Не пойми кто

      Реджина сидела на занятии Мисселины, но мыслями была далеко, что её саму не радовало.              Последние четыре дня Сэм… странный. Не разговаривает с ней с той частотой, с которой это делал обычно, не ищет встречи, как это было обычно, из-за чего собственно беседы их свелись к нулю, не оборачивается на неё во время занятий, не приходит с очередными идиотскими предложениями помощи. Да и в целом все эти дни ходил как в воду опущенный, всё своё внимание уделяя рыжему демону, которого будто лет десять не видел, а тут он вернулся с командировки и теперь Сэми пытается все годы разлуки возместить в течение нескольких дней.              В голове несколько раз мелькала шальная мысль подойти и спросить, не случилось ли у него чего, но каждый раз этот порыв разбивался об один простой факт.              Они друг другу никто.              Его дела её никак касаться и интересовать не должны. И очень велика вероятность, что её пошлют куда подальше с её заботой непонятно от кого, и которая никому нахрен не всралась.              Но всё чаще и чаще замечая выражение мрачной задумчивости на красивом лице ангела, Непризнанная всё же решилась остановить его в коридоре после занятия и убедиться, что ничего катастрофичного не случилось и беспокоиться не из-за чего.              - Что-то случилось? – негромко, но достаточно твердо спросила она, глядя в глаза ангела и ища там признаки катастрофы, в случае которой можно и человечность проявить, предложив помощь, если понадобится.              - Что? – в сердцах спросил Сэми, словно она его оскорбила, а не задала абсолютно нормальный вопрос. И вид у него был такой, словно ему на месте не сидится, и он хочет побыстрее свалить как можно дальше.              От её общества.              - Спрашиваю: у тебя всё в порядке? – еще раз попыталась проявить понимание Реджина, но брови её уже нахмурились в ответ на такое поведение ангела.              - Шепфа, и только ради такой ерунды… – выдохнул он, проведя ладонями по лицу. – Реджина, если у тебя нет ничего срочного и серьезного – давай потом поговорим, ладно? Я, честно говоря, занят. Да и Ади с Мими ждут.              Складка между бровей тут же разгладилась, а на лице девушки появилась широкая улыбка, контрастировавшая с болезненным взглядом зеленых глаз, полыхнувшим адским пламенем.              - Да. Потом поговорим, - абсолютно спокойно произнесла Реджина, не обращая внимание на обескураженного увиденной улыбкой ангела. После чего развернулась и направилась прочь.              Ей точно надо провериться на наличие дара предвиденья. Потому что Реджине уже надоело так хорошо предугадывать будущее.              «Давай потом поговорим, ладно?» - одна из её любимейших фраз, которую она слышала десятки раз в подростковом возрасте, ясно говорящая о том, что общение хотят свести на нет. Это то самое «потом», которое никогда не наступит. Она эти уроки усвоила на «отлично» к своему совершеннолетию, больше не проваливалась во время сдачи экзамена на наивность.              Смешно. Правда, смешно. Сэм действительно думает, что она не понимает? Иначе зачем все эти ужимки, игнорирования и «потом поговорим»? Она никогда не понимала, в чем проблема прямо сказать кому-то, мол, «давай прекратим общение»? Честно, прямо, без мнимых надежд.              Как он там говорил? Никогда не разочарует её? Слово своё сдержал – не разочаровал. Даже удивил: продержался со своим «хочу общаться» почти неделю – можно сказать рекорд.              Вот только Реджина с самого начала знала, что слова его – дерьмо собачье, и надолго святого ангела не хватит.              Поэтому не обидно. Ни капли. Это было ожидаемо, из-за чего тут расстраиваться?              Обиды нет, только раздражение из-за того, что в груди немного ноет, но это нормально, это пройдет через день, может пару дней.              Не страшно.              Зато всё вернулось на круги своя, став таким, каким и должно быть. Её больше никто не донимал тупыми бесполезными разговорами, не шутил, не отпускал смешки, и в кой-то веки не отвлекали от учебы. Будто массово все прозрели наконец, чтобы суметь заметить надпись «не подходи – загрызет», которая неоном светилась в её энергии.              День, второй, третий, - да хоть все сто! Какая ей разница, сколько пройдет времени, если спокойствие и размеренность наконец-то вернулись в её жизнь, как только из неё вышел Сэм, утянув за собой свой зверинец в лице Ади с Мими. А исчезли они – и Люцифер внезапно перестал донимать, Дино так и вовсе не вспоминал о её существовании с момента, как они вернулись с задания.              И-ди-ли-я.              Правда отчего-то паршиво на душе, но это временно. Еще пара дней и забудется как страшный сон.              А вот что Реджину действительно беспокоило, так это учебники, которые она всё не могла забрать из кабинета Фенцио. Учитель словно чувствовал что-то, и взгляд его всегда скользил по ней, словно он – гончая, выслеживающая добычу. Даже то, что Реджина «затихла» на его занятиях более чем на три недели, не считая того задания со свадьбой, не заставило его ослабить слежку за малейшим дуновением ветра со стороны Непризнанной.              Да, все то время, что она якобы затихла для всех, Реджина просто пыталась усыпить бдительность Фенцио, а не потому, что шибко страдала из-за первой их с Сэмом «ссоры», произошедшей после вечеринки в заброшенном поезде.       

