Наперекор судьбе

Прошло несколько дней с момента последних событий. Эти дни были наполнены напряжением, бессонными ночами и непрекращающейся борьбой. Ребята старались держаться и побеждать, но с каждым разом становилось всё труднее. Векторы Мизере становились всё сильнее, их атаки были более слаженными и разрушительными, и победить их было не так просто, как раньше. А к этому добавился ещё и Королевский Легион — робот, который должен был стать их надеждой, теперь был оружием врага. Никто не понимал, как справиться с такой угрозой, и в воздухе витало чувство безысходности. Но в самый решающий момент, когда казалось, что надежды больше нет, появился Ахиллес D9 — новый, мощный LBX, который мог переломить ход битвы. Хиро стал новым владельцем этого робота. Когда он впервые взял экстройлер и активировал его, он почувствовал, как по его рукам пробегает электрический разряд — машина отзывалась на его прикосновение. Он сразу же вник в управление, его пальцы интуитивно находили нужные команды, и хотя поначалу всё шло трудно — робот был мощным и требовал высокой концентрации, — со временем парень научился уверенно контролировать его. А доктор Ямано тем временем создал ещё одного робота. Один MK-2 достался Джастину. Сначала он отнекивался, боялся взять на себя лишнюю ответственность, чувствуя, что не справится, но в итоге всё же решил принять подарок и робота. Его сердце билось быстрее, когда он впервые коснулся его корпуса, понимая, что это оружие может стать ключом к спасению Вана. И всё же в их сердцах жила тревога, которая не давала покоя ни днём, ни ночью. Они переживали за Вана. Не знали, что с ним происходит, жив ли он и что с ним делает враг. Каждый думал об этом, и мысли о нём не давали им сосредоточиться. Именно в этот момент по штабу раздался резкий, пронзительный писк, который заставил всех вздрогнуть. — Что это? — спросил Тайлер, и его голос был полон тревоги. — Президент Озгуд, — ответил один из сотрудников, и его лицо побледнело. — Это похоже на прямую трансляцию. Мы не можем её отключить. Сигнал идёт по всем каналам. Все тут же забеспокоились и подошли к монитору. Экран сначала мигнул синим, а потом на нём появился Мизере. Его лицо было холодным и безжалостным, а в голосе слышалась ледяная уверенность. — Люди Земли, — заговорил он, и его голос эхом разнёсся по залу. — Вы слишком много себе позволяете. Я уничтожил всё, что мешало моей оптимизации. Примите её добровольно, или вас ждёт неповторимое. Перестаньте мешать мне. Смиритесь со своим поражением и дайте мне уничтожить человечество. Один герой уже принял мою оптимизацию. Имя я называть не стану — вы и так его знаете. Он сам подчинился мне. Теперь очередь за вами. У вас есть три дня. По истечении этого срока всё человечество будет стёрто. Экран погас так же внезапно, как загорелся, оставляя после себя лишь чёрную пустоту и тяжелую тишину. — Как он смеет утверждать, что Ван добровольно согласился? — воскликнула Ран, и её голос дрожал от гнева. — Этот подонок похитил его! Он использует его как марионетку! — Мы отследили сигнал, — сказала девушка за монитором, быстро набирая команды на клавиатуре. На экране тут же появились цифры и карты. — Германия. Там находится источник трансляции. — Так вот где он прячется… — произнесла Джессика, и её глаза сузились. — Мы должны его спасти, — решительно сказал Джастин, и в его голосе звучала сталь. — Должны! Мы не можем его потерять. Не сейчас. Ребята, взрослые, все в зале — единогласно кивнули. Решение было принято. Их ждала Германия. — Метамо-R, — сказал доктор Ямано, и его голос был твёрдым, хотя в нём чувствовалась усталость, — доставь нас туда. — Принято, — ответил голос Метамо-R. — Через четыре часа будем на месте. — Ах, так долго… — грустно произнесла Ами, и её плечи поникли. — Потерпи, — сказал Кацу, и он положил руку ей на плечо, чувствуя, как она дрожит. — Мы всё равно успеем. Эта тварь не посмеет ничего сделать с ним. Мы вернём его домой. Пока Уткошатл мчался вперёд, рассекая воздух и оставляя за собой шлейф света, ребята пытались хоть немного отдохнуть. Но сон не шёл: кто-то настраивал LBX, проверяя каждое соединение, кто-то мысленно готовил себя к бою, прокручивая в голове возможные сценарии. Воздух был напряжённым, и каждый чувствовал, что грядущая битва будет решающей. Вскоре их позвали в главный зал, где собрались все члены команды. Их лица были серьёзными, а взгляды — сосредоточенными. — У нас слишком много бойцов, и нас заметят, — сказал доктор Ямано, и его