История Лизы

Внимание! Управление по борьбе с особой угрозой (УБОУ) предупреждает! Если вы заметили странное, необычное поведение у своих родных, друзей, коллег или соседей, срочно сообщите нам любыми доступными средствами! Возможно, что они стали частью новой террористической организации, стремящейся свергнуть нынешнюю власть. Мы просим вас сохранять спокойствие и быть бдительными! Признаки того, что ваш знакомый стал участником противозаконной деятельности: – Параноидальные наклонности – Неожиданно приобретённая отрешённость от общества – Связь с новыми подозрительными личностями – Явные страх или ненависть по отношению к людям в форме – Всплески агрессии – Пренебрежение социальными нормами и нормами нравственности – Призыв к свержению законных властей – Пропаганда того, что окружащий мир является иллюзией – Внешние изменения, такие как: преображение лица, кожных покровов, образование новых органов и конечностей, появление нечеловеческих способностей, полное обращение в другую форму жизни Если вы заметили один из них, срочно сообщите нам. На этом УБОУ заканчивает своё вещание. Следите за собой и за окружающими! Будьте осторожны! И помните, что каждый может оказаться не тем, кем является! С такого сообщения началось утро Лизы, обычной девочки четырнадцати лет с непримечательной внешностью и без каких-либо невероятных или хотя бы интересных способностей. В последнее время эта рекламка слишком часто мелькала по телевизору, раздражая слух. Девчонка медленно встала с кровати и сразу отправилась к двери, ведущей из её небольшой, но совсем неубранной комнаты – типичная проблема для подростка. — Доброе утро, Лиза! — тут же весело поприветствовал свою дочь Артём, сидевший на кухне. — Сколько раз мне придётся повышать громкость телевизора, чтобы ты сразу просыпалась с будильником? — Доброе утро, пап, — в полудрёме ответила Лиза, уходя в ванную, совмещённую с санузлом. Артём Дроздов был человеком простого, но интересного склада ума – в нём ловко сочетались ум и оптимизм, благодаря которым он и стал главой местного отдела УБОУ. Это был хорошо сложенный мужчина сорока лет – впрочем, других в УБОУ не бывает. Только лучшие из лучших. Так что Дроздовы не бедствовали, а даже наоборот, жили очень хорошо благодаря положению отца. Закончив с утренними процедурами, Лиза ушла в гардероб. Она неспешно натянула школьную форму и вышла на кухню. А там мама уже накладывала завтрак – пара варённых яиц, сосиски с гречневой кашей и, конечно же, чай. Лиза не любила кофе. — Доброе утро, Лиза, — ласково сказала она, подняв глаза к девочке. — Доброе, мам, — ответила девочка, садясь за стол и принимаясь за еду. Марина Дроздова была замкнутой, даже нелюдимой женщиной, которая большую часть времени уделяла своей семье – остальное уходило на работу. Но она никогда не жаловалась – более того, её всё устраивало. Ведь муж её любил, а дочь не огорчала. Разве нужно что-то ещё? — Слушай, Лиз, — вдруг заговорила мама, — мы тут с папой подумали: тебе нужен новый компьютер. — Зачем? — удивилась Лиза. — Чтобы ты имела возможность играть в новые игры и, ну, знакомиться там с людьми. Может, станешь каким-нибудь блогером или ещё кем, чтобы люди к тебе потянулись. Я слышала, это модно у молодёжи. — Но зачем мне это, мам? — Просто мы с мамой волнуемся, что тебе не хватает общения со сверстниками. — объяснял отец. — А в интернете ты бы точно смогла найти человека со схожими интересами! Ты же совсем одна... — Я не одна – у меня есть вы, — противилась девочка. — Лиза, это совсем другое.