Один или два

      Вокруг было слишком тихо, даже для ночного времени суток. И это пугало. Бездна — самый опасный регион, где нет ни одного живого существа, но множество мёртвых. Обычно, когда на их территорию ступает живая душа, они сразу её чувствуют, и стекаются, чтобы полакомиться странником, и, соответственно, создают шум. Но сейчас поблизости нет совершенного никого. Казалось, что в этой тишине каждый шорох, возникавший при ходьбе, распространялся и был слышен за несколько километров.       Замёрзший черноволосый парень тяжело переставлял ноги. Колени с трудом сгибались, и были застужены. Замёрзшими руками в перчатках путник прикрывал голову, проклиная себя за то, что не спилил свои рога до того, как отправился в экспедицию, ведь теперь, из-за них, он не мог надеть на голову шапку или капюшон. Чтобы не было очень холодно, щёки, нос и уши были перемотаны бордовым шарфом, а тёмно-зелёные глаза были защищены очками формы вайфарер. Незаинтересованность нежити, он объяснял своей принадлежностью к расе демонов. По сути, он такой же мёртвый и души у него нет по определению. Однако, от мертвецов его много что отличало, например, высокая температура тела и наличие разума.       Наконец-то, после стольких часов поисков, «небесный» цветок был найден. Его вид соответствовал называнию: нежно-голубые лепестки по краям, переходящие в тёмно-синий по мере приближения к пестику, от которого исходило еле заметное серебристое свечение. Окраска напоминала ночное небо, в центре которого находилась луна, окружённая белыми облаками. Лицо демона на момент озарила искренняя улыбка, холод перестал ощущаться от накатившей волны счастья.

«Скоро всё будет кончено!»

      Радость медленно угасает, когда в сердце от проскочившей мысли возникли мучительные сомнения, которые Акира старался подавлять. «А стоило ли это того?» — завороженный красотой цветка, путешественник словно искал ответ на свой вопрос в его лепестках. Внутри теплился огонёк последней надежды на спасение, возвращение домой. Внезапный, неестественный порыв холодного лесного ветра заставил вернуться из мыслей в реальность. Снимая сумку с плеча, демон достал из кармана складной нож и аккуратно срезал цветок под корень. Раздался негромкий хруст упругого стебля, и прекрасный голубой цветок оказался в руках у странника. Кир осторожно обернул свежий стебель в мокрую марлю, и убрал растение в специальную стеклянную пробирку, наблюдая за тем, чтобы его лепестки не помялись. На перчатках осталась серебристо-голубая блестящая пыльца, которая красиво переливалась на тусклом лунном свете и медленно погасла, превращаясь в пепел. От увиденного, сердце Кира наполнила тоска, он только что сломал настоящее природное чудо. Однако, это была вынужденная жертва ради основной миссии.       Краем уха Акира услышал хруст сухой ветки, что заставило его напрячься. Оцепенев от страха, демон медленно повернул голову, чтобы узнать, что нарушило мёртвую тишину. Гниющая и оборванная плоть, бледная радужка пожелтевших глаз говорили о том, что перед ним зомби, пришедший полакомиться его душой.       «Один мертвец не станет проблемой» — с этой мыслью Акира достал свою книгу, и открыл страницу, отмеченную оранжевой закладкой. — Caelestis potentiae audi me! — громко произнёс демон, поднимая руку к небу.       Над лесом стянулись чёрно-синие грозовые тучи, образовывая некий «водоворот». — Fulgur percutiens. — из центра ударил сильный разряд молнии, направленный прямо в это полуживое существо.       Удар оказался такой силы, что Киру пришлось зажмурить глаза и отвернуться, чтобы не ослепнуть от ярчайшей вспышки. По всему лесу раздался громкий раскат грома и последовавшая лёгкая ударная волна. Ближайшие от взрыва деревья разнесло в щепки, их обломки разлетелись в стороны.       