Один или два

***

— Ты можешь не идти за мной? — Ру обернулся, когда за его спиной в очередной раз раздался раздражающий звук шуршания травы, хрустящей под ногами.       Девочка, которая старалась до этого следовать за ним незамеченной, замерла на месте, обдумывая дальнейший план своих действий. У Ру появилась возможность осмотреть преследовательницу. Это была девочка шестнадцати лет, с голубо-серыми глазами, прямым носом, немного пухлыми губами, тонкими тёмными бровями — довольно милая девушка славянской внешности. Она в смятении посмотрела на незнакомца и неуверенно заговорила: — Я потерялась. Думала, что ты идёшь в город, — девочка скрестила руки на груди, чтобы придать себе уверенности. Однако, вся серьезность её образа была моментально развеяна шишкой, что упала на голову. — Я направляюсь в другую сторону. И тебе лучше не идти за мной, — Ру сделал шаг вперёд, и незнакомка тут же его повторила. — Ты не поняла? — Я не могу не идти за тобой! Я понятия не имею, где нахожусь! — в панике, незнакомка развела руками в стороны и помахала ими. — Пожалуйста, можно я пойду с тобой? — она соединила руки в лодочку и наклонилась телом вперёд, упрашивая мальчишку не бросать её в лесу. — Я не буду мешать! Но если ты сейчас уйдёшь, то я здесь… умру! — конечно, это было преувеличение, но в большинстве случаев, оно помогало убедить собеседника.       Вести за собой хвост не входило в планы Ру, однако наличие спутника могло сделать путешествие легче. Ру повторно с непринятием и раздражением осмотрел незнакомку. Зелёное платье, чёрные колготки, на спине рюкзак и… лук! У неё было оружие, а ещё, возможно, припасы, она могла бы быть полезна. — Хорошо. Я помогу тебе добраться до ближайшего поселения, — Ру помахал рукой, призывая следовать за собой. — Идём. — Есс! Спасибо! — не скрывая радости, девочка попрыгала за новым другом. — Как тебя зовут? — чтобы скрасить неловкое знакомство, она задала вопрос. — Ру, — немного неуверенно ответил мальчишка: ему не хотелось называть своё полное имя, он боялся насмешек. — А меня Аня, — она улыбнулась и протянула свою ладонь для рукопожатия. — Будем знакомы, — Руби неоднозначно кивнул и пожал её руку.       Он шёл уже около полутора часа, а лес всё никак не заканчивался. Встреча с этой девочкой в самой чаще вызывала множественные вопросы, поэтому Ру решил поинтересоваться как ей вообще удалось забрести в такую глушь. — Ты… как здесь оказалась? — он на мгновение обернулся, стараясь скрыть любопытство в своём голосе.

***

      Плавно, толпа вытекала на главную площадь города, где распределялась по всей местности. Большее количество людей было сосредоточено к центру, у каменного монумента некому «Д. Джонсону». Мужчина был изображён величественным, в мантии, с поднятой левой рукой к небесам. Надпись на постаменте гласила: «Вступившие на верный путь, не будут знать бедности, горя и страданий». Что за верный путь — не уточнялось. Аня задрала голову вверх, чтобы осмотреть статую получше, и заметила в небе, над центром, «водоворот» из облаков, который подчеркивал могущественность Д. Джонсона. «Если всё это дело его рук, то им и в самом деле можно восхищаться» — Аня не глядя сделала шаг вперёд и случайно ткнулась в какую-то неизвестную пухлую женщину, что стояла перед ней. Неизвестная тут же прижала девочку к себе и подняла руку вверх, привлекая к себе всеобщее внимание: — Мы никогда не покоримся убийце и насильнику, по чьей вине мы оказались заперты в этой ловушке, — нарушительница демонстративно плюнула в статую. По её бешеному взгляду было понятно, что она готова пойти ещё дальше и прыгнуть на монумент, завалить и топтать, пока от него ничего не останется. — Ну же! Разве вы не согласны со мной?! — сумасшедшая решила снова выхватила кого-то из толпы и потянула на себя. — Отпустите! — её новой жертвой оказался крепкий мужчина средних лет, который тут же вырвал свою руку и поспешил скрыться в толпе. — Что вы делаете? — Аня старалась вылезти из цепкой руки протестующей, однако в ответ на сопротивление, женщина прижимала её ещё больше. — Что я делаю?! Я стараюсь восстановить справедливость и привлечь внимание общественности! — даже в свои шестнадцать лет Аня понимала, что эта женщина совершает глупый поступок, устраивая беспорядки в хорошо охраняемом городе, куда не пускают без убедительной причины. Никто не хотел поддерживать эту женщину, потому что после поимки будет отдан приказ о казни. — Они не хотят, чтобы мы вернулись домой! — женщина оказалась крайне импульсивной. Она взяла Аню за плечи и несколько раз встряхнула её, после чего с сожалением и отчаянием посмотрела в её голубые глаза. — Скажи, хотя бы ты меня понимаешь? — девочка в ужасе замотала головой, отцепляя руки женщины от своих плеч. — Отошли от статуи! — раздался громкий крик стражника и Аня поспешила скрыться из виду, однако охранник вытянул копьё вперёд, преграждая ей путь. — Мы не собираемся присягать этому уродцу! — закричала всё та же женщина и подтянула девочку к себе, не давая возможности скрыться. — Ещё раз повторяю: отойдите от монумента! Иначе мы будем вынуждены применить оружие.