— сказала мама. — Подросткам необходимо общество одного возраста. Ты не должна закрываться в своём маленьком мирке. — Я так не считаю. Меня полностью устраивает мой маленький мирок, который я полностью понимаю, в котором есть только вы и никто другой. Давайте не будем тратить деньги на всякие глупости. — Другие дети, не думая, согласились бы, — усмехнулся папа. — Я – не другие дети. Я – это я. — Да-да... А ведь раньше у тебя были какие-то приятели! Куда они делись? Почему ты с ними не общаешься? — Наши интересы поразнились, — кратко ответила дочь. — Да уж... — призадумался Артём. — Лиз, ты ничего не хочешь мне сказать? Марина даже впала в ступор, посмотрев в недоумении на мужа. — Успокойся, пап. — сказала Лиза. — Я не считаю свой мир "иллюзией" и не жажду революции. Полковник просто пожал плечами и улыбнулся: — Ну, хорошо! Мать осторожно выдохнула, чтобы не выдать беспокойства. Накинув неприметный чёрный пуховик с длинными полами, девочка вышла из дома. На улице было темно и валил снег – хлопья мягко приземлялись на тёплое лицо и тут же таяли. Ветра не было. Во дворе царила тишина. — Тебя подвезти? — спросил выходивший следом отец, засовывая руку в рукав тёмного пальто. — Не надо, я на автобусе доеду – тут всего минут пятнадцать. — ответила Лиза. — Ну, пока. — Хех, ну, пока! Увидимся вечером! — попрощался Артём, отправляясь к машине. — Угу, — сказала дочка и пошла в сторону арки, ведущей наружу. Здесь уже было шумно: машины неслись так быстро, как могли по заснеженным дорогам, люди сновали туда-сюда. Можно было бы сказать, что жизнь кипела, но Лиза чувствовала какую-то пустоту и бессмысленность во всём этом. Впрочем, её это не волновало: сейчас она должна была не опоздать в школу. Девочка встала у остановки и взглянула на электронное табло – её автобус подъезжал через пару минут. Как удобно получилось. Лиза заглянула в свой телефон и проверила время – оставалось минут двадцать до урока. Если поспешить, то можно успеть. Сзади раздался чей-то нездоровый, низкий голос: — Девочка... — начал он неторопливо. — Не найдётся ли у вас закурить? Неопрятный мужчина приподнялся и сел на лавку. — Нет, я не курю, — ответила Лиза, обернувшись. — Молодец... — кивнул пьяница и вздохнул. — Только к чему хранить здоровье, если нам уже конец? Лиза ничего не ответила и отвернулась. — Эй! — обратился он вновь. — Ты меня слушаешь? Лиза молчала, а её сердце содрогалось. — Ты что, тоже меня психом считаешь, да?! — начинал злиться мужчина. Тут она не выдержала: сделала глубокий вдох, абсолютно спокойное лицо и обернулась: — Я скептик, — стала объясняться Лиза, — мне нужны доказательства. Без доказательств я не смогу вам поверить. Вот я способна доказать, что мне не конец: я дышу, а также мыслю, следовательно живу и существую. Если вы имеете ввиду что-то иное под словом "конец", то попрошу пояснить. Надеюсь, всё понятно? Я могу повторить. Пьяница впал в ступор от удивления – в то же время подъехал автобус. — Прошу прощения, мне уже пора, — сказала Дроздова и запрыгнула в транспорт. Лиза сразу оплатила проезд и даже смогла сесть у окна. Конечно, расслабляться было некогда, но ведь приятно. Как только автобус встал на нужной остановке, девчонка буквально выскочила наружу и побежала в сторону школы. Обернув дом, она вошла во двор, где и находилось здание, окружённое старым забором. Ей оставались четыре минуты. Лиза взлетела на школьное крыльцо и метнулась внутрь. Три минуты. Она одним движением руки сбросила с себя куртку с шапкой и сменила обувь, словно бригада механиков колёса во время пит-стопа на "Формуле-1". Две минуты. Она понимала, что времени, чтобы дойти до раздевалки нет, поэтому сразу метнулась по коридору к лестницам. Первый пролёт, второй, третий. Одна минута. Лиза сбросила лишний груз прямо у двери в класс, быстро поправила форму, причёску и проверила в экране телефона лицо – мало ли что. Всё было идеально... Как только она вошла, прозвенел звонок. Лиза спокойно прошла до своей парты и села за