Луциан

Просторный и небольшой, по местным меркам, городок пылал жизнью. Множество простоватых на вид горожан куда-то спешили, не забывая при этом приветливо здороваться со знакомыми. А иногда и перекинуться с ними парой дружеских фраз, найдя минутку другую. Другие жители, у которых в этот пасмурный день было чуть больше свободного времени, в основном крутились рядом с торговым кварталом, что расположился на центральной торговой площади. Именно там собралось достаточно большое количество различного товара, а также множество других, не менее удивительных вещей, которые невольно цепляли взгляды окружающих. — Есть что-нибудь новенькое? — обратился к торговцу мужчина средних лет. Пускай внешне он почти ничем не выделялся, но добротный меч на поясе отчетливо намекал торговцу о том, что этот бессмертный — далеко не обычный горожанин. — Смотря, что вы ищите, сэр. — приветливо улыбнулся полноватый торговец, довольно потирая толстые руки. — Например, это! — указал он на стеллаж со множеством книг и свитков. — Если вас интересует ценная информация, то непременно обратите внимание на мою богатую коллекцию! В ней вы найдете самые свежие карты, свитки с боевыми и защитными заклинаниями, а также записи о новых мутантах, купленные мною у самых лучших вольных наемников! Есть даже сборники легенд и мифов, если интересует. Ну а если вы воин, — кивнул толстячок в сторону серебристых доспехов, что лежали на небольшом деревянном столике. — то советую взглянуть на жемчужину моей коллекции — Мифриловый доспех! Уверяю вас, этот комплект доспехов необычайно прочен: выдержит и автоматную очередь, и прямой удар холодного оружия. К тому же, он невероятно легкий! Скажу вам по секрету, — поманил он потенциального покупателя пальцем, переходя на тихий заговорщический тон. — этот комплект доспехов изготовил сам мастер Клауд. Тот самый, из клана Кайстеро. — Хм-м-м… — задумался вольный наемник. — И по чем он? — Всего пятнадцать тысяч золотых, и желательно наличными. Ну или пятнадцать литров крови. Смертной, конечно же. — Как-то дороговато. Может мы?.. — с лукавой улыбкой начал вольный, успев обнажить пару длинных пожелтевших клыков. — Обмен не интересует. — уже не так любезно начал торговец, понимая, что этот покупатель не увеличит его выручку на сегодня. — Либо наличные, либо кровь. Да и какую цену ты ожидал за мифрил, а? Цена и вправду была достаточно высокой, по крайней мере для этого пограничного городка. Такой редкий металл, как мифрил являлся одним из лучших в кузнечном деле, особенно, если дело касалось легких доспехов. Гибкость и мягкость материала позволяли придать мифрилу практически любую форму, а после закаливания полученный доспех приобретал превосходную прочность и легкость. Конечно же, не обошлось и без минусов — для его обработки требовался знающий свое дело кузнец, иначе столь привередливый в обработке металл в неумелых руках превращался в кучу бесполезного хлама. — Понял-понял. — примирительно поднял руки вольный. — Не дурак. Предлагаю поступить следующим… «БУХ!» Договорить бессмертный не успел, так как в него неожиданно кто-то врезался. — Какого… — Прощу прощения! — прозвучал веселый юношеский голос. Виновником оказался убегающий молодой бессмертный. Совсем еще мальчишка, как понял вольный. Наверняка еще даже сотни не стукнуло, а уже такой наглый и дерзкий. Проучить бы его хорошенько, да вот беда. Судя по его красивому аристократическому лицу, которое заметно выделяло этого бессмертного на фоне прочих, тот явно был отпрыск какого-то благородного. А те долго сюсюкаться не будут — сразу же казнят или того хуже — скормят падальщика. Фантазии у благородных было хоть отбавляй, так что не стоило почем зря злить господ. Поэтому вольному пришлось задавить в себе всякое недовольство. От греха подальше, как говориться. А мальчишка, чьи нехарактерные для бессмертных серые глаза так и искрились весельем и озорством, тем временем уже умчался далеко вперед. Укутанный в плотный и потрепанный темный плащ, он напоминал крохотную юркую тень, что всеми силами старалась избежать опасных и редких солнечных лучей среди снующей туда-сюда толпы бессмертных. «ШУХ!» Следом за этим темноволосым наглецом пробежал еще один мальчишка, который всеми силами старался не отстать от первого. Ростом он, правда, был чуть ниже спешившего друга, да и фигура у него была малость худоватой и щуплой. Но вот его внешность ничуть не уступала первому: островатое, не лишенное красоты и изящества, лицо; немного взъерошенные смоляные волосы, чьи упрямые локоны так и торчали из-под накинутого капюшона; насыщенные рубиновые глаза, в которых горел дух соперничества. Еще один отпрыск благородных. Тут даже гадать не нужно было. Одет этот малец был в точно такой же темный плащ, как и первый. Под ним едва заметно мелькали какие-то недорогие одежды. — Ты посмотри-ка, — усмехнулся торговец, провожая знакомую пару оборванцев веселым взглядом. — они снова за старое, а? — А н-ну стоять! Наглые об-б-борванцы! — откуда-то позади послышался низкий, но достаточно грозный писклявый голос, заставивший двух друзей ускориться. — В-в-вот поймаю вас, и в-вы узнаете, что т-такое кровавая диета по к-капле крови в день! М-месяц у меня на н-н-ней будете сидеть!!! — А мы не переборщили? — продолжая бежать, неуверенным голосом спросил худощавый бессмертный по имени Мэт. Он то и дело оглядывался назад. — В самый раз! Будет знать, как продавать испорченную кровь! — со злорадной ухмылкой ответил