Просто дождись

***

02.03.2022 — Привет всем, — по привычке зашла в раздевалку с хорошим настроением Аня. — Привет, — дружно поприветствовали её девочки, но, кажется, в более грустной интонации.       Щербакова сразу заметила, что девочки были не совсем в хорошем расположении духа. Что-то случилось. И Саши не видать. И Косторной тоже, при чём уже несколько дней. Точно нехорошее стряслось. — Что-то случилось? — настороженно поинтересовалась она. — Алёна в ЦСКА ушла, а Саша не выходит на контакт, редко в сети появляется, неизвестно что с ней, — первая ответила Даша.       Щербакова изменилась в лице. Она ожидала того, что Косторная перейдёт снова к другому тренеру. Она ожидала, что Алёна выберет более комфортный для себя вариант. Выберет лучшее для себя. Но услышав про Трусову ей стало тревожно. А ведь правда. Рыжая не писала ей уже несколько дней, не приходила в «Хрустальный». Последнюю тренировку они немного поговорили и Аня ушла, Саша, как обычно, осталась на подольше. Тогда уже все почти разошлись. Что же стряслось такого… — Понятно. Саша вообще никому не писала, не отвечала? Кто-нибудь знает, что случилось? — в ответ на вопросы Анюты все лишь отрицательно покачали головами.       Чёрт. Нужно будет написать ей срочно вечером. Или лучше позвонить. Звонки Саша не игнорирует, если не поставит на беззвучный. Соберись, Ань, нужно настроиться на отработку прыжков. Не подавай виду, что плохо себя чувствуешь.       Не получается. Четверной не докручивается, Щербакова чувствует, будто всё тело стало вялым, не гнётся, голова не настраивается на работу вместе со всем остальным телом. — Кошмар, Аня, ужасно. Что это такое? После победы расслабиться решила? Не получится, давай, просыпайся, ты совсем никакая, — Этери состояние девушки сразу же заметила. — Хорошо, — ответила ей Аня.       Шатенка слышала только, что тренер на неё ругается, но, кажется, мысли затуманили всё сознание и она не расслышала, на какие именно ошибки ей указывают. Чёрт тебя побери. Да чтоб вы… Когда ты успела так раскиснуть, Анют? Точно. Саша. Забудь о ней хотя бы сейчас. Всё будет нормально. — Анечка, можно тебя на минутку? — подозвал к себе фигуристку Глейх. — Да, что-то не так? — Щербакова понимала, что всё не так, но спросила. — Ты раскисшая какая-то, поникшая. Что случилось? Такой тебя ещё никто не видел, — подметил он плохое состояние девушки. — Честно… Только не говорите никому, пожалуйста. За Сашу переживаю. Она будто исчезла. Молчит, не подаёт и виду, что она вообще живая. Не знаете, где она? — спросила Аня, зная, что у тренеров должен быть ответ.       Понимающе мужчина кивнул и стал думать, как правильнее сказать о происшествии, произошедшем с Трусовой недавно. — У неё, предположительно, растяжение. Большего мне не говорили. Она на лечении, недели 2-3 точно появляться на катке не будет. Позвони ей, думаю, тебе она ответит. А сейчас постарайся настроиться, чемпионка, всякое случается, подумай о себе лучше. Всё будет хорошо, давай, покажи класс, — поддержал девушку тренер и похлопал по плечу. — Спасибо, Даниил Маркович, — успокоилась девушка и отъехала выполнять свои задачи.       Волнение за состояние Саши всё ещё было, но хотя бы теперь известна причина её отсутствия. Тревога стихала понемногу. С души как камень упал.