***

      Как ей вывести его из кабинета? Просить отвлечь некого. Во время занятия – не может, потому что прогулы просто так с рук не спустят. Ей – особенно. А придумать достойное алиби, которое не вызовет вопросов, сложно. Плохое самочувствие – блажь, здесь в такое не верят, потому что тупо болезней нет. Отравление ядом, раны, переломы, даже память о земной жизни – вылечим без проблем. Тошнота или головная боль – милочка, бессмертные таким не страдают.              А еще Реджина недостаточно хорошо умеет скрывать свою энергию. От одноклассников – более-менее научилась, но опытные ангелы и демоны всё равно могут почувствовать, а уж учитель и подавно. Фенцио сразу заметит, если она – именно она – проберется в его кабинет.              Прикрыть её некому. Попросить об услуге и быть должной кому-то – ни за что. Она справится сама, всегда справлялась.              Ей нужен план. Ей необходим план. Потому что она должна вернуть не свои книги, чтобы не быть в долгу.              И словно над ней решил сжалиться сам Шепфа, она нашла решение в одной из книг, взятых в библиотеке, посвященной артефактам.              Всякие амулеты, руны и тому подобное – сухо, пусто, совсем не то. Но библиотекарь, видя тематику, которой увлеклась Непризнанная, посоветовал дополнительно к предыдущей посмотреть еще книгу с драгоценными металлами и камнями, из которых изготавливаются магические артефакты.              И тут-то нашлось кое-что интересное…              Фиолетовый сапфир – редкий драгоценный камень, имеющий сине-фиолетовый окрас. Используется для создания скрывающих амулетов, так как оказывает на энергию бессмертных резонирующее действие, тем самым сводя на нет «оттенок» любой энергии. При наложении специальных чар, способен смягчить воздействие чужого подавления воли.       Редким считается ввиду того, что добыть его можно только в гротах, но из-за особого спектра энергии, излучаемого самим камнем, их месторождение очень сильно привлекает субантр. Эти хищные птицы селятся вблизи, делая добычу камня очень опасной. Несмотря на явную слепоту, у субантр прекрасный слух, поэтому любой звук, не похожий на взмахи крыльев, которые имеются у них тоже, вследствие чего они могут спутать эти звуки со своими, способен спровоцировать их на нападение.       По этой же причине стоимость одного амулета из фиолетового сапфира может достигать той же цены, по которой покупают взрослую особь дракона.              Самое то!       Нужен молоток, зубило, кирка, и знание того, где находится логово субантр.              В качестве «плана Б» можно добыть на земле динамит. В человеческой жизни Реджина никогда бы не дошла до него, но когда, если не после смерти, пробовать то, чего прежде побоялся бы?       