голос был деловым. — Поэтому мы разделим силы. Одни будут сражаться и отвлекать, другие займутся спасением. Сендо и Гордон, вы идёте в правую руку робота. Аска и Нильс — в левую. Курт, ты пойдёшь один в правую ногу. Джессика и Аэрон — в левую. Мы отправимся в самый центр. Мы должны спасти моего сына любой ценой. Всё понятно? — Да! — хором ответили ребята, и их голоса слились в единый крик решимости. Их отпустили по комнатам. Кто-то лёг отдохнуть, закрывая глаза и пытаясь успокоить дыхание, кто-то продолжал тренировки, оттачивая каждое движение до автоматизма. Но все ждали только одного — момента атаки, когда они смогут бросить вызов врагу и вернуть того, кто был им дороже всего. *** Через четыре часа они уже были в Германии. За это время никто не сомкнул глаз — напряжение было слишком велико. Уткошатл парил над туманными лесами и серыми скалами, его двигатели издавали тихое гудение, которое смешивалось с шумом ветра. — Метамо-R, определи точное расположение Мизере-команд, — сказал Тайлер, и его голос был полон решимости. — Выполняю, — ответил компьютер, и через несколько секунд на экране появились координаты. — Корабль скрывается у самой границы страны. Он использует систему маскировки, но мне удалось пробить её. — Значит, там он и засел, — сказал Гордон, и его глаза сузились. Он сжал кулаки, готовясь к бою. Харука вглядывалась в карты, пока её внимание не привлекло побережье. Она подошла к экрану и увеличила изображение, изучая каждую деталь. — Если операция завершится успешно, — сказала она, и в её голосе слышалась тревога, — корабль нужно будет увести в море. Внутри слишком мощные лазеры. Они способны уничтожить целый город или страну. Чтобы никого не задело, нужно потопить его подальше от берега. — Отличная мысль, — согласился Ямано, и он кивнул, одобряя план. И вскоре всё было готово. Тайлер дал команду — операция началась. Ребята разделились по группам и двинулись вперёд, их шаги были тихими, но уверенными. *** Ван в это время находился в своей «комнате» — тёмной и пустой клетке, куда его запер оптимизатор. Стены были голыми, без единого окна, и лишь тусклый свет лампы на потолке освещал пространство. Воздух был спёртым и холодным, пахло сыростью и металлом. Каждый день для него превращался в пытку. Мизере обращался с ним как с игрушкой — грубо, жестоко, без малейшего намёка на человечность. Он ломал его физически и морально, и Ван из последних сил держался, не показывая слабости. Но стоило врагу уйти, как он не выдерживал и плакал, закрыв лицо руками. Его плечи сотрясались от беззвучных рыданий, а слёзы текли по щекам, оставляя мокрые дорожки. Он не знал, встретит ли друзей снова. И если встретит — как посмотрит им в глаза? Что они скажут, когда увидят его таким? Разбитым, грязным, уничтоженным? В его голове всё чаще появлялись мысли о том, что лучше бы он не просыпался. Лучше бы всё это закончилось. Он думал о том, как было бы легко просто исчезнуть — перестать чувствовать эту боль, этот страх, это отвращение к самому себе. Он представлял, как подходит к краю, делает шаг в пустоту и больше никогда не возвращается. Эти мысли пугали его, но они становились всё более навязчивыми, и он не мог от них избавиться. Дверь скрипнула, и в проёме появился Мизере. Его лицо было спокойным, но в глазах горел холодный, хищный огонь. — Ну что, готов к новой игре? — Его голос звучал издевательски, и каждое слово отдавалось в голове Вана, как удар молота. — Нет… — прошептал Ван, и его голос дрожал. — Пожалуйста… не надо… я не хочу… Красный глаз оптимизатора сверкнул, и по телу Вана пробежала волна паралича. Чокер на его шее загудел, и его мышцы предательски подчинились чужой воле. Он шагнул вперёд, хотя внутри него всё кричало о сопротивлении. Он пытался бороться, но чокер не давал ни единого шанса. Его руки дрожали, ноги двигались сами, и он чувствовал, как его тело перестаёт быть его собственным. Мизере прижал его к холодной стене, и Ван почувствовал, как его голова ударилась о бетон, оставляя тупую боль. Холодные руки оптимизатора полезли под его кофту, и он почувствовал, как по его телу пробегает отвращение. Он сдавленно застонал, пытаясь вырваться, но его движения были скованы. Каждое прикосновение было как удар ножом, и он чувствовал, как его душа разрывается на части. Но в этот момент андроид замер: ему поступил сигнал. В его голове мелькнули образы — герои и взрослые уже проникли в его корабль. Его глаза вспыхнули, и он на мгновение задержался, глядя на Вана. — Хм… непрошенные