Вечером этого же дня

      Идут гудки. Не отвечает. Уже вторая попытка дозвониться до девушки. Может, спит, может занята, может не взяла с собой телефон. Аня нервно стучит ноготками по столу. Всё. Ответила. — Солнце, привет, ты как? Почему не отвечала никому? — с облегчением выдохнула девушка и задала вопросы рыжеволосой. — Привет, Анют. Относительно, нормально. Расстроена произошедшим, сама понимаешь. Я все эти дни на обследованиях была, времени отвечать не было. Сейчас только смогла наконец отдохнуть по-человечески. Ты ещё что-то хотела узнать? — немного нервничала Саша, отвечая той. — Да просто хотела про твоё состояние узнать. У тебя голос дрожит, что-то случилось? Можешь рассказать мне, если… — не договаривает Аня. — Мне лучше, чем пару дней назад, восстанавливаюсь дома, стараюсь меньше нагружать себя. А, тут такое дело. Я отошла и не услышала звонок и… Моя мама принесла мне телефон, а ты… Записана у меня как «Лучшая девушка»… Меня ждёт явный разговор после этого… Только не переживай, всё хорошо будет, правда, — неспокойно отвечала Трусова, но пыталась успокоить свою девушку.       Как же ты не вовремя, Ань. В голове у себя Щербакова успела обматерить себя за то, что именно сейчас позвонила ей. Лучше бы написала. Чёрт, чёрт, чёрт. Теперь из-за неё у Саши проблемы будут. Кареглазая закусила нижнюю губу от нервов. — Анют, прости, что заставила нервничать, только не волнуйся, хорошо? Как дела в «Хрустальном»? Что нового? — пыталась перевести тему Александра. — Все тренируются, как обычно. Даша вернулась, Алёна перешла в ЦСКА, Женя с Алиной тоже с нами. А так больше ничего. Береги себя, пожалуйста. — Ухты. Интересные новости. Ну про Косторную я знаю, она мне писала об этом недавно. Вымотала меня только своими разговорами эта дурында. Главное, чтобы ей было хорошо там. Она рада и это главное. Ладно, Анют, я пойду. Не переживай за меня. Тоже не забывай о своём состоянии, а то ко мне присоединишься, — пошутила под конец Саша. — Хорошо, обещаю. Пока тогда, — бросает трубку Аня. — Пока, дорогая, — улыбнулась Саша и отложила в сторону телефон.       За дверью её ждала мама. Можно сказать, прямо выжидала конца разговора этих двоих. Женщина открывает дверь, без единой эмоции на лице смотрит на дочь. — Наболталась с ней? Ничего сказать не хочешь? — скрестила руки на груди Трусова старшая. — Что? Что я встречаюсь с самой невероятной и лучшей девушкой на свете? Что мне с ней хорошо и она мой соулмейт? — Саша не смотрела в сторону своей мамы. — Ты хоть сама понимаешь, что это не нормально? Ты без медали, о которой мечтала, осталась из-за неё. Или не так тебе и важна была та победа, что даже отобравшая у тебя всё девушка стала важнее неё? Или это тебя так своеобразно на золото тянет? — Не смей так говорить о ней. Я никогда не подумаю злиться на неё больше из-за этого. Не она сама себя поставила на первое место. Не она. Не смей. Её. Обвинять, — начала раздражаться Саша. — Я ничего такого не сказала. Не верится, что так легко ты это отпустила. Щербаковы хорошие, не спорю, и Аня девочка хорошая, но я не понимаю тебя, — докапывалась до дочери женщина.       Так раз если она хорошая, то что тебе ещё нужно? Почему не хочешь принимать этот факт? Трусова закипала. Спокойствие, только спокойствие, Сань. Тебя просто хотят вывести на крик. Делай вид, что тебе безразличны эти слова и быстрее отстанут от тебя. Глубокий вдох… И выдох. Отлично. Перевела дух. — Мы ругались с ней, да, но помирились, не сразу, но помирились. И у нас всё прекрасно. Мы отходим от ситуации на Олимпиаде. Если я уже не злюсь на неё, то и тебе нужно прекратить. Только потом не улыбайся ей. Это уже лицемерие будет в сравнении с словами, которые ты сейчас говоришь. Это касается только нас с Анютой и никого больше, — безразлично глянула на мать Александра. — С Анютой, значит… Ладно. Как скажешь. Но вы, должно быть, ошиблись. Неправильно это всё. Не должно быть так. — Что неправильного? То, что один человек любит другого чистой любовью и готов на всё ради него? Если уж вселенная решила нас сделать родственными душами, то в этом точно нет ничего «не природного, неправильного». Одинаковое у нас время, сравнивали. Точность посекундная, — убеждала маму Саша. — Как скажешь. Общаетесь вы мило, отрицать не смогу. Но принять мне это сложно. Не думаю, что смогу что-то ещё о вас сказать хорошего, — продолжала стоять на своём женщина. — Думай, как хочешь. Нас уже все приняли в «Хрустальном». Если не можешь смириться с тем, что сердце твоей дочери принадлежит девушке, то хотя бы порадуйся, что она счастлива и её никогда не обидит её партнёрша. Порадуйся, что твоя дочь не будет приходить домой заплаканная и с побоями, как у многих традиционных, по твоему мнению, парочек происходит. Пока я цела и счастлива не трогай меня, прошу, — умоляла её Саша.       До мамы Саши начало что-то немного доходить. И правда. Её дочь, как она помнит, долгое время была очень счастлива, приходила домой с огромной улыбкой, рассказывала о прогулках с Аней так, будто в них всегда было что-то особенное. Точно. Слова Саши что-то тронули внутри неё. Бог с ними. — Ладно. Не буду против вас идти, как бы я не ненавидела это всё. Отдыхай, — женщина впустила в комнату пришедшую собаку Саши и закрыла дверь.       Трусова посмотрела на питомца, похлопала по кровати, подзывая его залезть к ней. Он послушался её и полез к хозяйке. Сложно будет Саше переубедить маму окончательно.

