прости
10 марта 2022 г., 14:46
Примечания:
тгк: https://t.me/sou_soum3tsu
***
01.03.2018. Было ощущение, что по тебе проехали танком, а потом ещё и вернулись, чтобы точно окончательно тебя добить. Так описывала своё состояние после Олимпиады Евгения. Из неё выжимали все соки до той степени, что сил даже встать не было. Просто лежишь на кровати, рука даже не тянется выключить будильник. Просто смотришь в потолок, словно в пустоту, ничего перед собой не видишь. Медведева не видит смысла выходить куда-то дальше постели. Только сделаешь шаг куда-нибудь, так тут же появятся из ниоткуда толпы назойливых людей с расспросами о вещах, которые не хочется комментировать. «Что вы думаете о победе Алины Загитовой?». «Не сильно расстраиваетесь, что золотая медаль досталась Загитовой?». «Как вы общаетесь с Алиной?». «Кто вы друг другу?». «Как Олимпиада повлияла на вас с Алиной?». Алина, Алина, Алина. Везде она. Везде эта Чёртова Загитова. Женя пыталась успокоить себя тем, что та стала Олимпийской чемпионкой, поэтому такое внимание. Да и её слова, которые она так хотела, чтобы никто не услышал… Все заголовки были в ней. Одна половина радовалась, другая — писали, что та не достойна. Все эти новости, статьи, посты с соц.сетях, она была сыта по горло ими. Не уходит из головы желание просто исчезнуть, чтобы никто её не трогал и не знал о ней, чтобы никто не говорил о ней. Будто и нет её, будто не существует такого человека. А ведь ты, Жень, фавориткой была все эти годы. Неужели надежд людей было недостаточно, их веры в тебя и поддержки? В голове всю ночь звенели слова «Ты сделала недостаточно. Ты могла лучше. Ты могла победить. Теперь подвела людей». А ведь ей начало казаться, что она могла и большее, могла лучше, могла выжить из себя ещё, но не смогла. Всё, что у неё было — осталось на льду в Пхёнчхане. Той Жени больше нет. Больше нет той уверенной в себе фигуристки. Её сломали. 04.03.2018. Медведева снова была на очередном интервью. И опять с ней. Сейчас её больше всего раздражает наивность младшей. «Мы с Женей подруги». Да какие подруги, блять. Это были слова доверчивой 15-летней Алины. Такой глупой и наивной. Не друзья они и вряд ли теперь ими будут после такого. Что это? Детская надежда? Ложь самой себе? Женя не знает. Она просто хочет исчезнуть, не видеть её сейчас на тренировках. Одно её существование напрягает. Жень, а не ты ли сейчас ведёшь себя по-детски? Свалила все грехи мира на ту, кто только недавно была юниоркой. Она же не сама себе оценки выставляет, пойми. Но и понимать не хотелось. Это просто была злость, разочарование в самой себе и не более. Разрешённая мечта. Вторая. Это вечное клеймо. Может потом она будет терзать себя, жалеть о всём, что выливает на подростка, но в данный момент просто похуй. Уже который день Загитова пробует подойти к Медведевой, поговорить, пообщаться как в старые добрые времена, подурачиться. Не выходит. То у Жени дела есть, то собак кормить надо, то гулять с ними надо, то к тренеру зайти, то к маме надо, то в магазин за хлебом. Любые быстрые отговорки были придуманы Евгенией лишь для того, чтобы избежать разговора. И даже сейчас. — Жень! Давай погово… — с невинной сильной надеждой в глазах снова и снова спрашивает девушка у старшей. — Мне идти надо, — опять и опять уходит от темы фигуристка. — Собаки заждались? Я уже это слышала, ну хватит выдумывать, почему ты… — продолжала идти за ускоряющей шаг Медведевой Алина. — Загитова, отстань, — уже готова была переключиться на бег Женя. — Да почему ты такая упрямая! — Потому что я не хочу с тобой говорить. Ты последняя с кем я хотела бы поболтать сейчас, а точнее совсем не хотела бы, — серебряная призёрка сворачивает на угол, надеясь, что Алина сдастся. Не выходит. Упрямое дитя. — Да почему? Я ничего не сделала такого! — на последнем выдохе крикнула Загитова. Женя закипает. Почему нельзя просто оставить