взявшей манеру его допрашивать дочери, ее разочаровал. - Патенты. Я пришел оформлять, а Марлин заговорила о Хогвартсе. Мы учились на параллелях. А в целом – все начиналось с котенка. И твоей матери. Они меня взяли тогда измором. - Интересно и нихрена не понятно. Так что с ее мужем-то? - Думаю, от глупостей его отговорит любовница. - О, как. Очень интересное долго и счастливо у этой твоей Марлин. - Не моей, а своей собственной. Полагаю, сейчас она доказывает с моей помощью благоверному, что ничем не хуже его и способна играючи выцепить из толпы не последнего человека. Под насмешливым взглядом родителя, несшего в мир правду, Мира, по каким-то неведомым ему причинам в столь разумном возрасте продолжавшая верить в чудеса и сказки, сразу сникла: - Кошмар какой. А я-то рассчитывала на бразильский сериал и жгучие страсти. А тут – скучный британский ситком. Кстати… И вот, вновь это идиотское оживление, присущее лишь гриффиндорцам. - …мне казалось, она была в Ордене, нет? Поскольку воспоминания тех лет были вовсе не из приятных, Снейп ожидаемо разозлился. Что ожидаемо не произвело на Избранную никакого впечатления. - Твою-то… Как только ее семью убили, она спешно вышла замуж и уехала в Америку. Вернулась только в конце девяностых. Довольна? Мирам продолжала игнорировать его негативный настрой, мстя за нудные разговоры о, как она их издевательски окрестила, «пестиках и тычинках». - Это не тогда, когда у тебя резко испарились проблемы с патентами, которые оформляет как раз ее Отдел? Вот ты бессовестный! А… - Прежде, чем ты продолжишь, рекомендую уточнить, почему в те годы только одна Марлин из всех МакКиннонов и спаслась. Живо оформив в своей голове намек так, как ей было угодно, Мирам снова игриво улыбнулась. Уточнять, что про Марлин тогда он вспомнил исключительно ассоциативно, соотнеся имя назойливой девчонки с воспоминаниями о котенке, Снейп не стал. И что лишь поэтому в день, означенный Пожирателями для «визита» в дом Орденцев выцепил так и не сумевшую обрести должной подозрительности Марлин под надуманным поводом, под ним же и удерживая ее восемь часов кряду вдали от семьи, тоже проговаривать не стал. Как, собственно, и о том, насколько молниеносно забыл о существовании девушки на долгие годы. - Оу. Ну… кстати, у нее прекрасные рыжие волосы. Мастер Зелий, казалось, что-то собрался возразить, но поджал губы и равнодушно отвернулся, игнорируя нелепые намеки. Додавливать и так залезшая не в свое дело по самое не балуйся Золотце не стала. Все же… Аппарируя в Министерство и вываливаясь из камина в Атриум, Мирам грустно вздохнула. Его равнодушие и непрошибаемость были неподдельными. За такую вовремя подвернувшуюся на его пути и такую удобную Марлин даже как-то стало по-женски обидно. И за то, что в спертом воздухе Лаборатории зельевара невысказанным, но очень четким, категоричным ментальным посылом повисло «Как-то уже налюбился». Ну, это, если так подумать, не ее дело. По крайней мере, пока там у них все стабильно – так уж точно. А вот то, что ей кровь из носу нужен Виктор Крам, и срочно – это да. Это уже повесточка, и немаленькая, в их затянутых отношениях без обязательств, которые надо срочно вывести из паузы. *** Две тысячи пятнадцатый год (зима): - …Однако, это чудесное зелье нельзя пить слишком часто, так как оно очень токсично, а чрезмерное употребление приводит к головокружению и небывалой самоуверенности, что, в свою очередь, притупляет чувство самосохранения. Итак, что это за зелье? - ОГНЕВИСКИ!!! Ну, очевидно, что Мастер Зелий имел ввиду Феликс Фелицис. Но Мирам тем временем совершенно не желала проникаться серьезностью момента. Так что ситуация грозила стать патовой. Обстановка