***

      Очень жаль, что библиотека – не людской интернет, расположение логова субантр так просто не найти. Но вместо интернета в школе Ангелов и Демонов был болтливый Сион, который в школьном дворе во всеуслышанье решил мериться с кем-то длиной своего достоинства – того, что не член – и во время разгоревшихся споров о смелости и мужественности, ляпнул мимоходом про логово субантр, заставив идущую мимо Реджину остановиться и навострить уши.              - Думаешь, у меня кишка тонка залезть в логово субантр? – хорохорился белобрысый демон перед каким-то адским собратом. – Чтоб ты знал, я в отличие от тебя туда хожу как к себе домой практически каждый день.              Реджина ушам своим не верила. Он что, действительно настолько тупой, раз так откровенно врет? За слова могут заставить и ответить.              - Правда, Сион? – плавно влезла она в разговор.              - О! Моя любимая Непризнанная, - тут же просиял демон. – Неужели ты ко мне?              - Только если ты действительно такой смелый как рассказываешь, - хмыкнула Реджина, продумывая в голове каждое слово, которое говорит демону.              - Я не только смелый, но и достаточно страстный демон, – сладко улыбнулся Сион. – Племянник Асмодея врать не будет.              Ох как! Да он из благородных, оказывается. Теперь понятно, почему у него внешность настоящего искусителя-развратника, но почему при этом мозги как у курицы – непонятно.       Реджина не считает его плохим, просто он… Честно, без предвзятости и прикрас – он красив, но туповат. Прямо как подросток.              - В страстности племяннику Асмодея поверю на слово. А вот смелость… Раз говоришь, что смелый, то докажи. Или только громкими словами бросаться горазд? – подстегивала девушка не только беловолосого демона, но и всех остальных присутствующих, которые тут же заголосили, поддерживая слова Непризнанной.              - Ты что, серьезно хочешь, чтобы я полез в логово субантр? – рассмеялся Сион, словно ему это было сделать – раз плюнуть. Вот только смех-то его был нервный.              - К чему так рисковать из-за простого спора? – фыркнула Реджина, сложив руки на груди. – Думаю, если ты хотя бы расскажешь, где находится логово субантр, то этого уже будет достаточно, чтобы мы убедились в том, что ты действительно был там. Иначе как бы ты узнал его расположение, верно?              Сидящие рядом демоны переглянулись, начав перешептываться. Кто-то соглашался с Реджиной, кто-то считал, что того, что она предложила, недостаточно для доказательства.              - Да, рассказывай, - в итоге озвучила общее решение рыжая демоница. – Если хотя бы будет похоже на правду – поверим.              - Пф, было бы что рассказывать, - самодовольно усмехнулся Сион, задрав нос кверху. – Субантры селятся в гротах, а на севере через три парящих острова от школы внизу как раз есть один такой – там они и гнездятся последние четыре десятилетия.              Милый-милый Сион… Храни Шепфа твою наивность и тупость, которая досталась явно не от знаменитого дяди.       

***

      - Мне нужно в человеческий магазин.              - И?              - Могу тебе что-нибудь захватить.              - Даже мне неизвестно, что из человеческого магазина может представлять для меня ценность.              - Так подумайте, учитель Геральд.              И снова уставились друг другу в глаза. Ему не надо читать её энергию или воспоминания, чтобы понять, что она опять что-то задумала. Стоит и завуалированно требует дать ей официальное разрешение внепланово спуститься на землю.              Реджина обратилась к нему, потому что знает наверняка, что ему наплевать, чем она занимается.       Геральд выслушал её, потому что знает наверняка: веселье ему будет обеспечено.              - Золотую чашу, украденную из столовой, вернешь на место, - выдвинул свои условия Геральд.              - Мне понадобятся деньги для покупок, а со школы не убудет – у вас и так везде то золото, то драгоценные камни.              - И даже не стыдится! – воскликнул учитель, укорительно хлопнув ладонью по столу.              А что ей делать? Людей небесным гипнозом она обворовывать не хочет, а пернатые… Бесят они её все, и школа тоже, а из-за одной чаши дыра в бюджете уж точно не появится, никто даже не заметит. Пусть считают это моральной компенсацией за тысячелетия дискриминации Непризнанных.              Она прощает ангелов и демонов от лица всего серокрылого сообщества.              - Там продаются красивые корзинки с ароматическими маслами ручной работы, увлажняющими бальзамами для губ на цветочной основе и украшениями для волос – женщинам нравятся такие штучки. Они милые.              Снова глаза в глаза, только теперь яркие глаза демона-учителя полыхнули не предвкушением скорого веселья, а удивлением, постепенно переходящим в гнев.              - Понятия не имею, о чем ты.              - Я тоже не понимаю, о чем я.              А в хитрых зеленых глазах так и читалось огромными буквами…              М И С С Е Л И Н А              Геральд с ужасом осознавал: догадалась. Глазастая, внимательная, цепкая в отношении любой крохи информации Непризнанная… Орлица чертова!       Тяжко вздохнув, демон откинулся на спинку стула в своем кабинете и прикрыл глаза. Эта Непризнанная либо сведет его в могилу, либо вытащит из неё, чтобы продолжить мучить.              Прямо как истинная демоница.              Святой Шепфа, до чего же изворотливая, а!       