ему Лу, успев при этом бросить на друга позади пристальный взгляд. — А ты чего это паришься? Неужто жалко его стало? Или ты штанишки намочил из-за подкрадывающейся к нам расправы? — Да пошел ты! — огрызнулся бессмертный в ответ, и начал причитать: — Вот вечно я попадаю в различные передряги из-за твоих идиотских авантюр. Лучше бы… Но закончить Мэт не успел. Его рот неожиданно накрыла чья-то рука, а самого бессмертного резко утащили в ближайший переулок, скрыв под покровом находившейся там тени. — Тс-с-с. — прошипел Лу, приложив указательный палец свободной руки к губам. — Сейчас начнется самое веселье… — Они должны быть здесь!.. — зазвучали приближающиеся голоса. — Я точно видел, как они бежали сюда. Несколько бессмертных крупного телосложения блуждали по небольшому проулку в поисках двух оборванцев, но все их попытки были тщетны. — П-п-продолжайте искать! — крикнул еще один прибывший бессмертный. Его миниатюрное тельце украшали дорогие и роскошные одежды, расписанные серебром и золотом. Глядя на него, ребята пришли к выводу, что этот бессмертный — хозяин той самой таверны, где они успели напакостить всего несколько минут назад. — Как скажите, босс. — с покорностью ответил верзила. — Вы д-д-должны найти этих… этих… этих мелких тварей! — лицо карлика скривилось от неконтролируемой ярости. Писклявый и заикающийся голос, казалось, был готов сорваться в любой момент. — Я об-бязательно заставлю эту пару… п-пару оборванцев от-тработать каждый потерянный л-литр крови! — Как только крикну бежать — беги. — тихо сказал Лу и быстро растворился в тени, словно какое-то наваждение. Мэт даже рот раскрыть не успел, как остался совершенно один, во тьме длинного и грязного переулка. Подобное стечение обстоятельств происходило уже не в первый. Да и зная характер Лу, он ни капельки не сомневался, что впереди их ждало что-то… «ЩЕЛК!» Неожиданно внимание Мэта привлек странный, но вполне знакомый звук; что-то медленно рвалось, отдавай резкими и звонкими хлопками. Сомнений не было — это работа Лу. А буквально через несколько секунд на головы бессмертных откуда-то сверху обрушилась пара толстых мешков с песком. Отреагировали далеко не все: два коренастых бессмертных едва успели поднять головы вверх, как были безжалостно впечатаны в каменную брусчатку мешковатыми “подарками”. Остальных же мгновенно заволокло песчаным облаком, накрывшим достаточно большую область вокруг них. — Беги-и-и! — послышался знакомый голос. После услышанного сигнала, Мэт быстро вынырнул из тени переулка и со всех ног бросился в сторону голоса. Ловко избегая выскакивающих из песочного облака бугристых рук, он сумел всего за несколько секунд преодолеть его, а затем быстро скрылся за ближайшим поворотом. Там, выбежав на вымощенную серой брусчаткой пустующую улицу, он заметил улыбающегося Лу. Тот махал ему рукой, показывая, куда надо бежать. Направившись туда, Мэт и сам поневоле начал улыбаться, вспоминая очередных идиотов, что угодили в их хитроумную ловушку. Волноваться за тех, кому не посчастливилось, не было нужды; от подобного бессмертные вряд ли получат серьезные раны. Пробежав еще несколько поворотов, тем самым пытаясь запутать возможных преследователей, они решили остановиться и передохнуть. Немного отдышавшись, друзья огляделись по сторонам. Прислушались. Но к их счастью, а может быть и везению, погони не последовало. Лишь ветер громко шумел по округе, поднимая очередной порванный лист какого-то старого плаката, сорванного с ближайшей доски объявлений. Выдохнув с облегчением, друзья от души рассмеялись. — Ты видел их идиотские рожи?! Это было нечто! А как им в морды мешками прилетело?! — с видом самого настоящего победителя спросил Лу, а после, уже выпятив грудь, горделиво добавил: — Да моей точности можно только позавидовать! — Ха-ха-ха.. Это точно… — подавляя рвущиеся порывы смеха, ответил ему Мэт. — Кхм-кхм… — неожиданно прокашлялся Лу, тем самым привлекая внимание хохочущего друга. — Итак, мой боевой товарищ! Наша очередная опасная миссия удалась! Поэтому командир боевого отряда «оборванцев», генерал-майор Лу, дает команду смирно! Отдадим же дань памяти павшим врагам! Ребята, поддавшись веселому порыву, мгновенно встали в армейскую стойку и отдали честь, приложив правый кулак к груди, а левый заведя за спину. Но простояли они не долго; очередной приступ смеха настиг сразу обоих. — У-у-х… Ладно, — по-прежнему улыбался Мэт. — нам нужно возвращаться. — Э-э-эх… — раздасованно протянул Лу, сцепив руки за головой. — вот ничего ты не понимаешь, мой мрачный друг. Такие моменты бесценны! Нужно как следует наслаждаться ими... — снова начал свою лекцию Лу о пользе шуток и юмора, но Мэт уже не слушал его, предаваясь недалеким воспоминаниям. Еще с самой первой встречи Мэт понял, что Лу — не совсем обычный бессмертный. Если все окружающие казались какими-то строгими, холодными, жадными, а порою даже жестокими, как, собственно, и полагалось бессмертным — воплощениям истинного зла в глазах простых смертных, то вот этот вечно веселый и энергичный паренек на их фоне выглядел несколько… странным, наверное. Хотя, нет. Если и можно было как-то охарактеризовать Лу в тот момент, то Мэт мог подобрать только одно подходящее слово — сорванец. В конце концов, его постоянная готовность совершить какую-нибудь дерзкую авантюру не раз впутывала Лу в различные серьезные передряги, из которых потом ему приходилось очень быстро уносить ноги. Иначе бы этого сорванца ждало не