Избранная

— Кристиана, просыпайся! — С меня грубо сдернули одеяло. — Сама же говорила, что с рассветом выходим. Вот не надо было вчера на балконе до двух часов ночи стоять-мечтать — Наставительным тоном произнесла Грейнджер. Может быть я еще не до конца проснулась, но мне показалось, что в ее голосе не было прошлого холода и ненависти. Возможно мы сможем нормально сосуществовать во время вынужденной миссии. — Встаю, дайте одну минутку — Простонала я, переворачиваясь на другой бок и еще крепче обнимая подушку. Но все тепло уже выветрилось, и по моему телу пробегали табуны мурашек. — Ох, ну и видок у меня — я подошла к зеркалу, внимательно осматривая себя. Волосы всколочены, на щеке остался след от подушки, под глазами небольшие мешки. Спустя полчаса. — Так, ну, я готова — Я вышла из соседней комнаты в уже новой одежде. Черное шерстяное платье до колен, на плечи поверх мантии накинут зеленый шарф. Волосы элегантно заплетены во французскую косу. — Предлагаю выбор: либо мы трансгрессируем, но предупреждаю сразу, через море это делать очень тяжело, либо используем артефакт. Что выбираем: простое или сложное? — Я подбросила на руке небольшой кулон даров смерти на золотой цепочке. — Откуда это у тебя? — Грейнджер попыталась выхватить у меня их рук артефакт. — Это же тот знак из сказок Барда Бидля — Воскликнул Гарри. — Знак Даров смерти — единственный в своем роде кулон, наделенный свойствами артефакта. Сделан по заказу в Швейцарии у одного известного ювелира. Зачарован мной и… — На этом моменте я замялась, но потом уверенно продолжила — еще одним человеком, чью личность я пока что афишировать не собираюсь. Судя по вашему взгляду, вы не знаете что такое дары смерти. Как же тяжело с вами! — Я обреченно вздохнула и продолжила свой рассказ — Дары смерти — три могущественных артефакта, с помощью которых можно победить саму смерть. Бузинная палочка, воскрешающий камень и мантия-невидимка. Человек, который сможет собрать это всё в одном месте станет бессмертен. — Ладно, не на урок истории пришли. Становитесь в круг и хватайтесь друг за друга. — Я подбросила кулон. Круг вспыхнул синим пламенем, и через секунду мы растворились в нем.

***

      Мы оказались на деревенской улице. Влоль пыльной, почти полностью заросшей травой дороги, унылыми рядами тянулись дома с покосившимися крышами. Где-то зияли черные дыры вместо окон, где-то вход был заколочен досками. Протяжно заскрипели деревянные качели, сдвинутые порывом ветра. Вокруг нас кружились желтые, пожухшие листья. Ветер прижимал к земле поникшую траву. Где-то протяжно закаркала одинокая ворона. — Жуткое местечко — Почему-то шепотом произнесла Гермиона. — Впервые в жизни согласна с тобой, Грейнджер. Такое чувство, будто это место нам не радо. Как будто должно случиться что-то плохое. Пойдемте по прямой до леса, потом нам надо будет углубиться в него, так как в самой глуши стоит дом Морфина Мракса. — Итак, Морфин Мракс — дядя Тома Реддла. Обезумевший старик убил всю семью Реддлов. По-человечески он совсем не разговаривал, только парселтанг. Род постепенно дерградировал и вымирал из-за близкородственного кровосмешения. Как я поняла, Темный Лорд был рожден в то время, как его отец находился под воздействием амортенции, следовательно Реддл никогда не смог бы никого полюбить. Плюсом к этому, воспитание в детском доме с постоянными унижениями и оскорблениями. К сожалению, Том Реддл был обречен с самого начала. Он никогда бы не смог стать обычным светлым волшебником. Слишком многое ему пришлось пережить, это сломало его и сделало тем, кем он сейчас является — С тихим вздохом произнесла я. После этой речи мне стало даже немного грустно. Дальнейший путь мы провели в молчании. Вдоль еле видной лесной тропинки деревья тянулись голыми верхушками к серому небу. Изредко гробовую тишину разрезали протяжные скрипы стволов старых деревьев. — Пришли — Сейчас мы стояли напротив деревянного, покосившегося на одну сторону дома. Порывы ветра то открывали, то закрывали в некоторых местах сгнившую дверь с прибытым на ней чучелом змеи. — Как же здесь вообще жили… Их род был настолько бедным? — спросил Уизли. — Да, вся их семья была в долгах. Все предприятия разорились, родовое имение пришло в упадок — За меня ответил Антонин, внимательно осматривающий территорию. — Предлагаю разделиться, кто-то ищет вокруг дома, кто-то в двух комнатах — Командирским тоном предложила я.       Зайдя в дом, я сразу же отправилась к грязной деревянной лавке. Возле нее стоял резной деревянный ларь, полностью забитый каким-то полусгнившим тряпьем. — Фу, ну и запашок тут — Я сморщила нос, пытаясь не вдыхать этот гнилостный запах. — Под лавкой обнаружилось еще несколько скелетов змей. На стенах гвоздями были прибиты змеиные шкуры. Также все стены были исписаны странным языком, чем-то напоминающим парселтанг в письменном виде. — А-а-а — тишину дома разрезал громкий девичий крик. Я быстро сорвалась с места, забегая в соседнюю комнату. Ко мне спиной стояла вся трясущаяся в немой истерике Грейнджер, перед ней на полу валялась жестяная коробка с массивным перстнем в ней. — Что произошло? Что за шум, а драки нет? — Насмешливым тоном спросила я. — Заткнись, Граф — Злобно процедил Уизли. — Не до тебя сейчас. Даже вечно безэмоциональный Долохов бросил на меня взгляд, полный осуждения. — Не поняла. Что вы на меня все так смотрите? Объясните, наконец, что случилось.       Через несколько мгновений ко мне передом повернулась заплаканная Гермиона, нежно баюкающая свою правую руку. — Господи — Я зажала свой рот рукой, сдерживая рвотный позыв. — Твоя рука… — На руку Гермионы было страшно смотреть. Полностью почерневшая ладонь, на которой ютились кровавые, сочащиеся гноем язвы. — Черт… Ты трогала это кольцо? — Я опасливо кивнула в сторону коробки. — Д-да. Как только я его взяла, так сразу рука стала очень сильно болеть, а потом появилось это — Прошептала Грейнджер подрагивающим голосом. Чувствуется, что девушка на грани истерики, но продолжает себя сдерживать. — Так, не двигайся. Я попытаюсь выяснить природу этого проклятия. — Сделав несколько пассов волшебной палочкой, я поняла, что не знаю, что это такое. С одной стороны, это что-то знакомое, с другой вообще что-то непонятное. Казалось, здесь переплетены несколько нитей проклятий. Простым ритуалом на крови здесь не обойтись, надо знать, что именно надо искоренять. — Твою дивизию. Грейнджер, я не знаю, что это и как это вылечить. Антонин, отойдем. — Я кивком головы показала мужчине в сторону окна. — Даже неопытным глазом видно, что она продержится минимум двенадцать часов, максимум двадцать четыре. Скоро должно наступить забытье, потом постепенный отказ всех внутренних органов. Я совершенно не знаю, что делать. Одна я спасти ее не смогу. Во-первых, не понимаю, что это за проклятие, во-вторых, даже наших совместных усилий не хватит для ритуала. Также я вижу, что Гарри к ней не равнодушен. У нас есть только один шанс спасти ее. Обратиться за помощью к Геллерту — На одном дыхании произнесла я, внимательно рассматривая лицо мужчины. По нему было видно какая внутрення борььа сейчас в нем происходит. — Думаю, да. Единственно верное решение — это обратиться к Гриндевальду. Спасем девчонку, а потом уже будем думать о последствиях. Уничтожай крестраж и отправляемся. Я подошла к ребятам, окинув их мрачным взглядом. — Адеско файр — уверенное движение палочкой, и адское пламя стало пожирать перстень. Предмет стал подпрыгивать и дрожать, из него повалил густой черный дым. — Мы все сгорим! — Заорал паникер Уизли. — Адское пламя невозможно подчинить себе. — Серьезно? — Я усмехнулась, затягивая пламя обратно в волшебную палочку. Но моя реплика осталась без ответа. Все внимание ребят переключилось на рухнувшую без сознанию Гермиону.