***

      - Реджина, я…              - Потом, - на ходу бросила Непризнанная, спеша по коридору школы, чтобы быстрее добраться до водоворота, и даже не обратив внимания на Сэма. Разрешение Геральда на внеурочное посещение земли имеет свой срок годности, некогда ей тратить время на всякую ерунду, коей сейчас считался ангел.              - Нет, прошу выслушай, это важно! – увязался он следом за ней. – Послушай, я понимаю, что ты, скорее всего, не поверишь с первого раза, но я боюсь, тебе грозит опасность.              - Выпей успокоительного и не бойся.              - Ты не поняла! Ты мне приснилась – израненная, вся в крови. Мои сны – они проро…              - Сэм! – перебила она его, резко остановившись. – Всё – потом. Я занята.              После чего продолжила свой путь, не отвлекаясь от намеченной цели, мастерски игнорируя отчаянно зовущего её парня. Пострадать и посокрушаться, а после обмениваться слезливыми откровениями любого рода можно и потом, а сейчас ей нужен молоток, зубило и кирка.              И динамит на всякий случай. Заодно проверит свой уровень владения навыком подавления чужой воли.              Еще большой рюкзак, чтобы положить туда всё это, и обещанная Геральду корзинка для Мисселины.              Водоворот встретил её с распростертыми объятиями.              Продать золотую чашу в первом же ломбарде не составило труда. Слезливая история про наследство от бабушки, долги отца в карточных играх, немного гипноза – и она получила пачку купюр. Даже больше, чем рассчитывала. На такую сумму гулять можно долго, позволяя себе всякое…              Теперь в список покупок добавятся еще и кроксы на замену утерянных, новые спортивные штаны и футболка-оверсайз. Уже который день некомфортно себя чувствует в кедах, джинсах и водолазке, найденных в шкафу.              А еще она всегда мечтала попробовать жареных гребешков. Говорят, они вкусные, если повар их правильно приготовит. И дорогие, сука… Но один раз ведь можно необдуманно потратиться? Помянуть себя, так сказать.              В магазине хозяйственных товаров, среди кучи запчастей для электрики, сантехники и прочих мужских радостей, она всё-таки нашла молоток среднего размера, зубило и небольшую кирку. Реджина взяла те, что были из хорошего сплава, соответственно, и цена у них была выше.       Динамит со спичками в оружейном магазине ей продавать не хотели. Разрешение и прочее бла-бла-бла, связанное с официальными бумажками не воодушевило Непризнанную, поэтому пришлось опять использовать подавление воли.       Мужик-продавец крепким оказался, только с третьего раза удалось заставить его продать пять штук динамита, охотничьи спички к нему, и взять за все это деньги, потому что под гипнозом он порывался отдать ей товар просто так. А еще он «по секрету» сказал, что динамит хороший, покрыт горящим материалом поверх основного, так что во время взрыва сгорает всё, не оставляя никаких следов после себя.              Осталась корзинка для Мисселины…       

***

      - Это что? – выгнул бровь Геральд, когда ему на стол помимо белоснежной корзинки с женскими радостями, прилетел прямоугольник, завернутый в праздничную цветастую бумагу.              - Человеческие мужчины применяют это для того, чтобы никто не догадался о том, что они нарушали закон, и не пришлось нести ответственность за возможные последствия.              Бровь демона приподнялась еще выше, но странная штуковина из мира людей его все же заинтересовала.              Разорвав подарочную упаковку, Геральд вгляделся в прямоугольную картонную коробку, на которой где-то в уголке полупрозрачными белыми буквами мелким шрифтом было написано коротко и лаконично…              «Презервативы. Двенадцать штук в упаковке»              И всего один задушенный смешок:              - Можешь больше не бояться Закона Неприкосновения. Не благодари.              Она едва успела пригнуться, когда вылетела из кабинета учителя словно пробка из бутылки, чтобы книга, брошенная Геральдом, не снесла ей голову, а попала в проходившего мимо Дино.              Мчась по коридору, пробегая мимо ошарашенных ангелов и демонов, Люцифера с его компашкой и Сэма с его верными Ади и Мими, Реджина не замечала никого, неслась сломя голову, слыша за спиной лишь разгневанный голос Геральда...              - Я тебе крылья вырву и лично скину в Ад, малявка!!!       