самое “приятное” наказания за очередную шалость. Но даже в такие редкие моменты Мэт ни разу не заметил на вечно веселом лице будущего друга печаль или иные негативные эмоции. Только широкая, веселая и чуть нагловатая улыбка… с парой синяков и разбитой губой. Сам Мэт до недавнего времени отличался духом истинного пессимизма. «Комнатный любитель тишины и спокойствия» — как иногда называл его Лу. И тут он, пожалуй, был даже прав. Мэт не любил лишний раз покидать отчий дом, а в особенности — свою уютную и теплую комнату, в котором можно было ни о чем не беспокоиться. Сиди себе, да книжки разные читай. Чем не жизнь? Вот только вечно сидеть в родительском доме не получалось. Книги рано или поздно исчерпывали себя, а молодой, пылкий и любознательный ум благородного требовал знаний! Так что приходилось мириться с неизбежным, и с осторожностью покидать свою твердыню. И в один такой прекрасный день он наткнулся на этого сорванца. Сперва Мэт посчитал его идиотом. А как еще можно было назвать вечно улыбающегося сорванца, которому никак не сиделось на месте? Он то и дело во что-то влипал, а затем уносил ноги от каких-то верзил. И вправду говорят, что беззаботность — худший из возможных пороков! Но чем чаще Мэт наблюдал за ним, тем сильнее становился его интерес к Лу. Какого же это — быть на волоске от неминуемой расправы? А затем, обманув преследователей, с улыбкой настоящего победителя ускользать прочь, оставив тех с носом. И, сам того не замечая, Мэт стал интересоваться этим бессмертным. Искал его взглядом на торговой площади, которую тот часто посещал. Расспрашивать местных зевак и торговцев. Но сорванец все время как-то ускользал от него, подобно неуловимым утренним теням. Серьезно! Сколько сил тогда Мэту пришлось потратить, чтобы отыскать этого проныру. И все равно, этот сорванец нашел его первым… Собственно, с тех самых пор и завязалась их необычная дружба. Благодаря оптимизму и упорству этого сорванца, Мэт начал понемногу улыбаться и веселиться, прогоняя из себя всю ненужную “темноту”. А их постоянные шалости даже возвели ребят в своеобразных героев-оборванцев в небольшом приграничном городке, чем двое очень гордились и старались поддерживать заработанную репутацию. — … Эй! Ты вообще меня слушаешь?! — Да-да. — вяло ответил Мэт, до которого все же донесся раздраженный голос друга. — Давай лучше поторопимся. У нас не так много времени, знаешь ли. — Ага. Как скажешь, кэп… — с недовольством сказал Лу, сцепив руки за головой. Шагая по широкой пустующей улице, которую освещали редкие электрические лампы, двое друзей постепенно приближались к окраине городка. На сколько было известно, она долгое время была заброшена. Кажется, еще задолго до их рождения. Местные власти давно уже забросили какие-либо попытки отстроить эту часть города, посчитав данную затею толи слишком затратной, толи попросту бесполезной. Так что теперь здесь обитали бедным и безродным бессмертным, которые по тем или иным причинам лишились знатного титула, земель и богатств. — Точно! — неожиданно воскликнул Лу, словно что-то вспомнил. — Нас же ждет наипрекраснейшая Лизавета! И как я только мог забыть об этом?! — на лице брюнета появилась мимолетная коварная ухмылка, которую быстро смыло наигранным воздыханием, — А-а-а-х, мое бедное невинное сердечко каждый раз так мило замирает, стоит мне только взглянуть на нее… Но увы, — наигранно вздохнул Лу, — меня отвергли. А я ведь так старался… Та-ак старался! Но мою искреннюю юношескую любовь безжалостно растоптали, не дав ей даже распустится… В ход пошли актерские навыки, которыми Лу очень часто любил пользоваться в таких ситуациях. Приложив руки к груди, он начал раскачиваться из стороны в сторону, изображая брошенного героя-любовника. — Завидуй молча… — смущенно буркнул Мэт, лицо которого успело малость покраснеть. — О-хо-хо?! Что же я слышу, mon ami? — с лукавой улыбкой уставился на друга Лу. — Неужели у тебя наконец-то появился интерес к девушкам? — смахнув невидимую слезу счастья, он посмотрел на него любящим отцовским взглядом. — Ты так быстро повзрослел, мой мальчик. — Да пошел ты!.. — замахнулся было на доставучего друга Мэт, как тот ловко ушел от несостоявшегося удара, посмеиваясь над ним. — О-о-о! А вот и наша наипрекраснейшая Лизавета! Возле небольшого заброшенного домика, который словно бы отбился от основной массы более крупных “сородичей”, стояла одинокая розоволосая девушка. Бессмертная, как и они. На ее бледноватом округлом лице, которое не могло похвастаться такой же идеальной красотой и притягательным изяществом, коим обладали все благородные, застыло скучающие выражение. Взор мягких рубиновых глаз был устремлен куда-то вверх, словно она пыталась там что-то отыскать. Нечто далекое, опасное, но очень манящее и теплое. «Опять она ждет восхода», — в который раз догадался Мэт. Это была одна из ее странных привычек, которая делала Лизу только милее в такие моменты. Лишь когда молодые благородные приблизились к ней, она смогла, наконец, заметить их. — Вы вернулись! — Лиза мягко улыбнулась, прижав тоненькие руки к небольшой груди. Ее приятный мягкий голос приятно гармонировал с тихим, скользящим по округе, ветром. — Задание выполнено, товарищ маршал! — приложив правый кулак к груди, рапортовал Лу. — Потерь в личном составе нет! Вот только солдат ранен... — наигранно вздохнул бессмертный, схватившись за грудь. — Пострадал от прямого попадания в сердце вашей красотой. Поэтому требую как можно