неё, принявшись раскладывать принадлежности. Начался урок. На следующей перемене Лиза собрала свою одежду. Одноклассники смотрели на неё странно, хотя начинали понимать, в чём дело. Девочка без всяких происшествий дошла до раздевалки и повесила вещи. Как только она вышла, в холле её встретил Петя Шухраев – одноклассник, неплохой парень, действительно умный, но задористый. Он был один – выглядел ужасно мрачным, слегка трясся, смотрел на Лизу с явной ненавистью. Он тихо проговорил: — Твой отец... У-убил моего. — Что? — не поняла Лиза. — Убил? — Твой отец убил моего! — сказал парень громче. — Почему? — простодушно спросила девочка, у которой холодели руки и ноги. — Потому что он был прав! — вскрикнул Пётр. — Потому что он стоял за правду! — Петь, но что я-то могу сделать? — удивлённо поинтересовалась Лиза. — Мне... Мне жаль. Мне правда жаль. Я не смогу понять твою боль, но я осознаю, что это ужасно. Я соболезную. — Мне не нужны соболезнования дочери убийцы! — сквозь слёзы произнёс мальчик, топнув по полу ногой, сжав ладони в кулаки. — Я... Я-я хочу... Не успел он договорить, как Лиза обняла его. Шухраев остался без слов, завис, словно компьютер – в следующий момент он покраснел. Дроздова же была абсолютно спокойна – она достигла своей цели: успокоить парня и оказать ему возможную поддержку. — Успокойся, Петь, — сказала девочка мягким голосом, — громкие слова ни к чему. Тебе нужно сохранять лицо – ты же джентельмен. Но если хочешь, можешь поплакать – я никому не скажу, ты знаешь. Со мной всё равно никто не общается. Ошарашенный мальчик оттолкнул Лизу. — Ты издеваешься, блин?! — вскрикнул Пётр. — Твою ж мать, я вообще не думал, что всё так обернётся! К-какого хрена, Лиза?! — Что такое? — Ничего! — ответил парнишка, — Мне надо всё обдумать! Он резко развернулся и ушёл, опустив голову. Как только он покинул холл, Лиза выдохнула с облегчением и отправилась на следующий урок. Насчёт того, что с Лизой никто не общается, – это была чистая правда. Как так получилось? Так, как и объясняла Лиза: их интересы с возрастом стали очень различны. Пока одних затянуло в политику, а другие увлеклись звёздами интернета, ну и так далее – книгами, видеоиграми, спортом, Лиза плотно так занялась своим будущим – она учится в меру своих сил, готовясь сдать экзамены и поступить в универ. Насчёт семьи или серьёзных отношений пока рано думать – в универе будет искать кого-то, возможно, но к тридцати точно выйдет замуж. Собственно, больше её ничто не интересует в этой жизни. Кажется удивительным на первый взгляд, если не задумываться: что ещё нужно среднестатистическому члену общества? Однако никто не идеален, и Лиза в том числе. После уроков её снова вызвал классный руководитель. Это был мужчина, который с большой неохотой входил в свои сорок лет. Он много курит из-за работы – относительно редко пьёт. Старается сохранять опрятный вид, только чтобы ученики брали с него правильный пример, иначе даже рубашку не заправлял бы. Имя – Пугови́ца Анатолий Николаевич. Характер – мягкий, спокойный и очень здравый. Мужчина курил и сейчас, когда в учительскую зашла его ученица. Он осторожно потушил сигарету и повернулся к Лизе. — Здравствуйте, Анатолий Николаевич, вы меня вызывали? — заговорила ученица, как только внимание переключилось на неё. — Да, Лиза, здравствуй, вызывал. — лениво сказал учитель и сел на свой стол. — У меня к тебе вопрос: почему ты не делаешь домашнюю работу? — А зачем мне её делать? — удивилась девочка. — Это ведь всего лишь дополнительная практика полученных знаний. Она мне не нужна. Я ведь прекрасно решаю каждую контрольную по любому предмету. Мы уже говорили на эту тему, разве вы забыли? Анатолий Николаевич потёр переносицу, приподняв очки, и сквозь вздох произнёс: — Я помню, Лиза... Поверь, меня