в Лаборатории накалялась. И только наверху, двумя этажами выше, все было отлично. Старый Кричер, не такой упрямый, как зельевар, даже и не надеялся застать исполнение всех своих мечтаний, а именно – наблюдать, как любимая домовиком семья множится потомками. А потому сейчас с удовольствием возился с еще одним ребенком, уже вдоволь до этого насмотревшись на Крестника Мирам, Тедди. С которым она и Сириус с удовольствием поделились к его совершеннолетию всеми преимуществами принадлежности к «Священным двадцати восьми». В общем, теперь домовик пытался накормить еще одну представительницу древней фамилии. Что было, прямо сказать, много более перспективной и благодарной задачей, чем та, которой себя обременил Северус Снейп. Волшебник все еще не оставлял надежд научить дочь Зельеварению и сделать из нее целого Магистра Артефакторики. Пока все усилия были тщетны, и инициатива имела инициатора в… куда могла. Воспринимать его потуги с должным тщанием эта великовозрастная Авадами пришибленная ведьма была физически не способна. Страдания трепетно относившегося к своему делу мага с каждым днем лишь умножались. А уж в новой заботе о маленьком ребенке все его речи и вовсе становились для леди белым шумом. Но… еще оставался тот самый ребенок. Которого можно начать учить с детства. Новая мысль захватила зельевара прямо посреди его одностороннего и неблагодарного монолога, и теперь совершенно не желала отпускать. Так что цирк, если подумать, можно было уже сворачивать. И попытаться заинтересовать с нуля своим ремеслом то маленькое чудо, что уже четвертый год как было центром внимания в этом доме. - Хорошо, попытка последняя. Амортенция. В котле – уже готовый заказ. Дай описание и краткую характеристику. - А, ну, это я могу! Условно-запрещенное… - НЕ ЮРИДИЧЕСКУЮ, Госпожа Старший Аврор. - Ох. Тогда, пожалуй, остановимся на том, что это – Приворотное. И ты из него исхитрился изваять безопасные духи без этого эффекта. - … - Что? - Иногда мне кажется, что ты надо мной издеваешься. Ты не можешь быть настолько… - Не заинтересована? - Кхм. Ладно, можешь. Но ответь мне, неужели изобрели иной способ получить Магистрат, кроме как обучиться всем сопутствующим ремеслам? - Да я тут просто… чем больше думаю, тем больше прихожу к мысли, что подтверждать его каждый год очень не хочу. Сам посуди – у меня из того, что безопасное и можно это представить на суд общественности, раз-два – и кончились идеи. Это раз. А два – Магистрат обязует заседать чуть ли не безвылазно на межконтинентальных съездах и всяких комиссиях. А ты помнишь, какими тяжелыми были роды? - И как же эти два события в твоей голове связались-то?! - А так. Я больше рожать ни в жизнь не решусь. Лучше Авадой в зеркало. А значит, если я буду везде ездить, как и положено, банально пропущу все самое важное в жизни Ады. Ты, конечно, отлично с ней справляешься, да и менталист получше моего, но я, уж извини, не хочу однажды прийти домой и осознать, что ей восемнадцать, а я даже не заметила. Напускная веселость и легкомыслие испарились, как их и не бывало. Впрочем, то, что во время этой проникновенной речи Мирам все еще полулежала на столе и подгрызала запасы мяты, здорово сбивало с толку. - Справедливо. Но замечу, ты могла и раньше сообщить о своем решении. Чтобы я не бился все это время в глухую стену зазря. - А я только сейчас додумала. - О, ну, разумеется. Брысь с глаз. - А чем пахнет твоя Амортенция? - Я же сказал – мы закончили. - Ну, не сердись. А я тебе тоже расскажу про свою, а? Непонятно хмыкнув, волшебник принялся собирать в стопку книги, которые им больше, как выяснилось, не понадобятся. И сварливо поддел собеседницу: - Я и так в курсе. Чтоб