***

      Достойной причины уйти с занятия ангела Фенцио не появилось ни на следующий день, ни через день, поэтому Реджина решила сама позволить себе прогулять его. Только возвращаться обратно в школу придется с доказательствами, что она была вынуждена прогулять, потому что вряд ли аргумент «тошнит от его мерзкой рожи» сочтут достойным.              Поправив рюкзак на плечах, девушка притаилась за небольшим камнем, вглядываясь в местность, что была перед ней.              Сион не соврал: здесь действительно есть логово субантр. Реджина приходила сюда в предыдущие два дня на разведку, чтобы хотя бы примерно понимать, с чем придется иметь дело.              Сейчас середина дня, солнце в зените, они должны спать, спрятавшись в своем гроте поглубже, чтобы свет, которого они боятся, не достигал их.              Сейчас самое время для Реджины стать немой, иначе её сожрет стая субантр на обед.              Тихо выдохнув и сглотнув слюну, Непризнанная направилась вперед.              В воду она не заходила, чтобы не создавать шум плеска, на который могут среагировать хищные птицы. Расправив крылья, улавливая малейшие потоки воздуха, девушка неспешно летела вдоль водной поверхности.              Интересно, субантры слепы, потому что глаза не видят или их просто нет?              Оказавшись внутри грота, девушка выровнялась и подлетела чуть выше, стараясь делать ровно столько взмахов крыльями, сколько потребуется, чтобы удержаться в воздухе. Слишком активное хлопанье ими может вызвать волнение у субантр.       Повезло, что они не набросились на неё, почуяв энергию, хотя тут скорее стоит поблагодарить фиолетовые сапфиры, находившиеся в пещере, которые оказывали скрывающий эффект на Реджину.              Девушка огляделась: грот как грот, частично освещен попадающими сюда лучами солнца, но если двинуться глубже – в кромешную тьму – вполне можно найти и жителей этого места.       Посмотрев вверх, Непризнанная довольно улыбнулась, найдя то, что хотела.              Вон же он! Поблескивает на свету, переливаясь сине-фиолетовым цветом. Есть еще чуть левее, чуть ниже и вправо, внизу возле кромки воды… Этих драгоценных камней тут пруд пруди, почему в книге писали, что их сложно достать? Просто приходить за ними надо днём, а не ночью, когда субантры наиболее активны.              Подлетев к верхней части пещеры – подальше от воды – туда, где казалось отколупать камень будет легче всего, так как тот сильно выступал из породы и имел тонкое основание, Реджина вгляделась в свою цель.              Не огранённый, шершавый, бесформенный – не блести он на солнце, от каменной породы было бы не отличить.              Сначала попробует молотком и зубилом.              Решив, что после пары четких сильных ударов сбежать легче, чем после долгого раздражающего постукивания, не приносящего плоды, девушка приставила зубило к краю и, размахнувшись, со всей силы ударила по нему молотком, вгоняя инструмент миллиметра на два в глубину.              Еще один удар – вошло еще чуть глубже.              Третий удар – и кусок отделился от поверхности пещеры, повиснув на честном слове, но и не спеша падать в руки Непризнанной.              Достав из рюкзака, в который сложила обратно использованные инструменты, кирку, девушка прицелилась, примерилась, размахнулась и с силой ударила в одну единственную точку, отделяя кусочек драгоценного камня от породы, который стремительно полетел вниз к воде.              Ринувшись вниз одним взмахом крыльев, Реджина успела подхватить камень у самой поверхности водной глади, не дав ему упасть.              Облегченно выдохнув, девушка замерла, услышав какое-то рокотание из той части грота, куда не доходил солнечный свет.              Из глубины постоянно отфыркиваясь и мотая из стороны в сторону головой вылезла какая-то тварь с серо-зеленой кожей, какой-то хуйнёй на голове, напоминающей раскрытый бутон тюльпана. Всю кожу за исключением плеч покрывало темно-зеленое, переходящее в темно-серый оперение, которое становилось более плотным на нижних конечностях.       Это существо имело гуманоидный вид, верхней частью своего тела чем-то напоминая человеческую женщину. На наличие глаз не было даже намека. Перья на… руках? Лапах? На верхних конечностях выглядели острыми и напоминали полноценные клинки из стали.              Настоящая живая субантра… Вот как они выглядят.              Она поворачивалась в одну сторону, потом, будто услышав какой-то шорох, тут же дерганным движением поворачивала голову в другую сторону, но на Реджину – на звук её крыльев – не реагировала.              