это устраивает, но другие учителя – они смотрят на этот вопрос по-другому. И я ничего не могу сделать. Ты ведь даже к гуманитарным предметам не готовишься, и я помню, что ты собираешься в технический, но преподавателям просто неоткуда взять хорошую оценку, понимаешь? Они поставят несколько двоек, и тебя никакая контрольная не спасёт. Ты останешься на второй год. Мужчине было явно неприятно вести этот разговор – ему казалось, будто он предаёт девочку. Лиза же была абсолютно спокойной – она понимала, что ситуация складывается не лучшая, но сдаваться не собиралась. — Ладно. — сказала ученица. — Это всё? — Да, это всё. — ответил Анатолий Николаевич. — Прошу прощения, что вмешиваюсь не в своё дело, но вам стоит поменьше курить – это вредит вашему здоровью и окружающим. Вы же знаете про пассивное курение? К тому же рак. Вы медленно убиваете себя, вы это понимаете? Вы можете оказаться в больнице. Навсегда. — Ладно. — сказал учитель. — Это всё? — Да, это всё. — ответила Лиза. — До свидания, Анатолий Николаевич. — Увидимся завтра, Лиза. — попрощался мужчина. — Береги себя. Вскоре девочка вышла из школы и отправилась к автобусной остановке. Тогда она и встретила его – очень высокий и худой блондин с большими глазами и мешками под ними, острым носом и бледными губами. Он создавал образ больного человека. Одет был довольно легко для зимы: куртка нараспашку, тонкая кофта, лёгкие чёрные штаны и старые ботинки, шапки не было. Парень стоял у школьной калитки, очень нежно улыбался и глядел просто прямо на девочку. Лиза напряглась, но виду не подала. — Привет, — вдруг сказал он, явно обращаясь к ней. Как воспитанная девочка, Лиза сразу ответила: — Здравствуйте. Она хотела идти дальше, но её остановил следующий вопрос: — Как дела? Наконец Лиза подняла глаза на парня и поинтересовалась: — Прошу прощения, мы знакомы? — Нет, но мы на пути к этому. — А у меня есть желание к этому? — А почему нет? — Потому что я вас не знаю. — Если познакомимся, то будешь знать. — Но хочу ли я вас знать? — А почему ты можешь не хотеть меня знать? — Потому что я не испытываю к вам симпатии, — ответила Лиза. — От чего? — усмехнулся парень. Девочка задумалась, посмотрела на человека ещё раз и пожала плечами. После этого она протянула руку неизвестному и представилась: — Лиза Дроздова. Неизвестный улыбнулся шире и пожал руку девочки – его ладонь была еле тёплой. Он в свою очередь тоже представился: — Михаил Брошкин. Но можешь звать меня... Товарищ Рок-н-Ролл. — Ясно. Приятно познакомиться, я полагаю. — Ага. Ну, пойдём, — сказал Миша и махнул головой вперёд. — Куда? — спросила Лиза. — Ну, куда ты собиралась? Туда и пойдём. — Лично я собиралась домой. — Ну, давай провожу тебя домой. — Хорошо, — сказала Лиза и пошла дальше. Молодой человек последовал за ней, сложив руки по карманам. По пути Лиза, немного подумав, вдруг спросила: — Слушай, а почему я? Почему ты обратился именно ко мне? — Почему? Ну, ты выглядела одиноко. — Потому что я шла одна? — Не, потому что ты меня заметила. — Трудно не обратить внимание на того, кто стоит на пути. — Ты удивишься, но ты первая, кто задержал на мне взгляд. — Правда? — Ну, да! Максимум, как долго на меня смотрели, – секунды 3. Если я обращал внимание в ответ, то взгляд тут же отводили. — Но ведь я старалась не смотреть на тебя. — А перед этим ровно пять секунд смотрела на меня, пока я смотрел на тебя. — Ты действительно считал или просто прикинул? — А какая разница? — Может, я тоже только три секунды смотрела? — Ну и что? — Значит, ты ошибся, и я ничем не отличаюсь от других. — Отличаешься, — парировал Миша. — Чем же? — удивилась Лиза. — Ты говоришь со мной, а другие – нет, — парень даже улыбнулся, говоря это. — Да, — согласилась девочка и кивнула. — Ну, вот, — сказал