ты понимала, твои духи, которые пахнут для тебя этой Лабораторией, для каждого имеют свой собственный запах. В том и суть. - Так у Амортенции три ноты, так –то. - О, да неужели! Именно тогда, когда уже не нужно, мы соизволили явить познания по теме! Вот что я… - А еще важен порядок ароматов. Кто первый, кто второй, и третий. - Ну, это уже ни в какие ворота, знаешь. Гордо вздернув подбородок и игнорируя все нараставшее возмущение в свой адрес, Мирам хитро прищурилась. - Смесь трав, анисовой настойки и Медового Отвара. Ветер и солнце. Табак и огневиски. Угадаешь, в каком порядке? Примерно уловив ассоциативный ряд, Северус с удивлением понял, что у Мирам, как и у него самого, все запахи были привязаны не к событиям и собственным переживаниям, а, кажется, к конкретным людям. - Допустим, мне интересно. И только допустим, что – сдаюсь. Обвиваясь вокруг него удушливой лозой, сверх меры довольная волшебница сообщила: - Сначала ты. Потом – Сириус. После – Джинни. Ну так что? - Что? - Ну, скажи! - Я ничего, если ты помнишь, не обещал. В конце концов, поняв, что его только что незаметно взяли в профессиональный, обманчиво-мягкий, захват, вырываться из которого чревато, зельевар, подло ударив Меченую в бок ребром ладони и таким нехитрым образом заставив отскочить, неторопливо поправил манжеты. - Раньше был другим. - А на что сменился? Все с той же неохотой, решив отвечать лишь на сформулированный вопрос, Северус четко проговорил: - Ветер и каменная крошка. Дешёвое можжевеловое масло. Лилии и пергамент. Судя по лицу, Мирам была озадачена. Хотя бы частично. - Пояснений, я так понимаю, не будет? - Именно. Растерявший все, и так не богатое, настроение, зельевар категорично вытолкал дочь восвояси. Пояснения. Как минимум, Артефактор должна была уяснить, что никакие духи не смогут перебить вечный запах статики и компонентов от ее одежды и волос. Про то, что Эйлин Принц на духи денег не имела и пользовалась маслом, тоже проговаривать было излишним. Как и о том, что Лили считала забавным пахнуть, как цветок, именем которого ее нарекли. А уж про то, что уже несколько лет, как его Амортенция утратила аромат лилий, приобретя стойкий запах озона, Снейп и вовсе никому в мире говорить не собирался. А в особенности – дочери, для которой эта его история с несчастливым и неудачливым финалом стала самой настоящей грустной, идеализированной сказкой о вечных привязанностях. Раздраженно, досадливо фыркнув, Мастер Зелий погасил огонь под котлом, понимая, что сегодня уже ничего путного не сделает. А этажом выше тем временем та, чьи волосы пахли этим самым озоном, категорично сложив ручки на груди, без всякого приложения физических сил перевернула тарелку с кашей, демонстрируя матери и домовику безмолвный магический выброс. *** Адара* (и будь клят вездесущий агитатор Блэк за это имя), а в просторечии – Ада или Ребёнок, с энтузиазмом волочила по полу кота. То есть, девочке казалось, что она его несёт, но соотношение размеров кота и ребенка предполагали именно волочение. Наконец, странная парочка добралась до кухни. Завидев взрослого, кот обречённо и устало выдохнул, констатируя свою плачевную ситуацию. Сил на прежние высокомерные взгляды в сторону двуногого, с которым они так за эти годы и не подружились, после поползновений дитя на мохнатую шкурку, у четырехлапого уже не оставалось. - Мяу. «Болеет». Кота торжественно вручили волшебнику. Тот, уловив небывалую для четырехлетки серьезность ментального посыла, даже соизволил встать со стула и сделать вид, что невероятно внимательно осматривает кошака. Кот тоскливо косился на лежанку у печки. Наконец, завершив маленький спектакль, Снейп аккуратно опустил животное на