У Ани дома в этот момент

      Щербакова не переставала нервничать на счёт того, что скажут Саше её родители. Она старалась забыть об этом, пыталась отвлечься на свои хобби, но ничего не выходило. Настроя не было. Девушка несколько раз заходила на кухню и, зайдя туда в третий раз, после того как успела обойти, кажется, каждый уголок дома, наконец решилась сесть за стол. Просто сесть, положив голову с руками на него.       Шаги дочери по дому услышала мама Ани. Спустя минуту поисков дочери по дому, Щербакова старшая наконец нашла Аннушку на кухне, сложившую руки, как первоклашки на фотографиях за партами. — Доченька, что-то случилось? Грустишь, сидишь тут одна в тишине. Расскажи, что случилось, я послушаю тебя, — заволновалась женщина за Аню. — Да так, не важно, — отнекивалась от разговора Анюта. — Ну как же не важно? Не волнуйся, я не буду ругаться, расскажи, что гложет тебя.       Аня знала, что мама всегда поймёт, даст совет, примет любое заявление от дочери. Знала, что сейчас это единственный человек, который может её выслушать. И она доверяется ей, как всегда. — Саша травму получила, растяжение, только что я с ней разговаривала, она сказала, что с ней всё хорошо, что не стоит переживать, но она… Поникшая была, там причина одна была… — рассказывала Щербакова. — Ну я думаю Саша девочка не глупая, как лучше ей станет, так она вернётся. Не будет же она тебе врать, она всегда тебе доверяла всё самое сокровенное. Ты так волнуешься за неё, по-особенному относишься к ней. И так с детства было. Да и Саша такая была, помню, маму свою не слушала, но стоит тебе что-нибудь сказать — сразу бежала к тебе, — вспоминала с улыбкой на лице женщина, что улыбнуло и Аню, — Скажи, ты чувствуешь что-нибудь к ней? Вы полгода точно были ну очень близки, ближе обычного.       Сердце в пятки ушло. Видимо, даже разговоры с родителями происходят у них в один и тот же день. Забавно. Но сейчас Ане не до этого. Врать не получится. Ты уже спалилась, Анют, сразу покраснела от подобного вопроса в лоб. Придётся сказать правду. — Я… Люблю её… И она меня. Мы ещё осенью встречаться начали и у нас… Время одинаковое, так что мы родственные души, — замешкалась Аня на месте, выдавая то, что она нервничает. — Ну что ты так боишься. Не обижаете друг друга же? Всё хорошо у вас? — спросила она, получив положительный кивок от дочки, — Ну вот и хорошо. — Ты не против? — Зачем же мне быть против вас? Саша чудесная девочка. Помню, всегда тебя защищала, ограждала от лишней опасности. По-моему, очень повезло тебе с судьбой. Да и ты на неё хорошо всегда влияла. Столько взглядов на тебе она задерживала, ой, сколько приятных слов тебе говорила. Такое чудо вы были. — Спасибо, мам, — расплылась в невинной улыбке Аня, — Тут просто в другом дело. Сашина мама, кажется, узнала о том, что мы вместе. — Её мама сама по себе женщина хорошая, такую бы дочку плохой человек не воспитал. Боишься, что она не примет её? Такое может быть, говорю как есть. Но у Саши боевой характер, захочет — переубедит. Не думаю, что выгонять будет из дома её или что-то такое. Всему своё время, даже стенку можно подвинуть, если приложить сил, — подмигнула дочке женщина. — Буду надеяться, что это правда.