Брошкин, пожимая плечами. Они вышли к автобусной остановке. Лиза продолжила расспросы: — А почему Товарищ Рок-н-Ролл? — По-моему, я очень на него похож, не думаешь? — Не знаю. Необычное сочетание слов. Ты его сам придумал? — Если бы. Услышал. У вас тут хорошая музыка. — Ты не здешний? — зацепилась за слово Лиза. — Ну, как... Вообще-то, нет, — отвечал Миша. — А откуда ты? — Из другого города. — Интересно. А из какого? — А какая тебе разница? — Но ведь я должна узнать как можно больше во время знакомства. — Будешь много знать – быстро умрёшь, поверь. — Это угроза? — Это мудрость, которую я пронёс через всю жизнь. — Интересно, а сколько тебе лет? — Ну, двадцать четыре. — Хорошо. Тут приехал автобус до дома, в который Лиза тут же зашла – за ней прошмыгнул Миша. Вдруг он обратился с неожиданной просьбой: — Лиза, не могла бы ты за меня заплатить? Просто в кармане ни гроша... А я в долгу не останусь. — Ладно, — легко согласилась девочка. Она не держалась за малые деньги. Какой смысл? Вам жалко тридцать пять рублей? — Спасибо, — кивнул Миша и, взяв девчонку за руку, протащил её до сидячих мест. Парень посадил Лизу у окна, а сам сел на крайнее сиденье. Девочка продолжила сыпать вопросами: — Так, Товарищ Рок-н-Ролл – это название песни? — Нет, это образ из песни. — спокойно отвечал Миша. — Мне кажется, я на него похож. А ты как думаешь? — Я не знаю – я не слышала эту песню. — Я дам тебе её послушать как-нибудь. — Может просто скажешь название группы? — предложила Лиза. — Хм, да. — согласился Миша. — Наутилус Помпилиус. — Я запомню, — сказала девочка. Скоро автобус доехал до нужной остановки, и Лиза вместе со своим новым другом вышла наружу. Время уже было после полудня. Ослепляющее солнце уже спускалось. Хотелось есть. Перейдя через дорогу, знакомые вошли во двор. Лиза задумалась и обернулась к Мише, спросив: — Будешь обедать? — Уверена, что хочешь пригласить меня домой? — уточнил парень. — Если бы я была не уверена, то не стала бы спрашивать, — спокойно ответила девочка. — Ну... — весело улыбнулся Миша. — Тогда буду! — Хорошо, — сказала Лиза и достала ключи. Скинув куртку в прихожей, Миша прошёл на кухню и удивился размерам квартиры: — А ты неплохо устроилась... — Отец – глава отдела УБОУ, — просто объяснила Лиза, заходя следом. — Повезло. — Возможно. — сказала девочка, вспомнив сегодняшний инцидент. — Иди помой руки – вторая дверь в коридоре слева. — Окей, — ответил парень и ушёл в ванную. Вскоре Миша уже сидел за столом, а Лиза, одетая в домашнее, накладывала суп по тарелкам. Она поставила тарелку перед гостем и включила чайник, а затем подала ему ложку, и только после этого сама села за стол. Молодой человек как-то медленно опустил ложку в суп, а затем поднял её и перевернул, глядя, как содержимое падает обратно. Он поинтересовался: — Кто готовил? — Мама, а что? — ответила Лиза — Хороший суп, — только сказал Миша и взял наконец ложку в рот. Закончив с трапезой, оба ушли в комнату девочки. Михаил тут же лёг на неубранную кровать девочки, заложив руки за голову и проговорив: — Хорошо живёшь. — Спасибо, я знаю. — отвечала Лиза, садясь за компьютерный стол и разворачиваясь лицом к гостю. — Чем теперь займёмся? — А это у тебя компьютер? — спросил парень, кивнув на экран за спиной девчонки. — Да, — сказала Лиза и сама обернулась. — А что? — Как что? Давай искать песню. — Ах, да, — вспомнила Дроздова и включила машину. И так, до самого вечера, хорошие знакомые просидели, слушая песни одной неплохой группы, обсуждая их последовательно. За разговором Лиза почти что забыла о том, что встретила этого человека только сегодня и что скоро должна прийти мама. Но вдруг прозвенел звонок в дверь. Девочка очнулась и тут же остановила композицию о безымянной реке – Миша тоже