скорее оказать первую помощь! И желательно с искусственным дыха... — Завязывай! «БУХ» Резкий удар по голове прервал распылившегося бессмертного, который постепенно перешел на бурный заливающийся смех. От его недавних слов Лиза мгновенно смутилась и покраснела, а Мэт, не отстающий от своей подруги по оттенку лица, только и мог, что злиться на этого смеющееся… дурака. — Ладно-ладно… О-о-ох… — переводя дыхание, протянул Лу. Немного успокоившись, он продолжил: — Не понимаете вы шуток, ребята. А ведь такими темпами вас скоро и от трупов отличить нельзя будет. Вот ты, Лиза. — неожиданно обратился Лу к подруге, от чего та немного растерялась. — Милашка и красавица, чья красота способна свести с ума абсолютно любого мужчину. Тебе по определению нужно улыбаться! Иначе это просто чудовищная растрата такого уникального потенциала! А ты, Мэт? Да твой внешний вид так и кричит: «убе-е-ейте меня!» И вместо того, чтобы поблагодарить великого Меня за то, что я пытаюсь тебя расшевелить, ты чем-то недоволен и избиваешь меня. Вот и помогай потом… друзья, блин… На вечно веселой мордашке Лу отобразилась резкая обида, а сам бессмертный мгновенно отвернулся, как бы намекая: «я с вами больше не разговариваю». — Мы не хотели тебя обидеть, Лу. — неуверенно начала Лиза, обеспокоенная внезапными перепадами настроения близкого друга. — Просто ты всегда так шутишь, что порой тебя не понять... — Лиза, — строгим голосом отдернул ее Мэт. — будешь его утешать, он еще больше разойдется! А время все шло... Лу сидел неподалеку — на небольшом бугристом валуне — и таил на них вселенских масштабов обиду. И сколько бы к нему не обращалась с извинениями Лиза, темноволосый благородный не откликался, в одним момент став похожим на высеченное из камня прекрасное изваяние. Лиза даже начала нервничать по этому поводу, неуверенно переминаясь с ноги на ногу, а Мэт только и мог, что безмолвно злиться на своего “друга”, который постоянно вертел добротой девушки, как только ему вздумается. Все же, вверх взяла оппозиция обиды. Такое часто случалось, стоило Лу “обидеться” на них. И если Мэт прекрасно знал о сути этой игры, так как понимал, что этот идиот просто притворяется, то вот Лиза в ней постоянно проигрывала. Уж слишком доброй была их общая подруга. Так что, не в силах совладать со своей совестью, она приблизилась к Лу и крепко обняла его в качестве извинений. «Ты слишком часто его балуешь, Лиза», — подумал с горечью Мэт. Хотя чего еще он мог ожидать от столь доброй и невинной девушки. — Э-э-эх, Лиза… — заговорил Лу обиженным голосом, втайне наслаждаясь мягкостью девичьего тела. В отличии от других девушек ее возраста, тело Лизы уже имело вполне ощутимые “объемы” во всех нужных местах, так что подобные “извинения” для Лу были самой лучшей наградой. — Я верю, что когда-нибудь твоя доброта сможет смягчить этот черствый кусок металла. — Эй, ты кого это сейчас куском металла назвал, а?! — Хватит вам уже! — повысила голос Лиза, пытаясь приструнить их. Чуть отстранившись, она строго посмотрела на Лу, — Вы можете хотя бы день прожить без перепалок? — Дай-ка подумать… — лицо Лу приняло такой вид, будто он собирался решить какой-то важный государственный вопрос. Но не прошло и пары секунд, как он уже в беззаботной манере выдал: — Не-е-е, так будет скучно и не интересно. — Я тебе щас покажу веселье, придурок! — закатывая рукава серой рубахи, начал Мэт, — А ну иди сюда… Ругань двух друзей обещала перерасти в драку. Хотя можно ли было назвать дракой кривляния Лу и гневные выкрики Мэта? Однако отважной Лизе это было не важно. По своему характеру она была истинным миротворцем, поэтому всегда гасила подобные очаги ненависти и злобы в зародыше, какими бы шуточными или несерьезными они не были. Поэтому быстро схватила двух благородных за уши, от чего те тут же скривились. Серьезным тоном Лиза сказала: — Вам нужно успокоиться. Вы ведь согласны со мной? На это действие у парней не нашлось ничего иного, как подчиниться железной воле этой «тихой» леди. После нескольких телодвижений они все же успокоились и уселись. — Вот и хорошо! — с мягкой улыбкой сказала Лиза, продолжая наблюдать за друзьями. Те по-прежнему продолжали бросать друг на друга косые взгляды, точнее, только один из них, в то время как второй лишь глумился над первым. — А вы все не меняетесь… — Так вот, где он прятался! Неизвестный голос заставил друзей мгновенно обернуться. В их сторону направлялась группа из шести неизвестных бессмертных. Их крупные тела были укрыты добротными серыми плащами, под которыми было трудно что-либо рассмотреть. Разве что слегка выглядывающие из-под плотной ткани ножны. Серебристые, серые, коричневые, красные и голубые, все с черным закаленным металлом, с золотой и серебряной гравировкой, и с инкрустированными драгоценными камнями. «Они явно не обычные бессмертные, — задумался Лу, зацепившись взглядом за их ножны. Простые бессмертные точно не могли позволить себе подобные ножны, не говоря уже о роскошных мечах. — Скорее всего, это благородные… но что они забыли в подобном захолустье?» Лиза быстро спряталась за спину Мэта, прижавшись к нему дрожащим телом, а Лу легко вскочил на ноги и быстро взобрался на высокий валун, дабы казаться чуточку выше. — Вы что-то хотели от нас? — любезно поинтересовался Лу. — И ты еще спрашиваешь, мерзкий выродок?! — с нескрываемым отвращением спросил крайний справа — самый низкий среди пришедших. — Один только его вид вызывает у меня дикое