Тяжёлая отдышка, напряжение и усталость — последствия применённого заклинания. Открывая глаза, Акира с тревогой начал всматриваться в дым, вызванный пожаром вследствие удара молнии. Он с ужасом осознал, что его магия произвела минимальный эффекта на мертвеца.       Труп всё ещё был на ногах. Он что-то невнятно прохрипел, и попыталась сдвинуться со своего места, но вместо этого беспомощно упал на горящую землю, после чего, медленно пожираемый огнём, превратился в пепел.       Тот факт, что мертвецы устойчивы к его магии заставил Акиру на момент занервничать, однако, для него всё закончилось как нельзя лучше. За счёт своих физиологических особенностей, мертвецы требовали намного больше усилий для своего убийства. Если для обычного человека было достаточно одного разряда молнии, чтобы он получил сильный ожог и потерял сознание, а в худшем случае удар вызвал бы остановку сердца, то на падаль такая магия никак не влияла, так как они были уже мертвы.       В любом случае, препятствие было устранено, надо было возвращаться обратно и сделать это как можно скорее, пока на созданный шум не стеклось большее количество мертвецов.       Откуда-то из глубины леса снова подул сильный холодный ветер, направляя дым от огня в сторону Акиры. Демон начал махать рукой перед своим лицом, чтобы отогнать едкий запах костра и унять неприятное жжение в носу, глотке и глазах, когда некто за его спиной резко перехватил его руку и грубо заломал назад, соединяя со второй. При попытке повернуться, чтобы увидеть нападающего, Акира ощутил через шарф косу, вплотную приставленную к его горлу. — Любое движение и ты — труп, — незнакомец обладал низким, бархатным голосом.       Как бы не хотелось сдаваться, Акира понимал, что находился не в том положении, чтобы сопротивляться. Он расслабился и облокотился на человека сзади, поднял глаза вверх и заметил частичку блондинистых волос. В его понимании обычный выходец из бездны не был способен на подобные манипуляции и наличие разумного существа могло означать только то, что его задержали. Он был готов к подобному исходу событий. — Я не знаю, кто вы, но думаю у нас возникло недопонимание. — Недопонимание? — некромант приподнял косу чуть выше и оставил небольшой порез на щеке парня. — Поговорим об этом позже.       Горячая капля крови стекла по щеке и попала на бордовый шарф, впитываясь в него. Жнец демонстративно уколол большой палец своей руки об лезвие своей косы и поднёс его к порезу жертвы. Ничем хорошим это закончиться не могло. Кир с неприязнью отвёл голову в сторону, когда ледяная рука дотронулась до его щеки, чтобы смешать кровь. — Scintilla. — демон призвал небольшой разряд тока, который проскочил между двумя существами, заставляя незнакомца отдёрнуть руку. На более сильное заклинание не хватало маны, основной запас которой Акира израсходовал на уничтожение несчастного зомби.       Подобная реакция вызвала у жнеца усмешку, он повторно прижал свой палец к порезу на щеке демона и произнёс: — Fatorum catena animos nostros adstrinxit, nec mors nos separare potest. — место соприкосновения руки лича с лицом демона на секунду подсветилось, после чего шею Кира обвило небольшое скопление яркой, «мёртвой» энергии, полностью растворившейся в воздухе.       Это «метка некроманта», которая связывала мертвеца с выбранным существом, и позволяла ему пополнять запасы своей жизненной энергии за счёт жертвы.       Жертва постепенно ослабевала, переставала сопротивляться и чем больше энергии использовала, тем сильнее уставала. У Акиры не было шанса выбраться из этой ловушки. В глазах потемнело, веки непроизвольно закрылись и демон потерял сознание, больше не ощущая смертельного холода бездны. Это были последствия заклятия.

