Мы обязательно уедем отсюда

      Они вошли в раздевалку: тесную комнату два на четыре метра. Паша сел на лавочку. Данила подошёл к Паше, сел рядом и взял его за руку.       - Как так получилось?       - Ну, - начал Паша, - Всё началось с того, что сегодня утром меня выцепил Вова... - он рассказал без утайки всё, что произошло сегодня.       - Блять, Паш... - Данила держал его за руку, - мне так жаль.       - Дань, - перебил его Паша, - мне надо тебе кое чт... - дверь распахнулась, ребята резко отпрянул друг от друга: в раздевалку заглянул учитель физкультуры - пожилой мужчина лет семидесяти, человек советской закалки, которого, по-видимому, за усы ученики ласково звали "Хоттабыч".       - Это что такое? Вы почему не на уроке?! - взревел тот так, что у ребят уши заложило.       - Мы... Мы сейчас, - запнувшись, сказал Паша.       - Быстрее давайте, - уже не столько зло, сколько по-старпёрски ворчливо сказал Хоттабыч и ушёл начинать урок.       Они быстро переоделись, благо спортивную одежду надевали прямо под школьную форму, и поспешили на урок.

***

      - И раз, два, три - закончили, - класс облегчённо выдохнул: Хоттабыч сегодня свирепствовал, от его разминки раскраснелись даже спортсмены класса, что уж говорить о простых смертных, - А теперь возьмите мячи, встаньте в пары и отрабатывайте верхнюю и нижнюю подачу, - ребята разделились. Данила краешком глаза заметил, как Паша с силой сжал собственный нос ладонями, на его белой футболке были алые пятна крови. Паша подошёл к физруку и что-то ему сказал, тот указал на комнату с матами, Паша пошёл туда. Физрук не выглядел обеспокоенным: он некоторое время понаблюдал за работой класса, а потом не спеша двинулся в сторону выхода, должно быть, за журналом.       Данила огляделся по сторонам - казалось, отсутствие Паши никто не заметил. Все увлечённо отрабатывали подачи, а особо отбитые просто швыряли мячи, которые летали по спортивному залу, врезаясь в головы адекватных людей. Данила прошмыгнул в комнату с матами.       Вообще, никто не мог сказать точно, почему каморку для спортивного инвентаря, в которой помимо матов было много всего прочего: мячи, лежащие аккуратными рядами на специальных полках по "левой" и "задней" стене; скакалки, висящие на гвоздях; гимнастический козёл с конём в углу; стопка матов, высотой около метра. Но по одной из школьных легенд в этой комнате лет пятнадцать-двадцать назад занялись сексом ученики. В эту легенду мало кто верил, но каморку со спортивным инвентарём "комнатой с матами" называли все.       Паша сидел на матах, свесив ноги и по-прежнему прижимая руку к своему носу.       - Как ты? - спросил Данила. Он понимал, что если физрук, человек знающий, не беспокоится, то и ему не стоит, но он всё равно переживал за Пашу.       - Просто кровь носом пошла. Давление, скорее всего, подскочило, это не в первый раз уже.       - А... - понимающе протянул Данила.       Они смолкли. Несмотря на то, что каждый думал о своём, их мысли были конвергентны: они сошлись, независимо друг от друга.       - Ты мне пиздец нравишься, Дань, - сказал Паша без обиняков. Данила подошёл к Паше почти вплотную.       - Повтори, - попросил он без тени улыбки на лице.       - Ты мне пиз... - Паша не успел договорить - Данила нежно взял его за подбородок. Они смотрели друг другу в глаза: Пашины - наивные зелёные и Данилы - проницательные карие. Наконец, Данила медленно приблизился к Паше. В его животе, впрочем, как и в животе Паши, бабочки не просто задевали внутренности своими мягкими крыльями, но и кромсали их, словно ножами. Внезапно стало очень жарко. Не в силах больше сдерживаться Данила повалил Пашу на маты и приблизился своими губами к его окровавленным губам.