человека в покое? Видно же, что тебя избегают. Как можно не понимать, каковы причины. Это просто безумие, либо вселенская слепота. Загитова, спустись с небес на землю. — Вот именно, что ты ничего такого не сделала! Но у тебя сейчас будет всё — признание твоего таланта, слава, любовь людей, да всё, что только можно! Они сделали всё, чтобы победила именно ты и у них получилось. Радуйся, злорадствуй. Ты просто появилась из ниоткуда и тут же стала нравиться людям без понятия почему. Иди, ликуй своей победе дальше, меня только не трогай, — Женя старалась не срываться на младшую, что-то её всё равно останавливало. Не сдержалась. В глазах Алины будто весь мир упал. Она, столько лет шедшая к этой победе, старалась не меньше других и всё равно — «Ты недостойная, тебя просто вытянули до этого места, это медаль Жени, сними её». Не слишком ли она юна для этого? В голове сразу проснулись все моменты, когда они с Женей не думали об Олимпиаде и дурачились, ведя трансляции в перископе. Все тогдашние чувства и воспоминания хочется просто удалить. Её смешала с говном только что та, кого она любила больше всех на этом катке. — Лучше бы ты осталась в юниорках и не мешала мне. Тошно уже видеть везде твоё имя, — проговорила девушка низким тоном и… ушла. Пошла дальше, куда видела, не важно ей было куда идти, только бы подальше отсюда. Загитова и не замечает, как слёзы наполняют глаза и начинают течь рекой. Им не нужно разрешение. Чувства идут вперёд здравого смысла. А здравый смысл говорит послать Женю и отодвинуть свои чувства к ней. Всё равно не быть вам вместе. — Ты просто эгоистка, Медведева. Не одна ты стараешься! Другие ещё лучше тебя могут быть! Ты думаешь только о себе! — с её стороны это звучало как не больше, чем обиженный ребёнок, который пытается доказать родителю что-то. Но родители не всегда правы. — «Это спорт, Аль, здесь каждый сам за себя, как же ты не понимаешь», — мысленно ответила той Евгения. — Я ненавижу тебя! Сердце замирает. Пусто. Ничего внутри нет. И Медведева не покажет этого. Гордость берёт вверх. Даже если сейчас она придёт домой, упадёт на кровать и будет рыдать в подушку, жалея обо всём. О том, что она могла бы сделать, о том, что могла бы не говорить, о том, что могла просто молчать. Обида берёт вверх. Именно она всё рушит. Рушит долголетнюю дружбу, любовь, да любую связь в принципе. И у неё получилось.***
21.03.2018 20 дней прошло и 20 дней они делают вид, что не знают о существовании друг друга, что не видятся на тренировках, они лишь делают вид, будто никогда ничего не было между ними. Так легче. Намного легче. Лишь внешне. Внутри буря эмоций. Обе нервничают, если находятся друг от друга на расстоянии ближе метра. Их истории больше нет. И каждый раз, приходя домой, Загитова надеется, что завтра Женя всё поймёт, что она примет то, что вышло, что она придёт к ней поговорить, обсудить всё. Последняя переписка с ней датируется 4 января 2018 года. Тогда и пропали они. Пропали друг для друга. Отчаяние и надежда борются между собой. Вторая и проигрывает, и проигрывает. И всё равно встаёт дальше сражаться. На чём она вообще держится? Всё кончено. Почему ты так желаешь победы последней, Аль? Так будет происходить и не раз. Очередная Олимпиада будет рушить очередную дружбу. И ты с Женей попали под этот сценарий. Смирись. Живи дальше. Ты не нужна ей. Она и подругой-то тебя не считала. Бедная Алина. Думает уже которую ночь о Жене с надеждой на лучшее, а та наверное пытается забыть её имя. Попытки написать той и дождаться ответа были тщетны. Никакого результата. Женя даже не читает их. Будто закинула в игнор во всех соц.