Медленными взмахами, Непризнанная летела все ближе и ближе к выходу из грота, не сводя своих глаз с вышедшей на охоту субантры.              Медленно… Ближе к выходу… Еще ближе…              Глядя исключительно на хищную тварь, Реджина не заметила того, как немного скосила от выхода, из-за чего уперлась в него плечом и перепугалась насмерть, что повлекло за собой ряд следующих событий.              Резкий разворот и рефлекторно выставленная перед собой ладонь, упершаяся в шероховатую поверхность скалы. Одно неосторожное движение по скользкой из-за влажности поверхности и ладонь срывается, царапаясь о выступающий острый краешек.              И как итог: малюсенькая царапина, из которой вытекло всего три капли крови.              Субантра среагировала резко, как хищник, почуявший сырое мясо. Ей уже не нужен был ни шум, ни шорох, ни голос – кровь была лучшим ориентиром того, где находится еда.              Резко развернувшись в сторону Реджины, тварь широко раскрыла пасть, открывая вид на острые зубы, предназначенные рвать мясо добычи, и издала клокочущий полурык-полувизг как в настоящем ужастике, заставив волоски на затылке Непризнанной приподняться.              Хищная птица стремительно ринулась в сторону Непризнанной, которая тут же полетела прочь из грота так быстро как могла, слыша за спиной, как на зов одной птицы просыпается её потревоженная стая.              Работая крыльями всё активнее и активнее, Реджина не обращала внимания на то, как заныли мышцы спины, не привычные к столь резкой сильной нагрузке, и уже достигнув берега суши, она было подумала о том, чтобы остановиться и обернуться, но острая боль, пронзившая верхушку левого крыла, заставила её вскрикнуть и потерять равновесие, кулем падая на землю вместе с субантрой, зубами вцепившейся в перья и плоть под ними, пробуя на вкус горячую молодую кровь.              Действуя на одних инстинктах, Реджина стянула с плеча рюкзак с тяжелыми инструментами, и со всей силы ударила им существо, не желавшее отпускать свою пищу.              Субантра расцепила зубы и вновь издала свой то ли рык, то ли визг, набрасываясь на старающуюся сбежать добычу, царапая острыми крыльями нежную, кожу рук, бедер, живота, после чего сумела вцепиться своими клыками в другое крыло отбивающейся девушки, вырывая из её горла еще один короткий крик.              Чувствуя боль, тепло собственной крови, а также животную ярость, перекрывающую страх, заставляющую бороться за свою жизнь любыми способами, Реджина со всей дури забила сжатым кулаком по лицу субантры, заставляя её отцепиться от серого крыла. Но та снова укусила уже в другое место, нанося новую рану.              С поистине животным рыком, Реджина вновь ударила хищную птицу, ногами отталкивая её от себя, и тут же ринувшись к брошенному после первого удара рюкзаку, спешно расстегивая его, едва ли не разрывая молнию, и доставая оттуда кирку.              Снова клокочущий визжащий рык за спиной, говорящий о том, что субантра опять хочет напасть…              Реджина на одних инстинктах, сжимая покрепче в руке кирку, резко разворачивается и с силой бьет на отмашь, пропадая острием кирки прямиком в висок существа, вгоняя сталь до самого ограничителя.              И тут же скривив в выражении брезгливости до этого искаженное яростью лицо, ногой отталкивает от себя тело твари, попутно вытаскивая свое орудие из головы той.              Тяжело дыша, смотря широко раскрытыми глазами на конвульсивно дергающийся труп субантры, Реджина наблюдала, готовая вновь защищаться, если всего предыдущего было мало, и на неё снова нападут.              Последняя наиболее сильная конвульсия, из-за чего тело субантры с силой дернулось в сторону, издав полузадушенный хрип, разрушила последние крупицы самообладания Реджины: с яростным криком девушка всадила кирку в шею существа. Затем еще раз, еще, и еще…              Пока голова субантры не отделилась от тела.              Отшатнувшись, словно её толкнули, Реджина тяжело дышала, с головы до ног перепачканная в собственной крови и черной крови мертвой субантры.              Кирка выскользнула из ослабевших пальцев, ноги подкосились, а боль в крыльях и поверхностных ранах дала о себе знать с новой силой.              Сидя на земле на той самой части тела, на которую сегодня нашлось всем приключениям приключение, Непризнанная пыталась восстановить дыхание, не сводя взгляда широко раскрытых, шальных, пылающих глаз с тела субантры.              Пожалуй, она была предвзята: достать фиолетовый сапфир в самом деле сложно. Даже при свете солнца.       

