Мы утонем в прозрачной воде

      Я не хотел уходить. Не так давно слово «хотел» для меня еще ничего не значило, теперь же являлось главной движущей силой. Движущей мысли, переходившие в сожаления и печаль, действия мои оставались подвластны покорному телу.       Я стоял на смотровой площадке и, ежась от холода, вглядывался в ночную пелену темно-синего неба. Ледяной осенний ветер пробивал до дрожи. С каждым новым шелестом листьев я чувствовал, как вглубь тела вместе с тупящим мышцы холодом стекает тягучая тоска. Стальная ограда под локтями вытягивала тихо затаившееся тепло. Оно долго и мучительно прощалось со мной, я знал, его уже не вернуть. За собой оно закрывало последнюю дверь в сердце, обещая никого туда больше не пускать.       Я ждал.       В машине позади меня глухо отбивала ритм какая-то песня. Под ее голос, обрамленный льющейся мелодией, я любовался далекими огнями города. Теплые фонари сверкали в такт мелодии. Призрачные сигналы автомобилей и гул полуночной толпы, еле добивающие до сюда, аккуратно дополняли звучание песни.       Утонув на какое-то время в нотах, я почти не заметил, как начал замерзать. Будто это еще имело значение, я достал руки из карманов, сложил их у рта и принялся учащенно дышать, согревая онемевшие ладони. Уцелевшее в глубине тепло вышло наружу в форме клубистого пара. Если бы я только мог прийти сюда снова, обязательно бы оделся теплее и стоял бы тут очень-очень долго.       Одинокие минуты заполняли разум терзающими мыслями. Быть может, я предаю себя? Сколько поступков мне суждено было совершить прежде чем у меня появился такой вопрос. Только вот до их свершения я задавался другим: «Быть может, я предаю их?». И сколько ошибок суждено было мне допустить, чтобы считать предательством подчинение. Ошибки ли они для меня теперь?       С другой стороны… Я посмотрел вниз, за ограждение. Скалистый обрыв утопал в темных холмах листвы. Высота не пугала меня, она лишь пробуждала в моей груди бурлящий огонек надежды. Но как бы далеко она ни уходила — мне уже не спастись. И наконец я услышал, как ко мне кто-то приблизился. Я обернулся. Это, без сомнений, тот самый человек. Ожидания окончены.       Он тихо вздохнул. Я мог уловить те чувства, что выпустил он с этим вздохом. Ему меня жаль. Но в то же время человек показывал свое отвращение ко мне, пытался убедить в том, что для него я мелкая мерзкая зверушка, что в его силах раздавить меня как блоху. Но он бы никогда этого не сделал.       Человек вышагал из-за машины под свет фонаря.       — Это вы. — без колебаний обратился он ко мне.       — Таких, как я ни с кем не спутаешь. Верно?       Вдруг я почувствовал, как тело затягивает страхом. Что будет дальше? Я возвращался. Но домой ли?       — Верно. Вы и не прячетесь.       Я знал, что не прятался. Я пришел сам, сдался.       — Я пойду с вами. — Попытался принять уверенный тон, не получилось. — А что потом?       — Не мне решать.       Он знал, что будет дальше, но из-за жалости боялся сказать. Оказывается, в глубине души все мы такие. Как только я не распознал этого в себе сразу?       Я стоял перед ним, вцепившись сзади руками в ограду. Немеющие от холода руки не интересовали меня ничуть.       — Такой ответ мне не нужен.       — Нет разницы.       — Скажите мне правду, тогда я пойду.       — Вы уже пришли.       — Скажите мне! — Я почти умолял его, ведь чувствовал внутри отклик, он почти вырвался из-под каменной брони человека. Но только почти…       — Не тратьте время.       И я перестал его тратить. На самом деле я знал, что со мной будет. На самом деле, как только я услышал шаги этого человека я уже все решил. Я ждал только команды. Если бы он только подал мне ее… Теперь же мне надо действовать самому. Буду медлить — все кончено.       — Этими словами вы обманываете только себя. Посмотрите… — Я указал вдаль, в огни города. — Вы думаете это правильно?       Человек даже не взглянул туда. Его цепкий взор не отпускал меня ни на миг. Тот самый миг.       — Да.       — И я так думал. Раньше. Чем я хуже вас?       Только бы он отвлекся хоть на долю секунды.       — Я здесь не для этого. Нам пора.       — Я не хочу.       Он знал, что я не хочу, он боялся этого услышать. И все-таки услышал. И жалостливо опустил глаза. Словно в его голове пронеслось преступное «Понимаю». Оно мне уже не нужно. Одним резким, внезапным движением я тут же вскочил на ограду. Ответом человека стал лишь испуганный рывок. Его хватило если бы он не опустил глаза, если бы не сочувствовал мне, если бы в этот момент я уже не отталкивался ногами от холодного металла.       Но я отталкивался. И я летел вниз, обволакиваемый льдом воздуха. И поток его бил мне в спину, переворачивал. А я смотрел на мутный шлейф теплых городских огней, и только лишь они отпечатались в сознании, когда стало совсем темно.