ту самую лежанку, обиженно сворачиваться клубком. И усмехнулся, присев перед девочкой. - Он полностью здоров. Просто ему нужно часто спать в силу возраста. И теперь погляди внимательно, к чему приводит непрошенная помощь, которой очень часто грешит… - вовремя вспомнив, что подрывать авторитет родителей в глазах детей чревато последствиями, все крамольные хвостики мыслей Окклюмент загнал за блоки – В целом, с ним все хорошо. Когда он так лежит, он спит, а не болеет. Ты удовлетворена? Немного поразмыслив, дитя все также вдумчиво кивнуло. «Где шляется твоя необязательная мать». – очень хотелось спросить зельевару, но во-первых, речь надо было сильно фильтровать, как и мысли, а во-вторых, он прекрасно знал ответ. В Министерстве. - Как насчет пойти спать? Ада ожидаемо и красноречиво надулась, копируя мимику матери. В такие моменты, поскольку малышка была ее почти точной копией, волшебник ощущал, как неумолимо проваливается во временную воронку и теряется в датах. Как если бы желаемое наконец стало действительным, и то единственное, о чем он по сей день жалел, все же свершилось. Конечно, он прекрасно понимал, что Адара – не Мирам. И имеет свои особенности. Такие, как небывалого уровня эмпатия, позволявшая ей уже в таком возрасте безошибочно читать любого и говорить ему «в голову», транслируя слова и образы. И также понимал, что Мира прячется от дочери за Артефактами, а он – за Ментальными Щитами, не столь совершенными. И от его дурного настроения, в отличие от Миры, имевшей теперь стабильный ментальный и эмоциональный штиль по всем фронтам, у малышки защиты нет, кроме расстояния. Впрочем, держать себя в руках оказывалось на удивление легко. Ада была ребенком послушным. И любимым. И да, Снейп прекрасно отделял одну от другой. И именно поэтому осторожничал вдвойне. Эта кроха ни в коем случае не должна была повторить тяжелой судьбы своей матери. Ни в чем. Ради этого зельевар готов был на многое. Даже согласиться на предложение МакГонагалл и вернуться, наконец, преподавать. Конечно, в свое время. Как только большеглазое чудо научится контролировать свои, так во все времена нелюбимые обществом, способности и поступит в Хогвартс. За эту клятую эмпатию, к слову, тоже отвечал он. Меченая так и не научилась дозировать силы, и в нелегком деле работы с психикой малышки была бесполезна. А вот за лояльность Министерства и власти у них в семье отвечала Мирам. Как и за огненную, неумолимую мстительность. Так что вряд ли кто-то посмеет высказаться на тему того, что Адара Блэк, дочь Избранной – точная копия профессора Зельеварения. А если даже и да… Земля таким любопытным личностям прахом. - Давай поступим так. Поскольку твоей матери и ее «чудесной» метлы, как ты сама видишь, в доме нет, полетаешь ты сегодня со мной. В конце концов, я тоже в состоянии выполнить данное тебе ею обещание. Но потом чтобы я из твоей комнаты ощущал лишь здоровый и глубокий сон. Никак иначе. Мы договорились? Судя по тому, как кроха повисла у него на шее, тыкаясь носом в щеку, они и вправду пришли к единому знаменателю. Вот и пригодился тот самый, так полюбившийся когда-то самой Мирам, «аттракцион». А на деле – темномагическое искусство. В самом деле, Снейп, как ни старался, метлы не переваривал. И, натягивая на одетую лишь в штаны и рубашку девочку невероятное количество теплой одежды, клял на чем свет манеру Мирам обряжать дочь в арабские шальвар-камизы** в погодных условиях матушки-Британии. А также прикидывал, выдержит ли час полетов с дополнительным грузом. Ада всячески мешала сборам, с детской непосредственностью пытаясь что-то сделать сама и то и дело ластясь к рукам, как котенок. Фонило при этом от малышки