***

      Лежа на кровати в лечебном корпусе, Сион беспечно закинул руки за голову, наслаждаясь прогулом урока ангела Фенцио.       Он, конечно, не на это рассчитывал, когда съедал на спор целого запеченного гуся под ошарашенные взгляды друзей-демонов, после которого его тошнило и рвало минимум три раза, но в принципе исход его не разочаровал.              Проблевался – и полностью здоров. А на урок не погнали, ангел-врач милостиво позволила ему «прийти в себя», использовав свои полномочия, чтобы освободить его от всех оставшихся сегодня занятий.              Громкий женский визг заставил Сиона подскочить на месте и откинуть в сторону хлопковую ширму, отделявшую его от лазарета и других кроватей, что сейчас пустовали.              А посмотреть было на что…              Непризнанная с бирюзовыми волосами – потрепанная, покоцанная, вся в крови, с рваными ранами на серых крыльях, резаными неглубокими ранами на руках, ногах, боку, животе – спокойно водружает на стол ангела-врача, что и кричала до этого, отрубленную голову настоящей субантры!              - Освобождение от сегодняшних занятий дадите? – как ни в чем не бывало хмуро спрашивает девчонка, вызывая у беловолосого демона нервное икание.              - Великий Шепфа! Что это такое?! Да Вы с ума сошли!!! – визжала перепуганная ангел-врач, отшатнувшись от собственного стола, на котором лежал окровавленный трофей. – А раны… Что это за раны?! Юная леди, Вы что натворили?!! – без остановки верещала женщина, впервые на своей памяти растратив своё знаменитое благодушие и сдержанность во время работы.              - Так дадите освобождение или нет? У меня урок у ангела Фенцио был, - с железобетонным спокойствием держала оборону Реджина, не собираясь оправдываться или объясняться.              - Какое, к дьяволу, освобождение?!! – едва не на ультразвуке крикнула ангел-врач, позволив себе выругаться, и поражаясь невозмутимости Непризнанной. – Сейчас же на кровать, раны надо обработать и перевязать! – взяла она себя в руки, побежав за необходимыми лечебными растворами и мазями, а также чистыми бинтами. – Освобождение, - фыркнула она. – Нашли, о чем думать! Да-да, садитесь сюда, я помогу снять футболку. Осторожнее, не дергайте крыльями, кровь запеклась – может опять начать кровоточить. Но до учителей я донесу об этом вопиющем случае – можете не сомневаться, юная леди!              - Эм, простите, - скромно влез Сион, все еще не способный отойти от шока в связи с увиденным, но чей язык уже не мог оставаться без дела и не разнести о случившемся по всей школе. – Мы с этой Непризнанной в одном классе учимся. Я уже неплохо себя чувствую, могу дойти до учебной комнаты и сообщить ангелу Фенцио о том, что его ученица находится под ответственностью нашего милосердного ангела-врача.              - Да, будьте так добры, - не отвлекаясь от ран Реджины, отозвалась женщина. – Более подробно я потом сама ему всё объясню, а пока сообщите, чтобы он не беспокоился из-за отсутствия одной из учениц.              - Конечно-конечно, мне совсем несложно, - лукаво улыбнулся Сион, под хмурый взгляд Непризнанной бесшумно сваливая из лечебного корпуса, после чего со всех ног ринулся в учебную комнату, где сейчас проходило занятие с ангелом Фенцио.              А вышеупомянутый учитель как раз бросал периодические взгляды на пустующую парту на последнем ряду, после чего в ярости сжимал зубы.              Опять эта Непризнанная позволяет себе своевольничать…              И недоуменные переглядывания учеников, и растерянное пожимание плечами в ответ на вопрос, где она, раздражали лишь сильнее. Уже сколько времени прошло с начала занятия, а она так и не соизволила появиться.              Ей же хуже будет. Он не полениться донести до директора Кроули, что Непризнанная в очередной раз нарушает школьный порядок, позволяет себе отсутствовать на занятиях без уважительной причины, и не проявляет к учителю должного уважения.              Ей недолго осталось в этой школе. Вылетит с той же скоростью, с которой…              Ход мысли прервала дверь в кабинет, которую раскрыли так резко и с такой силой, что она с оглушительным звуком ударилась об стену, являя удивлённым ученикам запыхавшегося Сиона с сумасшедше широкой улыбкой на лице и шальными глазами.              - Непризнанная притащила в школу отрубленную голову субантры!!! – не жалея децибелов, в голос прокричал демон новость, которая тут же станет новой сплетней.              Глаза Фенцио расширились от услышанного.              Да неправда… Не может это быть правдой. Непризнанная? Голову субантре отрубила???              - Она в лечебном корпусе, можете сами посмотреть! – как заведенный верещал Сион, после чего ринулся обратно в том направлении, откуда пришел.              Ангел Фенцио быстрым шагом направился в сторону лечебного корпуса, слыша за спиной топот десятков ног и шокированные перешептывания.              Да враньё все это! Не могла она. Известный на всю школу небывалой глупостью демон Сион в очередной раз преувеличил сущую ерунду.       