***

09.03.2022       Проходит неделя с того, как Саша не появляется на льду. Проходит неделя с того, как сообщений и звонков становится всё меньше и меньше. Проходит неделя с того, как последний раз их разговор длился больше 3 минут. Аня лишь узнаёт о том, что Саша взялась за учёбу как следует и лечится. Больше почти ничего она не слышит от девушки. Ещё иногда она видит по видеозвонку собак девушки, которые так и лезут посмотреть, с кем болтает их хозяйка. Странно. От мысли об этом девушка даже успела зависнуть ненадолго, пока её не позвали. — Аня, приём, ты сейчас дырку просверлишь в катке, — Усачёва пощёлкала пальцами у лица девушки. — Я тут, — очнулась фигуристка. — Мне кажется ты не тут, а мысленно где-то с Трусовой, — постебалась подъехавшая к ним Хромых.       С серьёзным видом Аня откашлялась и посмотрела на обеих поочерёдно. Младшие сразу замолчали. Сзади стояли Медвегитовы и не могли сдержать смеха от этой картины. — Бедную Аню измучили уже. Ну что вы, дайте человеку поскучать по своей второй половинке, — к девушкам присоединилась Женя. — Да эта… Меньше писать она мне стала. Почти не отвечает после случая одного… — Что за случай? — не понимала Даша. — Родители наши про нас узнали. Со мной-то всё отлично, меня приняли и, видимо, уже благословили на лучшую совместную жизнь. А вот Сашины… Боюсь я, как бы это не они ей запрещают со мной общаться, — поделилась переживаниями с подругами Щербакова. — Твоя мамуля просто золотая, Анют. Уверена, Саше никто ничего не запрещает. Вы обе уже взрослые, самостоятельные, должны же и её родители это понимать. Молча это принимать твой рыжик не будет, поверь мне на слово, — подбодрила Медведева младшую. — Ох, если бы это было так, — поникла Аня. 18.03.2022       Щербакова в очередной раз звонит своей девушке в попытке узнать, как она, лучше ли ей, может, что-то произошло. В этот раз Александра быстро отвечает на видео-звонок. — Добрый вечер, Анют, — отвечает той растрёпанная Трусова. — Я тебя разбудила? Прости-прости, — сразу начала извиняться Щербакова. — Всё нормально, всё нормально. Я не спала. Я с собаками играла ну и видишь результаты этих игр на моей голове, — указала на свои волосы Саша. — Погоди… Ты покрасилась? — подметила изменение в своей девушке Аня. — Ухты, ты заметила. Есть такое. Решила покрасить в красный, чтобы по-ярче были. Мне идёт? Хотя погоди, у меня гнездо на голове, — хотела было сходить за расчёской девушка. — Тебе и с гнездом хорошо, очень идёт этот оттенок. Как себя чувствуешь? — рассматривала Сашу шатенка. — Намного лучше. Ещё пару дней и буду в «Хрустальном» возвращать свою форму, а то я мало двигалась всё это время, непривычно было. — Кстати, прости, если надоело с этим вопросом. Твоя мама… — Не переживай, я уже неделю вторую с ней говорю на эту тему. Она старается лишнего не говорить, но пока что переубедить старческие убеждения не получается, — растягивала последние слова Саша. — Главное, что ты в порядке. Я уже успела себе надумать, что тебе запрещают со мной общаться. Ты не писала почти мне. — Ты чего, Анют, не настолько же всё плохо. Тут такое дело… Я геометрию решила подтянуть, да и другие уроки. Была бы ты тут помогла бы мне с ними. Самой сложнее. Я ещё за это время некоторые рецепты выучила, нечем было заняться особо, — рассказывала о своей жизни Александра, — Кстати, мне ещё психолога назначили после всего, что произошло, сейчас такое расскажу, что мы на сеансах обнаружили, слушай…       Щербакова внимательно вслушивалась дальнейшие рассказы Саши о том, что происходило за эти несколько недели. А происходило действительно много чего. Аня слушала даже какие-то обычные бытовые истории о том, как эта бунтарка успела разбить тарелку, убраться от скуки во всей комнате и как она обучила собак новой команде. Приятно было смотреть на девушку с огоньком в глазах, которая наконец познала, что такое отдых.       Аня слушала и то, как Трусова пересказывала, о чём она говорила с психологом, что они прорабатывали, как Саша удивлялась в первые дни стоимости за него и прочее. Слушала с огромным удовольствием, как её девушке становится лучше. Искренне радовалась за неё и переживала.