сетях. Бестолку. На телефон приходит сообщение. Алина не в силах даже посмотреть от кого оно. С совершенно пустым взглядом она вваливается спать. Не переодевшись, не умывшись. А зря. на экране железки светится «Прости, Аль» от контакта «Женя». И зря не смотрит. Через час Медведева его сотрёт. Она думает, что Алине уже плевать на её внимание. Как же было бы хорошо, если её это действительно не волновало бы. Совсем. Но чувства не убрать так быстро. Наивная подростковая любовь. Женя её переросла. А может она врёт себе? 30.04.2018 Женя просыпается от стука в дверь. Кого припёрло в такую рань? На часах даже 6 утра нет. Недовольно встав, Медведева идёт к двери, смотрит в глазок. Никого. Странно. Открывает дверь. Ничего не видать. Только небольшая коробочка лежит на коврике перед дверью. Такие анонимные подарки лучше не принимать, мало ли что там. Но любопытство берёт верх. Мама Жени спит, надо аккуратно у себя в комнате открыть коробку. Вернувшись на место сна, фигуристка взяла ножницы, чтобы открыть подарок. Нигде не написано от кого. Фанаты что ли? Девушка открывает коробку. в ней ещё 3 коробочки нежно-розового цвета. Открывает первую — браслет. Золотой. Такой красивый. Заметно, не в какой-нибудь палатке бабки Люси куплен. Блестит. Открывает вторую — письмо и с ним чехол с мишками, идеально подходит на её телефон. Мило. Доходит до третьей… Твою мать. Золотая медаль. Та самая. Алина. Опять эта чёртова Загитова. Приятное чувство сменилось жгучим стыдом. Вот до чего ты довела девочку-подростка, Жень. Тебе отдают то, что по праву принадлежит младшей. Ты отобрала у неё радость. Рука тянется поднять этот кусок железа. На него сейчас так противно смотреть. Просто невозможно. До сих пор, не приняв поражения, она всё равно не осмелилась бы примерить на себя его, особенно глядя на висящее на стене серебро. Хочется кинуть его об стену. Нельзя. Это Алинина награда. Это её и только её труды. Не должна это вещи находится сейчас у кого-то другого. «Привет, Жень. Это Алина. Знаю, тебя уже достало моё присутствие в твоей жизни. Прошу, прими каждый подарок отсюда. Я о многом думала с того дня, когда сказала, что ненавижу тебя. Я много читала о нас, о наших местах. Это твоя победа. Прими её. Обещаю, это последний раз, когда я тебя тревожу. Надеюсь, у тебя всё будет хорошо» — Какая же ты дура, Аль, — прошептала сама себе Женя, не удерживая слёз. Она вернёт ей этот кусок железа. Немедля. Почему только сейчас тебе стало стыдно, Жень? От чего? Да от всего. От того, что сама разрушила то, чем дорожила и присоединилась к тем, кто сломали Алину, кто лишили её радости. 01.05.2018 Алину будит мама. Сейчас такая рань. Можно было ещё немного поспать. Без особых слов та вручает дочери посылку. Первая мысль — Медведева. По спине прошёл холодок. Она готова была увидеть худшее и получить в ответ, чтобы она шла лесом. Но нет. Внутри письмо, игрушечный мишка, рубиновые серёжки и… медаль. Она вернула ей её. Загитова сама не понимала, зачем была готова отдать старшей самое дорогое, что появилось в её спортивной жизни. Ей руководили эмоции. Конечно, увидь столько пожеланий смерти тебе от фанатов другой фигуристки и как твои желают в ответ всего худшего другой — так и с ума сойти можно. Первым делом фигуристка поворачивается к зеркалу хотя бы примерить серьги. Красивые. Подходят ей. Только теперь куда не надень — это будет память о Жене. О***
20.09.2020. Два года прошло и ты удосужилась вернуться к Этери. Только бы ты знала, сколько смешанных чувств Алине пришлось пережить летом, когда ты решила стать ученицей Брайана Орсера. Не свойственно себе, Загитова, пока никто не слышит, материла тебя всеми возможными словами. Только представьте маленькую Алю, которая бьёт кулаком скамейку в пустой раздевалке, сидя на полу. Она не узнала причину до сих пор, да и смысл был в этом невелик. Эти два года были как на иголках. Вы пытались поддеть друг друга чем-либо. Позитивных ответов людям невозможно было услышать. Как кошки сцепились когтями, а поговорить никак нормально не могут. Лишь царапаются на огромном расстоянии друг от друга и шипят. К чему это? Как малые дети, только