гости, — произнёс он, и в его голосе послышалось раздражение. — Ладно, спи. Глаз оптимизатора вспыхнул, и по телу Вана пробежал новый электрический разряд. Мир перед его глазами начал расплываться, и он погрузился в беспамятство, чувствуя, как сознание ускользает от него. Его последняя мысль была о Джастине — о том, как он хотел бы сказать ему, что любит его, что он прощает его за то, что не смог спасти его. Мизере аккуратно уложил его на кровать, поправляя одежду так, чтобы Ван выглядел так, будто просто спит. Он склонился над ним, и на его губах заиграла холодная усмешка. — Ты моя игрушка, — сказал он, и в его голосе слышалось торжество. — А игрушку нужно беречь. Не хватало ещё искать замену. Ты слишком ценен для меня, Ван Ямано. Ты будешь моим вечно. Мизере вышел из комнаты, оставляя Вана одного в холодной тишине. Его шаги были уверенными, но в них чувствовалась лёгкая поспешность — он знал, что гости уже близко. Мизере направился к восточному крылу, где его встретили герои. Они стояли в узком коридоре, их лица были напряжёнными, а в руках они сжимали экстройлеры, готовые к бою. Их дыхание было сбивчивым после быстрого бега, но в глазах горел огонь решимости. — Ну и что вы здесь делаете? — насмешливо произнёс андроид, и его голос эхом разнёсся по коридору. Он скрестил руки на груди и смотрел на них с холодным презрением. — Мизере! — крикнули ребята, и их голоса слились в единый крик вызова. — Разве непонятно? — спросил доктор Ямано, делая шаг вперёд. Его голос был твёрдым, но в нём слышалась дрожь отцовской тревоги. — Мы пришли за Ваном. Что ты с ним сделал? Где он? — Ничего, — усмехнулся Мизере, и его улыбка была ледяной. — Он всего лишь спит. Но если хотите его увидеть — победите меня. Покажите, на что вы способны без своего лидера. Битва началась. Мизере слился с роботом, его тело окуталось металлической бронёй, и он оказался невероятно сильным. Его удары были яростны и быстры, каждое движение было смертоносным. Ребята едва успевали уклоняться, их LBX один за другим падали на пол, не выдерживая натиска. Казалось, что устоять невозможно — враг был слишком силён. Но Ран рискнула, пожертвовав собой. Она вышла вперёд, подставляя себя под удар, чтобы дать остальным время для контратаки. Её решимость и храбрость переломили ход боя. Ребята объединили свои силы, и их атаки стали более слаженными и мощными. В конце концов, им удалось одолеть Мизере. — Победа! — закричал Хиро, и его голос был полон ликования. — Всё благодаря тебе, Ран, — добавил он тише, и в его голосе слышалась искренняя благодарность. Мизере, вернувшись к своему облику, едва держался на ногах. Его тело было покрыто трещинами, а взгляд стал мутным. — Невероятно… — хрипло сказал он, и в его голосе слышалось недоверие. — Совершенство проиграло несовершенству. Что ж… держите своё. Джастин бросился к пульту, его пальцы летали над клавиатурой. Он достал экстроллер, ввёл код, который запомнил со слов Вана, и активировал протокол. Кайдо нажал кнопку — и оптимизатор был окончательно отключён, его данные уничтожены. Вся система Мизере-команд начала постепенно отключаться, огни гасли один за другим. — Отлично, — сказал доктор Ямано, и в его голосе слышалось облегчение. — Теперь — спасём Вана! Мы должны найти его. Команда бросилась прочёсывать коридоры. Их шаги гулко разносились по металлическому полу, и они заглядывали в каждую дверь, в каждую комнату. Казалось, надежды мало — коридоры были длинными и запутанными, и время уходило. Но наконец они нашли дверь. Она была закрыта, но Джастин одним ударом выбил её, и они вбежали внутрь. За ней, на кровати, лежал Ван. Он выглядел спокойно спящим — его лицо было бледным, но безмятежным, словно он просто отдыхал после долгого дня. Но Ами заметила что-то в углу комнаты, и её сердце пропустило удар. — Сюда, смотрите! — крикнула она, и её голос дрожал. Они увидели простыни, пропитанные кровью. Пятна были тёмными, почти чёрными, и они занимали большую часть ткани. В воздухе пахло железом и страхом, и этот запах пронзил каждого из них, как удар ножом. — Нет… — прошептал кто-то, и их голоса замерли в тишине. Доктор Ямано побледнел, и его лицо стало белым, как мел. Его руки дрожали, когда он подошёл к сыну. — Нам срочно нужно доставить его в больницу, — сказал он, и в его голосе слышалась паника. Все засуетились, подхватывая Вана и осторожно вынося его из комнаты. Их шаги были быстрыми и решительными, и каждый знал, что теперь каждая секунда на счету. Продолжение следует…