***

21.03.2022       Щербакова почти засыпала на месте и еле-еле надевала коньки, когда все остальные уже либо вышли, либо смотрели на сонную девушку, пытающуюся привести себя в порядок. — Ань, ты сколько спала, скажи? 0 часов? — спрашивала Камила. — 3 часа, — бормотала под нос себе кареглазая, — Знаю, надо больше. Господи, что они так вопят? — услышала крики девочек вне раздевалки Аня. — Без понятия, — ответила Даша.       Слышатся шаги, приближающиеся к двери. Ручка поворачивается. А вот и причина всеобщего визга. — Привет всем, — входит Саша.       Щербакову словно холодной водой облили и она очнулась, будто и не готова была свалиться спать прямо здесь. Аня подбежала со всей дури к Саше, чуть не снеся её с ног своими объятьями. — Оу, ну всё, оставим их в покое, — Усачёва потащила за руку Ками, подмигнув той. — Ага, пошли, — Валиева сразу поняла, на что намекает подруга и пошла за ней.       Саша в ответ обняла Аню не менее крепко и не захотела отпускать ту ещё минимум несколько минут. — Я скучала. Почему не написала, что именно сегодня вернёшься? — отстранилась от девушки Анюта и принялась шнуровать дальше свои коньки, о которых благополучно забыла. — Думаю, это можно назвать сюрпризом от меня, — широко улыбнулась Трусова. — Хороший сюрприз. Я скучала по тебе. Давай, надевай коньки и ко мне идём, — потарапливала Сашу шатенка, выходя из раздевалки.       Когда же Трусова наконец вышла, все девочки посмотрели на воссоединившихся голубков. Эти взгляды сразу уловила Аня с Сашей, идущие бок о бок друг с другом.       Но тут же их внимание перевелось на Загитову и Медведеву, находящихся на льду. Они… Пытаются исполнить элементы парного катания? Зрелище интересное, конечно. Дурачатся девушки, но, к слову, получается не так плохо, как можно было подумать. Женя держала Алину за талию, внимательно смотря на партнёршу и улыбалась вошедшей в образ Але. — Медведева, Загитова, вы женское парное устроить решили? Пока можете помечтать об этом, — строго посмотрела на старших Этери. — Да ладно, пусть повеселятся. Редко их увидишь такими довольными и спокойными, — подметил Даниил Маркович, видя, как девушки сильно заинтересовались этим.       Увидев эту картину, Саша с Аней переглянулись, кивнули друг другу и вышли вместе на лёд с идеей повторить за старшими. Девушки мало понятия имели, как себя вести в парном и что делать, поэтому делали так, как душа велела, поглядывали на старших и повторяли за ними, неловко улыбаясь друг другу. — Нет, ну вы поглядите на них, и эти… Даша, Камила, и вы туда же? — женщина увидела последовавших за примером первых двух пар младших.       Женщина уже смирилась, махнула рукой и отошла куда-то, пока Глейх наблюдал за веселящейся шестёркой девушек, которые пытались вспомнить прокаты пар и повторить хотя бы самое лёгкое. Попутно они смеялись с не получившихся элементов и своей собственной неловкости, которая отсутствовала только у уже опытных Жени и Алины.