отвращение… — Мерзость… — Хватит с ним сюсюкаться. — в голосе последнего ощущалось заметное раздражение. — Чем быстрее мы покончим с этим делом, тем быстрее покинем это убогое место. После этих слов Лу понял, что дело приняло уж очень скверный оборот. Парой синяков тут точно не отделаешься. К тому же, стало ясно, что пришли они исключительно за ним. Хотя это не отменяло того факта, что пострадать могли и Мэт с Лизой. Поэтому единственным выходом было, как и всегда, ввязаться в драку первым, чтобы остальные не пострадали. — Похоже, у местных благородных в порядке вещей — запугивать слабых детишек. — на лице Лу появилось такое высокомерное выражение, будто стоящие перед ним бессмертные были не лучше мусора. — Да еще и целым скопом. — Лу, ты что творишь?! —тихо прошипел Мэт, с опаской поглядывая на пришедших бессмертных. — Я смотрю, смелости тебе не занимать. — сказал с издевкой находившийся во главе пришедшей группы бессмертный. — Интересно, как ты запоешь, когда я отрежу тебе руку… или, скажем, ногу? — Надеюсь, что до этого не дойдет. Мэт, Лиза — бегите! Первым с места сорвался именно Лу, воспользовавшись подвернувшимся моментом; он быстро оттолкнулся от валуна и помчал прочь. — Чертов недоносок! — послышалось позади, — Не дайте ему уйти! Как и ожидалось, большая часть пришедших последовала именно за ним. Лишь двое бессмертных отделись от основной группы и погнались за его друзьями. Однако Лу был уверен, что от двух-то преследователей Мэт с Лизой уж точно смогут убежать. Сам Лу направлялся в сторону города, где шансы оторваться были куда выше, чем в этих старых развалинах. К счастью, уже через несколько минут погони показались первый жилые дома. Хищная улыбка тут же растянулась на его светлом лице. И не удивительно, ведь эта была его территория, на которой он прекрасно ориентировался... правда, хвост не давал сильно размышлять, поэтому в ход пошла импровизация. Свернув в первый попавшийся поворот, Лу начал искать взглядом спрятанные в этом месте ловушки, с помощью которых можно было избавиться от своих преследователей. Подобные “сюрпризы” были припрятаны почти что по всему городу, так как им с Мэтом часто приходилось удирать от назойливых “поклонников”. И к его счастью, в этом месте также имелись установленные ловушки; впереди он сумел зацепиться взглядом за пару неприметных веревок, умело сокрытых от посторонних глаз какой-то серой тканью. Ускорившись, он на бегу сорвал их, и уже через секунду на голову самого ближайшего к нему бессмертного посыпалось большое количество песка. На мгновение ослепнув, преследователь на полном ходу угодил в стену ближайшего дома, оставив в ней довольно глубокий отпечаток собственного тела. «Минус один», — обрадовался Лу. Пускай это и было только началом, но энтузиазм в нем воспылал еще большее. Теперь они бежали по заваленному мусором старому узкому переулку. Он позволял молодому бессмертному небольшой комплекции двигаться чуть быстрее, чем его более крупным сородичам. Пробежав по нему несколько метров, Лу услышал злорадствующий смех позади. «Похоже, этот придурок купился», — злобно усмехнулся про себя Лу. «Что это за банальщина? Да кто вообще в здравом уме на такое купиться?», — так думал темноволосый бессмертный, с широкой улыбкой перешагивая длинную веревку, преграждающую ему путь. Но стоило его ноге коснуться пошарканного камня, как опора под ней неожиданно исчезла, а бессмертный, не успев толком среагировать, ушел примерно по пояс под землю. Но на этом действие хитроумной ловушки не закончилось. Как только тело бессмертного оказалось в яме, откуда-то сверху на голову бедолаги бурным поток вылилась какая-то вонючая, липкая и густая жидкость, полностью обездвижив неумелого преследователя. «Минус еще один», — довольно хихикнул молодой благородный. Продолжая бежать, Лу старался вспомнить, где же еще можно было уменьшить число его врагов, но дальнейший путь лежал уже по малознакомой части города, в которой он редко бывал. Позади послышался голос мужчины; он велел одному свернуть направо, а другому — налево. Теперь за ним гналось только двое бессмертных. «Хотите меня окружить? — сразу смекнул Лу. — Идиоты». Пускай он не так хорошо ориентировался в этой части города, но найти путь к его центру, если постараться, Лу вполне мог. Ну а там его уже никто не посмеет тронуть. При стольких-то свидетелях. Правда, до центра города еще предстояло добраться… Спустя какое-то время Лу заметил крохотный клочок тусклого света впереди. Решив рискнуть, он ускорился и направиться туда. Мгновение — и все заволокло ослепительно яркой вспышкой света. Немного протерев глаза, Лу огляделся. Оказался он на небольшой крытой площадке, вымощенной грубым серым камнем. Редкие створчатые окна ближайших домов были толи заколочены, толи просто закрыты, от чего в этом месте ощущалась какая-то пустота и отрешенность. Сама площадка была старой и грязной; слева, в небольшом углублении, даже находилась куча какого-то мусора. От него несло непонятно чем. Похоже, там еще и крысы обитали, судя по резким и звонким попискиваниям. На лице Лу появилась довольная улыбка. Эта площадка была его спасением, так как одна из ее грубых арок вела к центру города. Но стоило ему шагнуть в сторону заветной арки, как дорогу быстро перекрыл один из преследователей. Арку слева, как оказалось, тоже успели перекрыть. Поморщившись, Лу уже собирался рвануть назад, но там тоже успели показаться оставшиеся преследователей. Его загнали в ловушку. — И