одной 18, а другой 20. Вроде взрослые. Сейчас явно больше будет шансов, если не начнут язвить друг другу без причины. Сегодня Жени не было весь день. Многих это насторожило, Загитова — не исключение. Глубокая обида не шла быстрее чисто человеческого переживания. Она никогда ничего не пропускала. — Куда Медведева провалилась? На звонки не отвечает, а время уже вон сколько, — переживала Этери Георгиевна. — Она вчера сама не своя была, — подметил Даниил Маркович, — Могу ошибаться, но когда она подходила ко мне, я посмотрел на её часы мельком, там было около 26-28 часов, точно не помню. Похоже сегодня она должна встретить судьбу. — Это не повод пропускать занятия, — настаивала на своём женщина. — Помню, в своё время, когда у меня оставалось пару часов до встречи, у меня всё тело ломало. Слышал, в такие моменты оно само решает, что тебе делать, но так не у всех, — продолжил мужчина, — Давайте простим ей этот день. Загитова чувствовала в этот момент давление на руке, прямо на месте времени. Что-то ей подсказывало скорее закончить все тренировки за день. Непонятное чувство. На руке красовались ещё большие числа, она проверяла — ещё больше полгода до того самого дня. Девушка просто вмиг почти всё делала. Такой энергичности удивлялся каждый находящийся рядом. То, что она должна была сделать на 3 часа — она сделала за полтора. — Загитова, ты сегодня прям летаешь. Давно такого я не видел от тебя. Всё хорошо? — поинтересовался Глейх. — Да, всё прекрасно, Даниил Маркович. Я могу идти или нужно будет остаться? — с натянутой улыбкой поинтересовалась Алина. — Иди, ты молодец. Снося всех перед собой с ног, Алина буквально забежала в раздевалку. Она не знает почему, но в голове словно просто мелькало слово «Торопись». Куда? Зачем? Прямо сейчас? Единственное о чём-то она думала — важный ей человек беде. Но кто.***
Остаётся час. Ломит абсолютно всё. Ноги ватные, от кончиков пальцем и до самых плеч будто током отдаёт. Виски гудят. Живот скручивает. Медведева предпочла бы смерть, чем чувствовать это ещё целых 60 минут. Дрожащими пальцами она набирает, почему такая сильная боль может быть. Ответов было много, но суть одна — вам не повезло с судьбой. По словам людей это мог быть рандомный человек, которого вы никогда не видели, это может быть ненавистная вам персона, грубо говоря тот, кого врагу не пожелаешь. Перед опухшими от слёз глазами пронеслась вся жизнь. Как так? Почему именно ей это терпеть приходится? Она понимала, либо сейчас свершится приговор для неё или этой «судьбы», либо, если повезёт, они спокойно разойдутся оба, не чувствуя друг к другу симпатии. 30 минут осталось. Женя начинает одеваться в самую обычную одежду, сама того не хотя. Это происходит машинально. Ни макияжа, ни тупо желания умыться нет. Просто выйти уже на улицу. 25 минут. Она выходит. Разум несёт её куда-то прочь. 20 минут. Она уже не смотрит на то, что перед её глазами происходит. С закрытыми глазами идти даже страх пропал. 15 минут. Уже и не видать знакомых ей улиц. 10 минут. Она в каком-то здании. Мозг не соображает даже какое это место. 5 минут. Фигуристка проходит первый этаж по лифту, второй, третий, останавливается на четвёртом. 2 минуты. Она быстрыми шагами оказывается где-то в… уборной? Непонятно ничего. Минута. С руки пропадают часы. Всё. Впереди никого не видать. Или от помутнения разума Женя уже никого не видит. На лбу холодный пот образовался. Она поворачивается назад. Только не это. Там он. — Я так и знал, так и знал. Какой же я везунчик! Её фанат. 30-летний мужчина. На его голове уже образовывается лысина. Это он. Паника и ужас в глазах Жени нельзя было описать. Ноги снова ватные, девушка отходит назад, а идти некуда. Стена. — Как же я счастлив, что это ты, Жень. Ну что, давай… — ПОШЁЛ ВОН ОТСЮДА, — Медведева не контролировала свой голос, губы дрожали. — Ну ты чего. Не кричи. Я тебя люблю, ты же знаешь, — мужчина пытался приблизиться к испуганной до смерти фигуристке. — Я полицию вызову, не приближайся ко мне. Я тебя ненавижу. Ни за что. Иди нахуй отсюда. Нет, нет, нет и ещё раз нет, — с запинками говорила тому Женя. Это был её сталкер. 