***

— Геллерт, мне срочно нужна твоя помощь! Вопрос жизни и смерти — Я влетела в дверь зала собраний, даже не постучавшись. Я сама находилась чуть ли не в истерике. Руки дрожали, в уголках глаз скопились слёзы. Грейнджер становится все хуже и хуже. Я очень сильно ошиблась в своих прогнозах. Как только я забежала в зал, на меня с недоумением уставилось пятнадцать пар глаз. — Геллерт, кто это такая? — Таким юным девушкам не место на собрании. Послышалось с разных сторон. — Заткнулись все — Громко крикнула я, заставив всех резко замолчать. Во-первых, я Кристиана Граф. Во-вторых, я одно из главенствующих лиц в вашей организации. И в-третьих, если кто-то имеет что-то против моей кандидатуры, то выход — вон там. Я быстро подбежала к Гриндевальду и прошептала ему на ухо: — Грейнджер подхватила какое-то модифицированное проклятье. Ей осталось около часа. Сама я не справлюсь. — Собрание окончено — бросил Гриндевальд, поспешно выходя из комнаты.

***

— Гриндевальд?! — Гарри и Рон ошалело уставились на мужчину, появившегося в дверном проеме. — Представьте себе. Сейчас не время для вопросов — Геллерт властно поднял руку, призывая их к тишине. -Да-а, ситуацию серьезная. Это проклятье задело само ядро. Придется заново наполнять его магией, выводя отравленную. — Повернулся ко мне мужчина. — Проводить будем вместе. Через десять минут.

***

      Уже переодетая в белую мантию, я стояла в центре огромного рунического круга. В его центре на ритуальном столе без сознания лежала девушка. Все ее тело покрылось язвами. Кровь тонкими струйками стекала с ее рук. — O antiquis magicae. Accipere hoc donum. Me respice in profundum universi et uti scientia praeteritis generationibus — Мелодично проговорила я и подошла к девушке. Остро заточенным церемониальным ножом разрезала себе руку. Алая кровь закапала из разреза в приоткрытые губы девушки. Несколько капель попало на мантию, окрашивая ее в алый. Гриндевальд взял мою правую руку, соединяя ее со своей. — Maledicti industria egressus, accipere novum unum donum. — Подхватил он. Наши голоса слились воедино. Постепенно все повышаясь и повышаясь.       Из груди Гермионы стала выходить черная вязкая субстанция, постепенно стекающая со стола на пол. В нескольких местах она прожгла его до основания. Вот из наших ладоней вырвался яркий столп переливающихся искр. Золотые, красные, зеленые огоньки стремились к груди девушки, обволакивая ее в своеобразный кокон.       Тут мою голову пронзила резкая боль, и сознание уплыло в темноту.