куда же делась твоя гнилая улыбочка? — спросил с притворным любопытством один из них. После его едких слов послышались смешки остальных. — А вам моей улыбки не хватает? — продолжая диалог, Лу внимательно следил за своими преследователями, ожидая их дальнейших действий. — Простите, но благотворительность на сегодня закончилась. — Смотрите, это отродье еще и шутить смеет? — Ну ничего… сейчас ты пожалеешь о своих словах, выродок! Первым протянул руку длинноволосый брюнет. На его “ослепительно-бледной” роже появилась уверенная ухмылка, по которой можно было смело сказать, что все идет ровно так, как он и хотел. И пока этот нарцисс был так уверен в своих действиях, Лу решил контратаковать. Он неожиданно схватил приближающуюся руку бессмертного и быстрым ударом в локтевой сустав сломал ее, выгнув конечность примерно на девяносто градусов от ее первоначального положения. Затем, не теряя столь удачного момента, нанес точный удар в левую каленную чашечку, что привело к очередному серьезному перелому. Бессмертный болезненный вскрикнул, а его тело неожиданно повело вперед, открыв Лу самое уязвимое место любого бессмертного — голову. Чем он, собственно, и воспользовался; схватил и резким движением вывернул голову идиота на сто восемьдесят градусов. Тело бессмертного рухнуло на каменный пол безжизненной куклой. Конечно, Лу прекрасно понимал, что подобных увечий вряд ли хватит, чтобы убить этого бессмертного. Но вот обездвижить его на несколько минут — вполне. Однако Лу не расслаблялся; рядом были сообщники нарцисса. — А ты не так прост, как может показаться на первый взгляд. — с ленивым интересом сказал блондин с зачесанными назад волнистыми волосами, которые слегка касались плеч. На его бледноватом аристократическом лице появилась высокомерная улыбка. — Хотя, так будет даже интереснее... Последовал очередной выпад, только уже от стоящего позади рыжеволосого бессмертного. Резкий нырок, затем — точный удар в левый бок, между ребер, а потом – уже в коленный сустав с обратной стороны ноги. Все было выполнено молодым благородным за считанные секунды и с невероятной точностью, что попросту не оставило противнику шансов. Бессмертный с глухим стоном упал на колени, сжимая раненный бок. И совсем позабыл о своем тыле. За что и поплатился. Как итог — еще один в нокауте, со свернутой головой. — Да как ты смеешь, мерзкий недоносок, прикасаться к нам, к благородным! — яростно закричал шатен, чьи прямые волосы были собраны позади в один высокий хвост. На его едва заметном сером кителе, под плащом, блистало несколько золотых украшения и инсигнии какого-то рода и клана. Большего рассмотреть Лу не смог. — Не надо так нервничать, мой друг. —пытался успокоить разгорячившегося благородного блондин, продолжая наблюдать за мальчишкой. — Нервничать?! Да я порву этого ублюдка на части и скормлю его остатки падальщикам! — Тихо-тихо. Мы ведь не хотим привлечь ненужное внимание, верно? —хоть и не сразу, но шатен все же взял себя в руки. — Вот и хорошо. Ну а теперь, — хитро улыбнулся блондин, повернувшись в сторону молодого благородного, — я думаю, настала моя очередь... Едва закончил благородный, как его фигура неожиданно исчезла. Она буквально растворилась в воздухе, не оставив и следа! Лу даже удивиться толком не успел, как уже в следующую секунду, откуда-то сбоку, получил сильный удар в живот. И сила его была просто чудовищной. Да настолько, что у парня весь воздух из легких выбило! Еще и в глазах на мгновение потемнело… тело же тем временем резко отбросило назад, протащило по каменному полу и впечатало в ближайшую стену, оставив в той достаточно глубокий след. «Чего и следовало ожидать от благородного. — не без раздражения подумал Лу, скривившись от острой боли в животе. — Я даже его движений не заметил». Выбравшись из образовавшегося углубления, Лу едва удержался на трясущихся ногах, успев при этом сплюнуть образовавшийся во рту крупный сгусток крови на каменный пол. — Думаю, для меня этот удар… малость слабоват... — с натянутой улыбкой сказал Лу. — Да?! Ну ничего, сейчас я смою эту уродливую улыбку с твоей рожи! В этот раз атаковал шатен. Его серая фигура тоже растворилась прямо на глазах, словно какое-то наваждение, но в этот раз Лу успел среагировать. В самый последний момент он сумел различить направление удара; это позволило ему увернуться от стремительно-летящего кулака. А вот последующая попытка контратаковать полностью провалилась. Благородный с легкостью увернулся от нелепого удара мальчишки, продемонстрировав поистине невероятные акробатические движения, и нанес сокрушительный удар ногой в солнечной сплетение. Как итог — тело Лу снова припечатало к стене. Не теряя времени, шатен приблизился к нему и крепко схватил за горло. — Ну и где твоя дерьмовая улыбочка, а?! Неужели это все, что ты можешь показать мне, выродок? Шатен нагло ухмылялся, демонстрируя белоснежную улыбку с парой длинных клыков. — Не дождёшься… — едва выдавил из себя Лу, плюнув тому прямо в лицо. — Ах ты недоносок… — злобно прорычал благородный, с отвращением вытирая со своего лица смешанную с кровью слюну, — Кусок дерьма!!! Рассвирепев пуще прежнего, шатен снова впечатал тело мальчишки в стену. И свободной рукой начал наносить по нему быстрые и увесистые удары. Правда, уже после первого такого удара послышался резкий хруст ломающихся костей, от чего злорадствующая улыбка благородного стала только шире. Желание уничтожить это мерзкое отродье становилось только