***

      Не преувеличил.              Не преувеличил!              Это была единственная мысль, что билась в головах учителей, посетивших лазарет, как только им доложили о произошедшем, и учеников, толпившихся возле дверей, старающихся хоть краешком глаза заглянуть внутрь.              Всем не учителям сейчас вход был запрещен, но до этого запрета нескольким особо ловким и глазастым удалось увидеть израненную Непризнанную, сидящую с недовольным видом на одной из кушеток, и ту самую отрубленную голову субантры, так и продолжающую лежать на столе ангела-врача.              Сэми был как раз одним из этих ловких и глазастых.              Сидя на полу возле входа в лазарет, опираясь спиной о стену, на неё же откинув голову, он поджал под себя ноги, закрыв ладонями лицо.              Голова была на редкость пустой. Ни одной мысли, только ощущение того, как сердце постепенно восстанавливает нормальный пульс, в какой-то момент подскочивший до тех отметок, с которыми обычно не живут.       Сэм даже знает, что это за момент – когда он увидел её и её раны.              За секунду до того, как Геральд настойчиво вывел его за дверь. Точнее выкинул за шкирку сопротивляющегося ангела, в подступающей истерике рвавшегося к раненой девушке.              - Эй, - раздался тихий голос присевшего рядом Ади. По другую сторону мягко опустилась на пол Мими. – Ты как?              Из горла ангела вырвался тихий болезненный смех.              - Я – как? – с непередаваемой иронией, граничащей с ядом, отозвался Сэм, не отнимая ладоней от лица. – Тебе напомнить, что не я сейчас нахожусь в лазарете?              - Ты-то почему винишь себя? – мягко накрыв локоть Сэма, робко спросила Мими. – Реджина, она ведь… ну… сама. Ты даже не знал.              - Мими! – резко оборвал её Ади, заглушив своим голосом судорожный вдох ангела, который провел своими ладонями выше, вцепляясь пальцами в темные волосы. – Сэми, правда, прекрати заниматься самобичеванием. Непризнанная всё-таки взрослая девочка – что хочет, то и творит. Вряд ли, даже если бы знал, ты смог бы её образумить.              - Еще и сам мог пострадать, - добавила демоница.              - Вы не понимаете, - обреченно выдохнул ангел, свесив руки с колен и глядя куда-то вверх, словно потолок мог открыть ему тайны мироздания. – Я видел, что она может пострадать. Я предвидел всё это.              Ади нахмурился.       Помнит он ту ужасную ночь, когда Сэми с криком подскочил на кровати, разбудив и его тоже. Как судорожными движениями выбирался из-под одеяла, в абсолютно невменяемом состоянии порывался выбежать из комнаты босиком в спальной футболке и штанах.       Помнит, как останавливал возле двери ангела, в глазах которого плескался неприкрытый ужас, а губы без устали на грани паники повторяли лишь одно: «Она ранена! Пусти, ей больно! Она вся в крови! Да отпусти же ты, я должен пойти к ней!».              Его тогда смогла привести в чувство только сильная пощечина и ледяная вода, которой Ади плеснул Сэму в лицо в ванной комнате.              Еще ни разу видения не доводили Сэма до такого.              Он впервые видел близкого друга в таком состоянии.       Предпочел бы никогда не видеть впредь.              Вот значит, о чем предупреждали пророческие сны… Непризнанная, раны и кровь. Теперь все ясно – стычка с субантрой.              - И попытался предупредить её, - медленно произнес демон, подбирая слова. – Она не послушала. Что здесь обсуждать?              - Я бы не переломался, если бы проявил каплю настойчивости, а не послушно заткнулся, после её второго «потом». Она была бы цела и невредима сейчас.              - Но ты не нянька ей, - пыталась вразумить ангела Мими. – Сам ведь знаешь, что ей твои переживания до одного места, и все равно мучаешься. Не подумай, будто я наговариваю на неё, потому что она мне не нравится или еще что, просто… Мне больно за тебя, Сэми.              - А мне больно от того, что я такой придурок, - выдохнул ангел, прикрыв глаза.              Вот и набегался за Ади, пытаясь доказать, что все его внимание принадлежит лишь ему, и никакая Реджина ему не нужна, если только это поможет их отношениям восстановиться. И хоть Ади не отталкивал, но взаимностью больше не отвечал, не давая ни одному из них ложных надежд.              Он был прав с самого начала: парой им лучше больше не быть.              Потому что Сэм не сможет разорваться. Не о чем тут больше думать.              Когда любят, не забывают об имени и существовании своей «пары», мчась лишь к той, что вырывала его из самой реальности, заполняя собой всё.              Когда не любят, не молятся Шепфа о спасении другого, будучи готовым заплатить любую цену за то, чтобы она была жива.              А рожденный ангел в тот момент готов был отдать даже собственные крылья в обмен на её жизнь.