***

— Вот как-то так. Стража посчитала меня за соучастника и мне пришлось бежать. Я решила спрятаться и переждать в лесу, но, когда поняла, что заблудилась, пошла в обратную сторону, чтобы вернуться на опушку. А тут и тебя повстречала, подумала, что смогу выбраться и увязалась следом. — Аня пожала плечами и от волнения начала теребить лямки своего рюкзака. — Извини, что не представилась сразу или не предупредила, я постеснялась. — Да ладно уже, забей. — Ру прислонил руку к дереву и осмотрел кору на наличие повреждений. — Сейчас направо, — минутное молчание и он продолжил. — Тебе повезло, что смогла сбежать. Обычно за саботаж приговаривают к казни. За тобой не было погони? — Нет, иначе меня бы здесь не было. А ты сам как тут оказался? — Тоже сбежал, но из дома. — Оу… — Аня потупила взгляд, но всё-таки решила спросить. — А почему? — было очевидно, что за этим вопросом должна последовать какая-то трагичная и грустная история, которой не захочется делиться с незнакомцем. — Да… отец. — Ру махнул рукой, не желая продолжать эту тему, Аня понимающе покачала головой. — Бил? — Руби с возмущением посмотрел на спутницу, а та лишь развела руками. — У тебя синяки на руках, ну я подумала… — Руби одёрнул закатанные рукава рубашки, пряча свои руки. — Всё, поняла, молчу. Тогда, ответь мне, куда ты направляешься? — У меня есть брат в Осоте, я собирался навестить его, — ботинки Ру проскользили по мокрому мху, покрывавшему дерево, и он протянул руку Ане, чтобы помочь перебраться через препятствие. — Осторожно, здесь скользко. — Спасибо, — Аня была польщена таким внимательным поступком по отношением к себе, она искренне улыбнулась и приняла помощь. — А что за Осота? — Это название Эльфийского ордена. Ты что, не знаешь? — лицо Ани приняло озадаченный вид. — Ты хоть что-нибудь знаешь? — в раздражении под нос пробубнил себе Ру. — Ты же сама эльфийка! — он откинул её волосы, прикрывавшие уши, в сторону. — Я что? — она закрыла свои уши руками и начала щупать. — Они что, правда эльфийские? — она сжала заострённый кончик пальцами, ощущая неприятную боль. — Да. — Ну вот, видишь, я даже этого не знала! — пропищала девочка, продолжая прыгать следом. — Ну конечно. — мальчишка стукнул себя по лбу, когда к нему пришло осознание очевидного факта. — Ты здесь впервые? — Да! — воскликнула Аня, удивленная точностью предположения. — Знаешь, это было так странно, я всего то переступила порог своей комнаты и уже оказалась не пойми где! А ты сам давно тут? — Ну… — Ру задумался. Он не вёл точного отсчёта времени — не было необходимости. — Месяца три точно. — Три месяца?! И ты не пытался отсюда выбраться?! — она одёрнула мальчишку за ворот, заставив остановиться, и посмотрела в ему глаза. — У меня не было возможности. Отец очень жестко контролировал все мои действия. В общем-то, поэтому я и сбежал. — Так он всё-таки тиран… — Наверное, можно и так сказать… — Знаешь, наверное мою тётушку тоже можно такой назвать. Я же как раз по её требованию собиралась выйти, она вернулась рано утром, часов в пять, стучалась в дом и орала. Обычное утро у нас так и начинается. Она с подругами до ночи гуляет, с похмелья ругается много. — Ру вопросительно посмотрел на Аню, не понимая причины, по которой она всё это рассказывает. — Мой отец не алкоголик. Он, конечно, любит выпить, но в такие моменты он наоборот хорошо ко мне относится. Он просто жестокий, ты права, он тиран. — А что у тебя за бумажки? — Аня обратила внимание на документы, которые Ру всё это время держал у себя под мышкой. — Давай я уберу её в рюкзак, а то наверное неудобно вот так нести. Потеряешь ещё. — Хорошо, она мне не нужна, — Ру протянул папку Ане и она убрала их.