сильнее, но он не стал увлекаться. В конце концов, подарить этому мусору столь легкую смерть было бы сродни милосердию. А они преследовали совершенно другую цель. Поэтому, прекратив избивать мальчишку, он вытащил его покалеченного тело из углубления в стене и отбросил в сторону товарищей, словно какой-то мусор. — Как думаешь, почему мы решили навестить тебя сегодня? — спросил блондин, присев рядом с израненным мальчишкой. — Кха-кха… — отхаркнулся кровью Лу, — очередные… поклонники?.. — Слишком высокого ты мнения о себе, отброс. — саркастическим тоном ответил ему блондин, похлопав мальчишку по щеке. — Хотя чего еще можно было ожидать от подобного выродка вроде тебя. В конце концов, ты всего лишь омерзительная ошибка, которой никогда не должно было существовать. А ведь некогда на тебя возлагали надежды даже наши старейшины. И что в итоге? Гениальный потомок императорской рода, не способный питаться человеческой кровью. Мусор, у которого даже цвет глаз столь отвратителен, что мне хочется вырвать их прямо сейчас. — Кхе-кхе… — на окровавленном лице Лу растянулась нахальная улыбка, — а я, оказывается… довольно известен… Кха-Кха… в ваших кругах... К тому времени двое бессмертных, которых Лу совсем недавно вырубил, пришли в норму и присоединились к своим приятелям. Времени зря они не теряли; нанесли по увесистому удару по тушке мальчишки, что привело к очередной поломке костей. — Что ж, — продолжил блондин. — пора бы уже и покончить с тобой. Ловким движением искусного уличного фокусника он вытащил из-за пазухи серебристый кинжал. И быстро вонзил его в плечо Лу, с силой вдавливая кожаную рукоять в тело мальчишки. От жгучего болезненного ощущения Лу едва не вскрикнул. Казалось, что вместо кинжала в плече застрял раскаленный кусок металла. Свежая кровь тем временем обильными ручейками заструилась по его порванной одежде, образовав под ним небольшую лужицу. — Не самое приятное ощущение, да? — с ядовитой ухмылкой спросил блондин. — Этот кинжал сделан из палараниума, так что полученные раны еще долго не затянуться. Лу содрогнулся всем телом от услышанного. Палараниум или «руда новорожденной луны» — как его еще называли бессмертные — являлся редким священным минералом, который не так давно обнаружили смертные. Из него изготавливали особое священное оружие, что было способно отнять жизнь бессмертного. Поэтому вполне ожидаемо, что подобный минерал стал считаться строжайшим табу в Империи. Наказание за обладание даже крохотным кусочком этой руды было достаточно суровым — виновника живьем скармливали падальщикам, в назидание другим. Чего уж говорить об обладании полноценного кинжала, за который не только владельца, но и весь его род ждала не менее суровая кара. «Контрабанда, значит», — догадался Лу. Обычными способами достать подобное оружие было невозможно. Власти очень внимательно следили за всем товарооборотом в Империи, стараясь пресекать любые подозрительные сделки или торговлю сомнительными вещами и оборудованием. Однако это все равно не остановило некоторых темных личностей от желания как следует подзаработать на этом. Что в конечном итоге и привело к появление так называемых нелегальных подпольных рынков, в большинстве своем торговавших чем-нибудь незаконным или запрещенным. Подобная “темная” торговля хоть и была невероятно опасным и рисковым делом, но приносила просто баснословный доход. Так что желающих стать так называемыми «вольными» — так прозвали свободных контрабандистов и иные сомнительные личности в Империи — было предостаточно. Поэтому подобное явление, как кинжал из палараниума на территории Империи, было не такой уж и редкостью. — Было весело. — сказал блондин, на лице которого плясала высокомерная улыбка. — но пора бы нам уже попрощаться! Два бессмертных, что, видимо, были ниже рангом, оголили серые мечи и подошли к обессиленному Лу, который только и мог, что дышать с трудом. Они злобно улыбнулись, наслаждаясь его страданиями и абсолютным бессилием. Один из них даже успел замахнуться, намереваясь нанести смертельный удар. «ДЗЫНЬК!» Но уже у самой шеи мальчишки меч был неожиданно заблокирован. Прямо перед бессмертным возникла фигура воина, облаченного в тяжелые серые доспехи. За его спиной развивался кроваво-красный плащ, на котором переливался герб нынешней правящей Имперской семьи — лунный серп с тремя летучими мышами. Имперский гвардеец — элитнейший воин вампирской Империи Сальфарии. Ловкими и быстрыми движениями этот гвардеец выбил клинок из рук ошарашенного бессмертного, а затем нанес несколько точных уколов, тем самым ослабив безоружного противника. Второй бессмертный, на мгновение застыв в ступоре, хотел, было, помочь товарищу, но его тут же оттеснил другой внезапно появившийся гвардеец. Оставшиеся благородные, быстро осознав всю сложившуюся ситуацию, сдались без боя. Они прекрасно понимали, что подобным количеством не смогут противостоять имперской гвардии, в которую входили отпрыски высших слоев общества их Империи. Через несколько минут всех четырех бессмертных связали и выстроили в одну линию. Гвардейцы, находившиеся позади них, неожиданно замерли, и все как один превратились в высеченные из камня скульптуры. Складывалось такое ощущение, что они кого-то ждали. Чуть позже появилась еще одна фигура. Это был высокий молодой благородный. На его красивом, утонченном и чуть бледноватом лице застыло серьезное и величественное выражение, что было присуще исключительно высшей клановой