Ближе к вечеру этого же дня

      Саша с Аней, как обычно, самые последние остаются в раздевалке, как получившие самое большое количество замечаний. Обе готовы были гарантировать, что после этого дня они обе свалятся спать, придя домой.       Щербакова заметила, что ручка сама по себе начинает поворачиваться. За ней последовал звук защёлкивания двери, который раздался почти звоном в ушах. Трусова моментально вскочила с места, уже переодевшись. Саша дёргает за ручку. Блять. Их закрыли. — Кто бы там ни был, если ты не откроешь, я тебе конёк в бошку воткну! — начала стучать обеими руками по двери Трусова.       Ни единого звука. Саша дальше продолжает стучать, но теперь с новой силой. Снова нет ответа. Вздохнув от раздражения, Трусова начинает дёргать одной рукой ручку, а второй продолжать долбить дверь. Опять никакого результата. Трусова задумалась. Никакого толку это уже минуту пятую не приносит. Тут Саша без особых раздумий решила стукнуть по двери ногой, от чего опешила Аня, которая поникше сидела до этого и наблюдала за тарабанищей дверь Сашей. — Саш, у тебя только недавно растяжение было, ты хочешь себе ещё и перелом пальцев ноги заработать? Откроют, успокойся, — пыталась усмирить девушку Аня. — Не будь занудой, я ситуацию хотя бы пытаюсь исправить! Помоги лучше, ну честно, Анют, мы тут застряли точно, — продолжала бить ногами дверь Трусова, умоляя Аню помочь. — Да послушай ты меня уже, ради всех богов. Ты так точно себе что-то сломаешь. И дверь ты не выломаешь, она не деревянная. — Щербакова, хватит указывать мне, сама разберусь, отстань, лучше бы делом занялась, — пробубнила Саша, продолжая тянуть ручку. — Чево? — удивилась такому заявлению Анюта.       Аня встала со своего места, а Саша уже успела пожалеть, что ослушалась и так ответила, хотя она и сказала это в шутливой форме. Но до Ани шутки не всегда доходят. Трусова уже мысленно вырыла себе могилу. К счастью для Саши, тут дверь отперли и она успела быстро выбежать. Прямо перед ней оказались Женя с Алиной и Ками с Дашей, которые не могли остановить свой смех, чуть ли не валяясь на полу. Саша прожигала их недовольным взглядом. — Чё вы ржёте? Я уже думала останусь там на всю ночь. Чья это идея была, признавайтесь! — возмущалась она. — Можно сказать, что всех четверых идея была. Прости, Саш. Можно было и подольше вас там оставить, послушали бы, что тебе Аня скажет, как помиритесь, а может чё ещё произошло бы, — ответила Усачёва, не прекращая смеяться. — Я вас щас… — Трусова! — послышалось за спиной грозный Анин голос, от чего у Саши сердце замерло. — А, ну, знаете… Мне пора! — Александра быстро выбежала из «Хрустального», не закрыв за собой дверь. — Я не договорила! — сказала той Аня, побежав за ней.       Девушки между собой все переглянулись, поняв, что сейчас Саше достанется и уже успели пожалеть, что так подшутили над девушками. — У этой истории больше экшена, чем я думала. Кстати, у всех парочек привычка фамильничать? — проморгала несколько раз от удивления Алина. — Это от нас взялось. Делаем ставки насколько Саше жопа из 10? — Медведева смотрела им след так, будто каждый день видит такое. — 34 из 10, — отвечает Ками. — Разве Аня такая кровожадная? — спросила Даша. — По Сашиной быстроте бега, видимо, да, — ответила той Алина. — Молимся на Сашину жизнь, а точнее, чтобы она не закончилась. Ну или чтобы Анюта успокоилась и выдохлась, догоняя её, — продолжила диалог Женя.       Трусова бежала по улице так, будто собиралась на соревнования по бегу. А за ней в ответ гналась Аня, которая была готова дать той подзатыльник за грубость. Как говорят в фильмах ужаса — главное не оборачиваться назад. Трусова бежала в направлении своего дома, что сразу подметила Анюта. Резко Саша почти сталкивается с пожилой парой, что напугало их. — Извините, пожалуйста! — крикнула им в след Саша. — Это… Трусова Саша? — спросила у своего мужа женщина. — Простите! — тут же в них чуть не врезалась Аня и тоже извинилась. — И Щербакова Аня… Встретишь же так, а тебе никто не поверит, — продолжил говорить старик.       Как на зло Трусова споткнулась и влетела в стенку какой-то многоэтажки. От боли девушка взялась за руку. И тут же её догнала Щербакова. — Ты куда бежать от меня собралась? — присела на корточки девушка, смотря на пострадавшую со спины и пытаясь отдышаться после такой гонки. — Вообще домой, но я думала ты меня сейчас убьёшь и… ускорилась. — И вот результат. Ну хоть будешь знать как грубить мне, — улыбнулась Анна натянуто. — Мне больно вообщем-то, могла бы и пожалеть. И я сказала это в шутку! — надулась Саша. — Я тугодум, милая. И я тоже сейчас пошутила. Вставай, горемыка, — протянула руку девушке Щербакова, чтобы та встала, — Насколько больно ударилась? — Синяк будет ещё долго проходить, скажу так, — всё ещё строила недовольное лицо Трусова. — Ты невероятная, Саш. Сама проблему придумала, сама от неё побежала, сама себе хуже сделала, — потянулась обнимать девушку Аня. — Я вас не знаю, девушка, не трогайте меня, — отошла на шаг вперёд зеленоглазая.       Щербакова лишь закатила глаза на очередную выходку Трусовой и всё же добилась того, чтобы обнять обиженную девушку со спины. Саша ещё немного посопротивлялась, но позже смирилась.       На телефоны обеих пришло сообщение:

Алина:

Приглашаю вас на завтрашнюю вечеринку к Камиле домой! В честь чего? Да просто всем вместе собраться и отдохнуть. Чтобы к 15:00 уже были у неё.