сорвался с мысли. Парень тут же вскочил и быстро заговорил: — Похоже, я засиделся. Ну, я пошёл. Он подошёл к окну и открыл его нараспашку – дунул холодный зимний ветер, который абсолютно отрезвил Лизу. Она тоже встала со стула и удивлённо спросила: — Куда ты? — Туда. — кивнул в окно Миша. — Ну, пока. И шмыгнул наружу. — Пока, — только успела сказать Лиза, затем развернулась и пошла скорее открывать дверь матери. Остальной вечер прошёл без сюрпризов. Только мама удивилась количеству грязной посуды, но ничего не спросила. Утром всё было спокойно. Всё шло своим чередом. Покинув дом, Лиза снова добралась до школы на грани опоздания. Её несколько раздражали подобные физические упражнения, но она уже привыкла. Однако одну странность девочка всё же заметила: Пети не было в классе и вообще в школе. Лизе это не понравилось. Мало ли, что он мог сделать в своём состоянии, но Дроздова надеялась на лучшее. После окончания уроков Лиза собралась и вышла наружу. Шёл снег. Девочка была уже у калитки, когда она встретилась с Петром. Он выглядел совсем не как вчера: своим единственным левым глазом он хладнокровно, бездушно смотрел прямо на Лизу – правый был скрыт повязкой. На лице не выражались никакие эмоции – только решительность. Вместе с ним пришла пара таких же необычных людей, но у одного закрыт был левый глаз, а у другого оба. Как он вообще ходил самостоятельно? Девочка поняла, что здесь что-то не так. Она сразу обратилась к Пете: — Петя, чтобы ты не задумал, оно того не стоит. — Хватит, — спокойно ответил он. — Я устал слушать тебя и подобных тебе. Вы живёте в своей зоне комфорта и отвергаете правду. Вы – главная поддержка этого режима. Вам вешают лапшу на уши о том, что всё в порядке, и вы радуетесь этому. Это мерзко. Вы мерзкие подлецы, которые боятся услышать правду. Однако есть люди хуже вас – такие, как твой отец. Предатель человечества, который защищает этот режим, который готов убивать за ложь. Я бы прикончил его сам. — Петь, причём здесь я? — стала защищаться Лиза. — Я обычная школьница. Да, я его дочь, но это ничего не значит. Мне действительно жаль твоего папу. Но почему ты говоришь со мной? — Потому что мы забираем тебя с собой. Отныне ты – наша заложница. — просто говорил Шухраев, будто его слова ничего такого не значили. Лиза вздохнула и резко побежала назад, в сторону школы. Пётр хотел метнуться следом, но его схватил за плечо "безглазый", который проговорил: — Не используй силу на виду – здесь людно и есть камеры. Тем временем за девочкой уже бежал правоглазый, но он спешил не за ней, а к дверям здания. Тогда-то Лиза резко повернула к забору – по пути она махом сбросила рюкзак и сразу запрыгнула на преграду. Она сама удивилась, как быстро смогла перелезть, и тут же метнулась вперёд, вон со двора, однако её уже начали срезать – Пётр и безглазый настигали её с боку, двигаясь немного впереди. Не видя иного выхода, Лиза просто двигалась вперёд – сердце вырывалось из груди, а лёгкие жгло, но девчонка всё ещё чувствовала в себе силы бежать. По пути размышляя, как уйти от погони, Лиза перебежала в соседний двор, а преследователи, словно волки, не отставали, но и не нагоняли, заставляя жертву выдохнуться и сдаться. Дроздова хотела кричать, но сдавленное дыхание не давало ей сделать и звука. Она вбежала на территорию гаражей, чтобы получить возможность скрыться от прямого зрительного контакта за поворотами. Но неожиданно ноги начали тяжелеть – Лиза старалась поднять их как можно выше, что давалось с огромным трудом. И вдруг девочка полетела... Она сразу поняла, что поскользнулась на чём-то. Удар! Жгучая и давящая боль в груди, руки и колени потеряли чувствительность – они испытывали лишь тепло. Лиза взглянула на ладони – те были в крови и в грязи. Девочка медленно