непосредственной детской радостью и безусловной любовью так, что Окклюмент форменным образом задыхался и искренне начинал верить, что однажды умрет от разрыва сердца. Вот неужели же, узнай он о Мире вовремя, было бы также?.. Вряд ли. В те годы он был невероятным придурком. Хотя сама Мирам считала иначе, однажды выловив момент откровений и с горячечной убежденностью развив из одного его единственного предложения полемики на целый час. К концу того вечера от гадостного ощущения себя чуть ли не святым отделаться Мастер Зелий так и не смог. И очень хотел поспорить с дочерью, но было откровенно лень. Да и бессмысленно вообще в чем-то разубеждать леди Блэк, если она что-то себе там решила. Однако, вот это вот ее решение, крепко цеплявшееся за его плечи и восторженно подставлявшее лицо снежинкам, было ни капельки не ошибочным. Шапочка, связанная Молли Уизли и, естественно, красно-желтая, в очередной раз слетела под ноги. Малышка проводила ее равнодушным взглядом и сделала вид, что так оно и было. - Значит так. Если она тебе не нравится – перекрась. Но ты ее наденешь. Или мы возвращаемся. Вливать в тебя Перечное без нужды я не стану. Прошла минута. Мужчина, поудобнее подхватив ребенка, уже собирался было вернуться в дом, но сиротливо валявшаяся на крыльце шапка с завязками внезапно окрасилась в черно-зеленый. Вернув предмет на законное место, маг довольно ухмыльнулся. Был ли тому причиной выбор цвета или же то, что четырехлетний несмышлёный клопик смог взять под контроль считающийся спонтанным выброс, уточнять вслух он не стал. Но Ада, уловив удовлетворение взрослого, что-то невнятно и доверчиво муркнула ему на ухо. - Да, ты молодец. А сейчас держись крепче. Черный зловещий туман взвился вверх, рассекая холодный сумрачный воздух. Правда, если бы этот сгусток тьмы попутно не повизгивал от восторга детским голосом, выглядело оно бы в разы солидней. В тени деревьев поодаль прятались две фигуры и наблюдали за представлением. Сириус Блэк ощущал когнитивный диссонанс и разрыв шаблона, а Мирам Блэк широко улыбалась. - Я же сказала, что если я проебусь, он меня и в полетах прикроет, лишь бы она не плакала. Ты должен мне два галлеона. - Если твой папаша узнает, что мы на него ставили – мы трупы. Но… В общем, если нужен будет для него молитвенник в честь крошки – я хочу знать. - Заметано. - Слушай, а ведь без метлы-то в разы опасней, да еще и по улице… Вот от кого не ждал, так от Снейпа. С такой авантюрой я даже готов принять его в почетные Мародеры. - Вот сам ему и скажи. Я хочу видеть, как он заавадит тебя за подобное предложение. Обещаю хоронить торжественно. И вообще – ты видишь скорость? С его реакцией она даже если будет намеренно прыгать вниз каждую секунду – до земли не долетит. А Согревающих на Аде столько, что в Африке прохладней. Он ей лично мантию зачаровывал. Блэк разочарованно махнул рукой. - Перестраховщик. Никакого тебе духа авантюризма. А я-то уж подумал… - Бродяга, ты сейчас намекаешь на то, что если бы моя дочь упала, это было бы весело? - Я намекаю лишь на то, Мирри, что мы вполне успеем в бар, пока они развлекаются. Туда и обратно. И вообще… Ты правда все еще думаешь, что после того, как мы с Джейми научили тебя гонять на детской метле, что твой шрам – это от Непростительного? Такую юмореску Меченая уже пропустить мимо ушей не смогла и со сдавленным рыком исчезла в аппарационной воронке следом за хрипло хохочущим Крестным. Как ни крути, шуток про Шрам, путешествия во времени, Лаво, плевать с подачи терпеливого Барона на Избранную хотевшую, а также – свой неоднозначный возраст, Мирам не терпела. А тот самый Шрам, естественно, ни разу за эти годы так и не заболел. Все было хорошо.