4 года он следил за ней. «Милые» подарки и письма прямо под дверь — всё его рук дело. Из-за него Жене с мамой пришлось переехать. Из-за него Жене не было спокойно даже в другой стране. Из-за него она начала бояться каждого шороха и звука нового сообщения. Сколько раз не блокировала она его — он всё новые странички создавал, писал ей, показывал как идёт к ней в гости. Исчезни. Мужчина, подобно роботу, наклонил голову вниз. «Нет» — всё, что нужно было услышать. Вселенной смешно. Она решила поиздеваться над Женей. Неестественно для человека, он вдруг повернулся и куда-то побежал. Женя хотела уйти от него, но зачем-то побежала за ним. Он пробирает через какой-то потайной ход по лестнице. Здесь в здании всего 5 этажей и то он уже миновал. Крыша? Нет… нет, нет, нет, только не это. — Женечка, это твой окончательный ответ? — парень доходит до самого края. — Стой на месте, прошу, остановись! — пытается спасти его Медведева. Зачем оно тебе, Жень? Ты его ненавидишь, ты его проклинаешь, ты ему желала всегда самого ужасного. И сейчас ты стоишь, желая спасти его жалкую жизнь. Стыда за отказ нет, совершенно. Но это чувство… Страх. Безысходность. Понимание, что выхода нет из ситуации. Ты бессильна. — Скажи, что любишь меня и всё будет хорошо, — эти безумные голубые глаза смотрели в душу, гипнотизировали. Женя не смогла сказать ни слова. Она только отворачивалась и закрывала себе рот, чтобы не сказать лишнего. Всё. шаг назад. Он летит вниз. Без лишних звуков. Медведева застыла на месте. Нет больше человека. Она его убила. А дальше всё, как в тумане. Она слышит как кто-то подбегает к ней. Может это уже её бред и никого нет на самом деле. Сколько времени прошло с этих моментов она не знает. Глаза всё также устремлены вниз. Она не посмотрит, куда он упал. Слышен звон сирен. — Женя! Женя, очнись! Жень, ты как? Умоляю, ответь хоть что-то, — она не разбирает чей голос около неё переходит на крик. — Я… я… он… — фигуристка падает на чьи-то руки. Глаза закрываются. Она не выдержала увиденного.«как это было со стороны Алины»
Загитова буквально бежит по всему зданию, куда привели её ноги. Здравые мысли остались с ней. За пару минут до того, как она дошла до 5 этажа, она вызвала скорую. Не понятно зачем, но она нашла объяснение — все вокруг говорили о сбросившемся с крыши мужчине. Она вбегает в какой-то узкий проход, ведущий на самый верх. Окрыв железную дверь на крышу, она видит — Женя, сидя на коленях смотрит куда-то вниз, не шевелится. Алина сразу подбегает к той. Дышит. Слава всем богам. Фигуристка садится рядом с старшей, поднимает лицо той — глаза стеклянные, кожа бледная. Твою мать. — Женя! Женя, очнись! Жень, ты как? Умоляю, ответь хоть что-то, — пыталась достучаться до той Загитова, тряся за плечи Медведеву. — Я… я… он… — ничего понятноно не произносит Евгения и падает вперёд на младшую. — Женя! Блять… Надо донести тебя… — растерялась кареглазая, но смогла поднять на руки старшую. — Девушка, стоять, вы почему… — тут вбежали полицейские и опешили от увиденного. — Вы что, не видите, девушке плохо, только что увидела как мужчина скинулся с крыши, помоги! Она сознание потеряла! — Загитова с раздражением смотрела на бездействующих мужчин, — Твою мать… — шёпотом произнесла она, увидев новые часы на руке Жени. Точно такие же как у неё.***