аристократии. Зачесанные назад белоснежные волосы с легкостью колыхались под порывами проходящего мимо ветра, который, казалось, решил немного задержаться в этом месте. Насыщенно-красные глаза с холодной яростью вглядывались в фигуры благородных. Маркус Крейгон де Старда. Так звали этого благородного. Выходец из славного рода Крейгонов и наследный принц правящего Империей Клана Старда. Он был во всем белом. Дорогой и подчеркивающий крепкую мужественную фигуру роскошный мундир, на котором было множество золотых и серебряных украшений. Среди них также находились и инсигнии клана Старда, и рода Крейгонов. Длинный расписанный плащ, скрывающий только левую сторону. Строгие и гладко выглаженные брюки с высокими, а также окованными металлом, сапогами. Величественный, но вместе с этим, холодный и устрашающий образ. Гвардейцы, заметив наследного принца, мгновенно преклонили калено и склонили головы, успев при этом приложить сжатый правый кулак к левой груди. Их реакция привела в немалый ужас схваченную четверку. Только сейчас они наконец-то поняли, кто же перед ними был, и какая участь была им уготована. В тот самый момент со стороны главной площади показались обеспокоенные Мэт и Лиза. Они не на шутку испугались, стоило им только заметить искалеченное тело Лу. Мэт даже попытался прорваться к нему, но находившиеся рядом гвардейцы не давала ему и шагу ступить в нужном направлении. Взволнованные крики детей мгновенно заполнили всю площадь. Чтобы успокоить друзей, Лу, сквозь боль во всем теле, с трудом смог поднять правую руку и слегка махнуть ей. Этого должно было убедить Мэта с Лизой в том, что он все еще был жив. Сквозь слезы, друзья чуть улыбнулись. — Увидите детей. — прозвучал холодный голос Маркуса, на что гвардейцы, бодро кивнув, тут же принялись уводить детишек прочь, хотя те и сопротивлялись. Наследный принц снова оглядел схваченную четверку. — Прошу, простите нас! Мы не знали, что он принадлежит Императорской семье! — Умоляю вас! Пощадите! Это все они! Они! Я не хотел в этом участвовать! Меня заставили! Маркус молчал, продолжая с холодным безразличием вглядываться в их перекошенные от страха и ужаса лица. Ему было совершенно плевать на все их отговорки и мольбы о пощаде. Даже то, что перед ним находилась благородные, в чьих жилах текла древняя знатная кровь, не могло изменить его решения. Последовал один единственный кивок головы со стороны наследного принца. Гвардеец, находившийся позади схваченных благородных, среагировал практически мгновенно: выхватил меч и совершил быстрый отточенный взмах. Тело жертвы едва успело вздрогнуть, а отсеченная голова уже неряшливо катилась по неровному каменному полу. Из гладкого сруба обильным фонтан ударила алая кровь, забрызгивая все вокруг. Но уже через несколько секунд тело мертвого бессмертного, как и его отрубленная голова, начали покрываться редкими и едва заметными языками тускло-зеленного пламени. А стоило ему только окрепнуть, как зарождающееся пламя с ужасающей скоростью вспыхнуло, обращая труп благородного в кучку сверкающего серебром пепла. Увиденное ввергло остальных в полнейший ужас. Их мольбы, казалось, навалились на Маркуса безостановочным бурным потоком. Но ему по-прежнему было плевать на них. Еще один кивок. Еще одна голова покинула свое законное место. — Прошу вас! Нет, я умоляю вас! пощадите! — молил блондин, едва сдерживая лживые слезы. — Я из клана Бальвару! Слышь меня?! — кричал шатен с перекошенным от злобы лицом. — Я второй сын Эдмора Бруха! Вы не посмеете так просто меня убить! — Мусор. — неожиданно произнес Старда холодным и пробирающим до мурашек голосом. — Просите о пощаде, умоляете о помилование… Как омерзительно. Глаза Маркуса резко вспыхнули ярко-красным угрожающим свечением. И в следующую секунду ужасающее давление впечатало оставшихся бессмертных в землю, заглушая их крики и мольбы о пощаде отвратительными звуками переламывающихся костей и рвущейся плоти. Идеальное наказание для таких отбросов, посмевших замахнуться на члена императорской семьи. — Господин, — обратился подошедший к наследному принцу гвардеец, успев склонить голову. В его руках находилось тело темноволосого благородного. — Принц Луциан жив. Но ситуация тяжелая. Похоже, регенерация не справляется с полученными ранами и если не оказать скорую помощь… Маркус понимающе кивнул и быстро подавил спонтанный выплеск силы. Не удостоив окровавленные куски мяса, все еще бьющиеся в бешенных конвульсиях, даже взгляда, он полностью переключил свое внимание на брата, тело которого принял на свои руки. Луциан все еще дышал. Тихо, медленно, с трудом. — Маркус?.. — в слабом голосе слушались удивленные нотки, — похоже, ты опять… нашел меня… На лице Луциана появилась слабая, вымученная улыбка. — Молчи. Тебе не следует сейчас говорить. Маркус был суров. В конце концов, именно ему достанется за очередной побег его неугомонного младшего брата из семейного пограничного имения. В следующий миг наследный принц прокусил запястье правой руки, из которой хлынула струя свежей крови. — Тебе нужно поесть. — он поднес окровавленную руку к губам Луциана, и тот начал не спеша сытиться кровью. Через несколько секунд мелкие ссадины и ушибы Луциана начали заживать прямо на глазах. Более серьезные увечья — как, например, раны от кинжала — затягивались куда медленнее, чем того хотелось. К счастью, весь процесс регенерации занял у Луциана всего пятнадцати минут, после которых он заснул мирным сном на руках старшего брата.