***

— Руби, что ты здесь забыл? — стражник у входной двери пренебрежительно загородил дверь перед лицом веснушчатого парня. Он знал ответ на этот вопрос, но считал должным спросить. — Отец попросил забрать документы о статистике населения, — робко ответил подросток и скромно взглянул на высокого охранника из-под длинных светлых ресниц.       Как и всегда, с недовольством охранник осмотрел невысокого, взволнованного и зажатого мальчишку, после чего возмущённо цокнул и убрал оружие, достал запасной ключ и отворил для подростка дверь. — У тебя три минуты.       Стабильно раз в две недели отец поручал своему сыну Руби забирать какие-либо папки с документами из личного кабинета, поэтому очередное появление оборванца перед дверьми не заставило стражника что-либо заподозрить. К тому же, сегодня утром господин лично предупреждал, что отправит своего сына. Это придавало ситуации ещё большую надёжность. Раздаётся тихий скрип двери. Вместе с рыжим мальчишкой в тёмную комнату проник яркий луч света, который на несколько секунд осветил рабочий кабинет, пока дверь не закрыли.       Действовать нужно было быстро. Паренька охватила паника, он моментально бросился к письменному столу своего отца и осмотрел его. Как и всегда, на нём лежали огромные стопки документов.       Мальчишка присел на корточки и изучил тумбочку с замочной скважиной. Руки, полностью покрытые синяками, задрожали. Ру запустил ладонь в карман и с волнением пошарился по нему, стараясь нащупать сворованный ключ, который он туда положил. Наконец, предмет был найден. Рыжик с облегчением выдохнул и сделал ещё пару вдохов, чтобы успокоиться и немного унять тремор рук. Он поднёс ключ к замочной скважине и попытался попасть в отверстие, что получилось у него только с третьей попытки. Поворот ключа и замок щёлкнул, тумбочка немного выехала, позволяя себя открыть. Внутри находилась закрытая бархатная шкатулка, где лежало заветное драгоценное кольцо. Отец никогда не разрешал её трогать, поэтому парню было страшно брать этот предмет в руки.       «Сейчас или никогда…» — с этой мыслью Ру схватил шкатулку и достал из кармана второй ключик в виде тоненькой палочки. Он надавил им на отверстие в замке и застёжка шкатулки открылась. Юноша взял в руку тяжёлое золотое кольцо с зелёными драгоценными камнями, после чего засунул его в рот, ощущая неприятный вкус металла. По-другому было никак. Всё тело пробила мелкая дрожь. Мальчишке не верилось, что он идёт против воли своего отца и ворует у него драгоценность.       «Слишком поздно, пути назад нет», — Ру посмотрел на открытую шкатулку в своей руке и сунул её обратно в шкафчик, положил рядом с ней ключ. — «Если отец узнает, что я здесь лазил (а он узнает), то мне сильно влетит за этот поступок. Значит, дальше только бежать», — он закрыл шкафчик и оставил ключ прямо в замочной скважине.       Как ни в чём не бывало, Ру быстро порылся в стопке с листами и, обнаружив необходимые документы, взял их со стола отца, направился к выходу. Драгоценное кольцо он спрятал за щекой так, чтобы оно не мешало говорить. Руби последний раз окинул взглядом кабинет и покинул его с желанием больше никогда не видеть этой комнаты и этого поместья. — Ты сегодня долго, — стражник закрыл рабочий кабинет обратно на ключ. — Не заметил сразу, куда отец их положил, — юноша неловко почесал затылок, стараясь говорить как можно более естественно. — Показывай карманы, — Ру взял папку под мышку и вывернул карманы своих штанов наизнанку. — Чего ты так трясёшься? Натворил что? — Нет, просто отец сказал побыстрее, а я и так время потерял, пока искал эту папку, — парень прислонил руку к лицу и отвернул голову, чтобы охранник наверняка не заметил спрятанное за щекой кольцо.       Общупав карманы мальчишки, стражник одобрительно кивнул, после чего посмотрел на самого Ру и снова нахмурился. — Что с щекой? — А, отец ударил, вот немного болит и распухла, — дрожащим голосом произнёс юноша, ожидая, что весь его план обернётся крахом. — Хорошо, свободен, — Ру с благодарностью взглянул на охранника, ощущая как с души свалился камень. — Хочешь что-то сказать? — Нет-нет, — парниша отрицательно покачал головой и быстрыми шагами направился к лестнице.

      «Скоро всё будет кончено!»

      От накатывающей волны счастья парниша усмехнулся, из-за чего кольцо неприятно ударило по его зубам. — «Пока я здесь нужно быть осторожней».       Ру тихо спустился по красному ковру, расстеленному по всей длине мраморной лестницы, на первый этаж, чтобы заглянуть на кухню. Повара и кухарки всегда относились к нему по-доброму, часто подкармливали и угощали, поэтому Ру удалось заранее договориться с ними пропустить его через чёрный ход. — Точно не хочешь угоститься? — Беатрис — главная кухарка, которая всегда пыталась накормить этого мальчишку не смогла обойти его и в это раз. — Пирожки тёпленькие, только из духовки. — Спасибо вам, тётя, — Ру в почтении поклонился женщине и принял угощение. — Возьми ещё! — как и всегда, кухарка пыталась впихнуть пареньку ещё порцию. — Мне хватит, — Руби быстро отвернулся от неё и направился к распахнутой железной двери, которая и являлась чёрный входом. — Ох, ладно, неугомонный мальчишка. Когда собираешься возвращаться? — Беатрис вытерла руки об полотенце и разочарованная, обернулась к юноше.       «Никогда» — промелькнуло в мыслях у Ру, но он не осмелился высказать такой ответ. Вместо этого безразлично пожал плечами и на последок обернулся к кухарке. — Спасибо вам, — он одарил её лучезарной улыбкой, после чего осторожно спустился по небольшой деревянной лестнице и быстро направился в сторону прилегающего к поместью лесу.       Находясь на границе между прошлым и будущем, между лесом и территорией поместья, Ру произнёс: — Свобода, — он ощутил приятный прохладный ветерок, которым повеяло из леса, и услышал взволнованный шелест деревьев.       По его лицу одна за другой начали скатываться слёзы от прекрасного ощущения лёгкости и свежести. Парень достал изо рта украденное кольцо и вытир его об край своей льняной рубашки, после чего надел на большой палец и сжал руку в кулак, чтобы точно не потерять драгоценность.       С чувством воодушевления Руби сделал первый шаг в неизвестность. Затем второй, третий, и вот он уже бежал, мчался через густую чащу леса с каждым шагом удаляясь от своего дома всё дальше и дальше, ощущая как невидимые нити судьбы, связывающие его с этим местом, ослабевают.