Женя просыпается. Вокруг белые и зелёные цвета. Больница. Под взор попадает капельница. Она не помнит ничего. — Господи, спасибо тебе, доченька, ты жива, — мамины объятья ни с чем не спутать. — Мам? Я… как я… — Алиночка тебя нашла. Уж не знаю как, но думаю если бы не она — может и не нашли бы тебя так быстро. Мы обе так беспокоились, ты бы знала, я все слёзы выплакала, — не сдерживая эмоций, мама Жени плакала, — Она тут всех на ноги поставила, ты бы это видела, вот её и пустили смотреть за тобой, пока я не приехала. Ладно, я пойду у врача спрошу, что с твоим здоровьем. Настала тишина. Загитова сидела на стульчике недалеко от неё и смотрела по сторонам. Алина волновалась за неё, она старалась сделать всё, чтобы Женю быстро отвезли в больницу. — Как себя чувствуешь? — прервала мёртвую тишину младшая. — Лучше, но тревожно ещё. Из всего я запомнила только его безумный взгляд и как он… упал… — тяжело выдохнула Медведева. — Сейчас его здесь нет, всё хорошо. Никто тебя не тронет, — Загитова взяла за руку фигуристку. — Почему ты… — Не знаю. Чувство было, что что-то плохое случится. Случилось. Ноги сами привели сюда. Подробнее, что было, расскажу как поправишься. Сказали у тебя сильно психика пострадала и сердце. Волноваться нельзя. Я бы не бросила тебя там, — успокаивающе большим пальцем гладила руку старшей девушка. — Может и нужно было оставить меня там, — чувство вины продолжило быть с ней. — Не дури. Ты не заслужила такой участи. Память потихоньку восстанавливалась. Женя постепенно вспоминает моментами, что было. — Прости за всё, Алин. Я отвратительно себя вела все эти годы, думала только о себе, не видела, что другие и ты… — слова крутились на языке, но так и не приходили на ум. — Ты пока была в отключке уже говорила это. Я думала, что ты там бормочешь, а потом прислушалась. Это были искренние слова, это чувствуется. Непонятные немного, словно бубнёж, но потом дошло, что ты раскаиваешься. Хорошо помню «Я хотела всё начать заново» и «Я всё поняла, Алин, прости». Я прощаю тебя. И ты меня прости, пожалуйста. Я не лучше была. Тоже со своим подростковым бунтом лишнего наговаривала от обиды. — Начнём всё заново? — единственное, что спросила Женя перед тем как задремать. — Начнём. Надеюсь.***
14.07.2021 Спустя месяцы терапии и восстановления здоровья Медведевой, девочки всё же начали лучше общаться, хотя и было множество стычек от СМИ и даже окружения. Сколько радости и шока было у всего штаба Тутберидзе от этой новости. Женя назначила встречу с Алиной, прекрасно зная, что её новые часы вот-вот истекают, всего-то 12 минут оставалось. Но она стояла там же. Ждала. На одном месте. Её никто не нёс вперёд, как раньше. Её не волновало это. Особенно после вчерашнего долгого разговора во время которого Алина ей много язвила в шутку, пока они вспоминали о прошлом и признавали, что тогда чувствовали. Уже 4 минуты оставалось. — Угадай кто, — Жене закрыли глаза. — Даже не знаю, предположений нет вообще. Загитова, не дурачься. Оу… вау… — Медведева повернулась и увидела Алину, красиво одетую, словно за миг повзрослевшую. — Рот закрой, муха залетит. Ты тоже хорошо выглядишь, — посмеялась с той младшая. — Спасибо. Ауч… А… Это что… — Медведева посмотрела на руку. Время исчезает. — Ох, Медведева, ты слепа как ни знаю кто, смотри, — собеседница подняла своё запястье, — Что скажешь? — Что я люблю тебя? Это так странно звучит, — кареглазая закрыла лицо руками. — Евгения Медведева, 22 годика, стесняется. Я тебя тоже люблю, — Алина ударила ту локтем в бок. — Да иди ты… Ты носишь их до сих пор, — Женя заметила на Загитовой серёжки, которые она ей подарила. — Ты тоже носишь мой подарок, — подметила она, посмотрев на украшение на руке девушки, — Можно? — Алина приблизилась к губам девушки, прося разрешения. Загитова касается ладонью щеки Медведевой, чтобы приблизить ту для поцелуя. Губы Жени накрывают губы Алины. Обе этого так давно ждали. Обе так хотели, надеялись даже когда были все доказательства против. И вот сейчас руки старшей расположились где-то у младшей на плечах, пока вторая перебирает волосы девушки пониже пальцами. Счастливый конец можно построить в своей жизни, если этого захотеть. Вот тому подтверждение.