***

— Вальтер! — раздался грозный крик мужчины в возрасте и послышались приглушённые шаги по лестничному ковру. — К вашим услугам, господин Джонсон, — только от одного слова у стражника затряслось всё внутри, а в глазах предательски потемнело от ужаса.       Вальтер низко поклонился своему господину, и не смел пошевелиться без его указания. Он не понимал за что провинился, но догадывался, что дело в рыжем мальчишке, который вытворил какую-либо глупость. — Встань, — страж принял стойку смирно, стараясь не смотреть в глаза своему работодателю. — Где Рубин? — Как только он забрал документы, сразу направился к вам, господин. — Ты в этом уверен? — дворецкий нервно сглотнул, осознавая, что ответ на этот вопрос будет отрицательным. — Нет. — Вальтер, открой дверь, — страж четко кивнул головой и достал из кармана своего кителя ключ. От волнения его руки тряслись с такой силой, что он не мог попасть в замочную скважину. — Почему ты так трясёшься? — Вальтер с трудом подавил горькую усмешку от осознания, что буквально десять минут назад задавал тот же самый вопрос Ру. — Переживаю за вас, господин, — с притворным беспокойством проронил Вальтер, проворачивая ключ в замке.       Джонсон настежь распахнул дверь своего кабинета, осматривая его при дневном свете. Он заметил серебряный блеск на столе у тумбочки и в его голову пришло пугающее предположение. — Вальтер, у мальчишки что-нибудь ещё при себе было? — дворецкий в ужасе замер от осознания, что забыл проверить карманы Рубина до того, как тот вошёл в кабинет. — Не знаю, господин. Когда он вышел, ничего при себе не имел, кроме папки с документами. — Вот как, — Джонсон прошёл вглубь своего кабинета, к рабочему столу и с задумчивостью покрутил серебряную вещицу в пальцах. Как и предполагалось, это оказался ключ.       Один взгляд на тумбочку дал окончательный ответ: мальчишка вскрыл сокровищницу и сбежал. — Вальтер, скажи, пожалуйста, почему ты здесь работаешь, если половину своих обязанностей не исполняешь? — Джонсон небрежно откинул ключ куда-то в сторону и повернулся к дворецкому. Его речь была спокойной, но в его голосе слышались явные гнев и отвращение. — Извините меня, господин. Я понимаю, что провинился перед вами, и я готов понести любое наказание за свой проступок, — Вальтер склонил голову перед Джонсоном, не смея поднять взгляд. — Довольно. Отправляйся вниз, оповести и опроси всю прислугу в доме, кто видел Рубина, во сколько и где. — Так точно, господин, — Вальтер отвесил Джонсону поклон и поспешно скрылся с его глаз для исполнения отданного приказа.       Времени для самостоятельного решения возникшей проблемы у Джонсона не было. Было необходимо подготовить речь и попросить выслать новый отчёт о количестве прибивших и убывших людей, а также заключенных под стражу и умерших. К тому же, раз кольцо было так нелепо украдено, уже через несколько часов было необходимо в срочном порядке искать человека, который сможет переместить господина в Паадиш — столицу горного региона, где следующим утром должно было проходить собрание представителей всех государств, на котором Джонсону было необходимо выступать с заранее подготовленным отчётом. — Ух, — мужчина устало потёр глаза, после чего обратился к одной из горничных, что поливала на этаже растения. — Оповести писаря и скажи, чтобы составил письмо о пропаже Рубина и отправил в столицу. — Хорошо, господин, — горничная, что случайно подслушала чужой разговор, оставила лейку на подоконнике одного из окон и спешно направилась к лестнице. — И ещё, пусть направит срочное письмо с просьбой вызвать мага, — вслед прокричал он ей, получая одобрительный кивок.       Джонсон был невероятно зол, и в первую очередь на себя. За то, что не заметил всего раньше: это странное поведение Ру, его непривычная покладистость и самое главное то, что он лично проигнорировал факт исчезновения ключа и списал его на собственную рассеянность. Джованни подошёл к окну и, облокотившись на подоконник, взглянул на постепенно темнеющую опушку беспокойного леса. «Как я вообще смог подобное допустить?» — Джонсон ощущал, словно начинает терять свою хватку, а вместе с ней и свой авторитет. Ему этого было допустить нельзя.