перевернулась и посмотрела назад – трое шли к ней, впереди двигался Петя. Она думала, что сейчас должна плакать, но слёзы не хотели литься от неуместности. Вдруг раздался уже знакомый голос: — Вот, что бывает, когда дети лезут в политику. Она делает их злыми. А вкупе с ребяческой жестокостью получаются настоящие монстры – глупые и уверенные в абсолютности собственной правды. В светловолосом парне, который спрыгнул с соседнего гаража, Лиза узнала Мишу. Она почувствовала, что что-то не так. Бедняжка подала голос: — Миша... Не надо... Но Брошкин не ответил – он понял, что Лиза догадалась, что будет дальше. Безглазый стал говорить с защитником: — Парень, уходи. Мы не хотим лишней крови. — Какая радость! Я тоже. — вздохнул Миша. — Но, похоже, без лишней крови не обойдётся... Все трое разом сорвали повязки – вместо глаз были чёрные зубастые пасти, которые быстро росли, заменяя собой лица. Руки обращались в огромные когти. У существ, что некогда были людьми, вытягивались мощные хвосты. Безглазый же изменился более всего – он вырос в три раза, а из спины выросли костяные наросты. Миша стал смеяться. Лиза почувствовала, что теряет сознание. Ей становилось дурно. Она видела, как конечности её нового друга начинали бесконтрольно удлиняться, а его губы тянулись к ушам, создавая уродливую огромную улыбку, оголяя клыкастые челюсти. Глаза Лизы закрылись – она потеряла сознание. Девочка резко очнулась и приподнялась, чтобы осмотреться. Была уже ночь, но благодаря обильному блестящему снегу она легко разглядела, что находилась там же, среди гаражей. Только одно изменилось: море крови и кучи мяса, которые были раскиданы, размазаны всюду. Лиза и сама была покрыта кровью. Миши уже не было. Дроздова достала телефон – на нём высветилась куча пропущенных от родителей. Она сразу позвонила отцу и рассказала, что случилось. Он приехал буквально через пять минут и забрал дочку. Лиза никогда не забудет этого лица: её папа – важный начальник в таинственной государственной организации – был одновременно напуган до смерти и счастлив, как ребёнок. Этой же ночью в отделе УБОУ, где ей даже оказали профессиональную медицинскую помощь, Лиза дала все показания по случившемуся: рассказала о Пете Шухраеве, о вчерашнем конфликте, о том, как её преследовали, и про превращения, а также о спасителе, но насчёт последнего она соврала – она сказала, что не знает его, что не разобрала никаких черт и деталей, потому что теряла сознание. Ей, конечно же, поверили – чего можно ожидать от обычной девочки четырнадцати лет? Когда она возвращалась домой вместе с отцом на машине, то всё же решилась спросить: — Пап, а ты правда убил отца Пети? — А? — удивился Артём, он начал говорить неуверенно. — Слушай, Лиз... — Я не стану тебя осуждать. Я просто хочу знать. Артём вздохнул и продолжил: — Да, на прошлой неделе. Он же стал... Террористом. — А почему нельзя было посадить его в тюрьму? — Мх... — Артём снова вздохнул и сжал зубы, но всё же ответил. — Всё не так просто, как кажется... Я бы хотел, знаешь, просто посадить его в тюрьму, и дело с концом, но мы не можем, просто не имеем права оставлять их в живых. Прости, Лиза. Ты, должно быть, считаешь меня монстром. Ведь из-за меня всё это случилось. Но вдруг мужчина почувствовал, как его обвила пара рук. Ему стало легче, значительно легче. Лиза ответила, по обыкновению, спокойно: — Ничего, пап, я всё понимаю. Возможно, я многого не знаю, но я знаю тебя. Ты бы не стал делать что-то плохое другим без достойной причины. Глаза Артёма намокли, он сумел лишь проговорить: — Спасибо, Лиза. Это очень многое для меня значит. — Пап, — снова обратилась к отцу дочка. — Да, Лиз? — Я хочу наушники. — Мы купим тебе самые лучшие наушники, какие ты сама захочешь! — радостно ответил Артём.